ЛОРДЫ

Через несколько дней после освобождения Сириуса, когда шумиха в прессе немного утихла, а Хогвартс начал привыкать к новому режиму под управлением Совета Деканов, Гарри собрал друзей и союзников в Тайной Комнате. Теперь это место было не сырым подземельем, а роскошным штабом, освещенным магическими кристаллами. На массивном столе из черного дерева лежал старый кожаный дневник, медная чаша Хельги Хаффлпафф (которую Беллатриса Лестрейндж «добровольно» выдала гоблинам после того, как Сириус восстановил власть над Родом Блэк) и золотой медальон Салазара Слизерина, добытый из пещеры ликвидаторами Гринготтса. — Том Реддл был безумцем, но он был талантливым безумцем, — произнес Гарри, глядя на артефакты. — Он расколол свою душу, надеясь обрести бессмертие. Но он не учел одного: магия крови Основателей не терпит паразитов. — Мы проверили всё, — подала голос Гермиона, сверяясь со свитком. — Дневник, Чаша, Медальон, Кольцо Слизерина (которое уже уничтожил Северус в лаборатории) и диадема Ровены, которую мы нашли в Выручай-комнате. Осталось два. — Нагайна, — коротко бросил Рон Арден. — Змея Волан-де-Морта. Гоблины выследят её в лесах Албании за неделю. Крюкохват уже отправил туда группу захвата. — И последний, — Гарри замолчал, коснувшись своего шрама на лбу. — Тот, что он оставил во мне той ночью. В зале воцарилась тяжелая тишина. Сириус, стоявший в тени колонны, дернулся, но Римус придержал его за плечо. Все знали, что уничтожение крестража внутри живого человека — процедура смертельно опасная. Но не для тех, за чьей спиной стояли знания Друидов, Гоблинов и Магия Крови Певереллов. — Помона? — Гарри посмотрел на профессора Спраут. Декан Хаффлпаффа, теперь выглядящая как величественная жрица леса, шагнула вперед. В её руках был кубок с золотистой эссенцией Иггдрасиля — редчайшего растения, пробуждающего истинное «Я». — Мы не будем убивать тебя, Гарри, — мягко сказала Помона. — Мы просто «вытесним» чужака. Твоя кровь Певереллов — это Кровь Смерти. А моя магия Друида — это магия Жизни. Вместе мы создадим мантический вакуум, в котором осколок души Тома просто сгорит. Процедура началась. Гарри лег на алтарный камень в центре Комнаты. Четыре декана встали по углам, образуя стихийный квадрат. Сириус и Римус держали палочки наготове для защиты периметра. — Анимус Эксул! — хором произнесли профессора. Тайная Комната содрогнулась. Воздух заискрился от колоссального напряжения. Шрам Гарри внезапно вспыхнул багровым светом. Из него начал вырываться черный, липкий дым, напоминающий искаженное лицо Тома Реддла. Тень закричала — пронзительно, по-змеиному. — Уходи, падаль! — прошипел Гарри на парселтанге, и в этот момент его магия Смерти (наследие Певереллов) соединилась с магией Жизни Помоны. Ослепительная вспышка белого пламени заполнила зал. Когда свет погас, черный дым бесследно растворился. Гарри глубоко вздохнул и сел на алтаре. Его шрам больше не был воспаленным — теперь это была лишь тонкая, едва заметная белая линия. Его глаза стали еще ярче, лишившись «мутности», которую давал осколок чужой души. — Всё, — выдохнул Северус Снейп, опуская палочку. — Осколок уничтожен. Ты свободен, Гарольд.

***

После того как белый свет мантического взрыва угас в Тайной Комнате, Гарри медленно поднялся с алтарного камня. Он чувствовал невероятную, звенящую легкость. Головные боли, преследовавшие его с самого детства, исчезли без следа. Его взгляд стал острым, а магия внутри ядра больше не натыкалась на липкое сопротивление чужого присутствия. — Как ты, Поттер? — Северус Снейп-Урхарт подошел ближе, сканируя мальчика диагностическими чарами. Его палочка чертила в воздухе сложные серебряные руны. — Мантическое ядро стабильно. Ошметков чужеродного сознания не обнаружено. Чистая работа. — Я в порядке, профессор… Северус, — Гарри улыбнулся, потирая чистый лоб, где теперь осталась лишь едва заметная, ниточка шрама. — Такое чувство, будто я наконец-то дышу полной грудью. — Твой дух вернулся домой, — Помона Спраут ласково коснулась его плеча, и её друидская магия окутала Гарри теплым шлейфом, восстанавливая физические силы после ритуала. — А теперь, Лорды, нам пора наверх. Замок ждет больших перемен, и Министерство не должно опередить нас в заполнении вакуума власти. На следующее утро в бывшем кабинете Дамблдора, который теперь официально именовался Залом Совета Деканов, царила деловая и строгая атмосфера. Со стен исчезли все кричащие, крутящиеся серебряные приборы старого директора, которые шпионили за студентами и откачивали магию из замка. Стены были очищены до первозданного камня, а портреты прежних директоров уважительно притихли, наблюдая за Четырьмя Деканами. Минерва Макгонагалл заняла центральное кресло за круглым столом. Справа от нее сидел её сын, Северус Снейп-Урхарт, слева — Филиус Флитвик и Помона Спраут. На правах Хозяина Замка на заседании присутствовал и Гарри Поттер-Слизерин, сидевший чуть поодаль вместе с Гермионой Блэк-МакКиннон, которая выступала в роли мантического юриста их альянса. — Итак, коллеги, — Минерва обвела присутствующих строгим взглядом истинного Директора. — Альбус в Азкабане, но его наследие всё еще отравляет школу. Светлая цензура, которую он ввел в 1970-х годах, превратила Хогвартс из величайшей академии магии в посредственную школу для послушных исполнителей. Мы должны вернуть Устав Четырех Основателей. Филиус Флитвик хищно ухмыльнулся, выкладывая на стол тяжелую стопку пергаментов с золотыми печатями Гринготтса. — Полностью согласен, Минерва! Гинготтс уже одобрил выделение грантов на восстановление утерянных дисциплин. Дамблдор закрыл классы Ритуалистики, Магии Крови и Высшей Артефакторики, назвав их «опасными». В итоге наши выпускники не умеют защитить собственные дома от простейших проклятий! Я требую немедленно вернуть эти предметы в сетку расписания со второго курса. — И Травологию нужно расширить до Высшего Друидизма и Создания Живых Защитных Барьеров, — добавила Помона Спраут, и в её зеленых глазах жрицы природы зажглся опасный огонь. — Хватит учить детей просто пересаживать мандрагоры. Они должны знать, как заставить лес защищать их Родовые земли. Северус Снейп-Урхарт лениво перебирал тонкими пальцами свои новые каштановые локоны. — Зельеварение также претерпит изменения. Я больше не намерен тратить время на обучение стад гриффиндорцев простейшим противоядиям. Со второго курса мы вводим разделение на общую практику и Высшую Алхимию Родов. Те, у кого в крови есть предрасположенность к зельям, будут учиться создавать Стазис-эликсиры и магические стимуляторы. — А что насчет Защиты от Темных Искусств? — спросил Гарри, подавшись вперед. — Пост проклят Реддлом, и каждый год преподаватели страдают. Гермиона Блэк раскрыла гоблинский свиток и уверенно заговорила: — Мы изучили структуру проклятия Тома Реддла вместе с Крюкохватом. Том привязал проклятие к должности «Преподавателя ЗОТИ». Но если мы закроем этот предмет и откроем вместо него «Боевую Магию и Теорию Проклятий», мантическая привязка Реддла просто лопнет — объекта проклятия больше не будет существовать в Уставе школы. А профессором этого курса уже официально утвержден Лорд Римус Люпин. Его статус Истинного Ликана дает ему абсолютный иммунитет к ментальному воздействию. Деканы переглянулись. В их глазах читалось искреннее восхищение умом двенадцатилетней Блэк. — Гениально, Леди Гермиона, — кивнул Флитвик. — Переименовать кафедру, чтобы обойти проклятие… Чисто когтевранский подход! Минерва Макгонагалл подняла палочку и зафиксировала изменения на главном пергаменте Хогвартса. Замок глухо отозвался на это решение — магия Основателей ликовала, возвращаясь в свое законное, сильное русло. — Изменения вступают в силу с завтрашнего дня, — отрезала Минерва. — Но у нас есть еще одна проблема. Министерство пытается прислать своего инспектора, чтобы контролировать наши реформы. Корнелиус Фадж в панике — он понимает, что Люциус Малфой и Сириус Блэк зажимают его в тиски в Визенгамоте. Гарри хищно улыбнулся, и на его руке блеснул перстень Слизерина. — Пусть присылают кого хотят, директор. На территории Хогвартса теперь действует Право Крови. Любой чиновник, который попытается качать здесь права, мгновенно окажется заблокирован магией Замка и выставлен за ворота. Мы больше не подчиняемся Министерству. Мы — Хогвартс.