Непостоянство бедствий

Ученики ордена Улян уже собирались поднять Се Бианя, когда над головой юноши раздался приятный голос: — Позвольте мне. Се Бианя заключили в широкие и тёплые объятия. Он поднял взгляд: — Дагэ Лань. Лань Чуйхань поднял Се Бианя на руки, с тревогой в глазах глядя на него. — Со мной всё в порядке, но Ушэ... — С ним всё будет хорошо, не трать силы на разговоры. Я отнесу тебя обратно в Юньдин. Прижавшись к груди Лань Чуйханя и слушая сильное, размеренное биение его сердца, Се Биань наконец почувствовал, как липкий страх, внушённый той тварью, начинает отступать. Когда Се Биань вернулся в Юньдин, он был крайне истощён. Ли Буюй прислал одного из старейшин, чтобы тот занялся его ранами, и передал ценные пилюли — даже более редкие, чем «Яшмовая закалка истинного начала». Се Биань из последних сил цеплялся за остатки сознания, и лишь когда услышал, что трупный яд в теле Фань Ушэ удалось сдержать, он наконец позволил себе провалиться в тяжёлый сон. Прошли сутки, прежде чем он снова открыл глаза. Рядом с ним дежурил ученик ордена Улян. — Сяобай-е, вы проснулись! — радостно воскликнул юноша. — Как вы себя чувствуете? Се Биань повёл глазами, ощущая во всём теле тупую боль. С трудом разлепив пересохшие губы, он выдавил: — Как мой шиди? — Хотя Сяохэй-е ещё не пришёл в себя, но в нашем ордене Улян полно любых лекарств и эликсиров. К тому же за ним присматривает старейшина Юаньцин, так что с ним всё будет в порядке. Се Биань всё ещё не находил себе места. — Пожалуйста, позови моего наставника. Вскоре в комнату вихрем ворвался Чжун Куй. Он взволнованно проверил пульс Се Бианя: — Мой дорогой ученик, ты очнулся. Тебе лучше? Се Биань, опираясь на руки, сел в постели. Хотя в теле всё ещё ощущалась слабость, в целом он был в порядке — его раны изначально не были тяжёлыми. — Наставник, как Ушэ? — Не волнуйся, яд полностью выведен. Плечо повреждено до кости, так что восстановление займёт время, но он поправится. Услышав ответ Чжун Куя, Се Биань наконец с облегчением выдохнул. — Наставник, я никчёмный шисюн. Втянул его в такую опасность и не смог защитить. — Это не твоя вина. Кто мог подумать, что на горе Шу встретится такая могущественная тварь, — неловко пробормотал Чжун Куй. — Если кому и должно быть стыдно, так это мне. После банкета я снова... — Вам показалось мало на пиру, и вы отправились выпить ещё, верно? — Се Биань со вздохом закончил за него. Чжун Куй виновато опустил глаза и тихо произнёс: — Я даже не заметил вовремя вибрацию меча «Холодная сталь». Это я здесь никудышный учитель. — Вы успели вовремя, не вините себя. Се Биань вспомнил тот миг, и его пробрал запоздалый страх. Если бы Чжун Куй задержался ещё немного, не сожрала бы их та тварь? С четырнадцати лет он привык полагаться на себя, владея «Бесконечной лазурью». И хотя за эти годы он повидал немало нежити, всегда выходил победителем. Он не был заносчив, как Фань Ушэ, но, обладая исключительным талантом и будучи учеником Чжун Куя, в своих силах он не сомневался. Среди сверстников лишь Лань Чуйхань мог состязаться с ним. Ему и в голову не могло прийти, что они едва не сгинут из-за какого-то безымянного призрака. На душе было горько и от вины, и от осознания собственного бессилия. Чжун Куй тоже не находил себе места: — Это дело крайне подозрительно. Гора Шу должна быть самым безопасным местом в поднебесной, а мои ученики едва не расстались здесь с жизнью. Нужно во всём разобраться. Биань, вспомни всё, что произошло в пещере, и расскажи мне во всех подробностях. — Та тварь, массив, сковывающий душу, и бессмертный владыка Ли... всё это очень странно. Се Биань начал вспоминать всё случившееся. Каждая деталь казалась немыслимой. Даже Фань Ушэ удивил его: зачем пятнадцатилетнему юноше заучивать заклинания из столь сложного трактата? И ещё — когда монстра снова запечатывали, он взмолился о помощи, сказав... Сердце Се Бианя пропустило удар. Он застыл, глядя в пустоту. — Биань? Что такое? — спросил Чжун Куй. — Если тебе плохо, не торопись. — Наставник, в тот момент к твари будто вернулось сознание, и он просил меня о спасении. — Просил тебя? Что именно он сказал? — Кажется, он сказал... «Дитя моё, спаси меня»? В слове «дитя» я не до конца уверен, у него был очень хриплый голос, может, он звал кого-то другого. — Возможно, он принял тебя за своего сына. Нечисть часто помнит только самое важное. Но почему он просил о спасении? — Мы хотели заманить его обратно в массив и запечатать. Чжун Куй нахмурился: — Я не учил тебя этому массиву для подавления демонов. Неужели Ушэ?.. — Да, шиди сказал, что помнит заклинание. Но в итоге массив лишь временно сковал тварь, его не удалось завершить. Чжун Куй мрачно произнёс: — Сначала техника меча клана Цзун, теперь массив «Подавление демона небесного предела». Кем же был прежний учитель этого мальчишки и чему он его учил? На фоне всей этой чертовщины необычность Фань Ушэ уже не казалась такой значимой. Се Биань спросил: — Наставник, остались ли какие-то зацепки на том теле? — Его золотое ядро было вырезано, — Чжун Куй плотно сжал брови. Се Биань почувствовал, как внутри всё похолодело. Снова вырезанное ядро?! Начиная с Мэн Кэфэя и заканчивая этой тварью — казалось, над ними сгущаются тучи заговора демонических практиков. — Кроме этого, зацепок пока нет. Все ждут, когда вы двое придёте в себя. Се Биань взял себя в руки и подробно рассказал Чжун Кую обо всём, что видел в пещере. Чжун Куй был потрясён: — Орден Чуньян? Ты уверен? — Регенерация конечностей... насколько мне известно, на это способна только техника «Чистый ян». Судя по уровню культивации той твари, он был как минимум старейшиной. Мастера ордена Чуньян обычно живут долго и редко умирают насильственной смертью, так что опознать его будет несложно. — Если установим орден, личность выяснится быстро, — мрачно ответил Чжун Куй. — Только вот почему мастер из ордена Чуньян был заточён в массиве на землях ордена Улян? — Вот именно. Больше всего меня беспокоит и сбивает с толку поведение главы Ли. Наставник, вам не кажется, что Ли Буюй будто... — Будто что-то скрывает, — закончил за него Чжун Куй. — Использовать Громовое воззвание против одного одичавшего призрака — это всё равно что стрелять из пушки по воробьям. Если только его целью изначально не было полное уничтожение души, причём мгновенное, чтобы я не успел его остановить. Поэтому он и применил свой артефакт. — Значит, глава Ли, скорее всего, знает, кем была эта тварь, и знает тайну пещеры. — Весьма вероятно. Но он не признаётся, а в лицо ему возразить никто не посмеет. — Наставник, я чувствую, что это дело огромной важности. Особенно то, что у него тоже вырезали ядро. Ли Буюй говорит о предотвращении угроз и искоренении демонического пути, но молчит о том, что совершенствующийся уровня мастер из ордена Чуньян был лишён ядра и заточён на горе Шу. Чжун Куй прищурился: — Ты прав. Я обязательно во всём разберусь. Эта тварь едва не убила вас, и Ли Буюй обязан дать мне объяснения. — Кстати, наставник, вы ведь ходили к алому владыке? Мэн Кэфэй был у него? — Мэн Кэфэй давно переродился. Словам того призрака нельзя верить ни на грош. Се Биань почувствовал разочарование. — Наставник, я хочу навестить шиди. — Ты разве сможешь встать? — Со мной всё хорошо. Се Биань, превозмогая боль, спустился с кровати, накинул одежду и пошёл в комнату Фань Ушэ. Тот всё ещё был спал. Его плечо было обмотано слоями марли, через которую проступали тёмно-красные пятна крови. Трупный яд — штука опасная: чем больше обиды затаил покойник и чем дольше он пролежал в земле, тем сильнее яд. Если восстаёт мертвец, пролежавший сотни лет, там, где он пройдёт, не будет расти даже трава. Судя по массиву, эта тварь была запечатана десятилетия назад, так что Фань Ушэ действительно чудом избежал гибели. Если бы не помощь ордена Улян и не мастерство старейшины Юаньцина, даже если бы он выжил, он мог бы остаться калекой. Се Биань тихо присел на край кровати и осторожно погладил Фань Ушэ по волосам. Глядя на это ещё юное, но уже по-мужски красивое лицо, он чувствовал, как на сердце становится всё тяжелее. Это он проявил самоуверенность, не придав значения странному поведению «Бесконечной лазури». Если бы он сразу пошёл к наставнику, они бы не пострадали, а Ли Буюй не смог бы заставить свидетеля замолчать. Он думал, что это обычное поручение, хотел дать младшему шиди набраться опыта, а в итоге едва не погубил его. Он столько раз поучал шиди быть скромнее и осторожнее, а сам пал жертвой собственной гордыни. Какое унижение. Се Биань печально вздохнул. Наматывая прядь волос Фань Ушэ на палец, он прошептал: — Ушэ, пожалуйста, скорее приходи в себя. Раздался тихий стук в дверь. Се Биань спросил приглушённым голосом: — Кто там? — Биань, это я. — Дагэ Лань? Входи. Лань Чуйхань вошёл с подносом в руках: — Я принёс тебе порцию целебного отвара, а мне сказали, что ты ушёл к шиди. Се Биань смутился: — Как я мог заставить тебя лично нести мне суп. — Пустяки, — Лань Чуйхань поставил поднос у кровати и проверил пульс Фань Ушэ. — Пульс ровный, лицо порозовело. Успокойся, он вне опасности. Се Биань вздохнул: — Наставник сказал, что задета кость. Трупный яд проник в костный мозг, его крайне сложно вычистить. Когда он очнётся... рана после чистки кости должна быть невыносимо болезненной. Лань Чуйхань сжал плечо Се Бианя: — Ушэ не обычный человек. Он справится. — Я оказался таким бесполезным, — тихо проговорил Се Биань. — Та тварь не сдалась даже под ударом меча «Холодная сталь». При жизни он явно был невероятно силён. Даже небесному наставнику пришлось бы с ним несладко. То, что вы с Ушэ выжили — уже само по себе чудо. Се Биань поднял глаза на Лань Чуйханя: — Дагэ Лань, эта тварь была из ордена Чуньян. — Что? Ты уверен? — изумился Лань Чуйхань. — Ушэ отрубил ему руку, а он тут же отрастил новую. На такое способна только техника «Чистый ян», верно? Лань Чуйхань задумался и кивнул: — Если так, мы скоро узнаем, кто это был. — Да, наставник уже начал проверку. Дагэ Лань, а ты видел тело? — Видел. Кроме того, что у него вырезали ядро и что при жизни это был крепкий мужчина, больше ничего не разобрать. Однако... — Что? — Ты ведь знаешь, что я в детстве обучался в ордене Чуньян? — Знаю. Ты рассказывал, что был слабым и болезненным, поэтому отец отправил тебя туда практиковать технику «Чистый ян», чтобы укрепить тело. — Да. Хотя я пробыл там всего несколько лет и вернулся домой, как только окреп, я знаю о последователях Чуньян больше, чем обычные люди. Я видел их тела. Ты же знаешь, они народ закрытый, посторонний никогда не увидит их без одежды, — Лань Чуйхань на мгновение замолчал. — У адептов низкого уровня тела почти не отличаются от обычных. Но как только они достигают высокого уровня, их скелет, кожа и мышцы начинают меняться. Техника «Чистый ян» делает плоть совершенной, вплоть до состояния «алмазной» неуязвимости. Поэтому все высокоранговые мастера Чуньян, независимо от того, как они выглядели раньше, со временем становятся высокими и статными. И даже... Се Биань внимательно слушал, ожидая продолжения. Лань Чуйхань усмехнулся: — Даже их «мужское начало» обретает в процессе практики иные, весьма внушительные масштабы. Се Биань на мгновение опешил, а затем густо покраснел. Его глаза округлились: — Я слышал об этом, неужели это правда? Я думал, это просто выдумки из низкосортных романов. Лань Чуйхань рассмеялся: — Чистая правда. К сожалению, совершенно бесполезная в деле. Се Биань моргнул: — Так ты... ты посмотрел у той твари... Лань Чуйхань в шутку щёлкнул Се Бианя по лбу: — Ну не настолько же я извращенец. Я только осмотрел его мышцы и кости, и мне даже в голову не пришло связывать его с Чуньян. Но раз ты говоришь про регенерацию — это действительно под силу только мастерам высокого ранга. Мне нужно вернуться и осмотреть его ещё раз, более внимательно. Се Биань нахмурился: — Его тело не похоже на тело мастера Чуньян, но он владеет их техниками. Как такое может быть? — Возможно, он был мёртв слишком долго, и тело иссохло и деформировалось, а я не приглядывался. Раз небесный наставник взялся за дело, придётся отправить запрос в Чуньян. Лучше всего будет пригласить их старейшину, он сразу определит. Пока они разговаривали, Фань Ушэ на кровати вдруг издал тихий стон, и его ресницы дрогнули. — Шиди! — радостно воскликнул Се Биань. Фань Ушэ медленно открыл глаза.