Круговорот времени

момент в Храме Теней, когда команда сталкивается с алхимической загадкой, и Элис проявляет свои знания, унаследованные от матери. --- «Зелье для алтаря» Храм Теней встретил их холодом и тишиной — той особенной, давящей тишиной, которая бывает только в местах, где магия давно смешалась с древней смертью. Стены были покрыты барельефами, изображавшими сцены, которые не хотелось рассматривать слишком долго: фигуры в масках, тянущиеся к источнику света, и другие фигуры — падающие во тьму. Они прошли через главный зал, миновали несколько боковых коридоров, и наконец оказались перед массивной каменной дверью, покрытой рунами. В центре двери находилось углубление — ровно по размеру небольшого сосуда. — Это вход к алтарю, — тихо сказала Элис, сверяясь с записями убитого союзника. — Но дверь не откроется, пока мы не приготовим зелье. Смесь из пяти компонентов в определённой последовательности. Она повернулась к Сайриссе. — Это твоя специальность. Эльфийка уже сняла плащ и аккуратно разложила на ближайшем каменном выступе свои инструменты: ступку, несколько стеклянных флаконов, сушёные травы в холщовых мешочках. Её длинные пальцы двигались быстро и уверенно — она явно делала это тысячи раз. — Я видела подобные рецепты в древних эльфийских фолиантах, — сказала Сайрисса, не отрываясь от работы. — Пять компонентов: корень лунного папоротника, чешуя пещерного дракона, капля росы с лепестков ночного цветка, пепел первого огня и… Она нахмурилась, перебирая свои запасы. — …и пыльца звездного моха. Но у меня её нет. Её невозможно найти в Архее уже много лет. Элис подошла ближе, заглядывая в мешочки Сайриссы. — Ты уверена? — Абсолютно. Звёздный мох растёт только в местах с чистым воздухом и стабильной магией. Здесь, в Храме Теней, скверна выжгла всё. — А на столе? — спросила Элис, кивая в сторону массивного каменного алтаря, стоящего у дальней стены. Все обернулись. На алтаре, среди пыльных свечей и древних свитков, стоял небольшой стеклянный флакон с едва заметным серебристым порошком. Он был покрыт толстым слоем пыли — и если бы не внимательный взгляд Элис, его бы никто не заметил. Элис подошла, осторожно взяла флакон и поднесла к свету. Внутри переливался порошок — серебристый, с голубоватыми искорками. — Вот, — сказала она, возвращаясь к Сайриссе. — Пыльца звёздного моха. Точнее, то, что от неё осталось. Думаю, сгодится. Сайрисса взяла флакон с почти благоговейным трепетом. — Откуда… как ты… — Я просто увидела его, — пожала плечами Элис. — У меня от мамы чутьё на такие вещи. Она всегда говорила: «Если ищешь ингредиент — посмотри там, где его меньше всего ждут. Часто он лежит прямо перед носом». JDH усмехнулся: — Твоя мама — мудрая женщина. И, кажется, тоже немного алхимик. — Она была травницей, пока не встретила вас, — сказала Элис с лёгкой улыбкой. — Потом у неё появились другие хобби. Например, спасать двух идиотов от смерти. Лололошка кашлянул. — Мы не идиоты. — Вы дважды за этот день чуть не разбудили всю охрану, — парировала Элис. — Так что... — Девочка права, — хмыкнул Валин. — Мы, дворфы, тише ходим, и то нас заметили бы. — Вы идёте так, что камни трещат, — возразил Гимлин. — Это древние камни! Им по две тысячи лет! — Тише, — шикнула на них Сайрисса. — Я работаю. Она аккуратно добавила пыльцу в ступку, смешала с другими ингредиентами и начала растирать — плавно, с точностью часового механизма. Воздух вокруг неё начал светлеть, и от смеси пошёл мягкий, травяной запах, который разгонял затхлость Храма. Элис стояла рядом, наблюдая, и в какой-то момент её рука сама потянулась к одному из мешочков на поясе Сайриссы. — Прости, — сказала она, указывая на пучок сухой травы, выглядывающей из мешочка. — Это ты добавила на два щепотки больше, чем надо. Если не убавишь, зелье станет слишком плотным и не пройдёт через руны на двери. Сайрисса замерла, посмотрела на свои руки и на мешочек. — Ты права, — медленно сказала она, убирая лишнее. — Я бы не заметила. Спасибо. Элис пожала плечами. — Мама тоже так делала. Учила меня видеть детали. «Зельеварение, — говорила она, — это умение заметить лишнее раньше, чем оно испортит всё, что ты делала час». JDH, стоящий чуть поодаль, тихо сказал Лолошке: — Она действительно её дочь. — Я уже понял, — ответил Лололошка. — Глаза те же. Упрямство то же. Но этот алхимический нюх — это от её матери. — Это пугает, — сказал JDH. — Это восхищает, — поправил Лололошка. Через несколько минут Сайрисса подняла голову. В её руках был маленький флакон с бледно-голубой жидкостью, которая слабо светилась в полумраке. — Готово, — сказала она. — Осталось только влить в углубление на двери. Она подошла к двери, но на мгновение остановилась и оглянулась на Элис. — Ты… ты точно не эльфийка? — спросила она. — Такое чутьё на ингредиенты редко встречается даже у моих соплеменников. Элис улыбнулась под маской. — Полукровка. Человек, эльф, и немного мироходец в придачу. Мама говорила, что в моём роду было много необычных существ. Я просто использую то, что у меня есть. Она кивнула на дверь. — Давай, Сайрисса. Открывай. Эльфийка аккуратно влила зелье в углубление. Жидкость зашипела, впиталась в камень, и руны на двери засветились тёплым золотым светом. Дверь медленно, с грохотом, начала открываться, обнажая проход в тёмный коридор, ведущий вниз. — Всё, — сказала Сайрисса, пряча флакон. — Дальше — только мы. Элис шагнула вперёд, но Лололошка схватил её за руку. — Первым иду я, — сказал он. — Ты — за мной. Джон и Сайрисса прикрывают. — Хорошо, — кивнула Элис. — Веди, пап. Они вошли в темноту, и дверь за ними с глухим стуком закрылась. А впереди ждал алтарь — и Тадмавриэль, который уже чувствовал, что в его Храм проникли чужаки. Продолжение следует. Конец части 10. Юбилейная