Солнце и Луна

— Катерина, позвони Дженне, — приказал он Кэтрин. — Нет, нет! — умоляюще закачала она головой. — Клаус, нет! Пожалуйста, я умоляю тебя! — Я велел тебе держаться подальше от неприятностей. — Я хочу сказать, что мне жаль. Честно, хочу. Но я бы солгала, — произнесла она и прикрыла лицо рукой. — То есть, мне жаль... пожалуйста, Клаус, пожалуйста. Можешь даже принести меня в жертву в наказание, но оставь мою тётю в покое, прошу. Я сделаю всё, что ты хочешь, только не трогай её... Ты ведь всё равно собираешься меня убить, просто покончи с этим. — Ты думаешь, я бы так поступил? — спросил он, слегка задетый. — Да, — прошипела она, и он посмотрел на неё пустым взглядом. — Пожалуйста, Клаус, оставь мою тётю в стороне. — Тогда ты пойдёшь со мной, — сказал он ей, и она недоверчиво фыркнула. — Ага... я пас. — Это не обсуждается, любовь моя, — строго произнёс он, и она замолчала. — Хочешь, чтобы твоя тётя была в безопасности? Идём со мной. — Ладно, я пойду с тобой, — сказала она, и слёзы навернулись на глаза. — Ты ведь не причинишь вреда моей тёте? — Если ты пойдёшь со мной и ничего не сделаешь... тогда нет, я не причиню ей вреда, — сказал он ей. Он никогда бы не тронул её тётю, потому что если бы он это сделал, она бы никогда его не простила и не дала бы ему шанса. Он никогда не хотел причинять ей боль, но он провёл тысячу лет, пытаясь снять это проклятие, чтобы быть по-настоящему собой. Она это понимала, но в жертву должны были принести её сестру. — Послушай... мне ненавистно видеть, как ты плачешь. И ещё больше — быть причиной этих слёз. Но сейчас у меня нет другого выбора, — тихо сказал он. Она не ответила. Лишь молча смотрела ему в глаза. В его взгляде больше не было ни привычной насмешки, ни высокомерия. Только тихая нежность, сожаление и почти осязаемое желание убедить её, что он никогда сознательно не причинил бы ей боли. Селена медленно вытерла слёзы со щёк и едва заметно кивнула. Клаус ещё несколько долгих секунд не отводил от неё глаз. Для него время словно остановилось — существовала только она. Лишь чей-то голос наконец разрушил повисшую между ними тишину. — Мистер Клаус, — произнесла Грета, и он взглянул на неё. — Идём? — Да... возьми Селе́не с собой, — сказал он ей, и та кивнула. — Обезопась её. — Хватит звать меня Селе́не. Ты уже реально действуешь мне на нервы, — заявила она, и он улыбнулся, уходя прочь.

***

— Деймон! — позвала Кэтрин, давая ему пакет с кровью. — Эй, Деймон! — она хлопнула его по щеке; он судорожно вдохнул и сел. — Что, чёрт возьми, случилось? — спросил он, оглядываясь вокруг. — Где Селена? Что произошло? — Клаус ушёл и забрал её с собой. Сейчас он проводит ритуал, — ответила доппельгангер. — Сначала он собирался принести в жертву Дженну, но Селена смогла его отговорить. Поэтому понадобился другой вампир. — Но ведь он должен был использовать меня... Тогда почему выбрал не меня? — спросил Деймон, резко поднимаясь на ноги. — Не мог, — покачала головой доппельгангер. — Деймон, он сказал, что ты и так всё равно что мёртв. Кэтрин процитировала слова Клауса, и Деймон нахмурился от сказанного двойником. — Что это вообще значит? — спросил её Деймон, сузив глаза. — Что это вообще значит? — повторила двойник и подняла его рукав. — Что это, Деймон? — она указала на укус оборотня у него на руке. — Это укус оборотня. — Так вот как выглядит укус оборотня? — спросила она его. — Ага, — бросил он, и Кэтрин осмотрела укус. — Не так уж и плохо, — пожала она плечами, и он фыркнул. — Будет хуже. — И что, это всё? Ты просто... умрёшь? — недоверчиво спросила она, и он кивнул. — Ну, зависит от того, знаешь ли ты что-нибудь о лекарстве, — риторически спросил он, уже зная её ответ; она покачала головой. — Я тоже. — Сто сорок пять лет — и никакого последнего «прощай»? — надула губки Кэтрин, когда Деймон собрался уходить. — Ты не заслужила прощания, — выплюнул он, готовый уйти, но она метнулась к нему и положила руку ему на грудь, останавливая. — Не... не уходи в гневе, — сказала она ему. — Чтобы мы расстались на хорошей ноте — этого нет в моём списке дел, которые нужно успеть перед смертью, Кэтрин, — раздражённо произнёс он. — Я ничего не могла сделать, чтобы помешать ему забрать её. У меня не было выбора, — сказала она ему. — Она его соулмейт. — Именно поэтому я дал тебе вербену, — гневно прошипел он. — Если бы я помешала ему, он бы убил меня. Это была она или я, и я выбрала её... к тому же, он никогда не причинит ей вреда. — Я помог тебе, — нахмурился он. — Когда Клаус умрёт, ты выйдешь сухой из воды. А импульсивность и вспыльчивость Селены, вероятно, приведут её к гибели. И каким-то образом ты — единственная, кто выигрывает. Как так вышло? — Я не позволила любви встать на пути, — просто ответила она. — Честно говоря, я до сих пор не знаю, к кому у тебя чувства: к Елене или к её сестре. — Наслаждайся вечностью в одиночестве, Кэтрин, — сказал он ей.

***

Спустя какое-то время к ним присоединилась Елена, и Селена вскочила, крепко обнимая сестру. — О Боже! Мне так жаль, я ничего не смогла сделать, чтобы это остановить, — плакала Селена, и Елена погладила её по спине. — Всё в порядке, — прошептала она. — Куда мы идём? — Сюда, — сказала им Грета, и Селена в досаде вздохнула. — Ты сестра Луки, да? — снова спросила она. — Я слышала: он и ваш отец искали тебя. — Они зря тратили время. Я не терялась, — сказала Грета и использовала магию; их окружило пламя, и они испуганно ахнули. — Ты такая неблагодарная дрянь, — выплюнула Селена, и Грета метнула на неё яростный взгляд. — Грета, ведьмы должны поддерживать равновесие в природе. Твой долг — хранить это проклятие запечатанным, — сказала ведьме Елена, и Селена согласно кивнула. — Мой долг — перед Клаусом, — парировала ведьма, и Клаус приблизился к ним. — Ну, значит, тебе не повезло, наверное, — тихо пробормотала Селена. — Рад знать, что у меня всё ещё есть партнёрша для танца, — произнёс он с улыбкой. — Привет, мои дорогие. Мы готовы? — Лунный камень у меня. Я пятьсот лет его искал. Не хочется с ним расставаться, — сказал он, и Селена яростно на него уставилась. — Луна прошла свой пик. Ты помнишь всё, что нужно сделать? — спросила его ведьма, и он кивнул. — Помню, — сказал он; она положила лунный камень в чашу и начала читать заклинание на латыни. — Всё, что я делала, — я просто пыталась помочь Тайлеру, — услышала Селена слова Джулс и закатила глаза; они начали говорить. Клаус встал перед ними; Джулс лежала на земле от боли, и Селена посмотрела на неё с сочувствием. — Приступим? — произнёс Клаус; Джулс попыталась напасть на него, но он швырнул её на землю и вырвал сердце; Селена в шоке ахнула. Он направился к ней и Грете. Но стоило ему приблизиться, как Селена испуганно отступила на шаг. Клаус замер. На одно короткое мгновение в его глазах мелькнуло неподдельное потрясение — словно он не ожидал увидеть в её взгляде такой страх. Однако уже через секунду лицо вновь стало непроницаемым. Подойдя к чаше, он молча вылил в неё кровь из сердца. — Так-так, не припомню, чтобы ты был в списке гостей, — сказал Клаус, поднимая взгляд и видя Стефана; Селена испуганно ахнула. — Какого чёрта ты здесь делаешь, Стефан? Уходи! — испуганно закричала она. — Уходи! — Я здесь, чтобы поговорить, — сказал Стефан, и Клаус метнулся к нему; они начали говорить. Селена попыталась подойти к сестре, но Грета грубо схватила её за запястье. — Отпусти меня, или пожалеешь, — угрожающе прошипела Селена. — На твоём месте я бы этого не делала, — предупредила Грета, и Клаус пронзил Стефана колом; тот застонал от боли. Он метнулся к новообращённому вампиру, которого сам же и создал, и пронзил её колом; серые вены выступили на её коже. Селена плакала беззвучно, наблюдая за всем этим. — Время пришло, — произнёс Клаус, направляясь к Елене; Селена попыталась последовать за ним, но Грета остановила её, окружив пламенем. — Нет! — закричала она, и слёзы текли по щекам. — Клаус, нет! — Пожалуйста, умоляю тебя, не делай этого, — всхлипывала она. — Не убивай мою сестру. — Спасибо, Елена, — сказал он двойнику, и та с отвращением на него посмотрела. — Иди к чёрту, — выплюнула она. — Нет, нет, нет, — рыдала Селена, видя, как Клаус вонзил клыки в шею Елены и пил её кровь; тело Елены упало на землю, и Клаус наконец перешёл в переходное состояние. Она бросилась к доппельгангеру и упала на колени, пытаясь найти пульс, но её сестра была мертва. — НЕЕЕЕТ! — закричала Селена, её глаза стали красными, и она почувствовала, как внутри её тела разрастается пламя. Она высвобождала всё, что было внутри неё: вскинула руки вверх, и всё вокруг начало воспламеняться; все в шоке уставились на неё. — Что, чёрт возьми, происходит? — спросил Деймон Бонни, которая испуганно наблюдала за ней. — Я не знаю. Внезапно она остановилась, падая на землю с рыданиями, и почувствовала собственный переход: её кости ломались внутри тела, и она кричала от боли, спина мучительно выгибалась. Деймон подошёл и свернул Грете шею, быстро поднял тело Елены. Увидев Стефана, лежащего на земле, он вытащил кол. Бонни читала заклинание на латыни, и Селена с Клаусом одновременно закричали от боли. Изо рта и носа обоих хлынула кровь. — Что происходит с Селеной? — ошеломлённо спросил Деймон. — Почему она проходит через это вместе с ним? — Их волчьи стороны связаны, — объяснила Бонни. — Поэтому переход затрагивает их обоих. — Что бы ты ни делала, обезопась её, — предупредил он ведьму и ушёл с телом двойника на руках. — Во имя нашей семьи, Никлаус, — Элайджа уже был готов вырвать ему сердце. — Я не похоронил их в море, — мучительно признался Клаус. — Что? — недоверчиво спросил его Элайджа. — Их тела в безопасности, — прохрипел Клаус от боли. — Сделай это, или я заберу вас обоих, — пригрозила Бонни, и Элайджа поднял взгляд. — Ты умрёшь, — сказал он ей. — Мне всё равно. — Если убьёшь меня, ты никогда их не найдёшь, — сказал Клаус брату. — Элайджа, не слушай его, — сказал Стефан Первородному. — Элайджа, я могу отвести тебя к ним. Даю слово, брат... Селена, — пообещал Клаус брату, глядя на свою соулмейт. Элайджа схватил его и Селену и унёс их прочь. — Селена! — крикнул Деймон, но было слишком поздно: они уже исчезли.

***

Когда они вернулись в дом ведьмы, Елена очнулась, судорожно хватая ртом воздух; в результате Джон умер, когда вышел на улицу. Джереми, Дженна и Аларик бросились к Елене и Деймону. — Где она? — спросил его Джереми. — Где Лини? — Простите, Джереми, Дженна... мы не знаем, — сказал им Деймон. — Элайджа забрал её. — Нет, нет, — заплакала Дженна, и Аларик притянул её в свои объятия. — Я не могу её потерять. Нет!

***

На похоронах Джона все опускали цветы на его могилу; Елена плакала, а Бонни и Кэролайн пытались её утешить. Деймон отошёл от них, и Стефан присоединился к нему. — Я поеду обратно в дом, — сообщил Стефан брату. — Думаю, я обойдусь без кофе и чайных пирожных, — саркастически сказал Деймон. — Деймон, мы ей сейчас нужны, — сказал Стефан. — Все мы. — А потом какой план, Стефан? — Деймон обернулся лицом к брату. — Проклятие снято. Селена пропала. Как вообще убить всемогущего волка-вампира и его двуличного старшего брата и разорвать эту дурацкую связь соулмейтов? — Понятия не имею, — честно сказал Стефан. — Нужно что-то придумать. Быстро. — Я не позволю Елене потерять кого-то ещё, — твёрдо заявил Стефан. — Я бы не стал давать обещаний... — Что это значит? — растерянно спросил Стефан. — Тайлер Локвуд укусил меня, — Деймон закатал рукав. — И мы не знаем, мертва Селена или жива. — Мы найдём что-нибудь... лекарство, — испуганно произнёс Стефан, осматривая укус. — Лекарства нет, Стефан, — сказал Деймон, глядя в сторону остальных. — Мы сохранили Елену человеком, верно? Мы нашли способ, когда способа не было, — сказал Стефан, и слёзы выступили у него на глазах. — Я это сделаю. — Хочешь сделать кое-что для меня? Не говори об этом Елене и найди Лини. Последнее, что ей нужно, — это ещё одна могила для скорби.