Under Amber Light

      На следующее утро Чонгук проснулся без помощи будильника. Тело приятно поднывало от непривычно долгой сидячей работы за графическим планшетом, но в груди вместо привычной глухой тревоги билось предвкушение. Он быстро собрался, на ходу допивая остывший кофе, и поехал в университет.       Весь день на парах парень ловил себя на том, что чертит на полях конспектов схемы выравнивания текста и набрасывает эскизы витрин. Мир вокруг перестал быть просто серым фоном — теперь он состоял из линий, текстур и цветовых сочетаний.       Сразу после окончания занятий Чонгук, не теряя ни минуты, направился к студии «Вайолет».       Сеул заливало тёплое предзакатное солнце, окрашивая стёкла высоток в глубокий янтарный цвет. Когда Чонгук толкнул деревянную дверь, колокольчик приветливо звякнул, и парень сразу попал в водоворот контролируемого хаоса.       Тэхён стоял посреди комнаты, зажав в зубах несколько стеблей высушенного пампасного камыша, а вокруг него высились огромные картонные коробки с логотипом крупного издательства. — О, Чонгук-а! Как раз вовремя! — невнятно пробормотал Тэхён, вынимая траву изо рта и указывая на коробки. — Приехали книги для оформления витрины «Мунлайт». Нам нужно разобрать их по цветам корешков и составить три разные композиции: ретро, минимализм и... что-то совсем безумное в духе киберпанка. Готов к полевым испытаниям? — Более чем, — улыбнулся Чонгук, быстро скидывая куртку и закатывая рукава тёмной толстовки.       Они работали слаженно, почти без слов. Тэхён отвечал за общую концепцию и крупные флористические элементы, а Чонгуку доверили самое кропотливое — раскладку книг, работу со шрифтовыми табличками и мелкими деталями декора.       Парень обнаружил в себе удивительное терпение: он мог по десять минут двигать одну книгу на пару миллиметров, пока её корешок не начинал идеально ловить свет от диодной ленты. — Слушай, а у тебя к этому талант, — заметил Тэхён, наблюдая, как Чонгук выстраивает сложную спиральную башню из томов по искусству, перемежая их ветками лаванды и старыми плёночными кассетами. — Чувство баланса просто идеальное. — Мне просто нравится, как вещи начинают говорить друг с другом, когда находят своё место, — тихо ответил Чонгук, вытирая пот со лба.       К девяти часам вечера макеты трёх витрин были полностью собраны в студии для финальной проверки перед транспортировкой. Результат превзошёл все ожидания. Витрины выглядели живыми, глубокими и невероятно стильными — настоящие маленькие миры, запертые в стекле.       Тэхён устало повалился на диван в углу и закинул ноги на подлокотник. — Всё, я официально труп. Если Чимин прямо сейчас не появится здесь со своей выпечкой, я съем один из этих декоративных папоротников.       Чонгук рассмеялся, присаживаясь на край рабочего стола. Он тоже устал, но эта усталость была правильной, приносящей глубокое удовлетворение.       В этот момент его карман завибрировал. Чонгук достал телефон. На экране снова светилось имя отца. Парень бросил взгляд на Тэхёна, который уже мирно прикрыл глаза, уткнувшись лицом в подушку, и, глубоко вздохнув, нажал кнопку ответа. Он больше не хотел прятаться. — Да, пап, привет. — Чонгук? — голос отца на том конце провода звучал непривычно тихо, без привычных строгих ноток. — Получил твоё сообщение вчера. Ты... точно в порядке? — Да, пап. Абсолютно, — Чонгук посмотрел на собранные своими руками витрины, на мерцающие огни студии. — Я нашёл работу. В студии графического дизайна и флористики. Мне здесь очень нравится, и платить будут стабильно. Я смогу сам оплачивать часть аренды.       На пару секунд в трубке повисла тяжёлая тишина. Чонгук внутренне сжался, ожидая лавины вопросов в духе «Зачем тебе это?» или «Как это поможет твоей карьере?». Но отец лишь тяжело вздохнул, и в этом вздохе Чонгук неожиданно услышал не разочарование, а колоссальное облегчение. — Хорошо, — негромко сказал отец. — Главное, чтобы ты справлялся с учёбой. И...не забывай нормально есть, Чонгук. Мама волнуется. — Я знаю, пап. Спасибо. Я позвоню на выходных.       Положив трубку, Чонгук ещё несколько секунд смотрел на потемневший экран. Оказалось, что монстры в его голове были гораздо страшнее реальности. Отец не был врагом — он просто тоже боялся за его будущее.       Вдруг за стеклянной дверью студии послышался знакомый шорох.       Чонгук поднял глаза, ожидая увидеть Чимина с его неизменной корзиной, но силуэт за стеклом был другим — выше, плечистее, в свободной спортивной куртке и кепке, из-под которой выбивались тёмные волосы.       Дверь приоткрылась, и колокольчик издал свой хрустальный звон. Ночной гость переступил порог, неловко озираясь по сторонам, и остановил взгляд на Чонгуке. В его руках был зажат небольшой крафтовый пакет, от которого шёл пар. — Эм...привет? — парень неловко поправил козырёк кепки. — Лавка Чимина сегодня закрыта, но он просил передать, что «полуночным мастерам» срочно требуются углеводы. Я Юнги, кстати. Помогаю ему иногда с доставкой...когда этот волшебник слишком занят своими травами.       Чонгук удивлённо моргнул, а с дивана тут же донёсся радостный вопль Тэхёна: — Еда-а-а! Юнги-хён, ты мой спаситель!       Чонгук улыбнулся, принимая пакет из рук нового знакомого. Волшебный мир Чимина становился всё больше, и Чонгук с радостью понимал, что теперь он — его неотъемлемая часть.       Юнги лишь усмехнулся в ответ на бурную радость Тэхёна, стащил кепку и взъерошил свои отросшие тёмные волосы. — Спокойнее, Тэ. Если ты подавишься этой булкой, Чимин меня живьём закопает в своих лавандовых грядках, — проворчал он, но в его голосе не было ни капли настоящей злости. Наоборот, Юнги прошёл в глубь студии с таким видом, будто бывал здесь сотни раз, и по-хозяйски опустился в свободное кресло-мешок.       В крафтовом пакете обнаружились ещё дымящиеся, невероятно ароматные пирожки с яблоком и корицей и термос, до краёв наполненный горячим имбирным чаем.       Чонгук разлил напиток по кружкам и протянул одну Юнги. Тот принял её, кивнув в знак благодарности, и на секунду замер, разглядывая выстроенные у стены витрины. Его взгляд, до этого казавшийся сонным и немного безразличным, стал цепким и оценивающим. — Сами собирали? — спросил Юнги, кивнув на композицию в стиле киберпанка, где неоновые ленты оплетали старые книги и сухие ветки. — Да, — Чонгук слегка разволновался, ожидая критики. — Завтра везем устанавливать в книжный. — Неплохо, — Юнги сделал глоток чая и коротко улыбнулся уголком губ. — Очень неплохо. Динамика хорошая. Обычно флористы боятся пихать неон к сухоцветам, думают, что это опошлит концепт. А у вас получилось...живо. У Чонгука хороший вкус, Тэхён. Береги его.       Тэхён, чей рот был забит пирожком, только победно замычал и закивал головой, мол, «а я что говорил!».       Чонгуку стало тепло от этой скупой, но явно искренней похвалы. Он сел рядом на низкий табурет, чувствуя, как уходит последнее напряжение после разговора с отцом. Мир вокруг него стремительно обрастал новыми связями. Ещё пару дней назад у него не было ничего, кроме страха перед будущим, а теперь он сидел в ночной студии, пил чай с талантливыми ребятами и чувствовал себя частью чего-то важного. — Хён, а как там лавка Чимина? — спросил Тэхён, наконец прожевав. — Почему он закрылся сегодня?       Юнги вздохнул, и в его глазах промелькнула мягкая, едва заметная нежность. — Слишком много заказов на успокаивающие сборы этой осенью. Сеул сходит с ума, все на взводе. Чимин весь день провёл у котла, перебирая мяту и мелиссу, а к вечеру просто выбился из сил. Я насильно уложил его спать, забрал выпечку и пошёл разносить долги. — Он всегда отдаёт себя без остатка, — тихо заметил Чонгук, вспомнив, как Чимин безошибочно считал его боль в ту дождливую ночь. — Такой уж он есть, — согласился Юнги. Он поднялся из кресла и потянулся. — Ладно, полуночники. Моя миссия выполнена, углеводы доставлены. Мне пора идти, пока этот волшебник не проснулся и не обнаружил, что я ушёл без его разрешения. Чонгук, рад был познакомиться. Ещё увидимся. — Взаимно, хён. Спасибо за доставку, — Чонгук пожал ему руку.       Когда Юнги ушёл, а колокольчик над дверью смолк, в студии снова воцарилась уютная рабочая тишина. Но теперь она не была сонной. На часах было начало первого ночи, а впереди их ждал один из самых важных дней — первая официальная работа Чонгука на улицах Сеула. — Ну что, Чонгук-а, — Тэхён хитро посмотрел на него, отряхивая джинсы от крошек. — Выспимся как следует, а завтра утром мы перевернём представление этого города о том, как должен выглядеть книжный магазин. Готовься, будет весело.