ЛОРДЫ

После того как испуганный и угодливый портной в «Твиллфит и Таттинг» снял с них мерки, пообещав доставить гардероб прямо в Гринготтс через два часа, троица не вернулась на залитую солнцем Аллею Косого переулка. Ведомые интуицией и подсказкой Крюкохвата, они свернули под мрачные своды Лютного переулка. Здесь, в тупике среди покосившихся лавок с сушеными головами и ядами, находилась неприметная мастерская с вывеской, на которой тускло горела руна «Оваз». Сюда приходили те, кому каноничные палочки Олливандера из пера феникса или волоса единорога казались детскими игрушками. Здесь создавалось оружие. Мастер — старый, слепой на один глаз маг по имени вельзевул — встретил их молча. Но стоило Гарри, Гермионе и Рону переступить порог, как стеллажи с заготовками в лавке глухо задрожали. — Надо же… — проскрипел старик, втягивая носом воздух. — Сила… Древняя, голодная магия. Лорд Поттер-Слизерин. Леди Блэк-МакКиннон. И… совершенно новый, яростный источник. Кто ты, парень? — Лорд Рональд Арден, — твердо ответил Рон. Мастер хищно ухмыльнулся и выставил на стол три пустые заготовки. — Олливандер подбирает палочки магам. Я заставляю магов самих ковать свое оружие. Кладите руки на стол. Призовите мантию. Они закрыли глаза. Когда магия Гарри и Гермионы потянулась друг к другу, воздух в лавке заискрился. Из дальних ящиков мастера сами собой вылетели материалы. Для Гарри палочка соткалась из чернейшего Мореного дуба, вымоченного в крови василиска, а сердцевиной стало сухожилие Дракона-Громовержца, сплетенное с тонкой стальной нитью Певереллов. Когда он взял её в руку, по лавке пронесся ледяной порыв ветра, а на конце вспыхнуло изумрудное пламя. Палочка Лорда. Для Гермионы Магия выбрала Белый ясень и древесину Черного терновника — излюбленный материал Блэков для боевой магии. Начинкой послужил волос из гривы Фестрала и яд смертоносной Акромантулы, подчеркивая её наследие МакКиннонов. Палочка в её руке отозвалась тихим, хищным шелестом, окутав пальцы девочки серебряными искрами. Но самый удивительный инструмент получился у Рона. Древесина Красного каштана, яростная и упрямая, соединилась с костью Клыкастого Серого Волка. А сердцевиной стало Сердце огненного Дракона, которое Билл прислал ему в подарок через гоблинов. Когда Лорд Арден сжал рукоять, палочка взревела, как пробудившийся вулкан, выбросив сноп золотых и багровых искр. Печать Предателей Крови больше никогда не посмеет даже коснуться его. — Оружие Лордов, — восхищенно прошептал старый мастер, низко кланяясь троице. — С такими палочками… вы перепишете историю этой страны.

***

Ночь опустилась на Оттери-Сент-Кэтчпоул. Нора спала под покровом тяжелых туч. Молли Уизли видела десятый сон, уверенная, что её зелья надежно держат семью под контролем. Дамблдор в своем кабинете пил чай, не подозревая, что его паутина разорвана. В комнате Рона, на грязном матрасе, свернувшись клубком, спала старая, облезлая крыса без одного пальца на лапе. Питер Петтигрю чувствовал себя в полной безопасности. Вдруг пространство посреди комнаты беззвучно, словно бритвой, разрезало. Пространственный карман лопнул, и в комнату шагнули три фигуры в глухих черных боевых мантиях Гринготтса с серебряными масками гоблинских Ликвидаторов проклятий. Но впереди них шли трое подростков, чьи родовые перстни тускло сияли в темноте. Гарри, Гермиона и Рон пришли лично. Они хотели видеть это своими глазами. Короста резко открыла водянистые крысиные глаза. Инстинкт шпиона, выживавшего годами, закричал об опасности. Крыса дернулась, собираясь шмыгнуть в щель под плинтусом, но Рон Арден сработал на опережение. Его новая палочка из каштана и волчьей кости рассекла воздух. — Коллопортус Максима! Терра Глаука! — мысленно прорычал Рон. Каменные стены и деревянный пол комнаты мгновенно покрылись слоем тяжелого, мантического серебряного инея. Все выходы были заблокированы. Крыса с разбегу врезалась в невидимый щит и отлетела назад, пища от ужаса. Петтигрю понял, что загнан в угол. Заклинание было слишком мощным для тринадцатилетнего мальчика. Крыса начала стремительно раздуваться, кости затрещали — анимаг попытался принять человеческую форму, чтобы аппарировать или защищаться. На полу начала формироваться фигура толстого, плешивого мага. — Даже не думай, мразь, — ледяной голос Гарри разрезал тишину комнаты. Гарри и Гермиона выбросили руки вперед синхронно. Их магия, сплетенная в истинный союз пары, ударила единым, сокрушительным тандемом. — Анио Виктус! — выкрикнула Гермиона, активируя древнее блэковское проклятие принудительной фиксации. — Инсеро Ментем! — добавил Гарри. Два луча — изумрудный и штормовой серый — скрестились прямо на трансформирующемся Петтигрю. Раздался оглушительный, сухой хлопок магического взрыва. Анимагия внутри Питера была буквально завязана узлом и выжжена. Его тело замерло и стало обратно превращаться в крысу с уродливой мордой и короткими лапами, он рухнул на колени, парализованный колоссальным давлением Сил двух магов. Из его ушей и носа хлынула кровь. Его собственная палочка, спрятанная в вещах Рона, с треском взлетела в воздух и приземлилась прямо на протянутую руку Гермионы. — Это за моих родителей, Петтигрю, — тихо, со страшным спокойствием произнес Гарри, глядя сверху вниз на дрожащего предателя. В серебряно-зеленых глазах Поттера отражалась сама смерть. — И за моего отца, который двенадцать лет сидит из-за тебя в Азкабане, животное, — добавила Гермиона. Её палочка искрила фиолетовым огнем, готовая сорваться в Круциатус, но она сдержала родовую ярость Блэков, проявив железную волю. Предатель должен был дожить до суда. Питер Петтигрю поднял полные нечеловеческого ужаса водянистые глаза на подростков. Он не узнавал их. Перед ним были не дети Джеймса и Сириуса. Перед ним стояли каратели. Он попытался издать хоть звук, умолять о пощаде, но заклинание Гарри намертво запечатало его голосовые связки. Рон сделал шаг вперед, держа в руке заготовленный гоблинами артефакт — массивную клетку из холодного железа, исписанную рунами подавления воли. — Твоё время вышло, Короста, — жестко ухмыльнулся Рон Арден. — Передавай привет дементорам. Портключ! Один из гоблинов-ликвидаторов шагнул вперед, швырнул парализованного Петтигрю в клетку и мгновенно активировал сквозной портключ прямо в глубокие казематы Гринготтса. Клетка с предателем исчезла в синей вспышке. В ту же секунду второй гоблин опустил на кровать Рона магический голем — точную, облезлую копию Коросты, которая слабо зашевелилась, имитируя сон старой крысы. Через две недели этот голем тихо испустит дух, и Молли Уизли решит, что домашний любимец просто умер от старости. Комната снова погрузилась в тишину. Рон посмотрел на матрас, где столько лет спал враг его семьи, и глубоко вздохнул. Воздух в Норе показался ему чище. — Дело сделано, — Рон повернулся к друзьям. — Дамблдор лишился своего козыря. Гарри притянул Гермиону к себе за талию, и она устало, но с облегчением опустила голову ему на плечо. Её магия ласково искрила, сплетаясь с силой Гарри. — Теперь, — Гермиона подняла свои грозовые серые глаза, и в них блеснуло истинное торжество, — Крюкохват отправит Люпину документы. А первого сентября мы покажем Хогвартсу, что такое настоящий Слизерин в Гриффиндоре.