Солнце и Луна

— Она не отступит, — произнёс Клаус задумчиво, и его взгляд был устремлён куда-то вдаль, за пределы этой комнаты, за пределы этого тела, туда, где сейчас, вероятно, кружилась в танце его соулмейт. Кэтрин закатила глаза с той преувеличенной демонстративностью, на которую была способна только она. — Кто? — спросила она с напускной скукой, хотя в глубине её глаз горел интерес. — Полагаю, ты не о Елене. — Селена, — сказал он. — Она не отступит без боя. Я видел это в её глазах — тот самый огонь, который не гаснет, даже когда всё вокруг горит. — Ты даже не знаешь её, — заявила Кэтрин, и в её голосе прозвучала та самая скептическая интонация, которая всегда появлялась, когда она считала, что кто-то ведёт себя глупо. — Ты говорил с ней секунд десять. Десять секунд, Клаус. За это время даже я не успеваю оценить человека, а я — мастер оценки. — Я знаю её достаточно, чтобы понимать: она предана своим друзьям и семье до мозга костей. — Он усмехнулся, и в этой усмешке промелькнуло что-то похожее на гордость — гордость за женщину, которую он ещё даже не завоевал. — Она будет защищать их любой ценой. Даже ценой собственной жизни. Я видел таких людей раньше — они редки. Они бесценны. Но я велел ей не вмешиваться. — И ты думаешь, она тебя послушает? — Кэтрин недоверчиво фыркнула, и её брови взлетели вверх. — Ты, кажется, не понимаешь, с кем имеешь дело. Эта девушка упрямая, как мул, и волевая, как шторм. Если она чего-то хочет — она это получит. Даже если на пути стоит Первородный вампир. Даже если на пути стоит сама смерть. — О, не говори мне, что ты ревнуешь к ней, Катерина, — насмешливо улыбнулся он, и в его глазах заплясали опасные огоньки. — Нет, — фыркнула она, и в этом фырканье было больше искренности, чем ей хотелось бы показать. — Я не ревную. С какой стати мне ревновать? Я просто говорю тебе, с чем тебе предстоит столкнуться. Эта девушка — не цветочек, который можно сорвать и поставить в вазу. Она — лесной пожар. И если ты не будешь осторожен, она сожжёт тебя дотла. Клаус замолчал на мгновение, переваривая её слова, а затем его губы тронула та самая, едва заметная улыбка, в которой смешались восхищение, предвкушение и что-то ещё — что-то более глубокое, более тёмное, что Кэтрин не могла расшифровать. — Что ж... в её прекрасных глазах действительно прячется маленький дьявол. Я заметил это с первого взгляда. Там, за всей этой красотой, за этими ореховыми глазами, которые могли бы принадлежать ангелу, скрывается огонь. Настоящий, дикий, неконтролируемый. — Он покачал головой, и в этом жесте было что-то почти благоговейное. — И, признаться, я нахожу это... завораживающим. Кэтрин долго смотрела на него — оценивающе, холодно, с тем самым выражением, которое означало, что она собирается сказать то, что ему не понравится. — Совет на будущее? Селена эгоистична и манипулятивна. Она думает только о себе, и если ей понадобится использовать тебя для достижения своих целей — она сделает это не моргнув глазом. Советую быть осторожным. — Она сделала паузу, и её губы изогнулись в кривой усмешке. — По крайней мере, она умна. Очень умна. И это делает её ещё более опасной. — Ты описываешь меня, Катерина, — произнёс Клаус с той спокойной, ленивой грацией, которая была его визитной карточкой. Он повернулся к ней, и в его глазах горел тот самый огонь, который появлялся только тогда, когда он говорил о чём-то по-настоящему важном. — Эгоистична. Манипулятивна. Опасна. Умна. Ты только что описала мой собственный характер. И ты хочешь, чтобы это меня оттолкнуло? Кэтрин открыла рот, чтобы возразить, но он не дал ей такой возможности. — Ты сама сказала, помнишь? — он сделал шаг ближе, и его голос стал ниже, интимнее. — «Она — это ты. Твоя копия в женском обличье». Так почему же я должен бояться собственного отражения? Почему я должен остерегаться той, кто создана быть моей парой во всех смыслах этого слова? — Потому что, — Кэтрин подалась вперёд, и её глаза сверкнули, — даже ты иногда ошибаешься, Клаус. Даже ты можешь недооценить противника. А Селена Гилберт — не просто твоё отражение. Она — твоё отражение с острыми зубами. И если ты думаешь, что она покорится тебе просто потому, что какая-то метка у неё на шее, — ты будешь жестоко разочарован. Клаус улыбнулся — широко, открыто, и в этой улыбке было что-то почти мальчишеское. Что-то, чего Кэтрин никогда у него не видела. — О, Катерина. Именно поэтому она мне и нужна. Покорность — это скучно. Покорность — это для смертных. А я ждал девятьсот лет не для того, чтобы найти кого-то, кто будет склонять голову. Я ждал ту, кто посмотрит мне в глаза и скажет: «Нет». Ту, кто будет бороться со мной каждым шагом. Ту, кто сделает победу сладкой. Он отвернулся к окну, и его голос стал тише, задумчивее: — Она — вызов. Самый прекрасный вызов, который когда-либо бросала мне судьба. И я не собираюсь отступать.

***

Селена, Элайджа, Стефан и Елена собрались в гостиной, обсуждая ритуал. — Сегодня полнолуние. Следует предположить, что Клаус готов снять проклятие, — сообщил им Элайджа; Селена переглянулась со Стефаном. — Елена сказала, что проклятие солнца и луны — фальшивка, что на самом деле это просто проклятие, наложенное на Клауса, — сказал ему Стефан, и Элайджа объяснил, почему Клаус хочет снять проклятие: чтобы пробудить свою оборотную часть и стать истинным гибридом. — Тогда зачем мы позволяем ему снимать проклятие? Мы можем убить его сегодня с помощью Бонни, — вошёл Деймон. — Деймон, — предупредил Стефан. — Нет, Бонни не может использовать столько силы и не умереть, — возразила Елена. — Я напишу ей отличную надгробную речь, — сказал Деймон, и Селена в досаде прикрыла лицо рукой. — Это не вариант, Деймон, — твёрдо заявила Селена. — Ладно. Как нам снять это проклятие? — спросил Стефан у Элайджи. — Что ж, сам ритуал довольно прост. Ингредиенты, так сказать, вам уже известны, — объяснил им Элайджа. — Лунный камень, — выдохнула Селена, сжимая руку Елены, чтобы утешить её. — Ведьма направит силу полной луны, чтобы высвободить заклинание, заключённое в камне. После этого Клаус, будучи одновременно оборотнем и вампиром, принесёт в жертву по одному из каждого вида, — закончил Элайджа. — А какое место во всём этом занимаю я? — испуганно спросила его Елена. — Финальная часть ритуала, — сказал он, беря с полки деревянную шкатулку. — Клаус должен полностью осушить двойника, забрав всю его кровь. Только тогда ритуал завершится. — И вот здесь вступаешь ты, — тяжело вздохнула Елена. — Это тот самый эликсир, который я приобрёл около пятисот лет назад для Катерины, — сообщил им Элайджа, открывая старинную коробочку. — Он обладает мистическими свойствами воскрешения. — Значит, я буду мертва. — А потом нет, — заявил Элайджа, и Селена недоверчиво на него посмотрела. — Это и есть твой план? — недоверчиво спросил Деймон. — Магическое ведьминское зелье без срока годности? Хочешь вернуться к жизни? А как насчёт кольца Джона? — Эти кольца работают только на людях, — заявил Элайджа. — Двойники — сверхъестественное явление. Скорее всего, кольцо не сработает. — Не уверен, что твой эликсир внушает мне больше доверия, чем кольцо Джона, — парировал Деймон. Селена вздохнула. — Что, если он не подействует, Елена? — Вообще-то, я с Деймоном согласна, — сказала Селена, и Деймон гордо усмехнулся, глядя на Элайджу. — Что, если он не подействует, Эл? — Тогда, полагаю, я просто буду мертва, — сказала Елена, и Селена яростно на неё уставилась. — Ты серьёзно? — Мы знаем, есть ли у Клауса всё необходимое для этого? — спросила Елена, уклоняясь от взгляда сестры. — У него есть оборотень? — Клаус ждал снятия этого проклятия более тысячи лет, — произнёс Элайджа, и Селена гневно вскочила. — Прошу прощения. Мне нужно подышать воздухом. Селена ушла, оставив их троих, и присоединилась к Деймону на улице. — Завтрак чемпионов, да? — саркастически спросил Стефан, выходя к ним. — Если честно, нам сейчас не помешает хоть кто-нибудь с мозгами, — усмехнулся Деймон. Селена забрала у него стакан. — К счастью, кроме меня здесь есть ещё Селена. — Знаете, сейчас от ваших споров пользы не больше, чем от вас самих, — устало сказал Стефан. Она лишь фыркнула. — Правда? И как, по-твоему, я должна реагировать, когда мой соулмейт собирается принести в жертву мою сестру, а она добровольно на это соглашается? — резко бросила Селена и сделала глоток бурбона. — Элайджа — Первородный вампир, Стефан! Тот, кого мы пытались убить. Ты собираешься верить этому парню? — Что ты хочешь, чтобы я сделал, Деймон, Селена? — риторически спросил их Стефан. — Елена приняла решение. Она предпочла довериться Элайдже... ты тоже так сделала, Селена. — Я никогда не говорила, что доверяю ему, — заявила Селена. — Никогда этого не говорила. — Я хочу верить в неё, — сказал он им. — Почему? Она в итоге окажется мертва, — парировал Деймон. — Потому что она поверила в меня. — Ну, этот разговор никуда не ведёт, так что я просто пойду, — сказала Селена, возвращая Деймону стакан и направляясь обратно в дом. — Идиоты.

***

Мгновения спустя они услышали крик из другой комнаты: — Убирайся! — Что происходит? — Селена и остальные бросились к Дженне, в руках которой был арбалет. — Это я, Елена, Селена, клянусь, всё в порядке, — сказал Аларик доппельгангеру. — Он меня отпустил. Клаус меня отпустил. — Это он, — сказала Селена, и они растерянно на него посмотрели. — Докажи, — осторожно потребовал Деймон. — Ладно, эм... в первую ночь, что мы провели вместе, Джереми вошёл как раз когда я собирался... — Это он, — Дженна опустила арбалет, и Селена насмешливо улыбнулась тёте. — Почему он тебя отпустил? — спросила Селена. — Он хотел, чтобы я передал сообщение... Жертвоприношение случится этой ночью, — вздохнул Аларик. — Он велел сказать тебе, Селена, чтобы ты подумала о том, что он сказал. — Что? — воскликнул Деймон, и она вздрогнула. — Ты его видела? — Он приходил поговорить со мной вчера... И заявил: «Я хочу, чтобы ты держалась подальше от неприятностей. Не заставляй меня показывать, на что я способен», — рассказал оно. Деймон закатил глаза. Когда все снова собрались в гостиной, Стефан спросил: — Значит, ты ничего не помнишь из того, что случилось? — Нет, я будто отключился и проснулся три дня спустя. Кэтрин была там, и он собирался взять Лини как рычаг давления, — объяснил Аларик. — Мне нужно подышать воздухом. Елена уже приняла решение, и я не могу его изменить, — холодно сказала она и вышла; Елена вздрогнула от её слов.

***

Она сидела в «Мистик-Гриле», попивая бурбон, пока кто-то не сел рядом; она подняла взгляд. — Я знаю этот взгляд, — сказала она Деймону. — Что ты натворил? — Я облажался. Я дал Елене выпить своей крови, — выпалил он и выхватил стакан у неё из рук. — Ты что сделал? — яростно прошептала она. — Я был так расстроен, а ты знаешь меня, когда я расстроен... — Да, ты склонен делать глупости, — заявила Селена, и он вернул ей стакан. — Честное слово, Деймон. — А ты почему пьёшь? — спросил он, и она снова отпила глоток. — Моя сестра сегодня приносит себя в жертву Клаусиморту. Ну, а почему бы и не отпраздновать! — саркастически произнесла она, он фыркнул, и к ним присоединился Аларик. — Клаусиморт? — Ага, это самая горячая версия Волан-де-Морта, — заявила Селена, и Аларик усмехнулся, несмотря на всю ситуацию. — Я облажался, — снова сказал Деймон учителю истории. — Да, да, облажался, — согласился Аларик; Деймон застонал и положил голову на плечо Селены. — Джентльмены, маленькая волчица, отчего такие мрачные? — раздался голос Клауса; он появился со сжатой челюстью, и она поперхнулась напитком. — Агх, — раздражённо застонал Деймон и поднял голову, чтобы посмотреть на Первородного. — Клаус, я полагаю. — Во плоти, — гордо улыбнулся он, и его взгляд метнулся к Аларику. — Спасибо за одолженное тело, приятель. Аларик одарил его пустым взглядом, а Селена так и не решилась обернуться. Дрожащими руками она поставила стакан на стол. Клаус молча наблюдал за ней. На его губах медленно появилась та самая самодовольная улыбка с едва заметными ямочками, будто её волнение лишь забавляло его. Он не сводил с неё взгляда — спокойного, изучающего, почти ласкового, но настолько пристального, что казалось, он прожигает ей спину. Она чувствовала этот взгляд каждой клеточкой тела. Сердце билось всё быстрее, дыхание сбилось, а пальцы непроизвольно сжались. Она боялась повернуться, боялась встретиться с ним глазами, потому что знала: стоит этому случиться — и отвести взгляд уже не получится. Деймон сразу заметил, как она напряглась. Без лишних слов он поднялся и встал перед Селеной, заслоняя её от взгляда Клауса. — По какой причине ты зашёл поздороваться? — гневно спросил Деймон. Клаус улыбнулся ему. — Мне сказали, ты и твой брат положили глаз на моего двойника. Вот решил напомнить, чтобы вы не делали ничего, о чём пожалеете. — Уже поздно, — забавляясь, фыркнула Селена, вставая рядом с Деймоном. Тот тут же обнял её за плечи. Самодовольная улыбка Клауса исчезла так же быстро, как появилась. Его взгляд остановился на руке Деймона, а на лице медленно проступил хищный оскал. «Когда-нибудь я лично оторву ему эту руку», — с ледяным спокойствием подумал он, не сводя глаз с ладони, лежавшей на её плече. — Ха! Спасибо за совет. Могу ли я, случайно, уговорить тебя на отсрочку? — пошутил темноволосый вампир, но он был на сто процентов серьёзен и притянул Селену ещё ближе к себе. — Ты шутишь, — спросил Клаус; Деймон насмешливо ухмыльнулся. — Он ведь шутит? — спросил Первородный у Аларика и Селены, не получив ответа от вампира. — Нет, не шутит, — фальшиво улыбнулась Селена. — Ну, слушайте, что такое один месяц в общей грандиозной схеме вещей? — настаивал Деймон, и Клаус нахмурился. — Позволь мне прояснить... У меня есть мой вампир, у меня есть мой оборотень. У меня есть всё, что нужно, — улыбнулся Клаус, оглядывая троицу. — Ритуал случится этой ночью. Так что если хотите дожить до завтра — не испортите его. Он произнёс это угрожающе, и его взгляд переместился на Селену. — Соулмейт ты или нет... я убью тебя, — пригрозил он, и она фальшиво улыбнулась; Деймон защитным жестом притянул её ещё ближе, и Клаус раздражённо закатил глаза. — Приятно было снова увидеться, любовь моя, — улыбнулся Клаус и подмигнул ей, прежде чем выйти из «Мистик-Гриля». — Ну, это было весело, — мечтательно заметил Деймон. — Может, для тебя, — парировала Селена. — Я слышал твоё сердцебиение за милю, — поддразнил он, и она метнула на него яростный взгляд. — Ага, когда у тебя есть горячий и красивый тысячелетний псих-соулмейт, — саркастически произнесла она. — Который готов принести в жертву твою сестру ради какого-то чёртова ритуала. Да, я чувствую себя просто великолепно. — Ой... Думаешь, если я уберу его оборотня из уравнения, она, может, простит меня за то, что я пытался обратить её в вампира? — спросил Деймон, и они с Селеной улыбнулись ему. — Думаю, это не будет иметь значения, потому что ты будешь мёртв, — сказал ему Аларик, и Деймон усмехнулся. — Да... мы в курсе. Спасибо, — заявила Селена, и Деймон кивнул. — Но без оборотня он не сможет провести ритуал этой ночью, — возразил Деймон. — Но ты всё равно будешь мёртв... Не знаю насчёт Селены, но ты будешь мёртв... Он ведь сказал, что убьёт тебя, — снова произнёс Аларик, и Деймон закатил глаза. — Ты поможешь мне или нет? — раздражённо спросил Деймон Аларика и обернулся к Селене. — Не хочешь помочь мне убить его оборотня? — Чёрт возьми, да! — взволнованно ответила она. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — сдался Аларик со вздохом.

***

Они приехали в квартиру Аларика; он открыл дверь. — Смотрите, кто достаточно глуп, чтобы вернуться, — заметила Кэтрин. — Ну, кто-то должен был пригласить его войти, — парировал Аларик, и Кэтрин настороженно на них посмотрела. — Деймон, не желаешь ли, эм, войти? — сказал Аларик, и они с Селеной вошли. — Приятно снова увидеться, кисонька, — саркастически улыбнулась ей Селена. — Что ты здесь делаешь, принцесса? — горько спросила её Кэтрин. — Разве Клаус не дал ясно понять, чтобы ты держалась подальше от неприятностей? — А ты? Ты пытаешься меня убить? — спросила она вампира; тот метнулся к ней и прижал её к стене. — Я дал тебе вербену, и теперь я здесь, чтобы получить плату, — сказал он и бросил многозначительный взгляд на Аларика. — Дальше я сам, Рик. — Ты уверен? — Да, только одному из нас нужно, чтобы его винили в этом. Возвращайся в дом и не дай Елене сдать себя, — потребовал Деймон. — Да, пожалуйста. Нам нужно лишь немного времени, чтобы спасти её жизнь, — заявила Селена, переводя взгляд с Деймона на Кэтрин. — Чтобы меня винили в чём? — вернулась к теме Кэтрин. — Нам нужно знать, где Клаус держит своего оборотня, — невинно сказала Селена. — Зачем? Что вы собираетесь делать? — Убить его или её, — заявила она с оттенком «очевидно же». — Мёртвый оборотень — нет ритуала, — сказал Деймон. — Нет, вы не можете вмешиваться, Деймон, — сказала она ему. — Клаус убьёт тебя и всех, кого ты когда-либо встречал, — а потом повернулась к Селене. — Похоже, ты ему очень даже по душе, — произнесла Кэтрин с британским акцентом, и Селена закатила глаза. — Нам просто нужно отсрочить этот дурацкий ритуал, — сказала Селена. — Нет. Ни за что, — проговорила она, проходя мимо них. — Тебе это должно понравиться. Это купит тебе ещё один месяц твоей жалкой жизни, — сказал ей Деймон. — Я бы на твоём месте не возражала, — согласилась Селена. — Я даже помогу тебе сбежать, как только ты скажешь, где Клаус держит своего оборотня. — Верно... за исключением того, что я не тот вампир, которого он планирует принести в жертву. У него есть Кэролайн Форбс и Тайлер Локвуд, — широко улыбнулась она. — Следовательно, я в безопасности. — Пожалуйста, дай мне её убить, — взмолилась Селена, глядя на доппельгангера с яростным взглядом. — Сегодня полнолуние, Кэтрин. — И откуда у тебя взялась эта идея? — гневно прорычал Деймон. — Эй, эй, эй! — Кэтрин подняла руки, сдаваясь. — Я просто пытаюсь прожить достаточно долго, чтобы выбраться отсюда. — Что, если я скажу тебе, что в крови Елены есть вампирская кровь? — произнёс Деймон, и Селена усмехнулась двойнику. — Представь, как это будет весело — соревноваться с Еленой за любовь Стефана... — Деймон насмешливо улыбнулся. — Не знаю? Вечность? — риторически спросила Селена. — Гробница. Он запер их в гробнице, — наконец призналась она сквозь стиснутые зубы. — Спасибо, — фальшиво улыбнулся Деймон.

***

Деймон обошёл руины у гробницы, и из-за спины появился Мэддокс, ведьма Клауса. — Кого из них ты пытаешься спасти? Блондинку или волчицу? — спросил он с насмешливой улыбкой. — Ты и вправду думал, что Клаус оставит их без защиты? — Принимаю желаемое за действительное, — пробормотал Деймон и бросился на него, прижимая к земле и сжимая горло. Ведьмак использовал свою магию, пересиливая вампира, и Деймон рухнул на пол. Селена выхватила маленький нож из ботинка и вонзила ему в спину, заставив его застонать от боли. — Не хотелось тебя расстраивать, но он пришёл не один. Однако прежде чем она успела его убить, в ведьмака выстрелили деревянной пулей в грудь. Когда Деймон и Селена подняли взгляд, чтобы увидеть, кто стрелял, они обнаружили, что это был Мэтт. — Мэтт? Что ты здесь делаешь? — спросила она; Деймон метнулся к ведьмаку и свернул ему шею, чтобы убедиться, что тот мёртв. — Где Кэролайн? — спросил их Мэтт, поднимая на них дробовик. — Слушай, парень, сейчас не время играть в героя, — сказал ему Деймон, и Селена подняла руки, сдаваясь. — Где она? — нахмурился он на них. — Что вы с ней сделали? Она держала руки поднятыми в защитном жесте. — Мэтт, она моя лучшая подруга. Когда она увидела, как его взгляд смягчился, она выхватила дробовик у него из рук и ударила его прикладом по голове. — О боже! — в шоке ахнула она. — Я же его не убила, нет? — Нет, — сказал ей Деймон. — Пойдём. Когда они добрались до гробницы, Деймон рванулся и использовал свою силу, чтобы сорвать решётку. — Кэр! О боже! — Селена, помоги нам! — взмолилась Кэролайн, и Селена кивнула, направляясь к лучшей подруге. — А зачем, по-твоему, мы здесь? — Твой парень снаружи с винтовкой, заряженной деревянными пулями, — сообщил Деймон Кэролайн, пытаясь разорвать цепи на её запястьях. — Тебе придётся кое-что объяснить. Кэролайн нахмурилась, когда он разорвал цепи. — Мэтт? — Мэтт знает о тебе? — спросил её Тайлер. — Нет... я... — начала Кэролайн. — Тсс, — оборвал её Деймон. — Проблема завтрашнего дня. — Нет, мы не уйдём без него, Деймон, — сказала Селена Деймону; тот вздохнул. — Обязательно? — Да, Деймон, — твёрдо проговорила она, и он сдался со вздохом. — Не заставляй меня жалеть об этом, — строго сказал он, и волчица кивнула. — Как быстро ты сможешь убраться отсюда к чёртовой матери? — Мне нужно добраться до нашего фамильного погреба, — нахмурился Тайлер. — Я могу запереть себя там. — Я помогу, — улыбнулась ему Кэролайн, и Селена прикрыла лицо рукой, забыв про полнолуние. — Я забыла, что тоже обращусь. Когда все выбрались, Кэролайн в шоке ахнула, увидев, что Мэтт начал приходить в сознание. — Мэтт! — Эй! — она повернулась к Деймону и обвинила: — Ты его ударил. — Это она, — указал он на молодую волчицу. — У него был дробовик, — призналась она. — Он собирался нас убить! Все обернулись, когда Тайлер зарычал, хватаясь за грудь от боли. — Начинается. — Хватай чудо-мальчика и погнали, — приказал он Кэролайн, и та кивнула. — Почему я ничего не чувствую? — спросила их Селена, и Деймон пожал плечами. — Просто пойдём.

***

— Я не знал, что тебя пригласили войти, — раздражённо пробормотал Клаус, когда Деймон вошёл в квартиру с Селеной. — Мы пришли сказать тебе, что тебе придётся отложить ритуал, — усмехнулся Деймон Первородному; Селена весело улыбалась. — Разве мы уже не говорили об этом? — закатил глаза Клаус, заставив свою соулмейт широко усмехнуться. — Да, но... — начала Селена. — Это было до того, как мы спасли твоего оборотня и вампира, — высокомерно ответил Деймон. Клаус гневно нахмурился, вставая со стула и поворачиваясь лицом к ним. — Прошу прощения? — Твоя ведьма тоже мертва, так что... — поддразнила Селена; он смотрел на неё безэмоционально. — Мои соболезнования, кстати. — И ты можешь убить меня за это. Всё это я. Только отпусти Селену, — бесстрашно сказал ему Деймон. Селена хранила стойкую улыбку, хотя в глубине души была в ужасе. Она поступила безрассудно, бросив ему вызов, но это того стоило. Она лишь приподняла бровь, молча бросая ему вызов. На губах Клауса появилась едва заметная усмешка. Вместо раздражения её дерзость вызывала у него восхищение. Она не боялась смотреть ему в глаза, не пыталась угодить и не отступала, даже прекрасно понимая, кто стоит перед ней. И именно это притягивало его всё сильнее. Клаус прожигал её взглядом. Казалось, он пытался прочитать каждую её мысль, каждое чувство, а она, вопреки собственному желанию, не могла избавиться от ощущения, что этот взгляд буквально удерживает её на месте. — Катерина, — негромко произнёс он, не отрывая глаз от Селены. — Оставь нас на минуту. Кэтрин настороженно на них посмотрела и вышла. — Я слышал о вас двоих, — начал Клаус, и его взгляд переместился на Деймона. — Безумный импульсивный вампир, влюблённый в девушку своего брата. А потом он снова посмотрел прямо в глаза Селене. Она высокомерно улыбалась, и на щеке проступила ямочка. — А ты — безрассудная, вспыльчивая молодая волчица, — он отошёл от них, и Селена издала дрожащий выдох, обменявшись взглядом с Деймоном. — Я знал, что кто-то из вас попытается меня остановить. Оставалось лишь выяснить, кто именно, — с лёгкой усмешкой произнёс он. Он спокойно коснулся экрана телефона. В следующую секунду раздался чей-то отчаянный крик. В ту же секунду помещение пронзил чей-то отчаянный крик. — Что хорошо в оборотнях — так это то, что они путешествуют стаями. Хочешь взглянуть поближе? — он бросил свой телефон Деймону, и тот опустил взгляд, чтобы увидеть. — Джулс, — тихо пробормотал он. — Нельзя сказать, что она этого не заслужила, — произнесла Селена, и Деймон недоверчиво на неё уставился. — Что? Клаус медленно двинулся вперёд, не сводя с Селены пристального взгляда. В уголках его губ играла лёгкая, почти насмешливая улыбка, словно происходящее искренне его забавляло. Лишь остановившись перед Деймоном, он наконец перевёл на него взгляд. — Когда тысячу лет живёшь с одной-единственной целью — снять проклятие, быстро учишься предусматривать всё, — спокойно произнёс он. — Всегда нужен запасной план. Запасной оборотень. Запасная ведьма. — Запасной вампир, — пробормотал Деймон и тяжело сглотнул. — Это я тоже предусмотрел, — усмехнулся им Клаус и свернул Деймону шею. — О Боже мой! — выдохнула она, и он посмотрел на неё с дьявольской ухмылкой. — Он и так всё равно что мёртв... — заметил он; она метнулась к двери и побежала так быстро, как только могла, но он на вампирской скорости возник прямо перед ней, останавливая её; она испуганно отшатнулась. — Хорошая попытка, любовь моя... И что же мне теперь с тобой делать? — спросил он, и она горько фыркнула. — Я что, похожа на куклу? — саркастически спросила она. — У тебя разве нет ритуала, на который нужно явиться? — Ты действительно единственная в своём роде, — почти шёпотом произнёс Клаус, не сводя с неё взгляда. В его голосе звучало неподдельное восхищение, словно он только что открыл для себя нечто бесценное. — Спасибо, — сказала она с фальшивой улыбкой. — Что из фразы «держись подальше от неприятностей» тебе непонятно? — спросил он, и она промолчала. — Катерина, позвони Дженне, — приказал Клаус; её глаза расширились.