Кримпай для Клэя Паппингтона

На следующий день после Рождества Клэй и Дэниэль, как обычно, встретились в своем любимом (единственном в Моралтоне) баре. Клэй все ещё был сильно раздражен тем, как закончилась их ночь, но, в целом, ему так понравилось то, что у них было с Дэниэлем, что мужчина намекнул о своем желании повторить, только уже в доме физрука, чтобы сука жена опять им все не испортила. Стопфрейм согласился и назначил дату и время. И, вот, надев в тот день свой дорогой костюм, причесавшись и надушившись, мэр поехал на гребаную работу, где просто оставил свою машину у мэрии, несмотря на то, что у него там было много дел, а сам, спрятавшись под пальто, побежал закоулками к дому Стопфрейма. — Проходи, дружище, — Физрук в одних шортах и шлепанцах шустро открыл ему и запустил в дом, после чего помог мэру снять верхнюю одежду. Клэю было неловко — он первый раз в жизни вот так просто вместо работы приходил к мужчине своей мечты, который ещё и встретил его с голым торсом, чтобы заняться с ним сексом. Дэниэль заметил это и предложил выпить на кухне. — Я вижу, ты немного напряжен, Клэй. Расслабься. Ты очень смелый... — Сказал Дэниэль, отставив пустой стакан, подошел к любовнику и начал массировать его плечи. — Прости... Я никогда раньше не... — Вздохнул Клэй, не договорив, и одним глотком допил свой виски, — ...Поцелуемся? Тренер молча склонился к лицу Клэя, и они чувственно, с языком поцеловались в губы. Мэр заметно расслабился, особенно, когда Дэниэль начал поглаживать его по спине. Он вспомнил их прошлую совместную ночь, вспомнил, как ему было хорошо, когда он позволил себе не контролировать ситуацию, и как нежен и внимателен был с ним тренер. — Я подготовил для тебя сюрприз... — Загадочно сказал Дэниэль, разорвав поцелуй, когда Клэй вцепился в его гладкое мускулистое плечо и начал уже тихонько постанывать ему в рот, — Дуй в спальню и жди папочку, звереныш! — Хи-хи! Идёт, красавчик. Клэй прошел, куда ему показал хозяин, и был очень удивлен представшей ему картиной. Вся мебель, пол, стены — все было покрыто черной клеенкой. Мужчина застыл в изумлении, пытаясь понять, что это, вообще, может значить. — Ох, Дэниэль, ты... Убьешь меня, да?.. — Глаза Клэя загорелись, — Звучит непло... М-ф! Мэр не смог договорить, потому что Дэниэль тихо подошёл к нему сзади, разбил о его лицо пирог с кастардом и размазал, другой рукой прижав к себе мужчину за талию. Клэй стоял в шоке, чувствуя, как краснеют его щеки под слоем крема. В комнате было так тихо, что он услышал, как кусочки корочки и большие капли заварного крема падают с его лица на рубашку и на пол. Дэниэль провел рукой по его волосам, окончательно портя укладку, после чего ласково скользнул по шее и щекотно провел пальцем под воротничком рубашки. Клэй вздрогнул и оттолкнул Дэниэля, быстро задышав. — Ха... А... Ты!.. Это же... — Пытался подобрать хоть какие-то слова Клэй, стирая крем с глаз дрожащими пальцами; голос его почти срывался, — Это, по-твоему... Смешно, да?! Это... Это!.. Да это просто немыслимо, Дэниэль, я не могу поверить! Я, м-мэр этого города, п-пришел к тебе вместо работы, ч-чтобы... Тренер дразняще приподнял бровь и приложил палец к сладким губам своего гостя с тихим "тссс...", заставив того замолчать. — О, Клэй, если бы ты знал, насколько я серьезен... После этих слов Дэниэль быстро взял с привезенного столика на колесиках ещё два пирога с крем-чизом и, не дав Клэю опомниться, одновременно разбил их справа и слева о его лицо, отчего мэр слегка раскинул руки, а затем Дэн принялся медленно, с нажимом размазывать плотную начинку по его физиономии и волосам. Липкий и плотный крем-чиз полностью покрыл его голову, так, что Клэя было уже просто не узнать, но он некоторое время оставался податлив и даже не сопротивлялся от шока и... Некой странной заинтригованности. Когда тренер закончил с этим и отпустил одноразовые поддоны, в которых были пироги, мэр Паппингтон ошарашенно открыл рот и сделал шаг вглубь комнаты, сбивчиво дыша. Тренер скрестил загорелые мускулистые руки и с умилением понаблюдал за тем, как уважаемый Клэй Паппингтон пытается смириться со своей участью, в ужасе прикасаясь к своему лицу и слипшимся волосам и издавая какие-то униженные постанывания. — Хмм... — Промурчал Дэниэль и облизал губы, снова приобнимая Клэя за талию и притягивая к себе, перед этим незаметно поставив пирог с клубникой на край кровати, — О, да, детка, ты даже представить себе не можешь, какой ты сейчас хорошенький, эхе-хе... Развратный Стопфрейм попытался поцеловать Клэя, но смог лишь поймать губами кусочек торта. — ...Ты правда так считаешь, Дэниэль?! — В абсолютном шоке воскликнул Клэй, увернувшись от поцелуя, и дрожащими руками сжал запястья Дэниэля, но тут, вдруг, расслабился и выдохнул, — Ладно... Я тебе уже и так слишком много позволил... Черт... Черт, это же все, да?.. — Нет, глупый, — Спокойно сказал Дэн своим низким голосом и опрокинул пирог с жидким шоколадным пудингом на грудь Клэя. Мужчина ахнул, но уже не дернулся, напротив, подставляя грудь любовнику, когда тот обеими руками через ткань рубашки размазал начинку по его титькам и немного поиграл с сосками, после чего даже позволил запустить руки себе под мышки. — Вау. Я тебя очень сильно ненавижу, Дэниэль! — Вздохнул Клэй и с интересом провел руками по своей груди, выглядевшей очень сексуально под облепившей её рубашкой, пока Дэниэль продолжал гладить его подмышки через рубашку, размазывая и там остатки шоколадной начинки. Стопфрейм только беззлобно усмехнулся, зная, что это неправда, и, наконец, с языком поцеловал любовника в губы, грубо притянув его к себе за испорченный галстук, а другой рукой продолжая тискать грудь, чему тот уже не препятствовал, прижавшись ближе и обхватив тренера за плечи. Затем, когда они разорвали поцелуй и смотрели друг на друга, Клэй пальцем зачерпнул крем со своего лица и попробовал, громко причмокнув. Вкус был неплохим, но не более. — Хм. Могло быть и лучше, — Честно констатировал он. — Ну... — Пожал плечами Стопфрейм, — Я из церкви взял. Их преподобный готовил, походу. — Ох! Знал бы он, что мы... Клэй не закончил свою безбожную мысль, потому что губы Дэниэля были слишком близко, и он, не удержавшись, снова слился с ним в поцелуе, невоздержанно гладя его спину и прижимаясь. Дэн тоже уже измазался о него, но не очень сильно; Клэй хихикнул и провел руками по его плечам, груди и идеальному рельефному животу, иногда склоняясь для того, чтобы собрать крем с этого сильного тела своим ртом. Тренер с удовольствием подставлялся его губам и ладоням, но, когда Паппингтон молча взялся за резинку шорт, под которыми уже стоял колом член, чтобы стянуть их, Дэниэль перехватил его тонкую руку. — Моя сладкая принцесса уже не может терпеть?.. Хочет члена прямо сейчас? — Спросил Дэниэль, мягко толкнув мэра на постель, и тот упал своей аккуратной, обтянутой выходными штанами попкой в клубничный пирог, поставленный там ранее ушлым Дэниэлем. Понявший правила этой игры Клэй то ли рассмеялся, то ли простонал, и, вместо того, чтобы встать, хорошенько поелозил по пирогу задницей. Клубника и сливки покрыли его жопу с промежностью — это ощущалось очень приятно в каком-то ненормальном смысле. Потом Клэй молча встал и повернулся к Дэнилю попой, медленно проведя руками по грязным ягодичкам и все ещё немного смущенно виляя ими. Тренер с оттяжкой шлёпнул его, отчего Клэй чуть ли не подпрыгнул, громко ахнув. — Возьми, детка, это последний, — Сказал Дэниэль, протягивая Клэю последний пирог с шоколадом и корицей, — Думаю, ты бы хотел... Отомстить мне? Мэр Паппингтон взял пирог и внимательно посмотрел на прекрасное, соблазнительное, усатое лицо тренера, закусив губу. Пожалуй, ему бы, и правда, хотелось как-то отыграться после такого унижения, но Дэниэль выглядел в этот момент таким насмешливым, таким готовым, будто бы просто проявил к Клэю снисхождение. Так оно и было на самом деле. Поэтому мэр подумал ещё пару секунд и сам опустил лицо в пирог, решив полностью насладиться своим поражением, после чего закинул голову, придерживая его на лице, и размазал. Дэниэль удивленно-одобрительно усмехнулся, с интересом наблюдая, как темная шоколадная начинка капает с его лица. Затем Клэй медленно убрал руки и повалился в постель, неуверенно раздвинув ноги перед Дэниэлем. Штаны плотно обтягивали его промежность; было видно, что и член мэра уже стоит. — Пожалуйста, Дэн... — Всхлипнул Клэй, протерев рукавом пиджака нос, — Займись со мной сексом... — Хмм... — Заурчал Дэниэль, член которого тоже набухал все сильнее, но так и не прикоснулся к Клэю, продолжая наблюдать, как он, весь измазанный, раздвигает перед ним ноги, — Знаешь, у тебя получился самый сексуальный блэк-фейс, что я видел... Мэр быстро задышал от злости то ли на Дэниэля, то ли на самого себя, и вскочил с постели. — Какой к черту блэк-фейс?! — Закричал он срывающимся голосом, — Ты... Меня никогда ещё так не унижали! Ну, может, только на премьере того долбаного мультфильма Орела?.. Я весь... Ну что ещё ты от меня хочешь? ЧТО?! Трахни меня уже, и покончим с этим!.. На... Кхм... На сегодня. — Я хочу, чтобы ты посмотрел на себя... — Ответил Дэниэль с томной жестокостью и потянул Клэя к зеркалу, тоже покрытому черной клеенкой. Кажется, только когда тренер сорвал сий покров, до Клэя, действительно, начал доходить весь масштаб "трагедии". Он никогда в жизни не видел себя таким уничтоженным, и даже не мог представить. — О, Боже. О, Боже. О... Боже... — Клэй в ужасе дотронулся до своих волос, взгляд его бегал по отражению, — Мои волосы... Мой... Аэ?.. Тут Дэниэль лёгким движением расстегнул ремень Клэя, и его грязные штаны сразу свалились на пол, открывая взору почти целомудренные белые трусики (только маленькое мокрое пятнышко от предсеменной жидкость выдавало отнюдь не целомудренный настрой мужчины) и подтяжки для носков. Тренер смело запустил руку в трусы любовника и начал подрачивать уже твердый член, надавливая иногда большим пальцем на головку. Клэй выгнулся под его рукой и прикусил губу, но не смог заглушить высокий, почти женский стон. Стопфрейм скользнул рукой под пиджак Клэя и сквозь пропитавшуюся пуддингом ткань рубашки сильно сжал его сосок. — Вот так, мэр... — Почти прорычал Дэниэль, сильнее сжав его член, — Наслаждайтесь своим видом, пока я позабочусь о Вас... Клэй ощутил, как горят его щеки и уши, стыд становился буквально мучительным. Дэниэль то мял его сосок между пальцев, то водил по нему ногтем, не переставая дрочить член. Мэр выгнулся сильнее, прижавшись попкой к животу тренера, не зная, куда деть взгляд. — О, смотри, Клэй, как у меня стоит от одного твоего вида! — Дэниэль медленно, дразняще провел по своему красивому обрезанному члену рукой, наконец, скинув на пол шорты, — Можешь потереться о него попкой... Клэй послушно согнул дрожащие ноги в коленях и прижался задницей к горячему члену физрука. Он ощущал, как сочная обрезанная головка тычется ему между ягодичек сквозь трусы. Тренер грубо обхватил его за бедра и прижал теснее, продолжая медленно, настойчиво тереться о его аккуратный зад. Член мэра чуть ли не пульсировал от возбуждения, ударяясь о живот, он чувствовал, что кончит, если физрук ещё раз коснется его. — П-пожалуйста... — Проскулил Клэй, — Не заставляй меня кончать... Смотря на это в зеркало... Мх!.. Пожалуйста, Дэниэль, я буквально не смогу с этим жить... О, Господи... Не дождавшись реакции, Клэй упал на колени в натекшее с него сладкое месиво, отвернувшись от зеркала, и начал беспорядочно целовать гладкие яички и хуй Дэниэля, сразу подрачивая ему рукой. Потом взял в рот головку, уже зная, что ожидать от вкуса — кожа, соль, лёгкий аромат его лосьона, теперь дополненные сладостью пирогов Рода Патти, и пососал, подняв взгляд на Дэниэля из-под трогательно слипшихся ресничек. Тренер погладил Клэя по голове, прижав его ближе, но не заставляя давиться своим членом, беря во внимание неопытность любовника. Затем Дэниэль потянулся рукой к своему столику на колесах, взял с нижнего поддона открытый пакет кастарда и начал лить жёлтый крем на голову Клэя. Мужчина ахнул от удивления, потому что думал, что тот пирог, правда, был последним, и потому что сладкая жидкость оказалась достаточно холодной, но продолжил сосать, закрыв глаза. Кастард покрыл все лицо Клэя и член Дэниэля, мэр начал насаживаться ртом смелее, легко скользя по его длине и постанывая через нос. Стопфрейма так впечатлило это зрелище (хотя Клэй и поцарапал его зубками пару раз), что он вскоре начал быстро подаваться ему в рот и с тихим глубоким стоном кончил прямо в горло в несколько толчков, непроизвольно потягивая Клэя за грязные волосы. Потом вытащил свой почти чистый член, блестящий от слюны, и мэр, восстанавливая дыхание, прижался щекой к его сильной ляжке. — Хороший мальчик... — Похвалил Дэниэль, — Теперь попозируй на камеру, сладкий, и я помогу тебе закончить... Своей задницей, хе-хе... Ты сегодня заслужил. Клэя бросило в жар от мысли о том, что он, ОН будет сверху, но какой ценой... — О, ч-черт! Это же наш... Наш второй раз... Кого ты из меня сделал?.. Тренер Стопфрейм сжалился над мэром и ничего не ответил, потому что и так было ясно, что из него сделали грязную шлюшку. Когда Дэниэль вытер руки и достал камкордер, на который часто снимал свои приключения для личного пользования, Клэй очень неловко сделал несколько сексуальных поз под руководством любовника, в процессе избавившись от остававшейся на нем одежды. Затем, после фото, Дэниэль записал ещё и видео, на котором попросил Клэя собрать себе в туфли остатки того, что было на полу, и обуть на босые ноги. Мэр уже не мог этому сопротивляться из-за дикого возбуждения. — Очень хорошо, я сделаю для тебя отдельный dvd... А сейчас я дам тебе то, что обещал. Смазки у нас достаточно... — Сказал Дэниэль, откладывая камеру, и забрался на постель, сразу приняв догги-позу. Клэй молча запрыгнул к нему, скинув туфли, и положил липкие ладони на упругую, накаченную жопу тренера. Физрук повел задом и одними мышцами раскрыл перед любовником свое разработанное очко, когда тот судорожно начал промазывать его кастардом. Член Клэя запульсировал от этого зрелища, он поднял взгляд в потолок и только уткнулся головкой в горячую шершавую дырочку, как тут начал кончать ему между ягодиц с невоздержанными стонами. — Мать твою!.. — Жалобно проскулил Клэй, когда толчки остановились, и упал рядом с Дэниэлем, который сразу же обнял его, прижал к себе и погладил по волосам с каким-то благодарно-насмешливым видом, — ...Просто замечательно! Получается, мы просто измазались в торте и обкончались, как какие-то дегенераты, и даже не потрахались?! — Не всегда обязательно трахаться, чтобы весело провести время, — Резонно ответил тренер, — Я видел такое в одном английском журнале в магазине у Стефани... Клэй не придумал, что ответить, вздохнул и взял в рот сигарету, протянутую Дэниэлем — купил пачку специально для него. Тут настроение мэра улучшилось, когда он, выпуская в потолок дым, признал себе, что это, правда, было достаточно весело, и сам приласкался к физруку, нежно обняв того за грудь. — Мне бы не помешал душ, Дэниэль, — Игриво сказал Клэй, — Возможно, золотой, и-хи-хи... * * * Клэй из неких сентиментальных соображений взял диск, который для него записал Дэниэль, хотя у них дома и не было дорогущего dvd-проигрывателя, чтобы не разжижать и без того нежные мозги Орела и Шейпи, и как-то забыл о нем. Позже, когда настало время новых выборов мэра города, Клэй попросил Блоберту немедленно принести ему диск, на котором хранились его фото для предвыборных компаний, документов и прочего, чтобы отвезти его в типографию для печати плакатов. Блоберта хотела сказать, что он сам может это сделать, но потом решила, что у нее сейчас нет никаких сил бодаться с мужем, и молча пошла в его кабинет. Там она открыла шкафчик, где всегда лежал этот носитель в тонком черном футляре, и увидела рядом ещё один диск, подписанный "Клэю от Дэна <3". — Вот, дорогой, — Блоберта протянула ему диск в черном футляре, поправила галстук и чмокнула в гладко выбритую щеку, — Возвращайся скорее, я сегодня приготовлю майонезно-лимонное желе с изюмом, кусочками ананасов, рыбными крекерами и... — Да, да, посмотрим! — Гавкнул Клэй и побежал в машину, не желая дослушивать состав сего кулинарного изыска. Отдав диск в типографию, мужчина бросил, чтобы они напечатали что-нибудь на свое усмотрение, потому что спешил к Дэниэлу. На следующий день, когда он, как обычно, вез семью на воскресную службу, плакаты его предвыборной кампании уже были готовы. — Ох, блядь! — Клэй побледнел и открыл рот, чуть не врезавшись в дерево, когда увидел, какие плакаты были развешаны по всему Моралтону. Под надписью VOTE PUPPINGTON была фотография Клэя в одной расстёгнутой рубашке, измазанного с головы до ног в креме и шоколаде. При этом он стоял на четвереньках жопой к камере с надроченным членом в руке, но при должном усилии можно было по слегка развернутому к камере лицу догадаться, что это именно он. Все жители Моралтона решили, что это было очень смело, и в очередной раз проголосовали за своего любимого мэра, хотя у него и не было конкурентов.