Пограничье

Трандуил понял, что они приближаются к западной границе, ещё задолго до того, как над заснеженным лесом показались стены дозорной башни. Об этом говорило всё: сигнальные флаги на вышках, участившиеся патрули, свежие следы разъездов на дороге. Гарнизон готовился к приезду короля тщательно и без лишней суеты. Отряд поднялся на последний холм. Внизу раскинулась крепость. Тёмные стены из вулканического камня, высокие сторожевые башни, укреплённые ворота и ровные ряды воинов. Пограничников невозможно было спутать с главным войском Лихолесья. Никакого золота. Никакого блеска. Только чёрная броня, отполированная до матового сияния, и тяжёлые плащи, способные защитить владельца не хуже щита. Даже сражались они иначе. Во время боя длинные плащи непрерывно находились в движении, скрывая выпады, сбивая противника с толку и превращая каждое движение в обманчивую игру теней. Молодых пограничников учили владеть плащом раньше, чем мечом или луком. Клинок мог сломаться. Лук — остаться без стрел. Но плащ всегда оставался рядом с воином. Когда королевский отряд приблизился к воротам, весь строй одновременно опустился на одно колено. Такую выучку Трандуил всегда ценил. Ворота медленно распахнулись. Навстречу выехал командир гарнизона. Высокий эльф с длинным шрамом через щёку остановил коня перед владыкой, спешился и почтительно склонил голову. — Ваше Величество. Командир Равен. Трандуил коротко кивнул. — Гарнизон готов к проверке? — Полностью, мой король. Ответ прозвучал спокойно и без малейшего колебания. Выпрямившись, Равен перевёл взгляд на Нимриэль. В его суровом лице мелькнуло искреннее тепло. — Леди Нимриэль. Он вновь склонил голову. — Капитан Равен. В её голосе появилась тёплая, почти домашняя интонация, которой Трандуил никогда не слышал ни во дворце, ни на заседаниях Совета. — Рада видеть, что вы всё ещё в строю. — А я всё ещё надеюсь, что вы однажды исполните своё обещание двадцатилетней давности и переведёте меня подальше отсюда. В его словах не было жалобы. Лишь старая шутка, понятная только тем, кто слишком давно знает друг друга. Когда процессия въехала во внутренний двор, стало очевидно ещё одно. Воины встречали не только своего короля. Они ждали Нимриэль. Одни приветственно кивали ей, другие улыбались, а самые молодые невольно расправляли плечи, когда она проезжала мимо. Почти сразу к ней подошёл первый воин. — Леди Нимриэль! — Тарен. Как твоя дочь? — Уже стреляет лучше отца и матери. На губах Нимриэль появилась улыбка. — Значит, скоро тебе придётся просить её охранять крепость вместо себя. По двору прокатился дружный смех. Едва разговор закончился, подошёл следующий эльф. За ним — ещё один. Звучали новые имена, короткие вопросы, старые шутки и воспоминания. Нимриэль никого не путала. Она помнила каждого и каждую, интересовалась семьями, без труда узнавала тех, кого не видела много лет, и разговаривала с ними так легко, словно вовсе не покидала западные рубежи. Трандуил молча наблюдал. Той Нимриэль, которую он привык видеть за столом Совета, здесь почти не осталось. Исчезла привычная сдержанность. Её голос звучал свободно и уверенно, улыбка появлялась сама собой, а мороз окрасил щёки лёгким румянцем. Несколько светлых прядей выбились из походной причёски после долгой дороги. На ней не было богатых придворных одежд — лишь тёмный дорожный костюм и тяжёлый плащ пограничных земель. И всё же именно здесь она выглядела удивительно естественно. Словно наконец оказалась там, где действительно была нужна. Теперь Трандуилу стало окончательно ясно, почему она с такой уверенностью говорила о западных рубежах на Совете. Она не изучала эти земли по картам. Она жила ими. Его взгляд невольно скользнул по двору. Неподалёку Эрейн о чём-то оживлённо спорил с Горделлом, и, судя по выражению их лиц, спор доставлял удовольствие обоим. Донесения разведчиков многое рассказали новом после западных земель, но далеко не всё. Трандуил знал о старой травме Эрейна, он, как и все, видел ее последствия. Знал, что Эрейн и Нимриэль выросли вместе. И всё же чувствовал, что за этими фактами скрывается нечто большее. Он не любил пробелов в сведениях. Особенно когда речь шла о тех, кому однажды, возможно, придётся доверить судьбу собственного королевства. Позже гарнизон построился для официального доклада. И тогда проявилась ещё одна закономерность. Нимриэль здесь не просто уважали. Ей доверяли. Каждый командир, обращаясь к королю, хотя бы на мгновение переводил взгляд на неё. Не в поисках разрешения. Скорее желая убедиться, что она разделяет сказанное. Подобного доверия невозможно добиться одним титулом. К концу проверки Трандуил остался доволен увиденным. Западные рубежи были готовы встретить любую угрозу. Внешне это выразилось лишь коротким одобрительным кивком, но для пограничников подобная оценка значила куда больше длинной похвалы. К вечеру снег усилился. Большинство воинов уже разошлись. Королевская свита разместилась во временных казармах, и крепость постепенно погрузилась в тишину. Трандуил работал в выделенном ему кабинете командной башни. Перед ним лежали свежие отчёты, списки гарнизонов и записи о строительстве новых дорог. Когда он просматривал последние документы, в дверь коротко постучали. — Войдите. На пороге появился Равен. Следом вошёл разведчик. Его плащ был мокрым от снега, а сапоги покрывала засохшая дорожная грязь. — Докладывайте. Оба эльфа опустились на одно колено. Дверь за ними закрылась. Разговор продолжался несколько минут. Когда Равен и разведчик покинули кабинет, Трандуил ещё некоторое время неподвижно смотрел на лежавшие перед ним бумаги. Затем медленно поднялся, набросил плащ на плечи и вышел в коридор. Стражник у двери немедленно выпрямился. — Поднимите командиров. Стражник коротко поклонился. Только тогда прозвучал следующий приказ. — Срочно. Небольшая пауза. — Я жду всех на совете.