Пропорция ничтожности

Стерильная салфетка, смоченная дистиллированной водой, пахла аптечной чистотой и легким травяным антисептиком. Джон сам, используя тончайшие медицинские пинцеты с мягкими силиконовыми наконечниками, бережно вправил микроскопическое плечо Лололошки. Боль была резкой, но мимолетной. Теперь мироходец сидел на краю пушистого ватного диска, бережно укрытый мягким лоскутком безворсовой ткани, и наблюдал за тем, как меняется его тюрьма.Титановый бункер был безжалостно отправлен в утилизатор. Вместо него на очищенном от гари столе Джона вырос колоссальный прозрачный куб.Это был дорогой демонстрационный террариум из кварцевого стекла, который JDH изначально планировал использовать для выращивания пространственных кристаллов. Теперь же великан обустраивал его с пугающей, почти фанатичной дотошностью.— Так, Тимми, аккуратнее сфагнум укладывай, — раздался сверху голос Джона. Он больше не гремел пушечными выстрелами. Великан намеренно говорил тише, щадя барабанные перепонки Лололошки, а на его терминалах теперь стояли мягкие звукоизоляционные фильтры. — Слой должен быть плотным, чтобы при ходьбе не повреждались суставы. И не забудь про температурный датчик. Если Ло простудится в таком размере, его иммунная система просто не справится с макро-бактериями.Тим, все еще бледный и вздрагивающий от каждого резкого движения куратора, осторожно, с помощью длинного пинцета, раскладывал по дну куба зеленые подушечки живого мха. Для Лололошки этот мох выглядел как дремучий, мягкий тропический лес. В углу террариума Тим установил гладкую плоскую гальку, которая превратилась в монументальный каменный подиум, а рядом из перевернутой пластиковой крышечки соорудил небольшое озеро с чистой фильтрованной водой.Страх, который раньше сковывал легкие Лололошки, сменился странным, сюрреалистичным чувством. Джон больше не пытался сломать его морально. Напротив, в его действиях сквозила гиперопека. Но эта забота великана пугала едва ли не сильнее прежнего холодного безразличия. Из лабораторного материала Лололошка превратился в редчайшего, хрупкого питомца, чья безопасность стала для JDH делом чести.— Ну вот, совсем другое дело, — пробасил Джон, наклоняясь к открытому верху террариума.Его лицо теперь находилось за стеклом, и JDH намеренно снял очки-авиаторы, чтобы Ло видел его глаза. В них больше не было леденящего научного азарта — скорее, снисходительное и мягкое удовлетворение. Великан аккуратно опустил ладонь в куб, позволяя Лололошке перебраться со стола в его новое жилье.Кожа Джона была теплой. Он подождал, пока мироходец устроится на его указательном пальце, и бережно перенес его на каменный подиум среди мха.— Отдыхай, оригинал, — тихо сказал Джон. Его дыхание всколыхнуло верхушки зеленых «деревьев» вокруг Лололошки теплым летним бризом. — Здесь тебе ничего не угрожает. Тимми будет следить за чистотой воды, а я подготовлю новую, абсолютно безопасную формулу для восстановления. Больше никаких железных коробок. Я не позволю тебе исчезнуть из-за банальной технической ошибки.Джон поднялся во весь рост. Теперь, глядя на него снизу вверх через прозрачные стены террариума, Лололошка чувствовал себя защищенным от внешнего мира, но абсолютно отрезанным от него. Куб не имел крышки — Джон оставил верх открытым для идеальной вентиляции, понимая, что с гладких трехметровых стеклянных стен его микро-копия все равно никуда не сбежит.Мироходец опустился на мягкий мох, прижавшись спиной к теплому камню. Тим из своего угла бросил на него быстрый, сочувственный взгляд, но ничего не сказал — Джон внимательно следил за каждым его шагом. Изменив тактику, JDH создал для них идеальную золотую клетку, из которой не было видимого выхода.Покой внутри стеклянного «Эдема» оказался иллюзорным. Лололошка сидел на каменном подиуме, наблюдая, как Тим аккуратно капает из пипетки свежую воду в их импровизированное озеро. Жизнь в террариуме подчинялась строгому расписанию Джона: идеальный свет, выверенная температура, мягкий мох под ногами. Страх за собственную жизнь утих, но на его место пришло удушающее чувство изоляции. Лололошка понимал, что эта забота JDH — лишь другая форма абсолютного контроля. Великан просто оберегал свой самый ценный и хрупкий экспонат.Плик.Электронный зуммер на главном терминале Джона издал резкий, тревожный сигнал. Световые панели над столом мигнули. Джон, до этого увлеченно изучавший стабильность искры на голографическом экране, мгновенно выпрямился. Его лицо помрачнело.— А вот это уже совсем не входит в мои планы, — недовольно пробасил JDH. Его голос, хоть и отфильтрованный звуковыми барьерами, заставил верхушки мха вокруг Лололошки мелко задрожать. — Тимми, к нам гости. И, судя по сигнатуре прокси-ключа, это наш общий длинноухий друг.— Дилан? — Тим резко вскинул голову, и в его глазах на мгновение вспыхнула отчаянная надежда. Парень инстинктивно сделал шаг в сторону двери, но Джон тут же преградил ему путь, встав между креслом и выходом словно непреодолимая каменная стена.— Сидеть, — негромко, но с пугающим металлом в голосе скомандовал Джон. Он бросил на Тима предупреждающий взгляд. — Если ты издашь хоть звук или попытаешься подать ему знак, я заблокирую твою учетную запись в системе университета навсегда. И поверь, это будет меньшим из твоих наказаний.Джон стремительно повернулся к террариуму. Для Лололошки его приближение выглядело как внезапное затмение — колоссальная фигура полностью перекрыла свет ламп. Огромное лицо JDH появилось прямо над открытым верхом куба. Без очков его глаза казались неестественно большими и сосредоточенными.— Ло, дорогуша, нам нужно сыграть в прятки, — тихо, почти шепотом проговорил великан. Его дыхание теплым потоком воздуха прижало Лололошку к камню. — Сейчас сюда войдет Дилан. Он ищет вас двоих. Если он заметит тебя в таком виде, у него случится системный сбой, а мне придется тратить время на его форматирование. Будь умницей. Спрячься под мох и не шевелись.Джон осторожно опустил в террариум ладонь, помогая Лололошке забраться в самую густую часть зеленых зарослей у подножия камня. Как только микро-мироходец скрылся между влажными стеблями сфагнума, над кубом взлетела огромная рука Джона. Великан подхватил весь стеклянный террариум, весивший для Лололошки как целый жилой квартал, и плавно переставил его на самую нижнюю, скрытую в тени полку под рабочим столом.Внутри куба все поплыло. Озеро-крышечка опасно качнулось, но благодаря хирургической точности движений Джона ни одна капля не пролилась. Вокруг Лололошки воцарился полумрак. Сквозь толстое стекло и густую тень от столешницы он мог видеть лишь огромные обсидиановые туфли Джона и ножки лабораторных кресел.Пшик. Скрип.Тяжелая бронированная дверь лаборатории наконец поддалась под натиском хакерского софта Дилана и со скрипом отъехала в сторону. В помещение быстрым, уверенным шагом вошел Дилан. В руках он сжимал свой верный ноутбук, а на лице застыло выражение крайней степени раздражения и подозрительности.— Хоррис, какого черта? — с порога зло бросил Дилан. Его голос, разнесшийся по лаборатории, заставил Лололошку вздрогнуть в своем укрытии под мхом. — Почему у тебя заблокированы все каналы связи? Клео с ног сбилась, разыскивая Тима. А Лололошка вообще не появлялся в блоке со вчерашнего дня. Что вы тут устрои...Дилан осекся, заметив Тима, который сидел в углу с виноватым и дико испуганным видом, бережно прижимая к себе ушибленную руку. Геймер перевел взгляд на Джона, который уже успел вернуть на лицо свою фирменную, безупречно-раздражающую ухмылку и вальяжно облокотился на терминал.— Дилан! Рад видеть, дорогуша, — приторно-сладким тоном протянул JDH, раскинув руки в приветственном жесте. — Мы тут с Тимми проводим… конфиденциальный аудит программных кодов для нового ядра. Знаешь, уединение помогает сосредоточиться. А Лололошка… Ну, ты же знаешь нашего героя. Он, кажется, упоминал что-то о сборе трав в лесу. Или спасении очередного мира. Я не вникал.Дилан не двинулся с места. Он медленно опустил взгляд на пол, затем на рабочий стол Джона, где все еще виднелись едва заметные следы недавней гари от взрыва калибратора. Лололошка, затаив дыхание под прохладным мхом, сквозь стекло террариума видел, как кроссовки Дилана остановились всего в полуметре от его стеклянного убежища. Страх вернулся с новой силой: если Дилан посмотрит вниз, под стол, он увидит куб. Но если он его увидит, Джон пойдет на крайние меры, чтобы сохранить свой секрет.