ЛОРДЫ

Пока в кабинете дирекции ковалась новая история магии, в Большом Зале за столом Гриффиндора назревала буря совершенно иного толка. Молли Уизли, узнав из газет об аресте Дамблдора и о том, что её сын Рон Арден не просто очистил кровь, но и ушел на Рейвенкло, бросив Гриффиндор, примчалась в школу через камин Министерства. Её громогласный крик разнесся по коридорам еще до того, как она переступила порог Большого Зала. — Рональд Биллиус Уизли! — взревела Молли, врываясь в зал. Её лицо было багровым от ярости, а в руках она сжимала тяжелую сумку. — Как ты посмел?! Предать семью! Предать директора Дамблдора, который столько сделал для нас! Связаться с этими темными аристократами, с Малфоями, с Поттером, который возомнил себя Лордом! Ты немедленно собираешь вещи и возвращаешься в Нору! А ты, Джинни… Джинни Уизли, сидевшая за гриффиндорским столом бледная и напуганная, вжала голову в плечи. Она до сих пор не понимала, почему тетрадка, которую она нашла в вещах, оказалась обычной магловской пустышкой, и почему вся школа смотрит на её семью как на предателей. Рон Арден медленно поднялся из-за стола Рейвенкло. Его движения были наполнены холодной, аристократической грацией. Синий когтевранский галстук идеально сидел на его шелковой рубашке. — Миссис Уизли, — спокойно и леденящим тоном произнес Рон, и этот голос, усиленный мантическим перстнем Лорда Ардена, мгновенно заставил весь зал замолчать. — Я настоятельно рекомендую вам закрыть рот и покинуть территорию школы. Вы нарушаете покой студентов. — Что?! Да как ты разговариваешь с матерью, неблагодарный щенок?! — Молли бросилась к синему столу, занеся руку для удара. Но дойти до Рона ей было не суждено. Из-за преподавательского стола бесшумно поднялся Северус Снейп-Урхарт, а дорогу Молли мгновенно преградила Минерва Макгонагалл, только что спустившаяся из кабинета Совета. — Миссис Уизли, — голос Минервы прозвучал как удар хлыста. — На правах Директора Хогвартса я объявляю вам официальное предупреждение. Лорд Рональд Арден больше не имеет отношения к вашей семье, что зафиксировано магией Гринготтса по праву Очищения Крови. Если вы сделаете еще хоть один шаг или повысите голос на Лорда древнего Рода, авроры Хогвартса немедленно этапируют вас в камеру Министерства за оскорбление чистокровного мага. Молли застыла на месте, тяжело дыша и переводя взгляд с Макгонагалл на Рона, в чьих синих глазах не было ни капли детской привязанности — только холодный расчёт сильного мага. — Вы… вы все сошли с ума… — прошептала Молли, отступая назад. — Альбус вернется… он покажет вам… — Альбус Дамблдор никогда не вернется, миссис Уизли, — тихо, но зловеще произнес Гарри Поттер, поднимаясь рядом с Роном. — И если вы продолжите цепляться за его гнилой хвост, ваша семья потеряет последнее, что у нее осталось — свободу. Джинни останется в школе под нашей защитой, но если вы попытаетесь втянуть её в свои интриги, Гринготтс аннулирует все сейфы Уизли за долги перед Домом Поттер. Молли Уизли стояла посреди Большого Зала, тяжело дыша от ярости. Угрозы Макгонагалл и ледяной взгляд собственного сына Рона, ставшего Лордом Арденом, привели её в бешенство. — Да как вы смеете?! — взревела Молли, багровея. — Артур! Артур, скажи им! Скажи, что этот неблагодарный мальчишка обязан вернуться домой! Артур, где ты бродишь?! Только сейчас студенты заметили, что вместе с Молли в Большой Зал вошел Артур Уизли. Но выглядел он совершенно не так, как обычно. Рядом с ним твердо шел Лорд Римус Люпин, а в руках Артур сжимал пустой серебряный флакон с гербом Гринготтса. Лицо Артура было мертвенно-бледным, глаза, обычно затуманенные и мягкие, сейчас горели ясным, кристальным и страшным пониманием. Из его ауры полностью исчез тот липкий, приторно-сладкий шлейф, который годами тянулся от него из-за стряпни Молли. Всего два часа назад Римус Люпин перехватил Артура в Министерстве и влил в него Высшее Очищающее зелье гоблинов. Двадцать пять лет ментального плена, любовных приворотов и закладок Дамблдора рухнули за один глоток. — Артур?.. — Молли невольно сделала шаг назад, уловив изменения в муже. Её голос впервые дрогнул. — Дорогой, что с тобой? Пойдем домой, я заварю тебе твой любимый чай с мятой... — Больше я не выпью ни одной капли твоего чая, Молли, — тихо, но с такой сокрушительной, звенящей пустотой произнес Артур. Этот голос заставил притихнуть даже гриффиндорцев. Перси Уизли, сидевший за столом старшекурсников, испуганно поправил очки. Артур шагнул к жене, и из его кармана на стол со стуком упал официальный пергамент Отдела магического правопорядка. — Гоблины провели полную экспертизу моей крови, Молли. Двадцать пять лет. Двадцать пять лет трижды проклятой Амортенции, завязанной на кровь, рецепт которой тебе лично дал Альбус Дамблдор в 1970-м. Ты опоила меня еще на седьмом курсе, чтобы связать с угасающим, но чистокровным Родом Уизли. Ты стерла мне память о моей настоящей невесте. Ты заблокировала мою магию, превратив в посмешище для всего Министерства, чтобы я не дай Мерлин не вернул Роду статус и богатство, которые Дамблдор забирал себе! — Артур, это ложь! Это всё наговоры этих темных тварей! — Молли закричала, её голос сорвался на визг, она попыталась схватить его за руку. — Не смей ко мне прикасаться! — Артур резко отдернул руку, и в этот момент вокруг его пальцев вспыхнула чистая, яркая оранжевая магия Рода Уизли, которая годами спала под воздействием зелий. Сила Артура, как сильного артефактора и мага, наконец вернулась к нему. — Магия Крови всё подтвердила. Рон… Рональд поступил абсолютно правильно. Он очистил свою кровь от той дряни, которой ты поила детей с младенчества, чтобы они были послушными солдатиками Дамблдора. Артур повернулся к синему столу Когтеврана. Его взгляд встретился со взглядом Рона. В глазах отца не было злости — только глубокая, взрослая благодарность и боль за упущенные годы. Рон молча склонил голову, приветствуя истинного Главу Рода Уизли. — Отныне, Молли, — Артур снова посмотрел на жену, и на его лице застыла ледяная маска. — Я подаю на магический развод по причине магического насилия и отравления крови. Нора принадлежит Роду, так что до вечера твои вещи должны быть собраны. Ты возвращаешься в полуразрушенный дом Прюэттов. Сейфы заблокированы Гринготтсом до окончания судебного расследования по твоему делу и делу Дамблдора. Мракоборцы уже ждут тебя у камина. Молли Уизли пошатнулась. Её мир, выстроенный на лжи, приворотах и директорских интригах, рухнул окончательно и бесповоротно прямо здесь, на глазах у всей школы. У нее не осталось ничего: ни влияния Дамблдора, ни денег Поттеров, ни контроля над мужем и детьми. Она бросила дикий, полный ненависти взгляд на Гарри Поттера, который спокойно наблюдал за сценой, а затем, разрыдавшись от бессильной злобы, бросилась вон из зала в сопровождении двух подошедших авроров. Артур Уизли тяжело выдохнул, словно сбросил с плеч столетний груз. Он подошел к столу Гриффиндора и мягко положил руку на плечо плачущей Джинни. — Всё хорошо, девочка моя. Теперь всё будет по-настоящему. Больше никаких зелий. Профессор Макгонагалл подошла к Артуру, её серые глаза шотландской Леди светились искренним уважением: — Рада видеть тебя в здравом уме, Артур. Хогвартс всегда открыт для истинных Уизли. Гарри повернулся к Гермионе и Рону, на его губах играла легкая, хищная усмешка: — Ну вот теперь можно спокойно идти на первый урок к Римусу. Пора учиться настоящей Боевой Магии.