То самое ощущение

...Я уже мысленно заказывал себе надгробие с надписью: «Здесь лежит акула, которая не прошла самый лёгкий уровень жизни». Глаза заволакивал туман, пластиковый кулер на моей груди жалобно хрустел от сухости, а водяной хвост превратился в какую-то жалкую, испаряющуюся лужицу. Лили плелась рядом, бледная, как приведение, её сиреневые волосы почти полностью погасли.— Вижу контуры... — хрипло отозвался Тэо. Его очки-рентген бешено светились в темноте. — Там... заброшенная заправка. Ещё тридцать метров, Нейд. Соберись, кусок рыбы, у меня кулдаун на терпение сейчас сбросится!Эти тридцать метров я не шёл. Я полз, спотыкаясь о собственные ноги из-за чёртова проклятия Кэйта.Бум! Тэо с разбега выбил плечом хлипкую дверь склада заправки. Пахло старым бензином и пылью. Но главное — в углу, тускло поблёскивая в лунном свете, стояли они. Большие, чистые пятилитровые бутыли с водой. Тэо не стал церемониться. Он схватил бутыль, скрутил крышку и со словами «Живи, чучело!» ливанул её прямо в верхний бак моего кулера.О-о-о-о-да-а-а-а.Это было лучше, чем пройти... А, пофиг! Вода хлынула по системе, гидрокинез внутри меня радостно забурлил, хвост снова стал упругим и прозрачным, а в глазах наконец-то прояснилось. Слава богу, тот странный дурацкий эффект от дыма, из-за которого мне хотелось... ну, вы поняли, полностью прошёл. Осталось только проклятие «пьяной честности».Я тут же повернулся к Тэо. Я хотел сказать: «Спасибо, бро, ты лучший». Но мой язык, живущий своей жизнью, выдал:— Тэо! Ты такой занудный робот, и у тебя лицо как у недовольного кассира, но я так сильно тебя люблю, ты спас меня! И прости за пиццу с ананасами, хотя это всё равно извращение, но ты имеешь право портить свой желудок, я больше не буду ругаться! Тэо тяжело вздохнул, протирая очки краем футболки.— На кулдаун проклятия я даже смотреть не буду, там всё ещё бесконечность. Ладно уж, прощаю. Лучше помоги Лили.Лили сидела на полу, прислонившись к ржавому автомату с газировкой. Ей было совсем худо. Вода из бутылки помогла ей не умереть, но без Кристалла Моря она едва могла пошевелить пальцами.— Я... я не смогу идти дальше, мальчики, — тихо прошептала она, и её голос прозвучал как шорох сухих листьев. — Оставьте меня здесь. Пожалуйста.— Ага, сейчас, разбежалась! — буркнул я, чувствуя, как внутри закипает акулья ярость на H2-NO. — Тэо, ищи замену ногам, мы её тут не оставим!Тэо за секунду просканировал рентгеном подсобку и вытащил оттуда старую пыльную коробку. Внутри лежали... огромные четырехколёсные ретро-ролики. И лонгборд.— Моторов нет. Привод ночной, то есть ножной, — отчитался Тэо. — Дорога впереди ровная, под горку. Нейд, обувайся. Моя координация была к чёрту сломана, ноги разъезжались в разные стороны, но когда я посмотрел на увядающую Лили, в моей голове щёлкнул режим Шерлока. Я со скрипом натянул ролики, завязал шнурки, сделал неуклюжий кувырок, но чудом удержался на колёсах.Я подъехал к Лили, наклонился и аккуратно, стараясь не нажимать на краники своего кулера, взял её на руки. Она была лёгкой, как морская пена.— Держись за меня, — сказал я вслух, и проклятие тут же добавило отсебятины: — Твои волосы всё равно самые красивые, даже когда ты похожа на сушёную воблу, и у меня сердце стучит так, будто я сейчас взорвусь, так что не вздумай отключаться, поняла?!Лили слабо улыбнулась и уткнулась носом в мой пластиковый корпус.Тэо встал на лонгборд, сверился со старой картой, которую нашёл на кассе, и указал вперёд, в темноту:— По накладным H2-NO, их база в пятидесяти километрах отсюда, в Индустриальной Зоне. Погнали. И мы покатили. Пьяная акула на роликах, несущая на руках засыхающую медузу, и хмурый очкарик на скейте. Настоящая банда.