Глава 9. Сито для душ
28 июня 2026 г., 18:20
Память — это то, что связывает нас с тем, чем мы являемся.
Ричард Скотт Бэккер
Ад, первый слой — Но в чём смысл? Путь к Колодцу Душ долог и тяжёл, его преграждают Медные Врата, охраняет Набериус, и всё это ради того, чтобы упереться под конец в Стену Мрака? Не проще ли было использовать наши проломы реальности, чем совершать такое паломничество? Филандер про себя усмехнулся. Недоумение Эвдокии было столь предсказуемым… Уж магу её уровня можно было усвоить, что когда дело касается планов Света Небес, отличить безумие от хитрого плана почти невозможно. А потому ничему и удивляться не следует. Даже если творится нечто действительно странное. — Ваши проломы реальности были хороши для людей, но у падших ангелов свои цели и методы. Можешь не сомневаться, их отягощённые грехом души попадут прямиком в преисподние — Сито для душ теперь для них не преграда, а скорее трамплин. — Сито для душ? — не поняла Эвдокия. — Одно из названий Стены Мрака. Отражающее, так сказать, её главную функцию, — вновь улыбнулся про себя Филандер. — Роль преграды, чтобы вверх и вниз поднимались и опускались только те, кому следует, и только тогда, когда это положено законами мироздания. Что касается тяжести так называемого паломничества, то подобное испытание лишь увеличит ценность жертвы, которую ангелы собираются принести. Ведь помимо собственного спуска, они рассчитывают погнать демонов вверх, так что Сито для душ должно быть забито ошмётками… Эвдокия раздражённо вздохнула: — Ты можешь выражаться понятнее? Мне хватает загадочных намёков герцога Астарота, я надеялась, что хоть от тебя услышу конкретику. Здесь Филандер решил не лукавить. Чтобы его хитрость осталась незамеченной, следовало говорить как можно больше правды: — Конкретика такова, что через несколько месяцев к Колодцу Душ подойдут почти все уцелевшие жители Магократии. И вероятно, придут только ради того, чтобы там их вновь принесли в жертву, причём в качестве истинных мучеников. Те, кто не одолеет путь и сгинет в дороге, тоже внесут свою лепту в круговорот душ. Повторюсь, Сито не только просеивает воспоминания, оно служит также естественным разграничителем между обитателями разных миров, и именно это ограничение ангелы хотят тем или иным обозом обойти. Для самого же Филандера имела значение лишь функция просеивания того, что составляло в каждом существе личность. Именно на эту функцию и следовало всячески намекать: — Сущность ангелов весьма отличается от людей. Мы замкнуты на себе, эгоистичны, в то время как ангелы имеют нечто вроде коллективной души и сознания. Не совсем одной прямо общей души на всех небожителей, обычно одна «общая душа» распределяется примерно на десять созданий, тем не менее ангелам не так страшно, если Сито для душ сотрёт какие-то из их индивидуальных качеств. Воспоминания и личность мало что значат, когда ты всего лишь часть целого, зацикленность на своей уникальности — это трагедия только для нас, людишек, и демонов. Не то чтобы Филандер открывал сейчас Эвдокии великую тайну — всё это о природе ангелов волшебники давно подозревали и так, — но благодаря близкому наблюдению за небожителями, двоедушник мог судить теперь об их образе мыслей с куда большей уверенностью. А собственная уверенность всегда убеждает собеседника лучше, чем самые разумные доводы. — Так что план ангелов прорваться в Ад прямиком через Сито для душ не безумие, а именно продуманная и целенаправленная стратегия, — сделал закономерный вывод Филандер. — Чтобы изгнать из Ада максимально возможное число демонов, небожителям нужно подготовить широкий проход, и вряд ли ангелы станут тянуть время, когда тот откроется… Что-то я сомневаюсь, что Дамианос успеет к этому времени одержать убедительную победу с имеющимися у него силами и захватить все нужные слои Ада. А значит, у Света Небес будет веский повод для недовольства… Возникла долгая пауза. Эвдокия обдумывала факты и последствия, которые из них вытекали. Филандер затих, понимая, что гораздо выгоднее дать ей самой сделать выводы, нежели навязывать собственные. Когда человек приходит к какому-то решению сам, то ценит его куда выше чужих предложений. В общем-то, вариантов действий у Эвдокии, оставшейся на этом слое Ада за главную предводительницу, было немного. Помешать планам ангелов в мире людей она никак не могла, как и помочь Дамианосу уровнем ниже. Последнего можно было лишь попытаться предупредить посредством аватара герцога Астарота, в остальном же следовало заботиться о себе и о своём окружении. Ведьмы и оставшиеся с ними волшебники сейчас были совершенно не готовы к перетряске всех слоёв Ада. Если демонов погонят наверх, то логично держаться как можно дальше от пронзающего всё мироздание Колодца Душ. Или, как его сознательно называл Филандер, от Сита для душ… Сита для душ. Сита. Сита, отделяющего душу от всего, что связано с личностью. — Нам нужно, нужно… — задумчиво произнесла Эвдокия, — перенести Филакитод как можно дальше от Сита для душ. С другой стороны… А ведь это решение! Сколько, ты говоришь, это паломничество займёт времени у ангелов и их жертв? Хотя бы примерно? Филандер притворился, что удивился такому вопросу: — Хм, путь через Предтечи Ада к Колодцу Душ долог, — теперь, когда Эвдокия проглотила наживку, можно было снова называть вещи своими именами, вместо придуманного самим же Филандером названия. — С учётом того, что туда отправилась огромная и совершенно неподготовленная толпа, думаю, путь займёт месяца три минимум. Эвдокия кивнула: — Я постараюсь уговорить кого-то из наших бывших двоедушников наверху последовать за паломниками. Пора бы древним магам высунуться из своих убежищ наружу, тем паче, если вся Магократия действительно устремилась в поход… Филандер понял намёк на проверку предоставленных им сведений, но на сей счёт он был абсолютно спокоен — пускай проверяет. Так даже лучше. — Ты тоже продолжай следить за перемещениями этого стада и пастырей, — продолжила главная ведьма. — Мне нужно точно знать время, когда толпа приблизится к Ситу. Немного подумав, она всё ещё с сомнением добавила: — Потому что мы направляемся к Сито тоже. Филандер про себя ликовал. Всё оказалось даже проще, чем он рассчитывал.* * *
Ксерсия, Город Золотых Врат Идлис прошептал напутствие очередному мужчине. В левое ухо, как он всегда делал. По какой-то неведомой причине именно левое ухо у людей было всегда открыто для разного рода внушений. Не то чтобы правая часть тела была от подобных манипуляций защищена, но как будто люди относились более критично к тому, что слышали правым ухом. Очень загадочно, но что есть, то есть. Идлис не был великим мудрецом или особенно сильным ангелом, он просто лучше остальных чувствовал, чего хочет Свет. Его собственное левое ухо всегда было открыто для указаний Владыки, в то время как правое ухо было закрыто для добрых советов, милосердия и всего, что мешало достижению цели. Надо быть не добрым, а целеустремлённым в правильном направлении. Зачем кого-то жалеть, если этот кто-то помрёт, если ты не заставишь его сделать что должно? Да и в случае если такой человек помрёт несколько раньше положенного, выполняя навязанный сверху долг, разве это повод для снисходительности? Щадить имеет смысл лишь для того, чтобы дать человеку возможность реализовать себя в будущем, но когда никакого будущего у большинства людей нет, то к чему давать им пустую надежду и лишнее время? Из дополнительной возможности они всё равно не извлекут никакой пользы, поскольку слабы и безвольны. Нет, с людьми нельзя цацкаться, людьми надобно управлять. Да людьми, в общем-то, всегда и управляли. Столь ли уж важно, руководит ими царь, жрец, царь жрецов или спустившийся с Небес ангел в обличии человека? Народ — всего лишь инструмент, собственная воля которого весьма и весьма ограничена. Самостоятельность нужна людям, чтобы самим себя обеспечивать, в остальном они должны служить господину. Ведь только в таком случае разношёрстная масса людей станет силой, с которой придётся считаться другим народам и демонам. Только фанатично служа верой и правдой, даже слабак принесёт хозяину пользу. Только перестав считать людей личностями, можно добиться от них невозможного. А Идлису нужно было выжать из людей всё. — Не надо бояться демонов, — шептал он склонившему голову человеку. — Не надо бояться смерти. Бояться нужно лишь одного: подвести сестёр и братьев по вере своих, не исполнив свой долг. С этим я отпускаю тебя: служи верно Свету. Не оглядываясь на получившего напутствие человека, которого, как прекрасно знал Идлис, он больше никогда не увидит, мессия шагнул к следующему. Склонился над его левым ухом: — Очиститься от грехов можно только смыв их всех кровью. Кровью врагов, и чем сильнее враг, тем выше будет награда! Для тебя это единственный шанс, ведь никакие молитвы не спасут твою порочную душу. Лишь кровь ещё больших грешников обратит твой грех в святость… Идлис — ангел праведной мести — подошёл к следующему мужчине в огромной толпе, собравшейся рядом с Золотыми Вратами: — Твоя вера не стоит гроша. Истинно говорю тебе: ты струсишь, едва почуяв опасность! Не стоит тебе отправляться к границам империи, ступай-ка лучше к жрецам. Скажи им, что будешь снабженцем. В том нет геройства и отпущения грехов, но будет от тебя хоть какая-то польза. Дрожащий с головы до пят здоровенный с виду мужчина не посмел даже пикнуть, не то что перечить мессии. Он лишь склонил голову ещё ниже и совсем как-то сгорбился, смотря себе под ноги. Идлис шагнул к его соседу: — Забудь о своей прошлой семье, теперь твоя семья — эти люди. Вместе вы пройдёте через Поля Костей, вы дойдёте до страны магов! Бывшей страны магов. Вы изгоните туда демонов. Но оттуда уже не вернётесь… Ибо вознесётесь наверх! И тогда семьёй твоей станут обитатели Неба. Идлис шагнул к следующему. И к следующему. И к следующему, и так покуда не ободрил всех людей. Он никого не упускал и ни к кому не подходил дважды. Он шептал каждому ровно то, что требовалось, чтобы человек отбросил сомнения. Ибо сомнения — главный враг в достижении цели. Особенно если цель принципиально невыполнимая. По крайней мере для обычных людей, не отбросивших всё ради веры. Лишь фанатики смогут сражаться с ордами демонов, понимая разумом, что победить ну никак невозможно… Лишь фанатики, лишь глубоко одураченные религией люди.
