Поговори со мной

      Они не разговаривали, лишь пересекались изредка в гостиной или за обеденным столом, когда им приносили еду. Джекс старался держать дистанцию и каждый раз, когда девушка пыталась с ним заговорить, уходил в ванную, либо делал погромче телевизор.        Она не знала как к нему подступиться, что ей нужно сделать, чтобы они просто поговорили о произошедшем той ночью. Помни съедали её собственные мысли. Она не хотела есть, но заставляла себя, чтобы принять таблетки. В какой-то момент она вообще перестала выходить из спальни, просто лежала на кровати в темноте одна, смотря то на стену, то на потолок.        «Может дело во мне?»       Но эта мысль тут же испарилась, потому что если бы дело было в ней, то он бы не сказал, что «не может».       «Он всё ещё избегает меня, даже после всего, что произошло».       Девушка перевернулась на спину и уткнулась в потолок, сложив свои ладони на живот. Она гипнотизировала светильник, весящий прямо над ней. Только сейчас она поняла насколько всё не так, как там. Джекс был прав, реальность хуже, намного хуже.        Она решила выйти наконец-то из комнаты, чтобы налить себе воды. Из-за того, что она почти не выходила из комнаты, внутренние часы совсем сбились, и день слился с ночью. Приоткрыв дверь, она увидела работающий в беззвучном режиме телевизор, пройдя чуть дальше в гостиную, Помни увидела Джекса, который мирно спал на диване. Одеяло, под которым он обычно спал, сползло на пол.        Девушка подошла к журнальному столику, чтобы выключить телевизор, а затем подняла одеяло, укрывая им Джекса. Она задержала свой взгляд на нем. Опухшие глаза, длинные, но редкие ресницы, растрепанные волосы, сбоку даже слегка образовался колтун, аккуратные брови, точки с двух сторон под нижней губой, видимо от пирсинга.        Помни уселась прямо на пол перед ним, забывая про воду. Она поджала колени к груди и уперлась в них подбородком, руки обняли голени. Всё никак из головы не удавалось выкинуть мысль о том, что им просто нужно поговорить. Решить всё словами, а не бегать и игнорировать существование друг друга .        Лицо парня резко изменилось, пальцы впились ногтями в ладони, нога дернулась во сне, а губы скривились, будто он увидел или почувствовал, что-то неприятное. Девушка продолжала следить за ним.        «Может ему сниться сон? Интересно, что именно ему сниться?»

***

— Джекси, проснись!       И снова всё по новой. Снова он не может двигаться, снова он может только наблюдать, снова Риббит и Кауфмо.       Джекс уже приготовился к тому, чтобы увидеть их искаженные лица, но посмотрев в сторону, перед ними сидели обычные люди, парень и девушка.        У парня были светлые кудрявые волосы, печальный взгляд, но веселая улыбка. Он не выглядел щуплым, как Джекс, наоборот был  более в теле. Девушка же была смуглой с короткими темными прямыми волосами, яркий макияж и стройное тело.        Он сглотнул, понимая, что этот сон отличается от всех предыдущих, а значит понятия не имеет, что может именно произойти сейчас.  — Чего ты так боишься-то?  — Друзей своих чтоли не узнал?        Лерой почувствовал, что может двигаться. Он попробовал подняться и сесть на диван.       Джекс сидел перед ними, слегка испуганно глядя на них, его напрягало положение, в котором он оказался. До этого хотя бы было понимание, что всё происходящее с ним - сон, но теперь…теперь всё слишком казалось реальным.  — Вы…— парень попробовал заговорить и у него получилось. В этот раз все и правда было по-другому.— что вам нужно?…       Риббит покосилась на Кауфмо, светловолосый улыбнулся ей в качестве ответа и потом снова вернул все внимание на бывшего друга. — Бро, ты влюбился.       Джекс с непониманием покосился на них, его щеки слегка покраснели. Он опустил взгляд на пол, а после натянул улыбку на лицо. — И откуда тебе вообще знать? Ты давно рассеялся, дружище,— Лерой покосился и на подругу, приподнимая бровь.— Вы даже не застали Помни, и не видели как я над ней потешался. Вспомнить хотя бы приключение с Конфетным Королевством или же приключение, где я загадал, чтобы она была президентом.        Парень облокотился на спинку дивана, закидывая ногу на ногу. Руки сами по себе легли на грудь, принимая расслабленную позу.        Парочка переглянулась тихо хихикая, что не могло не раздражать. — Да-да-да, смейтесь сколько хотите,— Лерой закатил глаза, подрыгивая одной ногой от волнения. — Тогда, что там случилось между вами у неё в спальне?       Он опешил. Конечно же даже во сне ему не дают покоя эти мысли. Только всё стало хуже, ведь теперь на этот счёт размышляют его прошлые друзья. Это же ничего не значило. Да, он поддался соблазну, потому что никогда ещё не было с ним такого, чтобы девушка брала его и просто так обнимала. Может быть ему было неприятно, что она к нему полезла, вторглась в его личное пространство и вообще, каждый бы поступил так же, будь на его месте, правда ведь?! — Это ничего не значит,— парень смотрел прямо на них, а они на него. Зрительный контакт не прекращался, а напряжение всё нарастало.  — Значит, те объятья ничего не значили? Значит, то, как ты прижимал её к себе, гладил её волосы, сжимал её грудь - ничего не значило?— Риббит приподняла бровь в недоумении. Такое ощущение, что она стояла прямо перед ним и осуждала его, хотя её можно понять… — Я же сказал, это всё было просто— — Чувствами, которым ты поддался. Ты же сам понимаешь это где-то там, у себя в тупой башке,— Кауфмо тяжело вздохнул, будто у него заканчивалось терпение слушать отмазки. — Блять, да заткнулись оба!— Лерой не выдержал, взял пульт от телека, который лежал совсем рядом и кинул прямо в эту раздражающую парочку.       Риббит и Кауфмо будто залагали в моменте, исказились на секунду, принимая свой облик из цирка, но парня это ни разу не смутило. Он уже привык к их обликам, в которых друзья приходили к нему во снах.  — Вот! Вы всего-лишь плод моего воображения и ничего больше!— парень тяжело дышал, сдерживая слезы.— Вы…да вас просто нет! Вы рассеялись! Вас больше нет! Так какого хрена вы меня достаете, даже после того как вас не стало!        Джекс зажмурился и закрыл лицо руками, прячась от призраков, которых придумал его же мозг. Он не хотел снова плакать, но влага выступила из-за чего ладони слегка намокли. Парень потер лицо, снова уставляясь на них.        Парочка никуда не делась, всё так же смотрела на него, ожидая, когда тот успокоится. Он долго смотрел на них. Разные мысли бурлили у него в голове. Особенно долго он смотрел на Риббит. — Может…Может мне и правда небезразлична По…..Эби. — Чего ты тогда боишься?— голос подруги исказился, но её слова всё ещё можно было разобрать. — Ей лучше будет без меня. — Почему ты так думаешь?— Кауфмо  уже не улыбался, его лицо стало окончательно грустным, сопереживающим. — Мне всегда казалось, что всем будет лучше без меня.  — Но ты же понимаешь, что это не так? — Риббит сдвинулась с места и подошла к Джексу, присаживаясь на диван.— Она уже знает о тебе всё. Ты ей смог открыться и довериться, так почему же теперь не можешь снова это сделать? — Я б..боюсь.. — Чего ты боишься, Джекс,— Кауфмо сел с другой стороны рядом с парнем, кладя руку ему на плечо.  — Что сделаю ей больно… Как когда-то сделал маме… Как вам…— в груди все сжалось, ему пришлось даже положить туда руку, чтобы точно сдержать сердце, готовое, как ему казалось, катапультироваться в любую секунду.— вдруг я причиню ей такую же боль, как там в Цирке. Я же просто надеялся, что она отстанет от меня, поняв какой я мудак…а она всё липнет и липнет ко мне. Я больше не мог просто сдержаться и… я не знаю, я никогда не чувствовал раньше такого. Я боюсь своих чувств.       Джекс оглянулся вокруг, но рядом уже никого не было, он сидел один на диване и смотрел куда-то в пустоту. — Почему я все усложняю,— Он задал этот вопрос самому себе, понимая, что никто не ответит.— почему я просто не могу оставаться собой и вечно притворяюсь… почему чувствовать и испытывать эмоции так сложно…. Почему я не могу просто сказать ей, что люблю её.

***

      Джекс резко сел, будто вытаскивая себя из сна. Привычного чувства тревоги не было, дыхание ровное, конечности не тряслись от холода, наоборот было тепло. Он прикоснулся к своей щеке и вытер слезу, которая одиноко катилась к подбородку.        Парень повернул голову, замечая Помни, которая спала, оперевшись на край дивана. Она выглядела спокойно, как тогда, когда он зашел к ней. Джекс положил руку ей на голову и еле прикасаясь к её волосам, погладил, перебирая пальцами кончики челки.        Парень сполз с дивана, вновь роняя одеяло на пол. Он не хотел оставлять её просто так на полу, а если понести Помни в спальню, то она с большой вероятностью проснется. Джекс стоял около ее спящего тела и думал, что делать дальше. Решив всё же рискнуть, он наклонился к девушке и взял её за талию, поднимая и перекладывая тело на диван. Та поморщилась во сне, что-то промычав. Джекс не двигался, даже не дышал, следя за её реакцией, поняв, что она продолжает спать, он поднял с пола одеяла и укрыл, присаживаясь обратно на свое место. Чтобы Помни было удобнее, парень переложил её голову к себе на колени.       Он продолжал смотреть на неё, вновь положил свою руку ей на голову, аккуратно поглаживая. В груди было спокойно, тепло… прям как тогда у нее в спальне.        Джекс облокотился на спинку дивана, откидывая голову назад. Глаза были прикрыты, он старался не думать, что голова девушки прямо сейчас находилась у него на коленях, но это было трудно, ведь он чувствовал тяжесть чужого тела.  — Спасибо, ребят,— Джекс сказал это совсем тихо, понимая, что они не услышат его, но ему важно было их поблагодарить, ведь если бы те не приходили к нему во сне, то он бы не понял своих истинных чувств к Эбигейл. 

***

— Что это?— Мартин вновь был в своем кабинете, просматривая какие-то документы.  — Контракт на то, чтобы отпустить испытуемых 2014 и 2017,— Сильвия положила папку с бумагами на стол прямо перед начальником.— документ о неразглашении информации, чек на миллион долларов и рекомендации по медикаментам. — Вы считаете они стабильны? — Испытуемая 2017 точно да,— тут вмешался Фауст, который стоял позади своей старшей коллеги.— её физическое состояние вполне меня устраивает, а вот за испытуемым 2014 я бы ещё понаблюдал, но если мы отпустим 2017, то тогда не сможем усмирить 2014, так что если и отпускать их, то вместе.       Кейс отвлекся от компьютера и взял папку с документами, изучая содержание. — Но мы всё ещё не решили проблему с ИИ,— начал Мартин, закрывая папку и отодвигая её в сторону. — Они единственный источник информации. — Я считаю, что мы уже достаточно узнали. Им незачем оставаться тут. Мы же не можем вечно держать их взаперти, как каких-то лабораторных крыс, тем более это может сказаться на их ментальном  здоровье,— Сильвия поправила свои очки, серьезно посмотрев на босса.       Мартин только хотел что-то сказать, но его перебил забежавший в кабинет ученый из главного блока здания. — Простите, что прерываю вас, но это срочно!— Ученый закрыл за собой дверь и растолкал врачей, чтобы приблизиться к столу Кейса.— мы смогли…мы смогли расшифровать!        Фауст и Сильвия переглянулись друг с другом, понимая, что что-то явно не так. — Ну?— Мартин смотрел на запыхавшегося мужчину перед собой, который пытался отдышаться, поправляя галстук на шее.  — Те файлы… те файлы это не код…это завещание Майка и Гранта,— ученый дрожал, пытаясь произнести мысль.— Они…они составили его перед тем как загрузиться в программу. Они… просили о прекращении эксперимента, если хотя бы кто-то один из испытуемых умрет, но мы не могли никак расшифровать документ, потому что ИИ каким-то образом закрыл нам к нему доступ… Всё это время это было всего-лишь ошибкой. Мы должны были остановиться еще когда не стало Майка и вытащить оставшихся оттуда. Нам стоило закрыть этот проект, тогда бы всего этого не было! — Замолчи уже,— Мартин смотрел на мужчину с равнодушием, размышляя над его словами.       Фауст посмотрел сначала на Кейса, а затем на ученого. Физиотерапевт подошел поближе к столу начальника и взял документы Помни и Джекса. — Мы пойдем наверное. — Да-да, с вами позже всё обсудим,— Мартин кивнул врачам, после чего вновь перевел внимание на ученого.       Фауст взял свободной рукой Сильвию за край рукава ее халата и вывел из кабинета. Женщина была явно недовольна этим действием, поэтому после того, как дверь за ними закрылась, она тут же отдернула руку. — Ты что творишь?— Она была в бешенстве.— ты сам же согласился, что их нет смысла больше тут держать! Они бы сейчас закончили разговаривать, и мы бы спокойно подписали все бумаги! — Ох, Сильвия, Сильвия, Сильвия,— физиотерапевт отдал ей папку с документами.— Разве ты не поняла, что он вообще не собирается их отпускать? — Что?— женщина прижала папку к груди и с недоумением посмотрела на коллегу, который самодовольно улыбался.— это ещё почему? — Почему до тебя так всё туго доходит? Ты что, не слышала о чем тот ученый говорил?— Фауст зашагал по коридору, так, чтобы коллега поспевала за ним.— У них явно сейчас начнутся юридические проблемы. Они нарушили последнюю волю человека, погубили кучу жизней просто потому что их изобретение вышло из под контроля и заблокировало доступ к важным документам. Кейсу не выгодно сейчас отпускать Эбигейл и Лероя, потому что они живой пример того, что люди в ходе их эксперимента не умирали, а просто были отпущены на волю.       Сильвия шла чуть позади, слушая, что говорит Фауст. Она потихоньку начала понимать, что тот имеет ввиду. — Ты хочешь сказать, что они попытаются доказать, что на самом деле никаких смертей не было…  — Именно, наверняка сейчас подделают документы, написав, что Майк Добби умер не в ходе эксперимента, а из-за опухоли в мозгу,— Фауст резко остановился и развернулся к коллеге.— а про остальных просто скажут, что те были отключены и отпущены, живут себе припеваючи и это уже не их проблемы, если они пропали без вести.  — Тогда что нам…       Физиотерапевт достал из кармана халата пропуск в главный офис, где находился компьютер с ИИ. Сильвия в недоумении посмотрела сначала на карточку, а затем на Фауста. — Да ты с ума сошел! Ты предлагаешь удалить программу?!— женщина замотала головой.— нет, нет и нет! И ещё раз нет! Я не собираюсь в этом учавствовать! Где я по твоему ещё работу найду?! Тем более, что нам делать с теми, кто до сих пор загружен в программу?! — Да спокойно ты,— Фауст спрятал пропуск обратно в карман.— Надо дождаться, когда начнется судебное разбирательство, и уж поверь мне, оно ещё как будет. Кейс наверняка сам подаст запрос на недействительность завещания в связи с смерью Майка. Когда начнется слушание, ему придется оставить это скудное здание на кого-нибудь, и я более чем уверен, что он доверит это тебе, Сильв. Тогда то ты и отключишь всех остальных, а я удалю ИИ. — И что потом умник?— Женщина не могла поверить в то, что слышит, но её больше пугал факт того, что она согласна с идеей коллеги.— Нам нужно будет время, чтобы растолкать всех…ты и сам помнишь какими вялыми были Эбигейл и Лерой после пробуждения. — Ну на счёт Матео я бы поспорил, но..— Фауст только шире улыбнулся, что уже не понравилось Сильвии.— когда наши испытуемые подписывали соглашения на участие, мы же спрашивали их контактные лица на экстренный случай? Все выжившие же заполнили эти строчки, да?        Они смотрели друг на друга, будто понимая, что к чему. Сильвия опустила свой взгляд, смотря куда-то в пол. Она тяжело вздохнула и поправила свои вечно сползающие на нос очки.  — Я постараюсь в ближайшее время достать документы, где задокументированы смерти испытуемых, пока их не уничтожили… — Вот это настрой, Сильв!— Фауст подошел к коллеге и преобнял за плечи.— не зря я всё-таки стащил у того тревожника пропуск!  — Боже, не верю, что я совместно с тобой готовлю переворот внутри компании….