Где обитают вампиры

Сказок тлеют страницы

В огне — колдуньи, феи, принцы.

Немного жаль.

Невеселая мораль: разбился мечты хрусталь.

Повозка скрипуче тащилась по болоту — за время поездки оно окончательно успело осточертеть. Каждая неровность на дороге сопровождалось изрядной тряской, которая вот уже несколько дней не прекращалась ни на секунду. Саша уже и сам был не очень рад, что откликнулся на объявление в газете, обещающее весьма крупный оклад за непыльную работу дворецким. Это путешествие казалось просто бесконечным. Но предложение и правда было чересчур заманчивым. За последние несколько лет жизнь успела Сашу помотать, отобрав вначале семью, потом крышу над головой, а в конце концов и всякую надежду на то, что что-то может измениться. Он почти решился закончить жизнь позорным самоубийством, как подобранная с земли газета кардинально изменила его планы. Ни на что особо не надеясь, Саша отправил письмо загадочному графу, жившему где-то в Валахии и пожелавшему остаться инкогнито, и прождал неделю, чтобы наконец получить заветное «да». Собрав свои немногочисленные пожитки, Саша, не мудрствуя лукаво, продал их. Теперь ему должно было хватить денег на дорогу. Внутреннее чутьё настойчиво уверяло его, что вещи из старой жизни ему не пригодятся. И теперь он трясся в пути уже неделю. Покинуть Польшу было легко: Саша искренне ненавидел всё, что напоминало ему о прошлой жизни. Но дорога казалась уже просто нескончаемой, а повозки, которые приходилось менять как перчатки, становились с каждым разом всё хуже. Радовало одно: этот кучер пообещал довезти его почти до самого замка, и ему не придётся искать нового, чтобы продолжить дорогу. День назад Саша отправил графу весточку, сообщив о своем скором прибытии. И теперь лишь надеялся, что его смогут встретить. Повозка внезапно остановилась, а спустя пару секунд отворилась скрипучая дверь, являя ему недовольное лицо кучера. — Дальше сам, парень. Я туда не сунусь, — прохрипел мужчина, смотря на него с какой-то непонятной эмоцией. Выглянув наружу, Саша увидел лишь множество деревьев и достаточно широкую, но несколько заброшенную тропинку, по которой бы с лёгкостью могла проехать их повозка. Переведя недоумевающий взгляд на мужчину, он всё-таки решил поинтересоваться, тем не менее вытаскивая свои немногочисленные вещи: — А почему вы не можете провезти меня немного дальше? Дверца перед его лицом захлопнулась, и кучер, смерив его нечитаемым взглядом, плюнул ему под ноги. — Пожить ещё хочется. — Более не проронив ни слова, он дёрнул поводья и спустя пару минут скрылся из вида. Саша ещё некоторое время потерянно стоял, не решаясь сдвинуться с места. Какая же репутация должна быть у этого графа, чтобы люди боялись даже близко подойти к его владениям. Солнце зашло совсем недавно, но он мог поклясться, что заброшенная дорога с каждой секундой становилась всё темнее. С места заставило сдвинутся лишь осознание того, что это его последний шанс на нормальную жизнь. Закинув сумку на плечо, Саша шагнул на поросшую мхом тропку и тут же потрясённо остановился. В спину резко подул холодный ветер, а земля мелко задрожала. Послышался грохот, с каждой секундой становившийся все громче, и вдруг он заметил чёрную карету, запряжённую гнедым конём, которая на огромной скорости неслась ему навстречу; на месте возничего было пусто. Первобытный ужас охватил тело, и Саша, оцепенев, мог лишь заторможенно наблюдать за этой странной картиной. За мгновение до столкновения он успел лишь зажмуриться. Но ничего не произошло. Лес вокруг неестественно замолк. Грохот, который издавала повозка, тоже исчез, и Саша решился приоткрыть глаза. Панический крик мгновенно разрезал эту тишину. Прямо перед его лицом оказалась морда лошади. Схватившись за сердце, он отшатнулся. — Какой-то вы нервный. — Голос за спиной заставил Сашу подлететь на полметра и снова вскрикнуть. — И громкий. Клацнув зубами, он резко обернулся. На него смотрел симпатичный юноша, демонстрируя какую-то совершенно лисью ухмылку. Секунду спустя Саша осознал, что с ним заговорили на родном польском, и удивлённо округлил глаза. — Александер Казьминьски, всё правильно? — Резко посерьёзнев, незнакомец обвел его внимательным взглядом. Саша нерешительно кивнул. Незнакомец вновь улыбнулся, в этот раз более благожелательно. — Меня зовут Ярилас Баярунас. Я правая рука графа. Меня направил наш господарь, чтобы сопроводить вас до поместья. Здесь дорога неблизкая, да и опасная, зверей диких много. — Юноша говорил со слегка различимым акцентом, растягивая гласные. Он будто бы наслаждался своим монологом, смакуя каждое слово, совершенно не нуждаясь в каком-либо ответе или реакции. — Хотел ещё сказать, что господарь не приемлет шума, и, если ты вновь вздумаешь визжать, — Баярунас совершенно внезапно перешёл на ты, — это может привести к непредсказуемым последствиям, которые тебе не понравятся. Кстати, как доехал? За всем этим непрекращающимся потоком мысли Саша не успел заметить, как его настойчиво запихали в карету и она в ту же секунду тронулась. Ошалело моргнув, он наконец понял, что обращаются к нему, и, слегка помедлив, ответил: — Всё было неплохо, пан Баярунас, хотя в какой-то момент мне показалось, что моя поездка никогда не закончится. Я словно ехал целую вечность. Глаза незнакомца странно блеснули. — Поверь мне, мой дорогой друг, вечность ощущается совсем иначе. Да, и ещё: забудь про весь этот официоз рядом со мной, мы же теперь будем вместе служить господарю — к чему этот излишний пафос, зови меня Яр. — Юноша закинул ногу на ногу и выглянул в окошко. — О, мы уже совсем близко! — Можешь звать меня Алек, — немного помявшись, произнес Саша. Сокращение резануло ухо, но этот вариант был гораздо больше распространён в Польше и вызывал меньше вопросов, чем русское «Саша», доставшееся от мамы. За своими мыслями он не заметил, как они прибыли. Поездка заняла совсем мало времени и разительно отличалась от всех его прошлых, хотя бы уровнем комфорта. Карета почти не тряслась, и внутри было тепло и сухо. Выйдя на улицу вслед за Яром, Саша застыл. — А почему нет возницы, кто управлял лошадью? — вспомнил он про свой первый, затерявшийся в других мыслях вопрос. — Потом узнаешь, — беспечно отозвался Баярунас и, театрально поклонившись, махнул себе за спину. — Добро пожаловать в поместье Мондрилор!