Почему?

Этот ад длился очень долго — бесконечно. Такой же бесконечной, судя по энциклопедии, была и вселенная. Об этом Эндрю думал, лежа на холодном полу. Он вырубился прямо здесь. За окном было темно — значит, сейчас ночь. По его бедру стекала кровь вперемешку с липкой жидкостью, шея болела. Слёз уже не было. Было лишь непрекращающееся желание умереть. Но он понимает, что это несбыточная мечта. Ведь тогда Кэсс будет плохо, а он этого не хочет. Он хочет, чтобы Дрейка убили, посадили в тюрьму, всё, что угодно, лишь бы они больше никогда не встретились. Но он понимает, что это несбыточная мечта. Он хочет, чтобы ему помогли. Чтобы его спасли. Но он понимает, что это несбыточная... Но ведь Ричард же помог ему прошлой ночью! Эйдетическая память услужливо шепчет, что этот же Ричард оставил его здесь, уехал, зная о Дрейке. Единственной досягаемой мечтой остаются лезвия в ванной. Ещё канцелярской нож в пенале. Поэтому Эндрю пытался встать. Не сразу, но он смог это сделать. Он держался за стену, беззвучно шагая по полу. Дошёл до душевой и услышал отвратительный скрип ступенек. Нет. Только не сейчас. Дрейк шёл вниз. Шёл, скорее всего, в душевую, но что это меняло? Эндрю замер испуганным зверьком. Шаги раздавались всё ближе и ближе. Скрип поменялся: Дрейк уже шёл по коридору. Эндрю отмер и аккуратно на цыпочках направился в кладовку. Темнота, однако, сыграла с ним злую шутку. Он ногой ударился об какую-то коробку, из которой посыпалось всё содержимое. Грохот от падения оглушил Эндрю. Шаги изменили своё изначальное направление. Эндрю отполз за коробку, надеясь, что Дрейк его не увидит. Пожалуйста. — Ах ты, гнида! Пинок попал по животу, и Эндрю скрючился на полу, рвано дыша. — Я-я не хоте... Его оправдания прервали новым пинком. Затем ещё и ещё. — А, братик, сорян, — Дрейк на секунду остановился. — Забыл, что так ты ничему не учишься. От животного страха у Эндрю помутнело перед глазами. Не надо. Его схватили за волосы и потащили за собой. — Дрейк, пожалуйста, не надо, отпусти! — истеричный вскрик сорвался с искусанных губ Эндрю. — Эй-Джей, сделай одолжение: закрой свой рот, — холодно велел Дрейк, перевернул его на живот и вошёл без подготовки. Новые трещины наслаивались на старые, усиливая боль до предела. — Проси меня остановиться! И Эндрю, как мантру, начал борматание: — Пожалуйста, пожалуйста, кто-нибудь, спасите, молю, пожалуйста, не надо, пожалуйста. А потом случилось чудо. Самое настоящее. Дрейк остановился. Чтобы потом продолжить. «Мои «пожалуйста» никогда не будут услышаны», — понял Эндрю. И от этого осознания что-то хрустнуло и сломалось где-то в груди Эндрю. — ДРЕЙК, ЖИВО ОТОШЁЛ ОТ НЕГО! — громкий мужской крик разрезал мир пополам. — Дрейк Спир, вы арестованы. — Чего? Почему ты здесь? — ОТОШЁЛ, Я СКАЗАЛ! — Не сопротивляйтесь. И наступила темнота.

***

Боль. Она сковывала всё тело, одновременно с этим выворачивая все суставы. В голове било набатом. Горло саднило. Нижнюю часть тела он не чувствовал. — Пациент очнулся, срочно... От шума заболела голова. Что-то холодное и острое коснулось его кожи, затем проникло под неё. Укол. Эндрю снова провалился в темноту.