Феникс. Пробуждение

Каин ещё несколько секунд стоял рядом с парнем, впитывая эту хрупкую тишину и странное, почти умиротворяющее чувство правильности происходящего. Он не хотел нарушать этот момент. В нём не было ни страсти, ни жажды обладания — лишь глубокая, собственническая нежность, от которой становилось почти страшно. Но одно дело всё ещё оставалось незавершённым.

Бог медленно отстранился, разрывая контакт, но не разрывая близости. Он сделал шаг назад, и его лицо вновь превратилось в непроницаемую маску. Взгляд, только что бывший мягким и внимательным, снова стал холодным и оценивающим. Он сунул руку в карман форменных брюк и нащупал там холодный металл.

— Путь до командного центра идёт через населённые коридоры, — произнёс Каин, внутренне напрягшись так, что мышцы спины окаменели. Но внешне он сохранял абсолютную небрежность, словно говорил о погоде. — Нам вновь понадобится это. На всякий случай.

Он разжал кулак. На его ладони лежал блокиратор. Тонкая полоска металла, ещё недавно вызывавшая у Тени панику, а теперь ставшая почти привычным атрибутом. Феникс ожидал чего угодно. Что парень вздрогнет, как от удара током. Что он отстранится, в его глазах промелькнёт обида или страх. Что он возмутится, напомнив о своём недавнем требовании снять его. 

Но Лик не сделал ничего из этого.

С удивлением, от которого у Каина на секунду сбилось дыхание, Тень лишь легкомысленно пожал плечами. Этот жест был настолько по-человечески беззаботным, что бог на мгновение растерялся. Парень вёл себя так, будто речь шла о досадной мелочи, даже не стоящей упоминания. Словно это была не унизительная метка раба, а просто неудобный аксессуар.

Феникс не стал оттягивать момент. Он молча шагнул вперёд, вновь сокращая дистанцию до минимума. Его движения были выверенными и чёткими. Он застегнул ошейник на тонкой шее одним плавным движением. Щелчок замка прозвучал в тишине медблока оглушительно громко.

Каин не скажет этого вслух никогда. Ни за что и никому. Но в этот момент, глядя на то, как полоска металла ложится на бледную кожу, он испытал мрачное, собственническое удовлетворение. Ему безумно нравилось видеть эту вещь на нём. Будь его воля, Лик ходил бы так всегда — помеченный, принадлежащий только ему, защищённый этим символом контроля от чужих посягательств. Но, к сожалению, ни сам Лик, ни команда его не поймут. Это была его тайная, его личная иррациональная слабость.

Когда щелкнул замок, Тень даже не вздрогнул. Он стоял смирно, позволяя богу завершить действие. А затем поднял голову и посмотрел на Каина. В его взгляде не было ни капли обиды. Лишь безграничное доверие и... что-то ещё. Что-то хитрое, понимающее. Словно он действительно знал какую-то тайну, известную лишь ему одному.

Этого Феникс вынести уже не мог.

Его рука только опустившаяся на плечо, вновь скользнула выше. Он провёл кончиками пальцев по шее, ощущая холод металла и едва уловимое тепло кожи под ним, затем его ладонь обхватила подбородок Лика, заставляя того поднять лицо ещё выше. Каин очертил линию скул, наслаждаясь гладкостью кожи.

После этого он действовал уже не как бог, а как мужчина, одержимый желанием. Он наклонился медленно, давая парню время отстраниться, но тот лишь замер в его руках. Их носы соприкоснулись. Феникс с первобытным удовольствием отметил реакцию Лика: его глаза расширились в недоумении, щёки заалели румянцем, а взгляд расфокусировался, становясь будто бы пьяным и бесконечно беспомощным.

Насладившись этой чистой, неподдельной реакцией, Каин наклонил голову ещё на миллиметр. Его дыхание смешалось с дыханием Тени. 

— И на этот раз без фокусов, — прошептал он в самые губы парня.

Это было одновременно и предупреждение, и обещание.

После этого он резко отстранился, разрывая контакт так же внезапно, как и начал его. Развернувшись на каблуках, он направился в сторону выхода из медблока. Каин не оглядывался. Он был абсолютно уверен в том, что Лик последует за ним. Это было не предположение, а знание. Тень принадлежал ему, и теперь это, кажется, признавали они оба.