Глава 9 новость сотрясающие Британию. Квидич. И событиях Хэллоуина.
26 июня 2026 г., 13:44
На следующее утро.
Почтовые совы влетели в Большой зал в разгар завтрака — как обычно, шумно и хаотично. Несколько газет шлёпнулись на столы, несколько пакетов упали в тарелки, один особенно неловкий филин врезался в вазу с апельсинами.
Герхард поймал свой экземпляр Ежедневного пророка не глядя — просто поднял руку и взял из воздуха, пока сова ещё не успела сесть. Сова обиженно ухнула. Он не обратил внимания.
Развернул газету.
Заголовок первой полосы занимал треть страницы:
ВЕЛИКИЕ ДОМА ВЕРНУЛИСЬ: НАСЛЕДНИКИ ЧЕТЫРЁХ ОСНОВАТЕЛЕЙ ХОГВАРТСА ЗАМЕЧЕНЫ В БРИТАНИИ
Подзаголовок мелким шрифтом: Впервые за несколько столетий прямые потомки Гриффиндора, Слизерин, Когтевран и Пуффендуй появились в магической Британии. Что это означает для Хогвартса и всего магического сообщества?
Герхард прочитал первый абзац. Потом второй. Потом закрыл газету и положил на стол.
Гостиная Гриффиндора ещё не знала — но за столом Слизерина Селена уже держала свой экземпляр с совершенно непроницаемым выражением лица. За столом Коктеврана Карина читала внимательно и делала пометки в маленьком блокноте. За столом Пуффендуя Ханна читала с широко открытыми глазами и периодически оглядывалась на соседей — судя по всему пытаясь понять видят ли они то же что и она.
Большой зал шумел. Газеты были у всех. Головы поворачивались в сторону четырёх столов с нескрываемым любопытством.
Герхард взял кружку с чаем и спокойно продолжил завтрак.
За преподавательским столом профессор Макгонагалл смотрела на первую полосу с выражением человека который ожидал этого но всё равно не был готов. Профессор Снейп не смотрел на газету вообще — он смотрел в одну точку перед собой, и по его лицу ничего нельзя было прочитать.
Дамблдор читал статью и слегка улыбался.
Октябрь. Недели текли.
Жизнь в Хогвартсе после пробуждения камня изменилась незаметно для большинства — но ощутимо для тех кто умел чувствовать. Защитные чары стали плотнее. Коридоры по ночам — чуть светлее. Несколько портретов которые годами молчали вдруг начали здороваться с проходящими студентами.
Карина провела первый контрольный замер через две недели и сообщила остальным троим коротко: деградация защитных барьеров остановилась. Камень стабилизировался.
— Хорошо, — сказал Герхард.
— Это только начало, — уточнила Карина. — Нам нужно повторить ритуал через месяц. И через два. Пока камень не выйдет на полную мощность.
— Сделаем, — расслабленно сказал Герхард.
Обход замка и территории Герхард взял на себя — сам, без объяснений, просто однажды встал в четыре утра и вышел.
Он обходил периметр раз в неделю. Полный обход — от внешних стен до берега озера, вдоль кромки Запретного леса и обратно. Это занимало около двух часов.
Запретный лес он не боялся. Он входил в него без оружия — только с собой. Кентавры которые обычно держались подальше от людей, завидев его, останавливались. Не нападали. Смотрели. Один из них — старый, с тёмной гривой — однажды подошёл ближе и произнёс что-то на древнем языке которого Герхард не знал полностью, но смысл понял. Что-то вроде: мы знали что вы вернётесь.
Герхард ответил коротким кивком. Кентавр отступил.
Дементоров у ворот он тоже видел регулярно — тёмные фигуры которые висели над дорогой как мёртвые паруса. Герхард проходил мимо них не замедляя шага. Дементоры реагировали на него странно — не приближались. Как будто что-то в нём говорило им что здесь нет страха который стоит пить.
Что отчасти было правдой.
На уроках защиты от тёмных искусств профессор Люпен — немолодой, усталый человек с нервными руками и привычкой оглядываться через плечо — вёл себя по-разному. С третьекурсниками он был относительно сносен. С пятикурсниками старался держаться подальше от четверых наследников, что у него не всегда получалось.
На одном из уроков он попросил Герхарда продемонстрировать защитное заклинание против Боггарта.
Герхард вышел вперёд. Шкаф задрожал. Дверца открылась.
Боггарт вышел — и остановился.
Потом начал медленно менять форму — и не мог остановиться ни на одной. Мелькали образы один за другим — огонь, тьма, пустые глаза, что-то большое и безликое — и каждый раз форма распадалась и начиналась снова. Боггарт не мог найти то чего Герхард боится по-настоящему.
В классе стояла полная тишина.
Герхард смотрел на мечущегося Боггарта секунд десять. Потом спокойно произнёс заклинание. Боггарт с хлопком исчез обратно в шкаф.
Профессор Люпен смотрел на него с таким видом словно сам не до конца понимал что только что увидел.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Садись.
Матч Гриффиндор против Пуффендуйя прошёл в Октябрьский день под серым небом и начинающимся дождём. Герхард сидел на трибунах рядом с Кариной и наблюдал — без особого азарта но с профессиональным интересом. Карина анализировала тактику. Ханна кричала за своих с таким энтузиазмом что несколько раз привлекала внимание людей в радиусе трёх рядов. Матч шёл хорошо пока Его не прервали дементоры.
Они появились со стороны леса — несколько десятков, двигаясь над полем медленно и неотвратимо. Толпа на трибунах заволновалась. Гарри Поттер на метле качнулся и начал падать.
Герхард встал.
Он не произносил заклинание громко. Просто поднял руку в направлении ближайшего дементора — и патронус вышел не серебристым туманом а сразу в форме. Огромный лев цвета расплавленного золота шагнул вперёд по воздуху и издал оглушительный рёв дементоры отступили — быстро, без колебаний, как темнота отступает от огня. Затем лев подскочил выше в небо и подхватил падающего Гарри и опустил его на землю.
Вокруг него наступила тишина.
Потом кто-то на трибунах Гриффиндора начал аплодировать. Потом ещё кто-то. Герхард опустил руку и снова сел.
— Мог бы сделать это тише, — заметила Карина.
— Мог бы, — согласился он.
— Но не стал.
— Поттер падал.
Карина посмотрела на него секунду. Потом снова уставилась на поле.
— Разумно, — сказала она.
31 октября 1993 г. Хэллоуин.
Праздник прошёл шумно. Большой зал был украшен как полагается — тыквами, летучими мышами , А призраки в свою очередь были в особенно приподнятом настроении. Ханна была в восторге. Карина съела тыквенный пирог и констатировала что рецепт неплохой. Селена провела вечер за разговором с одной из старшекурсниц Слизерина, который со стороны выглядел как светская беседа и почти наверняка таковой не являлся.
Герхард ел и молчал. После того как он закончил есть, он встал и пошёл в свою спальню.
Около полуночи замок проснулся от крика.
Не метафорически — буквально. Где-то в верхних коридорах завизжала женщина, потом ещё несколько голосов, потом забегали ноги. Герхард в это время был в своей комнате просматривал документы Хогвартса и пил чай услышав крик он поставил кружку, и вышел в коридор.
Он ещё не из-за чего это — но понял сразу что произошло что-то серьёзное. Он он пошёл в сторону клирика не торопясь, и вышел в коридор где уже собирались взволнованные студенты.
Картина была ясной. Портрет Толстой Леди висел криво, полотно было разорвано длинными параллельными порезами — глубокими, точными, сделанными чем-то очень острым. Сама Леди в ужасе переселилась в соседний портрет и рыдала там с таким надрывом что разбудила ещё несколько картин.
Профессор Макгонагалл стояла перед порезанным полотном с очень прямой спиной и очень бледным лицом.
Герхард подошёл ближе. Осмотрел порезы — не прикасаясь, просто внимательно.
— Когти, — сказал он. — Не нож. Три параллельных реза, равное расстояние. Животное или человек в трансформированном состоянии.
Макгонагалл посмотрела на него.
— Именно так, — сказала она тихо.
— Он не прошёл внутрь?. спросил Герхард
— Нет. Портрет не открылся. Тихо Ответила ему Макгонагал
Герхард лишь кивнул. А потом повернулся на приближающее шаги. Это был профессор Дамблдор, он подошел к портрету посмотрел и начал искать толстую даму. Найди её на портреты животными он спросил у неё:"дорогая что случилось?"
Полная Адама выглянула из своего укрытия, и панические сказала:-он здесь директор… я его видела, глаза свирепый и безумный-. Потом она панически оглянулась и снова повторила:-он здесь директор… Сириус блек в Хогвартсе. ааааа-.
Когда она произнесла его имя по коридору пронесли крики и вздохи изумления. Директор спокойно повернулся к студентам сказал:-все ученики Гриффиндора пройдите в Большой зал и готовьтесь ко сну профессора будут патрулировать коридор Хогвартса-.
После слов директора все студенты повернулись и пошли в сторону большого зала.
Герхард повернулся в последний раз на разорванную картину полной дамы. Потом его взгляд повернулся обратно к ученикам его взгляд столкнулся с взглядом полтора.
Гарри Поттер, стоявший в толпе третьекурсников, поймал его взгляд на секунду. Герхард посмотрел на него — оценивающе, коротко — и отвёл взгляд.
Замок этой ночью держался. Камень в его недрах пульсировал ровно и тепло.
Но что-то снаружи всё ещё ходило по территории.
И Герхард намеревался это выяснить.
