Альт финал: Те, кому поют соловьи.

Для завершения последних формальностей, Иисусу требовалось на время вернуться на Небеса. Следовало взять с каждого по докладу и разобраться с тем, какое влияние оказала речь на другую сторону. Но основной частью всё ещё стоял вопрос с Метатроном. Если тот сейчас в Раю, а остальные всё ещё помнят Азирафаэля, следовательно, до Книги Жизни он ещё не добрался. Немедленно требовалось разобраться с этим всевозможным или нет способом. До того момента, пока это всё ещё было в его силах. Иисус вновь был передан в руки Мюриэль, что принесла со своим появлением папку с докладом, но получила просьбу отложить на потом. — Уриэль, где сейчас Михаил? — Азирафаэль вышел на него, спросив дежурного ангела. — Ты вернулся! — Уриэль окинул его взглядом, не до конца веря глазам. — Ты - Верховный Архангел, но пропал вместе с Мессией на несколько дней! К тебе было невозможно дозвониться или дописаться. Книжный был закрыт. — На несколько дней? — Азирафаэль обернулся на Кроули, совокупными многоговорящими морганиями, постепенно приходя к осознанию. Рядом с ними находился Сам Бог. Кто возьмётся утверждать о том, как течёт время с Ней? Так ли на дела они не имели большего времени в запасе? — Три дня, Азирафаэль! Мы с Михаилом были вынуждены действовать самостоятельно. Его Бывшая Светлость Метатрон был в ужасе. О, ужасном ужасе. — В каком?.. Что? Бывший? — Не поспевая за тем, как всё идёт, уточнил архангел. — Слушай! Во главе с ним изначально был собран Архангельский Совет. Вместе с этим с привычного места пропала Книга Жизни. Метатрон требовал заняться твоим исчезновением и Христом, а сам намеревался взяться за поиски Книги Жизни. Тогда же и случилось то, что случилось, прости Господи... Сперва с одним решением не согласились одни ангелы, далее это же разнеслось по всему Раю. Метатрон предлагал ахинею. Он словно потерял границы разумного, — Уриэль нахмурился недовольно ухмыляющуюся фигуру демона, но продолжил. — Несколькими, невыносимо долгими часами спустя было достигнуто решение о том, что он не справляется со своими обязанностями и не выполняет тот объём, что требует должность. — Иерархия, как и раньше, подхрамывает, — Кроули, ни в чём себе не отказывая, проходился вдоль помещения Рая. — Демон Кроули... — Привет-привет. — Книга Жизни, что с ней? Вы нашли её? — Совсем не желая новых поисков, Азирафаэль не стал обращать внимание на мелочи в рассказе. — Она была у Михаила, — Уриэль захотел закатить глаза, но в моменте остановился. — Сразу после того, как подняться в Рай, дабы предотвратить риски, он, как дежурный, забрал Книгу Жизни себе. И на твоё счастье, не зря. Сейчас она на месте. Но место Метатрона пустует несколько дней. Мы удалили ему память о том времени, в течение которого он занимал свой пост. Он был понижен в должности до ангела-писаря 38 ранга. Если ты не займёшься в ближайшее время делом, Азирафаэль... — Точно, дела. Да. У меня полно дел, — кивая демону головой в сторону коридора, Азирафаэль поспешно оставляет недовольного Уриэля одного. — Куда ты? — Забрать растение. — То, что от меня? Зачем? — Азирафаэль переносит их через дверь. — Я заботился о ней всё это время и сейчас не хочу, чтобы её обнаружили и тем более уничтожили! — Азирафаэль забирает со стола аспидистру, пока Кроули мнётся у двери. Задерживаясь глазами на несколько секунд за край стола, Азирафаэль оборачивается на спину Кроули и обратно. Выдыхая, он надеется лишь на то, что поступает правильно. По пути к лифту они натыкаются на Мюриэль, что только отпустила после нужных бумаг Иисуса на Землю. Всё ещё ходя с докладами на руках, она догнала ангела. — ...А ещё меня вчера взяли на переговоры с другой стороной! Вот, Вы знаете, я, кажется, хорошенького демона видела! — Глаза Мюриэль заискрились, спеша всем поделиться. — Ох... Я очень рад за тебя, — Азирафаэль улыбнулся ей, пока его демон в это время жал кнопку Земли. — И доклады... — Прости, совсем никак! — Азирафаэль помахал рукой перед тем как дверца лифта окончательно закрылась. Развернувшись к Кроули, что забрал растение ещё до лифта, тот обратился напрямую: — Кроули, знаешь, я... Мне нужно, чтобы ты пошёл со мной в книжный и выслушал меня. — Конечно, ангел. Аспидистра, что была на Небесах и подарком Азирафаэлю, была поставлена рядом с фикусом, что принадлежал Кроули и лишь несколько дней назад вновь обрёл желание продолжать существование. Яблоня, что появилась в момент появления Господа, всё ещё продолжала стоять, занимая центральное место книжного. В то время, пока Кроули в основном стоял на одном месте, Азирафаэль расхаживал вдоль периметра книжного. Ощущая себя растерянным, он старался собраться с мыслями. Но всё, как назло, не шло. Было слишком много, с чего можно было бы начать. Что рассказать. — Во-первых, спасибо за помощь с Иисусом. Я не могу представить, чем обернулось бы «Второе пришествие» если бы ты просто отказал мне. — Ангел, ты ещё вчера говорил это... Ну, вчера нашего восприятия. Ты понимаешь, о чём я. В любом случае, это не было даже вопросом. Разумеется, я бы мог. И ты собой гордиться можешь. Ты вернул Бентли. — Это совсем не то... — Азирафаэль остановился, оставаясь повёрнутым к нему спиной. — Ты уходишь, да? Тебе не нужно пытаться смягчить речь, просто чтобы сообщить это мне. Азирафаэль моргнул несколько раз в пустоту, прежде чем, нахмурясь, развернуться через плечо. — Что? Кроули... — Я понимаю. Действительно я понимаю. Сейчас у тебя на Небесах более чем куча дел, которые разгребать и разгребать. Просто... Может когда ты более-менее освободишься, мы сможем собраться и поужинать в «Ритце»? — Двигая уголками губ, Кроули старался держать зрительный контакт, что выходило плохо. Целый день сегодня выходит плохо. — Может даже куда-то выбраться... — Подожди, подожди, подожди, — Азирафаэль обрывает его. Качая головой, он проходит от стеллажей ближе к демону. — Я хочу закончить. Мда, теперь я понимаю... Это правда было сложно, — встречая в ответ недопонимание, Азирафаэль заставляет себя говорить дальше. — Во-вторых... Я... Кроули. Я задолжал тебе извинений. — Нгхк, да брось... — Нет. Это правда так... Ты хочешь от меня «настоящих извинений»? В последний раз его танцевал ты, а так... Считай, я снова буду лидировать по количеству раз. — Ожидал ли Кроули от него танца? — Бросай уже с этим. И без всего этого можно обойтись. Азирафаэль замолчал, на какое-то время, считывая ответ. Самый надёжный вариант, что всегда был с ними, провалился. Кроули даёт понять, что это не то, чего он ожидает. — Я готов принести тебе любые извинения... Пожалуйста. Мне правда очень жаль. Я так не могу, — потянувшись рукой, Азирафаэль осторожно, за несколько движений, снял с Кроули очки, перекладывая их в руку. Впервые за очень долгое время, вновь встречаясь, взгляд к взгляду без дополнительных стен. — Чего ты от меня ждёшь? — Я хочу, чтобы ты меня простил. — Мне не за что тебя прощать, — Кроули улыбнулся, глядя прямо на него. — Азирафаэль, я, правда, не держу обиды. Даже... Это я должен извиняться. Послушай, ты смог. Ты действительно смог. Ты изменил мир. Ты сумел дать всем второй шанс. И нам, — чувствуя, как к горлу подкрадывается ком, а к глазам слёзы, Кроули, пока всё ещё находившийся в себе, воспользовался возможностью продолжить. — Посмотри на себя, ты великолепен. Азирафаэль застыл на месте, не в силах вымолвить ни слова. Смотря сейчас прямо в самый Центр, он чувствовал, как в нём разливается то, что не поддавалось словесному описанию. Нечто, выходящее за рамки всего. Представлять собственное выражение лица должно было быть нелепо. Замерев с последних слов на месте, ангел периодически хватал губами воздух, пока его глаза были зациклены на одном. — На что ты смотришь? — Кроули видел себя, отражающегося в его глазах. — На всё, — не давая Кроули времени на полноценную реакцию, Азирафаэль положил обе руки по стороны его груди, сминая. Приподнявшись совсем немного на носочки, он сократил оставшееся между ними расстояние, прижимаясь, а затем накрывая губами губы Кроули. Задерживаясь в этом положении на несколько мгновений, Азирафаэль продолжил бы и дальше, если бы имел более подробное представление о том, как следует вести. Отстраняясь, с уже растерянной по пути уверенностью, он встречает точно такую же растерянность в глазах напротив. — Это... на прощание?.. — Я... уволился. — ...Я неправильно понимаю? Что ещё за увольнение? — Десять минут назад он был свидетелем того, как Архангел Уриэль отчитывал Азирафаэля, Верховного Архангела, за то, что он беззвучно исчез. — Самоувольнение. Не думаю, что у них останется какой-то выбор после того, как обнаружат записку на столе. Она заполнена правильно, со всеми соблюдёнными формальностями. На самом деле я заполнил её ещё давно, и это время просто носил с собой. Страховка. — Ты хотел этой должности. Ты хотел изменить Небеса. Зачем ты это сделал? — И я изменил. Михаил и Уриэль справились с последствиями за меня. Мюриэль сказала, что идут переговоры с Адом. Не думаю, что я смог бы сделать это лучше. Вероятно, мне могут стереть память о годах в качестве Верховного Архангела... Но как угроза это слабо работает. Это была сплошная, идущая по кругу рутина... Что я теряю? Воспоминания о том, как создавался план? Он уже исполнен. Я не переживаю за него больше. Чудеса не то, чего я больше всего боюсь лишиться. Кроули, у нас теперь есть всё, — Азирафаэль ждал реакции. Не суть важно какой. Словами, действиями. Быть окутанным тишиной и находясь с этим в присутствии Кроули, особенно в этот момент, было невыносимо. — Ты правда так считаешь? — Вероятно, это первый день за шесть тысяч лет существования, когда при выборе сторон решение принимается в его пользу. Бывший Метатрон был последним, чья чаша весов оказалась легче его, угоднее. Пребывая на Земле, Кроули представлял собой ту чашу, что тяжелее, за счёт чего противоположная сторона возвышалась сверху. Но теперь... Больше не было чёрно-белого. Не было полноценного ангела, не было полноценного демона. — Не похоже? — Расстроено трактовал по своему он вопрос. — Что? Нет, я совсем не про это, — Кроули пробежался глазами по уровню губ напротив, поднимаясь обратно вверх. — Просто... всё слишком резко. С подобными оборотами ещё свыкнуться успеть надо. — У нас есть время. — Ты превзошёл себя, ангел. Чего мне ещё стоит ожидать? Вот он, момент. Теория подходящей ситуации. Так ли стоило отдаваться воле и озвучивать собственное желание? В этом не было лжи. Заложившая начало встреча на вратах Эдема. Ангел, отдавший свой пламенный меч, позже солгавший Господу. Задуматься только, с чего всё начинало набирать обороты, и вопрос о том, как действительность пришла к себе, отпадал. — Можешь сделать это снова? — Слова, что должны были произнестись тогда, в то же мгновение, как пришли, по итогу, оказались проговоренными лишь сейчас. Азирафаэль приложил несколько пальцев к губам, мысленно возвращаясь к тому мигу. Этот жест не только лишил его нужды более подробно объясняться, а и оказался приятным. Они оба знали, о чём идёт речь. Как и то, что целовались они не впервые. — Конечно, — дважды просить его об этом не нужно было. Взяв Азирафаэля за лацканы пиджака, он закрыл глаза, соединяя их губы. Ощущая на своей спине руки, что притягивают ближе. Кроули вновь доверился, углубляя поцелуй и позволяя себя притянуть. Перехватывая ближе к середине инициативу в свои крылья, Азирафаэль жалел лишь о том, что они не пришли к этому быстрее. В те же минуты, параллельно событиям в книжном магазине, ходили слухи. На улице стояла машина. Заглянув внутрь, можно было сказать, что она пустая. Владельцев рядом не наблюдалось. Случайно проходящие мимо люди поговаривали: в какой-то момент машина просто взяла и самостоятельно поставила музыку, подобрав и включив кассету. Вкус у владельцев был изысканным. Не стала бы ведь машина включать ту музыку, которой в ней нет? Простояв на месте, рядом, люди смогли разобрать слова, а затем и узнать песню. В тот момент, около полудня, взглянув на часы, можно было сказать: машина включила песню «Who Wants To Live Forever», принадлежавшую известной группе «Queen». *** Дальнейшие дела Рая с момента увольнения доходили до Азирафаэля лишь в частичном размере, и то с опозданием. Встречаясь иногда со спускающейся в книжный Мюриэль, Азирафаэль постепенно приучал её к культуре чашечки чая. Время от времени он узнавал поверхностную информацию о том, как идут дела Рая. Было важно не только догадываться, но и знать, как на самом деле обстоят дела Небес, которые он покинул. Не сразу, но Мюриэль поделилась такими ответами, как: «Кто новый Верховный Архангел», и попробовала описать, как решилась проблема с пустующим местом Метатрона. Вопрос с тем, как следует поступать дальше, был решён в первый же день на месте. Азирафаэль забрал лежащую долгие годы за книгами карточку, где был изображён коттедж. Этот коттедж находился в Саут-Даунс и был приобретён им ещё задолго до того, как стали распространяться слухи о «Втором пришествии» и даже задолго до проблем с «Первым». Первое время эта покупка служила не больше чем подстраховкой. Ему всегда хотелось иметь особое место на тот случай, если всё выйдет из-под контроля. Место, куда можно было бы просто сбежать, не быть никем найденным. Он не строил на него никаких планов и не смотрел в сторону тех мыслей, чтобы в один обычный день перебраться туда из книжного. Возможно, это предоставило бы ему больше пространства и красивые виды из окна, но уже имеющаяся жизнь его более чем устраивала. Книжный был земным посольством Небес. И на те случаи, когда его присутствие или помощь были неотъемлемыми, все всегда имели представление, где в первую очередь его искать. После едва не случившегося Армагеддона, Азирафаэль стал чаще задумываться о купленном коттедже, взвешивая то, насколько благоразумным мог бы быть переезд. В конце концов, его ведь никто не просит бросать свой книжный. Речь идёт лишь о том, чтобы сменить место проживания. Он всё так же будет его посещать, наводить порядок, читать и следить за книгами. В догонку к сформировавшимся постоянным мыслям о возможности переезда добавились точки, образуя собой в конце троеточие. Принёсший новости Кроули. Демона Шакс повысили, за счёт чего Кроули был вынужден поделиться своей квартирой, предоставляя её в пользование. У него по-прежнему была их Бентли. Идти больше было некуда, отчего единственный отвечающий сам за себя вопрос: «А где же поселиться?» - не заставил долго ждать реализации. Азирафаэль всё ещё сомневался в своей идее, но чем дольше ему приходилось наблюдать из окна картину припаркованной машины, тем стремительнее рассеивались остатки предрассудков. Выбрав понравившуюся дату, Азирафаэль поставил себе цель заговорить в тот день с Кроули. Начав с теоретической возможности куда-то переехать. В силу его обстоятельств и в силу его продолжительных мыслей, они могли бы просто... куда-то подальше перебраться. Купленный коттедж был большим, проблем с местом не возникло бы. Уже длительное время они не получали замечаний от своих руководств. Обстановка на Небесах и в Аду никогда не стояла на месте, но была лучше, чем за последние несколько десятков лет. Разговор состоялся, хоть и не понёс за собой никакого дальнейшего продолжения. Пришедший к нему за помощью Гавриил сместил на себя весь фокус внимания, вынуждая отложить реализацию на неопределённое время. Он всё ещё продолжал держать в памяти полученное согласие от Кроули. Как только они бы разобрались с Гавриилом, возможно, вернули бы ему память или сумели бы защитить его от страшной участи, Азирафаэль намеревался потащить Кроули за руку в коттедж. Дальше события обретали немыслимо быстрый ход. Полученное предложение от Метатрона перевернуло все обстоятельства с ног на голову. Это было то нечто, что обретая, требовало держать мёртвой хваткой. Та возможность, что открывалась перед ним, могла изменить всё один раз и навсегда. Он сам мог всё изменить. Не было бы нужды в том, чтобы переживать за свои отношения, скрываясь от глаз двух сторон. Он мог вернуть всё назад! Самое главное - он мог вернуть Кроули. Вернуть тот самый блеск в его глазах обратно. Как ангела. Всё вновь подверглось сдвигу, но Азирафаэль относился к этому как к вынужденной, временной жертве. Он был уверен в своих силах и способности не только изменить Мир и Небеса, но и защитить Кроули. На тот момент это казалось единственным возможным правильным решением. Освобождение должности Верховного Архангела и дополнительное внимание Метатрона, что они привлекли, в сумме создавали опасные условия. Не возьми он всё в свои крылья, неизвестно, как закрылся бы вопрос со сменой власти и к кому бы она перешла. Азирафаэль сдержал все три данные себе обещания. Изменить Небеса. Защитить Кроули. Сбежать подальше. Сидя после всего пережитого в своём собственном саду, они специально дождались полночи. Вокруг было густо засажено деревьями и растениями. По краям Сада стояли фонари, что были запрограммированы на то, чтобы автоматически включаться, как стемнеет. Где-то в трещинах собирались группами сверчки. Сегодняшний день был исключителен многим. Включая в себя звёзды, что в течение недели обещали быть особенно яркими. Поставленная продолговатая мраморная лавка без труда вмещала их тела, предоставляя достаточно места. По концам лавки, на подходящих по уровню колоннах, стояли две невысокие статуи. Они были изготовлены на заказ, по разработанным наброскам от Азирафаэля. Одна статуя являла собой ангела, располагающего на голове рога. Вторая же представляла собой подобие демона, держащего в руках нимб. Обе фигуры были облачены в гиматий. По какие бы стороны от статуй они ни сидели, они в любом случае окажутся на своей стороне. Ангел не представлял собой истинное белое, а демон чёрное. Как насчёт... оттенков серого? Светло-серого. Возможно, тёмно-серого. Категоричные белые и чёрные цвета уступали место центральному цвету не только на словах, но и в действительности. Со времени увольнения, начиная с кончиков крыльев и постепенно простираясь дальше, перья теряли единственный цвет, продвигаясь от однотонного к оттенкам. Чистый белый цвет затемнялся, сменяясь светло-серыми тонами. Глубокий чёрный светлел, плавно переходя к тёмно-серому. — Говорю тебе, оно только что появилось, — демон указал пальцем вверх-влево, направляя в сторону ярких звёзд, что выделялись на фоне других. Только что на его глазах, точка за точкой, из ниоткуда сформировалось новое созвездие. Зрелище, что проникало под кожу. — Да, я видел, — Азирафаэль наблюдал за ночным небом вместе с ним, в той же степени заставая подобные исключительные события. Он не знал, чем они были вызваны, разве что мог поделиться первыми приходящими на ум догадками. Полуангел сидел справа от Кроули, обвивая руками его талию, параллельно поддерживая и окутывая крылом. — Оно мне что-то напоминает... Но я не понимаю, что. — Ну, если соединить, то, по крайней мере это похоже на две буквы «v» на расстоянии друг от друга. — Там ещё в центре одна между ними сияет... Может, перевёрнутые весы? — В теории это может быть чем угодно. Оно только появилось, так что безымянное, — Кроули вспоминает свой опыт в творчестве, продолжая исходить из него. — Никто не обидится на тебя, если ты назовёшь созвездие по-своему. Ну, по крайней мере, не успеет. Отвлёкшись от неба, полуангел осмотрелся по сторонам, пытаясь найти глазами источник доносящихся звуков. Прислушиваясь, Азирафаэль затаил дыхание. Убеждаясь в том, что ему не послышалось, он остался довольно улыбаться. — Слышишь? Разворачиваясь лицом к лицу Азирафаэля, полудемон довольно усмехнулся. — Да, это точно они. Сейчас была полночь. На заднем плане пели соловьи, окутывая своим мелодичным пением их собственный Сад. Маленькие певчие птицы не стали бы петь в неволе, точно так же как сидящие полуангел и полудемон не услышали бы их пения, не обретя долгожданную свободу. — Я хотел бы провести с тобой вечность. Просто... вот так, — обхватив ладонями шею Азирафаэля, Кроули смотрел в глаза напротив, рассматривая знакомые звёзды. — У нас есть вся вечность. И я проведу её с тобой, — сжав полудемона, он мигом прильнул губами к его, оставляя после себя лёгкий поцелуй. Они стали единственными в своей среде существующими полудемоном и полуангелом, кому удалось отойти от дел своих сторон.