Нарушение правил цирка

Рагата и Джекс подошли к Кейну в главном зале, переглянувшись. Они уже знали, что он разрешил Помни и себе, и теперь хотели того же. — Кейн, — сказала Рагата, уперев руки в бока. — Мы тоже хотим. Как вы с Помни. Без всей этой жести, просто по-человечески. Джекс усмехнулся и кивнул. — Да, шеф. Мы уже сто раз друг друга убивали, разрывали, взрывали. Пора бы и сделать это без членовредительства. Кейн хмыкнул, закатил глаза и щёлкнул пальцами. — Ладно, идите к Джексу. Развлекайтесь. Но без крови, понятно? Я не хочу убираться после вас. Он исчез в дыму, оставив их стоять в коридоре. Рагата схватила Джекса за руку и потащила в его комнату. Закрыв дверь, они секунду смотрели друг на друга. Потом Рагата просто шагнула вперёд и поцеловала его. Грубо, требовательно, без нежностей. Джекс ответил, прижав её к стене, стянул с неё куртку, разорвал блузку, потому что пуговицы — это скучно. Рагата не осталась в долгу: она спустила с него штаны, укусила за плечо и толкнула на кровать. Джекс входил в неё снова и снова, пока она не вцепилась ногтями в его спину, оставляя царапины. Она кончила первая, громко, с рыком, а он — следом, уткнувшись лицом в её шею. Когда всё закончилось, они лежали на мокрой от пота простыне, тяжело дыша. Рагата смотрела в потолок и ухмылялась. — Ну что, шут, — сказала она. — А ты не так уж плох. — Ты тоже, Рейга, — ответил Джекс. — Как-нибудь повторим. Она засмеялась и толкнула его в плечо. — Завтра. Без твоих дурацких шуток. Он ухмыльнулся и погладил её по животу. — Без шуток. Только ты и я. Они уснули, обнявшись, и впервые за долгое время у них не было кошмаров.