Непостоянство бедствий

В отрубленной руке был застарелый трупный яд. Фань Ушэ чувствовал, как рана нестерпимо болит; вскоре его пробрал сильный озноб, а перед глазами всё поплыло. Се Биань запечатал несколько основных акупунктурных точек на его теле, затем достал ту самую пилюлю, подаренную Сюй Мао. Разломив восковую оболочку, он вложил лекарство ему в рот: — Ушэ, держись, шисюн сейчас выведет тебя отсюда. Сзади послышалось шуршание. Нечисть, подобно пауку, припала к земле и выползла из темноты. Пустые чёрные глазницы холодно «смотрели» на них, а та гнилая рука, которую отсёк Фань Ушэ, удивительным образом отросла заново! Се Биань резко изменился в лице: — Он последователь учения Чуньян?! В мире заклинателей наиболее распространено владение мечом. По сути, это относится к мастерству инструментов, где практикуется единство человека и оружия. Из-за огромного количества последователей этот путь выделили в отдельную категорию. После него идут мастера инструментов и мастера боевых искусств. Первые изучают всё: от тайного оружия и магических артефактов до ядов и насекомых гу. Но мастера боевых искусств практикуют лишь одно — бесконечную закалку собственного тела. Они достигают состояния, когда яд их не берёт, кости становятся крепче камня, а физическая сила колоссальной. Они способны даже заживлять раны и заново отращивать плоть. Что касается талисманов и алхимии, это вспомогательные навыки, которыми обычно занимаются лекари и ремесленники. Во всей поднебесной был лишь один орден, развивший боевое искусство до предела — учение Чуньян. И только высокоранговые мастера Чуньян способны на регенерацию конечностей. Фань Ушэ отчаянно пытался вспомнить всех мастеров Чуньян, которых когда-либо видел. Кто из них мог стать этой тварью? Но ни одно лицо не подходило под это описание. Се Биань выставил «Бесконечную лазурь» перед собой, загораживая Фань Ушэ. Он настороженно следил за нечистью. Получив удар призрачным оружием, тварь стала осторожнее и не спешила нападать. Се Биань выкрикнул: — Кто ты такой? Назови имя! Он не знал, осталось ли у этой твари хоть капля разума, но надеялся потянуть время. Из горла нечисти вырвалось странное бульканье, когти заскребли по земле. Однако, помедлив, тварь не смогла совладать с инстинктом, влекущим её на запах живого человека, и снова бросилась в атаку. «Бесконечная лазурь» замелькал в полумраке пещеры изумрудными искрами. Мощное духовное давление вырвалось из тела Се Бианя, когда он нанёс встречный удар. Нечисть не рискнула принять этот выпад в лоб, уклонилась в воздухе и напала сбоку. Человек и призрак вступили в яростную схватку среди железных цепей массива. Се Биань, зная, что перед ним мастер Чуньян, изо всех сил старался не подпускать его близко. Но нечисть была невероятно быстрой и обладала чудовищной силой. Тварь вцепилась в ту самую расшатанную цепь, вырвала её из стены и с диким свистом обрушила на Се Бианя. Там, где цепь касалась камня, твёрдая порода разлеталась в пыль. Фань Ушэ сосредоточился на дыхании, заставляя пилюлю подействовать быстрее. Как только приступ головокружения и слабости отступил, он снова вступил в бой. Они слаженно выстроили Алтарь восьми триграмм, используя уже имеющиеся в пещере цепи. Сами становясь изменчивыми центрами массива, они заперли нечисть в зоне своих атак. Чёрное и белое — возник символ Тайцзи*.

Символ Тайцзы, (太极图) — традиционная китайская диаграмма, изображающая философский принцип Тайцзи и взаимодействие двух взаимодополняющих начал — инь и ян, находящихся в постоянном равновесии и переходе друг в друга.

Се Биань с тревогой взглянул на Фань Ушэ: — Ушэ, не подпускай его к себе! Трупный яд уже парализовал половину верхней части тела Фань Ушэ. Он знал, что резкие движения только ускорят распространение яда, поэтому старался как можно быстрее покончить с этой тварью. Он направил всю духовную силу в меч. Се Биань понял, что Фань Ушэ хочет применить тот же приём, что и против Сун Чуньгуя. Но эта тварь явно была куда выносливее Сун Чуньгуя. Если удар не достигнет цели, у них не останется сил даже на побег. Стиснув зубы, Се Биань решил рискнуть. «Бесконечная лазурь» бешено завертелся в его руках, а в воздухе возникло несколько лазурных печатей, которые превратились в стены-барьеры, одну за другой преграждая путь нечисти. Фань Ушэ негромко выкрикнул, применяя седьмое небо техники «Цзунсюань». Наполненная жаждой убийства дуга меча устремилась к нечисти — сокрушительная и яростная. Заблокированная печатями тварь не смогла уклониться. Удар меча отбросил её, оставив на животе огромную рану — существо почти разрубило пополам! Се Биань бросился, чтобы нанести последний удар. «Бесконечная лазурь» обрушился сверху, целясь в макушку нечисти. Нужно было лишь выбить душу из тела... В это решающее мгновение нечисть обеими руками перехватила жезл, давивший на неё подобно горе. Се Биань услышал хруст ломающихся костей в руках твари, но в ужас пришёл он сам. Эта нечисть сумела поймать его удар, нанесённый призрачным оружием в полную силу! Мавр издал яростный вопль и швырнул Се Бианя вместе с посохом в сторону. Се Биань, подобно камню, брошенному в центр озера, врезался в скалу, подняв кучу каменной крошки и пыли. Он рухнул на землю, сплёвывая кровь. Казалось, всё его тело рассыпается на части. — Шисюн! — Фань Ушэ почти полностью исчерпал духовную силу. Видя, что нечисть всё ещё не повержена, он понял: остался последний способ. Даже если Се Биань начнёт что-то подозревать, он не позволит им обоим погибнуть от рук этой твари. — Я заманю его в центр массива. Ты используй своё оружие, чтобы запереть его в позиции Кань и запечатать снова! Се Биань, кашляя кровью, прохрипел: — Ты... ты знаешь, как запечатать его? — Я помню заклинание! — Фань Ушэ запустил огненный талисман в нечисть, а сам бросился к центральной точке массива. Се Биань поднялся с земли. В голове пронеслась мысль: «Нет, ты тоже окажешься в центре вместе с этой тварью!» Хотя Массив пленения души предназначен для духов, на живого человека он подействует также жестоко. Если Фань Ушэ не успеет выбраться... — Другого пути нет, быстрее! — все призраки боятся огня, и эта атака окончательно взбесила тварь, которая бросилась вслед за Фань Ушэ. Се Биань вставил «Бесконечную лазурь» вместо вырванной цепи в позицию Кань. Духовная сила безумным потоком хлынула в массив. Фань Ушэ как раз завёл нечисть в центр. Читая заклинание, Фань Ушэ попытался выскочить из зоны действия, и древний массив пробудился, снова заливая пещеру полупрозрачным голубым светом. Мавр издал истошный вопль. Его мощное тело в центре массива начало сжиматься, он задрожал, словно лист на ветру. Духовные силы Фань Ушэ были на исходе, но он должен был продержаться до завершения активации. Тварь, распластавшись по земле, внезапно с трудом подняла голову. Бледное лицо, скрытое спутанными волосами, повернулось к Се Бианю. Послышался исполненный муки хриплый голос: — Хэн-эр... спаси... меня... Фань Ушэ словно громом поразило. Перед глазами вспыхнул белый свет. В то же мгновение он узнал того, кто был заперт в массиве. Нет, не человека — призрака. Цзун! Мин! Хэ! От этого душевного потрясения массив дрогнул и рассыпался. Фань Ушэ, полностью лишённый сил, рухнул без сознания. Освобождённая нечисть безумно бросилась на Се Бианя. Тот собрал остатки сил для последнего смертельного боя. В самый критический момент прилетевший меч, быстрый как молния, пронзил тело нечисти и пригвоздил её к скале. Следом влетела фигура в пурпурно-красном одеянии. Десяток усмиряющих талисманов одновременно облепили тварь. В тот же миг нечисть забилась в конвульсиях, но не смогла сдвинуться ни на сантиметр. Се Биань чуть не расплакался от облегчения. Сдерживая слёзы, он выдавил: — Наставник! Чжун Куй подбежал к Се Бианю, передавая ему духовную силу для лечения: — Где ты ранен? — Со мной всё в порядке, скорее посмотрите Ушэ, он отравлен трупным ядом. Чжун Куй оставил Се Бианя и осмотрел рану Фань Ушэ. Он нахмурился: — Очень сильный яд. Нужно немедленно доставить его в Юньдин. Фань Ушэ был в глубоком обмороке, его лицо уже приобрело иссиня-чёрный оттенок. Се Биань взглянул на всё ещё дёргающуюся нечисть: — А... что делать с этой тварью? Ваш меч «Холодная сталь» пронзил его, но душа даже не думает рассеиваться. Меч «Холодная сталь», он же Цинфэн, был наделён божественной волей самого великого императора Бэйиня. Это было и сокровище, и призрачное оружие одновременно. Стоило ему пронзить призрака, как тот должен был стать покорным. Если только... Если только при жизни эта нечисть не была заклинателем уровня великого мастера! В пещере на пике Дяньцан массивом «Подавление демона небесного предела» был заперт мастер уровня великого мастера из учения Чуньян. Что здесь, чёрт возьми, происходит?! Чжун Куй на миг задумался, прикусил палец и начертал в воздухе символ из своей крови. Он наложил его на Фань Ушэ, чтобы защитить сердце, а затем взмыл вверх, легко, словно бабочка, присев на рукоять своего меча. Схватив нечисть за макушку, он яростно выкрикнул: — Выходи! Тварь продолжала рычать и сопротивляться. Снаружи послышались торопливые шаги. Ли Буюй в сопровождении толпы людей ворвался внутрь. — Это... — О боже, что происходит? Откуда на горе Шу нечисть?! — Смотрите, массив на полу. — Этот массив... кажется, я его где-то видел. — Неужели это... Массив «Подавление демона небесного предела»! Послышались испуганные вздохи. «Канон небесных тайн Сюаньюань» был запрещённой книгой. Хотя почти каждый читал её из любопытства, никто бы не признался в этом вслух, боясь обвинений в связях с демоническим путём. На территории ордена Улян — первой праведной школы — обнаружили такое зловещее колдовство. Это не могло не ужасать. Взгляд Ли Буюя стал ледяным. Эта сцена была сродни пощёчине ему как главе «Союза бессмертных». Ученики Улян переглядывались в недоумении: как на горе Шу мог появиться такой массив и такая свирепая тварь?! Ли Буюй в гневе воскликнул: — Это грязное отродье осквернило святые земли Шу. Чжэньнань, отойди. Чжун Куй был уже близок к тому, чтобы вытащить человеческую душу из нечисти. Он обернулся и закричал: — Не смейте! В пещере вспыхнул ослепительный золотой свет. Свиток, искрящийся молниями, развернулся и приготовился нанести удар по Чжун Кую и нечисти. Чжун Куй, разозлённый, был вынужден выдернуть меч и отскочить. Несколько молний ударили в тварь. Громкие разряды и вспышки золотого света слепили глаза. На мгновение в пещере стало светло как днём. Чжун Куй и Се Биань одновременно услышали предсмертный крик души этой нечисти. Золотой свет угас, свиток свернулся и послушно вернулся в руки Ли Буюя. Нечисть сползла со стены и бесформенной грудой рухнула на землю. Се Биань замер в оцепенении. Он не ожидал, что однажды увидит воочию сокровище Ли Буюя — Драгоценное воззвание громовержца. По легенде, это был текст, написанный самим божеством грома. Хотя это божество было из числа вознёсшихся земных духов и не шло в сравнение с древними богами, его сила была колоссальной. Считалось, что этот артефакт может призывать небесный гром. Чем мощнее артефакт, тем больше духовной силы он требует. В мире заклинателей было негласным правилом не выставлять такие вещи напоказ — никто не спешит раскрывать свои главные козыри. Но Ли Буюй использовал этот артефакт, чтобы стереть душу нечисти в порошок! Чжун Куй закричал: — Что это значит, бессмертный?! Лицо Ли Буюя было словно покрыто толстым слоем инея: — Эта тварь осквернила мою гору и тяжело ранила двоих учанов. Как я мог оставить её в живых? — Даже если это злодей, он должен был предстать перед судом в Девяти глубинах, искупить грехи и переродиться. Как вы могли уничтожить его душу?! Ли Буюй холодно хмыкнул: — А если злодеяния этой твари были столь велики, что ей путь лишь в три низших мира? — Тогда он тем более должен был отправиться в ад для искупления. — Чжэньнань, я не из твоей преисподней. Здесь мир людей, а в мире людей свои правила, — Ли Буюй ледяным взглядом посмотрел на Чжун Куя. Чжун Куй яростно смотрел на него в ответ, но поделать уже ничего не мог. Присутствующие боялись издать хоть звук. Чжун Куй холодно произнёс: — Неужели господину Ли совсем не интересно, кто это был и почему он был заперт массивом Подавления демонов небесного предела на пике Дяньцан? Вы уничтожили его душу — как теперь вести расследование? — Я действовал в порыве гнева и упустил это из виду, — ответил Ли Буюй. — Чуньгуй, осмотри тело. — Что там осматривать, оно превратилось в гниль, — с почерневшим от гнева лицом Чжун Куй указал на нескольких людей. — Ты и ты, отнесите моего ученика в Юньдин. Се Биань непонимающе посмотрел на Чжун Куя, а тот ответил ему тяжелым, мрачным взглядом. Характер Ли Буюя был незыблем, как гора; он сражался с самим демоническим владыкой Цзун Цзысяо. Он видел великие потрясения и не мог впасть в ярость из-за одной только нечисти. Все эти действия выглядели лишь как одно — заметание следов.