На глубине двух миллиметров

Вечер после сеанса.

      Джейс очень старался не трогать тату, но это дикое желание её почесать его никак не отпускало. Он помнил указания Виктора — без зала, нагрузок и пленку не снимать еще несколько дней. Взяв телефон в левую руку, потому что он совсем не хотел напрягать для этого правую, он — с помощью голосового ввода, потому что иначе бы очень долго набирал запрос — начал искать что делать если тату чешется. Кто-то говорил что можно легонько похлопывать, кто-то, что можно ненадолго положить холодный компресс и главное не передерживать пленку дольше положенного, что обычно шло до недели. Пролистав сайт до конца он пришел к выводу, что это была такая себе затея, но смирился с этим. В течение дня он чутка хлопал ладонью, боясь что испортит, а когда было совсем невмоготу то уже прикладывал холодное полотенце на минутку. Он не мог сидеть без дела, поэтому продолжил работать над чертежами и спустя время осознавал, что уходит в проекты с головой и не чувствует этого ужасного ощущения. А вот когда наступала ночь он очень аккуратно снимал футболку, чуть не порвав её на рукаве чтобы уж точно не задеть тату. Лежа на спине он смотрел в потолок, ведь зуд не отпускал когда руки было нечем занять. Джейс боялся, что пока будет спать то случайно ляжет на свою руку и всё испортит. Но в итоге он закрыл глаза и начал думать о работе, о своем проекте к которому он вновь приступит через неделю, затем и сон пришел сам спустя несколько минут.       Следующая неделя прошла в такой же адской агонии для него, но под конец он снял пленку по наказанию Виктора, которая была в остатках сукровицы и чернилах, а вокруг покраснения уже спадали, а так же кусочки кожи, так же с чернилами. Джейс наконец-то решился написать ему и спросить все ли хорошо с его тату. Он выбрал идеальный ракурс и прислал фото в чат.       «Добрый день, это нормально ведь?»       Спустя пару минут, за которые Джейс уже весь извёлся, кружок у аватарки загорелся зеленым и появился статус «Печатает…».       «добрый. выглядит нормально, главное не забудь обрабатывать каждые четыре часа — сначала промыть, потом мазь заживляющую. к примеру метилурацил »       «Хорошо, спасибо!»       Джейс наконец-то выдохнул так, будто камни на плечах держал все эти пять минут. Он тут же собрался и пошел в аптеку за углом, стараясь укрывать тату от палящего солнца и ветра. Погода не щадила никого, даже спустя неделю было ужасное пекло и все прохожие были со льдом или даже мини-вентилятором. Вступив в прохладное помещение аптеки он подошел к стойке и осмотрелся. Через минуту к нему вышла девушка в халате.       — Здравствуйте, что у вас?       — Здравствуйте, мне нужен мете… Метиру…       — Метилурацил? — уточнила девушка, глядя на его тату. Видимо, не впервые.       — Точно! — сказал Джейс слегка неуверенно, явно смущаясь своей попытки вспомнить название.       Фармацевт достала нужную коробку с полки и протянула её Джейсу, введя на терминале сумму для оплаты. Цена была чуть кусачая, но раз её посоветовал сам Виктор, значит оно того стоит. Быстро оплатив покупку Джейс попрощался и как можно быстрее вылетел из аптеки, направляясь домой. По приходу он тут же пошел в ванную комнату и достал специальное антибактериальное мыло, нанес его на всё тату и смыл, после чего пару раз промокнул бумажным полотенцем и, наконец, нанёс заживляющую мазь тонким слоем, причем очень скрупулёзно будто не тату обрабатывает, а военную рану зашивает. Присев на край ванны и смотря на рисунок он вспоминал то, как он сидел на сеансе. Как его чуть не стошнило перед Виктором, каким слабым он перед ним показался со своей горой мышц. Но этот взгляд золотых глаз и тонкие пальцы в черных перчатках, которые машинкой выводили каждую линию… Отдернув себя, Джейс наконец вышел из ванной комнаты и вновь направился работать, подложив под тату полотенце чтобы не попали бактерии с поверхности стола.

***

      Спустя две недели после сеанса Джейсу на телефон пришло сообщение, которое его разбудило. Нащупав устройство и поднеся к лицу, из-за чего экран тут же загорелся ярким светом, заставив того зажмуриться. Разблокировав его, он увидел что уведомление было от Виктора. «И в такую рань?», — подумал Талис, но на часах был уже обед.       «добрый день. можешь прислать фото тату?»       «Да, конечно, дайте мне минуту»       Джейс тут же вскочил с кровати и чуть не споткнулся об свою же ногу. Он подошел к окну чтобы не использовать вспышку и, отдернув штору, навел камеру над рукой, сделав несколько попыток на снимок. Руки слегка тряслись, потому что весь прошлый день он был завален своей работой, где он даже перекусить не успевал. Когда кадр наконец вышел не размытым он отправил его мастеру. На первый взгляд тату выглядело хорошо, за исключением кусочков кожи с чернилами после шелушения. И вновь ответ занял несколько минут, но Джейс уже привык. Наконец-то поступил короткий ответ:       «выглядит нормально, обрабатывай реже, а то пересушишь»       «И ради этого я проснулся?», — подумал он, хмурясь. Ну, хотя бы предупредил что теперь не нужно каждые четыре часа отвлекаться на мазь. Но уже более трезвый взгляд на тату что-то в нём изменил. Спустя эти две недели он начал смотреть на эту птицу не так, что это «на всю жизнь» со страхом, а с… некой гордостью. Что он сам вывел свою свободу в виде чертежа, а затем и на себя. Улыбнувшись мысли, Джейс направился на кухню за завтраком, чувствуя себя голодным волком. Позвонки приятно хрустели при потягивании, даже с таким долгим отсутствием поднятия тяжестей он чувствовал себя прекрасно. Иногда ехал ночью в спортзал для дорожки, но в основном устраивал пробежки по кварталу, при этом одевая тонкую свободную футболку чтобы тату не натирало. Сегодня был выходной, поэтому он решил прогуляться до магазина за продуктами. Наконец прилично одевшись, ведь не пойдет он в одних боксерах, Джейс направился в сторону супермаркета.       Проходя по рядам круп он заметил напротив знакомую худую фигуру в маске, которая так же выбирала между гречкой и рисом. Тот поднял взгляд и их глаза встретились. Было ощущение, что сердце Джейса пропустило удар. Он медленно подошел ближе, стараясь не напугать. Эти янтарные глаза въелись в его память и никак не хотели выходить оттуда.       — Виктор, вы?       — Здравствуй, Талис, — приглушенно через ткань ответил тот. — Смотрю, здоровое питание выбираешь?       — Хах, ну да… Мне ведь нужно форму поддерживать, — улыбнулся Джейс. — А ты… — его внимание привлекла корзина у ног Виктора, в которой была пара банок энергетика. — Ты, видимо, на неё забил.       — Тут уже не твое дело. За собой, главное, следи, — это не было сказано со злостью, скорее легким раздражением. Виктор не любил когда на его здоровье и теле делали акцент.       — Я-я… ничего такого не имел в виду! — воскликнул Джейс, подняв руки в знак капитуляции. — Просто… ты и так уставшим выглядишь. Может… сходим пообедаем? У меня сегодня выходной.       Виктор завис. Наступила тишина, которую Джейс боялся прерывать. «Боже, зачем я ему это предложил??? Он просто мой мастер, а я!..». Его взгляд был устремлен прямо на Виктора, ожидая ответа и поджав губы.       — Обед, говоришь?       Талис выдохнул. В его голосе не было какой-то издевки или негативных ноток, поэтому он продолжил:       — О-обед, да! Тут… за углом есть хорошее японское заведение, там подают лучший рамён! Он мне помог в прошлый раз перед… сеансом.       — Хм… Ну раз помог, то… почему бы и нет?       Радости Джейса не было предела. Они отложили свои покупки, ведь не стали бы с ними идти чтобы перекусить. Дорога заняла у них всего минуту, которую они оба молчали. Джейс иногда бросал взгляд на Виктора, надеясь что тот не передумал, а Виктор спокойно шел, держа руки в карманах и выглядел так, будто ему клиенты каждый день предлагают пообедать. С заведения шел запах лапши, играла тихая музыка и людей было немного. Они заняли столик в углу и взяли меню в руки, но кроме самого рамёна они не планировали ничего заказывать. Когда к ним подошел официант они назвали свой заказ в виде двух тарелок говяжьего рамёна и…       — И два рамунэ, пожалуйста.       Взгляд Джейса устремился на Виктора. Он поднял бровь, но не сказал ничего против. Официант, записав заказ в блокнот, удалился на кухню. Избавительным фоном для их тишины служили звуки кухни. Буквально в двух метрах повар в черной бандане ловко подбросил в воздух сетчатый дуршлаг с лапшой, сбрасывая лишнюю воду с характерным резким звуком — хлыщ, хлыщ. Из огромных чанов пахло имбирем и тяжелым, сладковатым говяжьим жиром. Прошло всего около десяти минут с момента заказа, но для Джейса это время показалось вечностью. Талис сложил руки на столе, но так, чтобы тату не касалось поверхности, хотя прошло уже достаточно времени, чтобы не беспокоиться о каждом движении. Заметив это, Виктор протянул ладонь к нему и глазами указал на руку. Тяжелая рука легла на тонкие пальцы и янтарные глаза осматривали рисунок, хотя буквально сегодня утром он просил фото.       — В реальности видно лучше, — сказал Виктор, будто услышав мысли Джейса. — Хм… Ну да, выглядит хорошо для двух недель. В начале следующего месяца придешь ещё.       — А это обязательно?       — Ну смотри… Вот здесь линия чуть поплыла, здесь чуть блеклое… — говорил Виктор, аккуратно ведя пальцем по поплывшим местам, вызывая у Джейса мурашки. — И вообще она не доделана, если ты вдруг забыл.       — А… Точно. Ты ведь говорил, что нужна еще детализация, — опустив взгляд ответил Джейс. Точно, и как он мог такое забыть. Работа совсем его с головой съела.       Виктор одобрительно кивнул.       — Ваш говяжий рамен, — голос официанта разрушил затянувшуюся паузу.       Две тяжелые тарелки опустились на стол, а за ними и две бутылки холодного напитка. Густой пар и запах говядины тут же ударил в нос, от чего у Джейса сразу слюнки потекли, ведь он толком в последние дни не ел. Виктор же заинтересованно посмотрел на содержимое. Ингредиенты были идеально уложены друг на друге — кусочки мяса, разрезанное яйцо с янтарным желтком и мелко нарезанная горсточка зеленого лука. Запах свежей еды заполнил пространство, предлагая Джейсу повод больше не пытаться выдавить из себя ни слова чтобы вновь не опозориться.       — Итадакимас, — чуть хрипло сказал Виктор, взяв в руку палочки. Джейс тут же последовал его примеру, не отрывая голодных глаз с еды. В тонких пальцах палочки выглядели более элегантно — Виктор явно знал что делает. Его пальцы, привыкшие часами удерживать вибрирующий вес тату-машинки и вести безупречно ровные линии на чужой коже, двигались с хирургической точностью. А вот Джейс ими управляться не особо умел, вспоминая как в прошлый раз он так пообедал. Он аккуратно брал лапшу палочками и был, возможно, слишком близко к тарелке, чтобы успеть поймать ртом, если лапша вдруг слетит. У него было ощущение, что Виктор в мыслях над ним слегка посмеивается, хоть и не показывает. Но и его мастерство дало осечку — наклонившись над тарелкой, одна лапшичка сорвалась и плюхнулась на бульон, а его капля прилетела прямиком на нос Виктора. Тот удивленно скосил глаза на кончик носа и тихо усмехнулся, взяв салфетку и промокнув ею бульон. Сердце Джейса будто удар пропустило — он впервые увидел как тот… просто улыбнулся, еще и своей оплошности. Не старался как-то оправдаться, а просто посмеялся и вытер каплю. Даже сам Джейс слегка усмехнулся, но тут же одёрнул себя.       — Извини, я… — начал он, взгляд бегал по заведению. — Просто… Это было так неожиданно. Для такого человека как ты.       — Правда? Я что, так угрюмо выгляжу? — палочки вновь подхватили лапшу и поднесли ко рту.       — Ну… Если честно, то да.       Виктор не ответил, только тихо хмыкнул на его мысль. Джейс то и дело бросал взгляды на тонкое запястье напротив. Из-под черной ткани толстовки, когда тот двигал рукой, выступали фрагменты татуировки. Это не были типичные черепа или цветы. На бледной коже чернели строгие, безупречно четкие геометрические узоры: пересекающиеся оси, фракталы и тонкие линии, напоминающие чертежи сложного механизма. Они выглядели так, словно были частью его самого, продолжением сухожилий.       — Красивые тату, — кивнул на них Джейс. — Сам набивал?       — Мм… — прожевав и проглотив, Виктор ответил: — Некоторые сам, некоторые просил коллег. Геометрия ошибок не прощает, знаешь ли, — в этот момент в янтарных глаза будто искра зажглась.       — Ну да, да… Слушай, а… Почему вообще тату? Ты скорее выглядишь как кто-то из архитектуры, науки. Может даже чертежи, как я. Почему именно это?       Виктор не удивился вопросу. Он слегка наклонил голову, оперевшись подбородком на ладонь, и его взгляд на мгновение стал задумчивым, направленным куда-то сквозь Джейса.       — Бумага — это временно. Они могут износиться, порваться, потеряться. А вот тело… — он перевел взгляд на свои тату. — Тело мы не выбираем. У него свои дефекты, шрамы, слабости. Приходя в салон, люди хотят это исправить. Или дополнить.       Он посмотрел на Джейса — спокойно, без пугающей экспрессии, но в его янтарных глазах была уверенность в сказанном.       — Мне нравится им в этом помогать. Моя работа — дать людям себя выразить. То, что, возможно, останется с ними до конца их жизни. Это мой способ изменить мир, сделать его более… завершённым. По миллиметру. Ну, или на глубине двух миллиметров, если быть точным.       Виктор слегка улыбнулся — мягко, меланхолично, — и снова взялся за палочки, возвращаясь к еде, будто этот короткий манифест был самой обычной вещью, которую он говорит людям о себе. Джейс замер, держа палочки над тарелкой. Виктор подал это как обычную философию мастера, заботящегося о клиентах. Но Джейс, сам того не осознавая, почувствовал, будто ему что-то недосказали. Ему вдруг подумалось, что за этой внешней заботой скрывается нечто большее. Виктор не просто «помогал контролировать» — Виктор сам забирал этот контроль в свои руки на время сеанса. И самое удивительное было в том, что Джейсу, который привык сам всем управлять, в кресле Виктора было… комфортно подчиняться этой тихой, скрытой силе. Когда они оба наполовину закончили свои порции, Джейс откинулся на стуле и довольно выдохнул. Его взгляд упал на закрытую бутылку рамунэ, которую для них заказал Виктор. Он видел этот лимонад раньше, но понятия не умел, как его открывать. Он взял бутылку в руки и начал осматривать неведомый для себя «механизм». Джейс покрутил бутылку в руках, попытался подковырнуть шарик ногтем, но тот даже не шелохнулся.       — Там есть инструкция.       — Да я вижу… — чуть огрызнулся Джейс, стараясь казаться самостоятельным. — Та-а-ак… Нужно снять это пластиковое кольцо… отломать от него эту штуку… Ага.       Он с силой разделил пластиковый колпачок, получив в итоге небольшой Т-образный поршень. По инструкции, его нужно было вставить в горлышко и надавить. Джейс уверенно приставил пластик к шарику, уперся ладонью и нажал. Ничего не произошло. Он нажал сильнее, лицо его слегка порозовело от напряжения. Шарик сидел как влитой. Он старался не напрягать руку с тату до сих пор, что уже стало привычкой.       — Да бл-… Из чего они это делают? — прокряхтел Джейс. Он перехватил бутылку поудобнее, зажал её между коленями и, навалившись всем своим немалым весом, со всей силы рубанул ладонью по колпачку. В этот момент раздался громкий, сочный ХЛОПОК. Шарик с глухим стуком пулей улетел внутрь бутылки. Но вместе с этим из горлышка со свистом вырвался бурный фонтан липкой, шипящей голубой пены. — Чёрт! — выкрикнул Джейс, стараясь не материться в таком месте. Он пытался зажать горлышко пальцем, чтобы усмирить поток, но вместо этого сделал «зонтик».       Несколько капель долетели до Виктора, оставляя липкие капли на его одежде. Картина маслом — Джейс, сидя напротив, прикрывал свой пах рукой, а оттуда брызгала голубоватая жидкость. Выдержке Виктора здесь стоило только позавидовать, ведь он прекрасно сдержал громкий смех от нелепости ситуации. Своими тонкими пальцами он взял бутылку и с легкостью её открыл, оставив Джейса с открытым ртом.       — Да как ты это сделал?!       — Ловкость рук и никакого мошенничества, Джейс, — дав себе ухмыльнуться сказал Виктор, сделав освежающий глоток после острой пищи.       — Зато… Зато открыл. И вообще, я… проверял прочность стекла, — буркнул Джейс и покраснел, понимая то, в каком виде он был минуту назад.

***

      Спустя минут двадцать обе чаши рамена наконец опустели, оставив на дне капли жирного бульона. Напряжение, которое преследовало Джейса всё это время, начало испаряться, особенно после ситуации с бутылкой. Они вытерли руки и рты салфетками, а затем подозвали официанта, чтобы тот принес счёт. Виктор потянулся в карман своего худи как Джейс его тут же остановил.       — Даже не думай, я плачу.       — В этом нет необходимости, я могу оплатить свою часть, — спокойно ответил Виктор, достав наличные.       — Я знаю, что ты можешь. Но давай подумаем логически — я тебя встретил и я тебя пригласил. Ну, как пригласил… Затащил. Так что по правилам приличия этот обед будет за мой счет. Не спорь, пожалуйста.       — Затащил? — уточнил Виктор, вопросительно выгнув бровь. — Я вроде на своих двоих сюда пришел. К тому же, это ведь не свидание чтобы ты вёл себя как джентльмен.       От слова «свидание» сердце Джейса ухнуло. Виктор сказал это так обыденно, будто так и должно быть. К ушам и щекам подступил жар, но взял себя в руки, уверенно положив на стол свою банковскую карту.       — И всё же… Инициатива была проявлена мной, а значит и плачу сегодня я.       — Хм… Хорошо. Тогда в следующий раз плачу я, — согласился Виктор поняв, что спорить бесполезно.       «В следующий раз? Я не ослышался?», — подумал Джейс. Внутри него будто что-то ёкнуло, а по телу пробежались мурашки. Он ведь просто был вежлив. Он не планировал… Ну, планировал, но не ожидал что такой, казалось бы на вид, отстраненный от людей тату мастер так легко скажет «в следующий раз». Он уже мысленно вопил об этом: «Это что, будет второе свидание? А вот это вообще свиданием можно назвать?», — беспрерывно мелькало в его мыслях, пока голос извне наконец не достучался до Джейса.       — Земля вызывает Талиса, приём, — Виктор щелкал пальцами перед его носом, выводя того из транса. — Оплати счёт, как ты и хотел.       — А? — очнулся тот. — А, да… Точно, простите, — пи-и-ик.