Шестое правило работы в стриптиз-клубе: не влюбляйся в человека, который платит тебе за внимание

У нее лицо с обложки самого крутого журнала. Может из-за этого она и выглядит, как все остальные, но желание смотреть на нее становится все сильнее. Кремовая помада медленно покрывает ее губы. Девушка блаженно смотрит, как розовый оттенок играет у нее на лице. От пятого до двадцать шестого этажа 23 секунды. 20 секунд. Я глубоко вздохнул. 16 секунд. Что делает девушка в костюме клоуна в бизнес-центре? 14 секунд. Хотя так она меня даже сильнее заводит. Я мог бы всадить ей в этом костюмчике. 11 секунд. Интересно, ее стоны были бы слышны на этажах? 8 секунд. Лифт остановился. Мы переглянулись — произошло полное дерьмо. — Надеюсь, у тебя нет клаустрофобии? – хмыкнула девушка. Меня пробирает тошнота где-то между лопатками. Гайморовы пазухи забиты слизистыми пробками животного страха. — Ты, наверное, к нашему директору пришла по поводу дня рождения его сына? — на моем лбу начали появляться капли пота. Удивительно, как быстро страх меняет восприятие температуры. — Нет, я проститутка. — А зачем костюм клоуна? — я указательным пальцем провел в воздухе линию снизу вверх. — Только с утренника вернулась? — Твой босс извращенец, — проститутка поправила свой накладной нос и равнодушно пожала плечами. Лифт тронулся. 5 секунд. — И какого это? — Относишь в химчистку костюм испачканный в сперме, а потом идешь покупать дорогую сумку. — Что, решили напоследок перечитать любимые моменты? Я подняла взгляд. Растрепанные волосы, но в меру настолько, чтобы можно было заметить: парень не пропускает барбершоп. Бордовый свитер слегка поношенный, скорее всего, купленный в масс-маркет. И дурацкий пирсинг на ушах, который так и говорит: «Дорогая, у меня денег пока нет, но ты подожди немного, скоро они появятся». В четырнадцать лет ты мечтаешь о таком парне с татуировками, возможно даже встречаешь его в школе. Каждый день невзначай проходишь мимо кабинета, где у него проходят уроки. Каждую ебаную перемену раньше всех встаешь с урока и бежишь по лестнице на второй этаж, чтобы даже не посмотреть в его сторону. В двадцать такие парни рассказывают тебе, как правильно держать их член в руке и шипят, когда ты в очередной раз цепляешь зубами уздечку. Для них жизнь — это наслаждение, для тебя — боль от первого секса и тревожное разглядывания теста на беременность, потому что ему не нравится в презервативе. В двадцать семь ты не тратишь время на подобных парней, твое очарование ими закончилось после постоянных слез и ожидания, когда он позвонит после того, как нагуляется с твоей лучшей подругой. Взгляд снова опустился в книгу. Надо хорошенько запомнить все реплики проститутки, чтобы Вонючий Носок дал мне как можно больше чаевых за отличную подготовку. Мои клиенты получают прозвища на ассоциациях. Точно так же как вы называете на работе коллег, имена которых нельзя упоминать: «Озеро в лесу», «Гном», «Страшная родинка». Я называю их: Вонючий Носок Книга Отказов Прозвища, которые они получили по своей внешности: Живой покойник Парфюмерный маяк Прозвища, присвоенные по их фетишам: Латексный Рыцарь Подкроватный Монстр Имя Вонючий Носок я дала ему во время приватного танца. Тогда он снял свои туфли, сказав: «Я где-то прочитал, что на ласки ног и ласки половых органов реагируют одни и те же участки мозга». Мужчина смотрел на меня, и усиленно натирал свои пальцы один за одним, это и правда походило на дрочку, но остановить я его не могла, ведь жест хоть и странный, но не нарушает правил стриптиз-клуба. По мере того, как он натирал свои ступни все сильнее воздух переполняло запахом размножающихся бактерий, которые насытились его потом. Я танцевала и чувствовала резкий запах старого сыра, пока Вонючий Носок продолжал с силой мять свои ноги. Потом этот едкий аромат сопровождал меня до самого конца рабочей смены. А еще Вонючий Носок любил эксперименты, а еще ему нравилось находить неординарные способы получать возбуждение. А еще он признался, что до жути боится клоунов, и как он понял по книге, единственный способ избавится от страха нарядить меня в костюм Пеннивайза. — Здравствуйте,— голос чьей-то будущей ошибки обратился уже к библиотекарше, — спасибо за книгу. Хотел бы в этот раз прочесть что-нибудь менее драматичное. — Молодой человек, — с цоканьем обратилась библиотекарша, — имя назовите. — Энджин. На что можно смотреть бесконечно? Я бы назвала несколько вещей: - таракан, который лезет по ботинку; - мигающая лапочка на подвесной люстре; - капля воды, стекающая с потолка. Кстати, заметив, что ловить здесь нечего, таракан развернулся и пополз обратно. А потом стоило ему спуститься на пол, как он почти исчез среди грязи. Видите-ли, если размазывать мокрую тряпку по пыльному линолеуму, от этого он не станет чище. Хотя механика верная. Книга закрылась с громким звуком «Хлоп» в такт с моими ботинками, которые шагнули со скрипом вперед. — Имя, — как уличная нищенка библиотекарша протянула руку вперед. Ненавижу попрошаек. — Мока, — держась за уголок переплета, я передала ей книгу. — Ты прям книжный червь, — как-то с упреком усмехнулась сухая бабка и посмотрела вверх из под своих заляпанных очков. Лизнув указательный палец со смачным звуком «Чавк», она стала перебирать карточки с именами посетителей. — У тебя так много свободного времени? — Ну, наверное, — вставая на пятки, тело качнулось назад. Терпеть не могу эти дурацкие допросы, которые ведут всегда к фразе: — Понятно, — грязные ногти библиотекарши почесали корни волос. На пару секунд ее плечи увидели новогоднее чудо: белые хлопья посыпались с головы. Выйдя из здания, тело автоматически достало сигарету. Следующим движением я взяла зажигалку из кармана черного плаща, большой палец сорвал искру с колесика «Щелк». Осталось найти клоунский костюм на вечер. — Тесса, — держа тлеющую сигарету между пальцев, я аккуратно почесала бровь, — как дела? — Ну, привет, —из ошейника раздался зевок. — Ну, я, как бы, проснулась только, воот. А чо, сколько время? Капец блин! Надо же, как бы, просыпаться, точнее, ну, там, вчера мистер U позвал меня на вечеринку. Ну, типа на день рождения. Там его друг такой сексуальный прям мне хотелось его, но он как бы не в моем вкусе, хотя смешной такой. У каждой танцовщицы свои позывные для клиентов. Тесса ненавидела запоминать много слов, поэтому придумала трюк с буквами. И будем честны, если бы она называла своих постоянников по прозвищам, вы бы потеряли мысль сразу после «Ну, я точно не помню, вообще там как бы и тот в сером был с прической». — Понятно-понятно, — я сделала глубокую затяжку. — Тесса, у тебя же есть костюм клоуна? Дай на вечер. — Да, где-то был, — было слышно, как шелестит постельное белье. — Может, есть даже ближе, чем я думаю…типа под кроватью. Несмотря на сложный лексикон, голос у нее был очаровательный, будто птичка щебечет тебе под ухо: Фьють-фьють И он такой типа… Фьють-фьють А я как бы ну, не такая… Фьють-фьють —Давай кофе попьем? Я как бы не проснулась, но я вот… я уже встаю и… — Приходи в кофейню «Последний глоток», — сделав затяжку, я кинула тлеющий окурок мусорку. — Буду ждать тебя с одеждой. Если у вас в голове была мысль, что у всех стриптизерш есть костюмы на любую фантазию клиента, забудьте о ней. У каждой свои инструменты для привлечения, от акции «возьми приватку и получи минет в подарок» до «я стану твои самым страшным кошмаром». Вы выбираете стриптизершу так же, как стоматолога. Только в нашем случае, ваш персональный врач готов выслушивать переживания, сжимая анальную пробку с хвостом. — Здравствуйте, — я задумчиво начала массировать заднюю часть шеи одной рукой, — сделайте, пожалуйста, раф на банановом. Буду пить здесь. — Какой же ты пиздабол! — сзади раздался крик, с грохочущей посудой. — Ты, кусок говна, сказал, что хламидии…что ты заразился хламидиями из-за сырого мяса! — Ты чо орешь, дура — тот самый пиздабол приложил палец к губам и что-то громко нашептывал. — Не позорь меня, я сказал не хламидии, а сальмонелла. — А…а разница какая? — было слышно, что собеседница еще не решила, как реагировать на эту информацию. — Господи, как я вообще на такой дуре женился?! Парочка продолжала орать друг на друга: «У тебя уже сколиоз, ты вообще ничего не помнишь!» «Идиотка, это склероз называется» Вся кофейня погрузилась в тишину. Каждый жадно хватал фразы, которые выкрикивали эти двое, чтобы потом передать другому: «Не поверишь, что сегодня было…». Я смотрела, как пара багровеет от злости, продолжая вспоминать друг другу ошибки: «Правильно подруга говорила, ты…» «Твоя подруга — безмозглая курица» Вмешиваться совершенно не хотелось, я…наслаждалась? Да, эти крики убаюкивали, казалось, будто меня накрывают мягким пледом, который пропах зажаркой для супа. Мое тело отреагировало инстинктивно, им двигала ностальгия по временам, когда я носила маленькие разноцветные резинки для волос. Да, ссорились не мои родители, но на душе расплывалось что-то теплое: «Я ненавижу искать твои трусы по всему дому!» «Меня тошнит от твоей стряпни!» За соседним столиком возле них сидела пара помоложе. Оба съежились от ругани и шокировано смотрели на кричащих. Они уверены, что их такое никогда не коснется. Их любовь выживет даже после споров, чья очередь отскребать жир со сковородки. Их страсть не погаснет даже после того, как ее скрутит поносом после острой кухни. Их доверие останется железобетонным, даже когда выяснится, что он спустил их ипотеку в подпольном казино. «Я лучше сдохну, чем еще раз поеду к твоей матери!» «Да ты и так уже дохлый, если бы не виагра!» Но, будем честны, это лучше, чем выковыривать палку вареной колбасы из жопы клиента.