Секрет сладкого королевства

Раздался тихий щелчок. Прямо посреди пустоты, в зияющем провале бага, проступила дверь. Она была странной, совсем не похожей на местные леденцовые врата. Простая, серая, с облупившейся краской и потускневшей металлической ручкой. Дверь, которой здесь быть не могло. Дверь, которая кричала о реальности. — Смотри, — прошептал Гаммигу и толкнул её. Помни шагнула вперёд и заглянула. То, что она увидела, заставило её замереть на месте, забыв, как дышать. За дверью не было новой локации. Не было сладких пейзажей, пиксельных облаков и весёлой музыки Кейна. За дверью была комната. Настоящая. Тусклая, залитая холодным светом мониторов. И в этой комнате сидели они. Она увидела себя — Помни из плоти и крови. Её тело, облачённое в простую серую одежду, неподвижно сидело в кресле. На голове — громоздкий шлем виртуальной реальности, весь опутанный проводами. Рядом, в таких же креслах, сидели остальные. Рагата, чьи настоящие руки безвольно лежали на подлокотниках. Гэнгл, чья живая грудь едва заметно вздымалась и опускалась во сне. Королёр, чьё реальное тело было удивительно... обычным. Зубл, — все они были там. Все, кроме одного. — Это... это мы? — голос Помни дрогнул. Она почувствовала, как цифровые слёзы начинают жечь глаза. — Мы всё это время были там? В том мире? Живые? — Да, — тихо ответил Гаммигу. Его голос звучал иначе — без обычного притворства, глубоко и серьёзно. — Это выход, Помни. Ты можешь очнуться прямо сейчас. Нужно только подойти к своему телу, коснуться его — и ты проснёшься. Всё закончится. Помни смотрела на своё настоящее лицо. На ресницы, слегка подрагивающие под шлемом. На пальцы, которые едва заметно шевелились во сне. Она была там. Она могла вернуться. Просто шагнуть вперёд и проснуться. Но тут в её голове вспыхнула другая мысль. Острая, как укол. — А как же друзья? — она резко обернулась к Гаммигу. — Рагата, Королёр, Гэнгл, Зубл? Я не могу просто уйти и бросить их здесь! Если я исчезну, они будут сходить с ума. Они решат, что я абстрагировалась! Гаммигу встретил её взгляд. В его пластиковых глазах читалось понимание. — Я поговорю с ними, — сказал он мягко. — Я приведу их сюда по одному. Я объясню им всё так же, как тебе. Но Помни уже качала головой, отступая от двери. — Нет. Ты — Гаммигу. Ты для них просто НПС. Они тебе не поверят. Они решат, что это очередной глюк, очередной квест Кейна, очередная ловушка. Я знаю их, я жила с ними в этом кошмаре, а потом в этом... якобы раю. Они поверят только мне. Я должна рассказать им сама. Она замолчала, глядя на дверь, за которой спало её настоящее тело. Затем выпрямилась и произнесла твёрдо, не допуская возражений: — Я без них не пойду. Слышишь? Мы уйдём все вместе, или не уйдёт никто. Гаммигу долго смотрел на неё. Его лицо, обычно такое мультяшное и нелепое, вдруг стало почти человеческим. В нём читалась боль, уважение и что-то ещё — возможно, печаль. — Хорошо, — произнёс он наконец. — Ты права. Я подожду. Помни уже собиралась отойти от двери, когда ещё один вопрос, который всё это время вертелся где-то на краю сознания, вырвался наружу: — Подожди. А где остальные? Джекс... Где он? И другие... рассеянные, те, кто исчез раньше? Они там, в той комнате? С нами? Повисла тишина. Гнетущая, плотная, как сироп. Гаммигу опустил голову. Его пальцы сжались в кулаки. Он молчал так долго, что Помни уже собиралась повторить вопрос, но тут он заговорил. Глухо, не поднимая глаз: — Они умерли, Помни. Цифровой мир вокруг словно замер. Даже текстуры перестали дрожать. — Что? — выдохнула она. — Их тела в реальном мире... они не выдержали. Слишком долгое погружение. Слишком сильный стресс. Когда здесь кто-то абстрагируется, там, — он кивнул на дверь, — его мозг умирает. Кейн говорил вам, что абстрагированные просто отправляются в подвал. Но это ложь. Они уходят навсегда. И Джекс... он ушёл одним из первых. Помни закрыла рот ладонью. Перед глазами пронеслись воспоминания: наглая ухмылка Джекса, его вечные подколы, его жестокие шутки. Он был невыносим, он бесил её до дрожи, но он был частью их странной, сломанной семьи. И теперь его нет. Совсем. — Поэтому я и хочу вас вытащить, — продолжил Гаммигу. — Пока ещё есть кого спасать. Помни сделала шаг назад. Ей нужно было время. Нужно было переварить всё это. — Я вернусь, — сказала она. — С ними. Со всеми. И она побежала обратно, в сторону города. --- В городе царила идиллия. Рагата и Гэнгл сидели на карамельном фонтане, о чём-то весело болтая. Королёр выкладывал из сахарных кубиков немыслимую геометрическую фигуру, которая каким-то чудом держалась вопреки всем законам физики. Зубл пересчитывала леденцы на деревьях и, кажется, была абсолютно счастлива. А посреди всего этого великолепия, вращая головой на триста шестьдесят градусов, метался Кейн. Его челюсть-клавиатура нервно подрагивала, а глаза бегали быстрее обычного. — Помни! — взревел он, заметив её, и в мгновение ока подлетел к ней. Его голос звучал взволнованно, почти испуганно. — Господи боже мой, где ты была?! Я обыскался! Я уже собирался объявлять чрезвычайное положение и перезагружать всю локацию! Он всплеснул руками, и в воздухе рассыпалось облачко нервного конфетти. — Я же говорил, я же предупреждал: не нужно общаться с НПС на периферии! Они нестабильны! Да, я почистил им память, но кто знает, что у них там в кэше осталось? Они могут вас помнить! Могут навредить! Помни смотрела на него. На его искреннюю, почти отеческую тревогу. На то, как он суетился, проверяя её на предмет повреждений. Кейн не знал. Он действительно не знал, что она видела за дверью. Он выглядел обеспокоенным не потому, что боялся раскрытия правды, а потому что искренне волновался за неё. И от этого было только больнее. — Со мной всё в порядке, — сказала она спокойно. — Просто гуляла. Кейн облегчённо выдохнул. Затем собрался, выпрямился и произнёс уже своим обычным, звонким голосом ведущего, но с нотками заботы, которые он даже не пытался скрыть: — Ладно, друзья мои! Я думаю, на сегодня приключений достаточно. Мы, пожалуй, пойдём обратно. Пока вы куда-нибудь снова не залезли. Даже я, знаете ли, не совсем понимаю этот мир. Он... сложнее, чем кажется. В его голосе, в этом последнем признании, прозвучало что-то удивительно честное и уязвимое. Кейн — всемогущий ИИ, хозяин Цифрового Цирка — только что признался, что не контролирует своё творение до конца. Помни посмотрела на него. Потом на Рагату, которая радостно махала ей рукой. На Гэнгл и Королёра, мирно сидящих рядом. На Зубл, увлечённо записывающую что-то в воображаемый блокнот. Она знала правду. Она знала, что за стенами этого леденцового рая их ждут настоящие тела, настоящая жизнь. Она знала, что некоторые из них уже никогда не проснутся. Но прямо сейчас она должна была молчать. Ради них. До подходящего момента. — Да, — сказала Помни, и голос её не дрогнул. — Давайте вернёмся домой. Кейн улыбнулся и открыл портал. Его челюсть вывела на клавиатуре короткое: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ :)». И они шагнули в свет.