Первая любовь герцога Ферстаппена

— Как-то не верится, — задумчиво проговорил Алекс. — Ну, наверное, позволительно игнорировать нормы поведения для джентльмена, если у тебя столько денег. Алекс приехал сегодня утром и с тех пор они сидели в кабинете и разговаривали. Джордж рассказывал о том, как познакомился с герцогом и про их переписку и сейчас каждое его слово подвергалось сомнениям. — Да нет же, — покачал головой Алекс, лежа на диванчике у книжных полок. — Ты просто не помнишь, я же вышел в свет раньше на год. Герцог мне показался хмурым и неразговорчивым, совершенно не восприимчивым к какому-либо юмору или несерьезным вещам. Многие тогда даже специально увлеклись автомобильной инженерией в надежде заинтересовать Ферстаппена хотя бы этим. — Он интересуется автомобильной инженерией? Джордж смутно понимал, что это такое, но видел несколько машин в городе. Однажды поинтересовавшись, он узнал, что обладать таким механизмом, это, во-первых, неоправданно дорого, а, во-вторых, просто купить недостаточно — нужно все время дорабатывать и чинить. С лошадьми было проще и понятнее. — Так говорили. Но я тоже не очень долго с ним был знаком — я только вышел в свет, а для него это был последний год перед отъездом сюда и герцог уже тогда демонстрировал пренебрежение ко всему происходящему. — Вот, я тебе и говорю — пренебрежение, — Джордж закинул ноги на стол и откинулся в кресле, держа в руках стакан с виски. Может, для алкоголя было немного рано, но совсем скоро дом наполнится гостями, а в статусе почти хозяина дома, даже несмотря на приезд отца, для Джорджа это мероприятие казалось сложным. — Так и я тебе объясняю, — Алекс рукой рассек воздух. — Тот человек, которого я помню, не потрудился бы даже ответить на твое письмо. Да даже записку написать не потрудился бы. Поручил бы доставить лошадь обратно и забыл бы навсегда твое имя. Но ваше общение с Ферстаппеном больше похоже…на флирт. Джордж издал смешок. — И вот тут я тебя, мой друг, желающий, чтобы и я поскорее опутал себя сетями брака, как это сделал ты, предложив Лили руку и сердце, спешу разочаровать. Помимо очевидного, на этих выходных герцог Ферстаппен последует твоему примеру и сделает предложение. По крайней мере мне так кажется. — Тебе? — Алекс встал с дивана, удивленно глядя на Джорджа. — Ты вообще меня не слушаешь. К нему приехали Шарль Леклер и Келли Пике, а все знают, что к кому-то из них у него были чувства. — Так говорили, — Алекс снова положил голову на диванную подушку. — Но он ведь уехал не сделав предложение никому из них. — Передумал, — уверенно заявил Джордж. — То есть я не знаю наверняка, но зачем же еще вдруг организовывать прием у себя. Он мог даже на наш не приходить, как отказался два года назад прийти на свадьбу Кары. — Что нас возвращает к началу разговора — почему он так хорошо относится к тебе? — Не назвал бы это «хорошо», — покачал головой Джордж. — Но это странно, — задумчиво произнес Алекс. Джордж сделал еще глоток виски и они замолчали. *** Роль хозяина дома взял на себя отец, а значит самому Джорджу осталось лишь быть в стороне и наслаждаться праздником. Может, получилось не так весело, потому что его друзья приехали с родителями или невестами, но в целом лучше, чем за последние две недели, проведенные здесь. Герцог вошел одним из последних и по залу прокатился удивленный шепот. Все вроде как осознавали, что Ферстаппен придет, но до конца не могли поверить своим глазам. Макс был приветливым с каждым, останавливался, разговаривал и совершенно не походил на человека, которого описывал Алекс. Как и на человека, которого описывал Джордж, потому что вряд ли собравшиеся смотрели на него с таким обожанием, если бы он откровенно нарушал нормы приличия. — Может его подменили за эти два года, — протянул Алекс. — Тогда уж за эту неделю, потому что в день нашего первого знакомства он мне не показался человеком, общения с которым с замиранием сердца ждет весь зал. В любом случае, если он к нам подойдет, притворись, что я тебе ничего не рассказывал. — Ты тогда тоже, — успел проговорить Алекс, когда Макс действительно подошел к ним и представился Алексу. — Очень красивый костюм, — сказал Макс, глядя на Джорджа, который отчего-то вдруг именно сейчас понял, почему люди два года назад могли начать увлекаться инженерией, чтобы привлечь внимание этого мужчины. Герцог и правда был красив. Видимо все дело в его костюме — хорошие портной может сотворить чудеса с внешностью. — У кого? — не понял Джордж, оглядываясь по сторонам. — У тебя, — сквозь зубы прошептал Алекс, и с вежливой улыбкой отошел от них. — Спасибо, — кивнул Джордж, стараясь прогнать от себя все мысли об инженерии. Какой бы то ни было. — Потрясающий вечер, — Макс указал на собравшихся, которые в красивых нарядах общались между собой, танцевали и улыбались, держа в руках бокалы с напитками. — Тут в основном заслуга моей мамы и вашего дворецкого, — ответил Джордж. — Я почти не участвовал в подготовке. — Но вы же не передумали и будете и на моем приеме в субботу? — Я говорил со своим отцом, и понял, что этот и ваш приемы, это самое веселое и интересное, что будет в моей жизни в ближайшей год, поэтому, смею вас заверить, что я обязательно приеду. — Вы бы могли решить эту проблему иначе. Например, помолвка. В глазах герцога отражались огни свечей и Джордж подумал, что все же Келли или Шарлю очень повезет. И к слову о них. — К слову о помолвке, — Джордж взглядом указал на Келли, которая о чем-то беседовала с Алексом. — Что насчет вашей помолвки? Мисс Пике нам намекнула, что нам стоит ожидать чего-то интересного. Неужели герцог организует прием, чтобы сделать предложение кому-то особенному? Макс проследил за взглядом Джорджа и улыбнулся Келли, которая к ним повернулась и слегка наклонила голову. — Да, — кивнул герцог. — Но я не уверен, что получу положительный ответ. Джордж почувствовал, как сжался желудок, но тут же постарался продолжить разговор в прежней манере. — Уверен, что ответ будет «да». В конце-концов вы же герцог, брак с вами будет большой честью для кого угодно. Просто… — Просто что? — спросил Макс, слегка наклоняясь к Джорджу, чтобы лучше можно было расслышать его ответ, потому что в зале вдруг стало шумно. Просто Джорджу, наверное, будет не хватать возможности вести эти насквозь пропитанные иронией, но все же довольно забавные, переписки. — Просто ваш брак лишит меня даже такой малости, как соседство другого джентльмена, пусть и пренебрегающего нормами приличия, — вслух, Джордж, разумеется сказал другое. — Думаете в случае брака возвращение в столицу станет обязательным условием? — поинтересовался Макс. — А кто добровольно согласиться жить в этой глуши? — Джордж вскинул подбородок. — То есть, помимо вас. Но у вас, как оказалось, есть причины. — Какие? — поинтересовался Макс. — Автомобиль, — медленно проговорил Джордж, очень надеясь, что правильно запомнил название. — Вы хоть раз катались на подобных механизмах? — Нет, — покачал головой Джордж. — Пока не вижу особого преимущества. Да и вы, похоже, перемещаетесь по старинке, на лошадях. — А хотите покататься? И что-то в лице Макса заставило Джорджа сделать совсем уж нелепое предположение, которое он неуверенно озвучил. — Сейчас? — Да, — кивнул Макс. — Мы ведь не можем уйти и бросить гостей. — Соглашайтесь, — улыбнулся Макс. — И я улажу этот вопрос так, что ни у кого не возникнет ни малейшего вопроса относительно моего воспитания. — Я не уверен… — Джордж даже не знал, что сказать. С одной стороны то, что было позволено герцогу, уж точно не было позволено ему самому, а с другой — почему бы не сделать этот вечер действительно веселым. В смысле отцу ведь уже некуда его ссылать. Макс встал за спиной у Джорджа и привлек всеобщее внимание. — Дамы и господа, позвольте нам с мистером Расселом удалиться ненадолго, чтобы я мог вам продемонстрировать кое-что новое из мира автомобильной инженерии. Зал одобрительно захлопал. Джордж поймал удивленный взгляд Алекса, и под восторженные возгласы они с Максом вышли из дома. — Вам понравится… — заверил Макс, сворачивая к конюшням. Джордж пошел следом, понимая, что ему уже нравится — и быть единственным, кого герцог попросил помочь, и этот теплый вечер, и счастливое выражение лица Макса, который сейчас рассказывал про то, как они очень скоро будут ехать на самом совершенном изобретении инженерной мысли.