Глава 8. Адские механизмы
28 июня 2026 г., 09:20
Мы живём во времена кровавых бань… и похоже, сегодня банный день.
Ричард Морган
Ад, второй слой За его спиной висит пять копий. Пока без голов. Но скоро головы на них непременно появятся. Он всё так же не вмешивается, по крайней мере, открыто. Лишь даёт советы, указывает на возможные слабые места в обороне волшебников. Губернатор Марбас слушает его очень внимательно. Во всей Вселенной нет лучшего эксперта в вопросах механики. Он непременно соберёт механизмы, способные удивить даже магов. Маркиз Сабнок обещает позаботиться о снабжении адских орд. А также построить необходимые укрепления, чтобы маги не могли даже помыслить о контрнаступлении. Князь Фурфур готов в любой момент обрушить на оплот магов мощный шторм. Надо лишь выгадать время, когда молнии, гром и сильнейший ветер нанесут наибольший ущерб. Губернатор Волак, обиженный как никто другой на волшебников за изгнание с его вековечных владений, собирает со всех окраин Ада драконов. Принц и граф Ипос, точно предсказавший место и время появления магов, теперь заставляет своих подчинённых копать. Да, раз к магам не получается добраться ни по земле, ни по воздуху, то логично попробовать подкопаться. Сатасфер не особо верит в успех рытья нор, но почему бы, в конце концов, не попробовать? Ведь это сражение не про победоносный прорыв, а про истощение сил. У кого раньше опустятся руки, тот в этой битве и проиграет. Потому-то так важно не давать магам ни минуты покоя.* * *
Конечно, маги не могли не предусмотреть подземной защиты. Правда, в отличие от наземной преграды из «живых шипов» и энергетического купола, здесь создать настолько непроницаемого барьера не получилось. Магия прекрасно работает в пределах видимости волшебника, но вот на том, чего маг непосредственно увидеть не может, сосредоточиться должным образом трудно. Требуется какая-то ощутимая связь с реальностью, на которую хочешь воздействовать. Если не через зрение, то хотя бы с помощью слуха, обоняния, осязания, да хотя бы и вкуса, но нужно за что-нибудь зацепиться, иначе существенно воздействовать на реальность не выйдет. Так что ничего удивительного, что несколько слепых от рождения магов распластались ничком, приложив уши к земле и готовясь нанести удар, исходя из своих ощущений. В этом нелёгком деле им помогали специально выведенные для подземной разведки чудовища. Чертерылы, как прозвали их за внешнее сходство с чертями. Небольшие создания были выпущены из клеток практически сразу после нисшествия на второй слой, а потому успели вгрызться в неподатливый грунт на довольно солидную глубину. Их длинные, но узкие норы, как и сами чертерылы, сами по себе не представляли опасности, но с помощью громких и очень специфических звуков чудища могли указать магам точное место, где под землёй находится враг. А уж дальше волшебники-слухачи должны были действовать сообразно обстоятельствам. Расплющить врагов, проколоть выросшими из стен туннеля шипами, расплавить или, наоборот, заморозить — на что уж хватит сил и фантазии. Вскоре очередная заготовка волшебников сполна пригодилась, ведь под магов попыталась подкопаться целая орда змей и демонов. Прорытые чертерылами туннели загудели от предупреждений. Началась невидимая, но важная подземная битва. Одновременно с подкопами, и явно для отвлечения внимания магов, откуда ни возьмись налетели драконы. Их вожак — грустный ребёнок с крыльями ангела, восседающий на двуглавом крылатом чудовище — отклонял направленные волшебниками чары, в то время как остальные драконы стремительно пролетали над куполом, обрушивая на волшебный барьер струи пламени. Защита магов вновь выдержала, но всем колдунам стало действительно жарко. Нужно было если не поразить, то хотя бы отогнать «ребёнка» — коим был никто иной, как губернатор Волак — причём отогнать как можно скорее, чтобы отразить атаку драконов. Поскольку точечные заклинания Волак отклонял одно за другим, колдуны снова прибегли к ураганному ветру. На такое масштабное заклинание аккуратно во всех местах не воздействуешь, всё равно сдует. Да и остудить жар от драконьего пламени было весьма полезно для здоровья волшебников. А добавив в потоки воздуха хаотичности, даже удалось сбить несколько не сумевших спланировать драконов, что надолго отбило у тварей желание летать в зоне досягаемости магов. Обрушив на противников страшные проклятия, губернатор Волак вскоре тоже удалился от эпицентра сражения. Тогда пришла пора «медных труб». Никогда не занимавшиеся развитием по-настоящему серьёзной техники маги просто не могли придумать лучшего названия для механизмов, швырнувших в них тяжёлые ядра с невообразимо далёкого расстояния. Волшебники сперва даже подумали, что это тоже какая-то магия. Воздвигнутый магами купол не был абсолютно непроницаемым — таких чудес не бывает. Волшебный барьер превращал всю органику в пепел и прах, но не мог распылить несущиеся с огромной скоростью тяжёлые каменные ядра, разве что нагреть их до такой степени, чтобы те трескались. Если бы первые залпы оказались точнее, изрядную часть волшебников непременно бы выкосило. Даже те немногие снаряды, что попали в скопление магов, нанесли весьма ощутимый ущерб. Тут уж было не до раздумий: все маги, не занятые поддержанием защиты или подземным сражением, обрушили на тылы окруживших их адских орд всю свою мощь. Земля стала дыбиться гигантскими «волнами», а воздух дрожать — настолько страшными были последствия атакующих заклинаний. По «медным трубам» били так, словно те были самыми опасными чудовищами во Вселенной. Вот только до момента выстрела проклятые трубы было сложно заметить за колышущимся океаном плоти демонов с грешниками. Тем не менее ценой невероятного напряжения сил и с этой угрозой волшебники на время управились. Вновь наступило затишье. Твари под землёй отступили, твари на небе удрали, твари, которые были вовсе не тварями, а адскими механизмами, были изрядно прорежены. Хорошо было бы уже и подумать об отдыхе. Ведь физиология в Аду была весьма специфической. Тела здесь не старели, им не требовалась еда или сон. Однако кушать и спать по-прежнему почему-то хотелось. Причём если грешники всё время жаловались на неутолимый голод, то спустившимся во плоти в Ад волшебникам нужен был сон. Без продолжительного забытья они быстро начинали уставать, что весьма негативно сказывалось на способности к концентрации. Похоже, сон помогал переваривать впечатления и информацию, что было жизненно необходимо для нормальной работы сознания. Бессмертный не означает неутомимый — всем тварям в Аду тем или иным образом требовалось снимать напряжение. К несчастью, спать, находясь в эпицентре сражения, было проблематично даже во время периодически возникающих пауз, поэтому магам удалось найти выход лишь отчасти. Заранее разбившись на смены, часть волшебников вошла в транс, чтобы хоть немного расслабиться. Дамианос, оставив за главного Оригена, тоже решил отдохнуть. Кому-кому, а главнокомандующему иметь ясную голову особенно важно. Ведь именно от его решений зависит успех сражения, в котором нельзя проиграть. Ибо проигравший не просто отправится в Ад — проигравший останется здесь на века в качестве пищи.* * *
За его спиной висит пять копий. Всё ещё без нанизанных на острия голов. Однако владыки демонов получили предупреждение, что в случае провала на копьях будут висеть именно их головушки. И пускай Сатасфер на самом деле не собирался устраивать казней, его угроза заставила всех напрячься. А напрячь извилины действительно стоило, ибо маги как-то уж слишком лихо отражали любые атаки. Волшебников явно хорошо подготовили к тому, что ждёт их на более глубоком уровне Ада. Подготовили, конечно, весьма опосредованно, через советы и как бы туманные предсказания, чтобы не нарушать вселенского равновесия, но, кажется, чашу весов всё-таки перегнули. Ну либо маги действительно гораздо умнее и гибче, чем демоны. По крайней мере на этом слое реальности. Этого Сатасфер и боялся: постоянные междоусобицы заставили владык демонов замкнуться на своих и близлежащих владениях, сделали их мировоззрение ограниченным. Люди же не только враждовали, но и активно сотрудничали, взаимообогащая друг друга. Вдобавок, благодаря двоедушникам, они прекрасно знали обстановку на верхних уровнях Ада, а благодаря Свету Небес стали сведущи и в некоторых фундаментальных законах мироздания. Да, волшебники были лишь остриём агрессии Небес, но даже с этим остриём приходилось считаться. Среди оружия демонов пока что эффективность показали лишь яды маркизы Лерайе и пушки губернатора Марбаса. Ну и героическое, но безумное самопожертвование короля Асмодея, ворвавшегося в самую гущу волшебников. На последнего, само собой, можно было теперь не рассчитывать, как и на собирающую новую телесную оболочку Лерайе. Всё-таки, чтобы быть по-настоящему эффективным нужно в первую очередь быть живым и свободным… С учётом такого расклада Сатасфер решил перераспределить силы демонов. Основные ресурсы были брошены на подмогу Марбасу, который со всей возможной поспешностью пытался восстановить потери своей чудо-техники. Взявший на себя роль главного снабженца маркиз Сабнок разослал во все концы Ада слуг, чтобы доставить адскому инженеру все необходимые материалы. Принц и граф Ипос снова заставил своих подчинённых копать, но на сей раз не подкоп под волшебников, а защитные рвы и валы, чтобы в следующий раз пушки не находились в поле зрения магов. Губернатор Волак с драконами на всякий случай занимался разведкой, а князю Фурфуру дали-таки отмашку обрушить на купол волшебников бурю. Не потому, что молнии могли пробить барьер магов, а чтобы затруднить людям отдых. Оглушительный гром не очень способствует медитации… Демонам же для снятия напряжения достаточно было кого-то помучить. Это было их весьма эффективным приспособлением к здешним законам реальности. Гораздо более эффективным, чем сон.
