Проект "Восемь"

На баскетбольной площадке слышатся радостные детские крики, стук мяча, топот ног. Дети резвятся во время своих законных каникул. Каждое утро и вечер, когда он проходит мимо этого места, ему кажется, что нет никаких проблем, никуда не надо торопиться, нет взрослых забот. Что в очередной аудитории не ждёт очередной пары, очередная группа студентов. Хочется бросить портфель, подбежать к весёлым ребятам, напроситься в игру и думать лишь о том, как бы забить пару очков. Как тогда, пару десятков лет назад, когда идёшь со школы, а друзья зовут погонять мяч, погулять между гаражей и заброшек, просто побыть беззаботными детьми. Но сейчас плечи тяготит рюкзак с бумагами, документами, сканами новых работ для студентов – прочая "взрослая" бесполезность, если двумя словами. Времени часто не хватает и на сон, так что говорить об играх на улице? А ещё, помимо преподавательских будней и взрослой жизни, в последнее время… в мире неспокойно. Нет, не подумай, я пишу не про тот мир, в котором живём мы с тобой. Другой мир. Который не видно людям, но который связан с ними больше, чем каждый из них мог бы предположить. В том – необычном – мире много странного, непривычного человеку. В том, скрывающемся будто под мантией светлого дня, всё связано с нашим. И теперь там что-то не так. Он не может сказать, что именно. Но предчувствие – тоже не самое обычное – заставляет оборачиваться назад всё чаще. Всё больше ему кажется, будто скоро произойдёт что-то непоправимое. Что-то, что нельзя будет исправить. Что-то, что нарушит спокойствие обоих миров. Что-то, что непременно надо остановить. И как можно скорее. Опомниться заставляет баскетбольный мяч, отскочивший от ноги и покатившийся по асфальту к переулкам между домов – похоже, ребята не удержали его на поле. Что же, сбегать за мячом не составит труда, а времени займёт не более пары минут. Припустив за мячом, он пробежал с десяток метров. Там, догнав сбежавшего, подхватил его, но тот показался слишком… мягким? Оглядев мяч со всех сторон, он нашёл дырку. Большую. Очень. Ни гвоздь, ни осколок стекла, ни что-либо ещё не смогли бы оставить такое отверстие. На периферии мелькнула тень. Резко обернувшись, мужчина успел увидеть мелькнувший хвост с зазубринами, скрывшийся за ближайшими кустами. Тушканчик, на первый взгляд, но только тушканчики не бывают такими большими и, тем более, небесно-голубыми. Не бывают в человеческом мире. Зато в том бывают. Однако всё ещё оставался один вопрос, ответ на который всё не находился в голове: как зверёк оказался здесь? Ему положено бегать по ярким зелёным полянкам да щипать волшебную травку. Не бегать по центру города и мячи сдувать. В итоге Мин Согэ всю оставшуюся дорогу раздумывал над произошедшим. Странности происходили давно, мелкие, еле заметные. Можно сказать, почти обыкновенные в своей редкости. Но теперь… теперь что-то внутри него шепчет кричит, что всё плохо. Граница между мирами исчезает, медленно, но верно бледнеет. Она есть – всегда была, – но сейчас воображаемая линия как никогда колышется, будто раздумывая: исчезнуть полностью сразу или всё же дать существам время. Время на принятие неизбежного – смешения двух миров.

***

Добравшись до университета, профессор Мин, прерываясь на проведение лекций, продолжает думать над проблемой. Её нужно решать как можно скорее и оперативно. Только вот… как? Перед глазами мельтешат студенты, шуршание ручек и клацанье клавиш немного раздражают, не давая сосредоточиться. Врожденное предчувствие затихает, словно ничего и не происходит, словно его хозяину не нужна помощь именно в этот момент. Самому, понятное дело, ему не справиться – такое в одиночку не решают, – но и план последующих действий тоже непонятен. Часы идут друг за другом, утро сменяется днём, группы заходят и выходят из аудитории. Всё как всегда. Вот только на одной единственной паре притихшая интуиция ворвалась в сознание с криком: "Здесь!". Что "здесь", правда, не уточнила. "Здесь" что-то произойдёт? "Здесь" появится какой-нибудь волшебный артефакт, который всё починит? "Здесь"… Догадки приходили и уходили, отбрасываясь перегруженным мозгом в мусорную корзину мыслей. А может… "Здесь" – человек? Судорожно оглядев аудиторию, профессор прислушался к себе. Внимательно обводя глазами каждого студента, он почувствовал разливающееся внутри предупреждающее тепло. Взгляд упал на средние ряды. Там… ничего примечательного? Просто сидят два студента, переглядываются, хихикают, толкают в спину впереди сидящего парня, явно отвлекая от "спрятанного" телефона. Последний, в свою очередь, "незаметно" перебрасывается фразами с соседом. Всё как обычно. Но вот подсознание не думает, что это "просто" или "обычно". Подсознание уверенно бьёт в гонг внимания, уверяя всё нутро профессора Мина в том, что от "просто" в том ряду и буквы нет, а в "обычно" что-то изменилось. Что произошло в тот момент – не понятно. Но то же самое случается ещё раз. И ещё. В двух разных группах. Разных направлениях. Даже на разных курсах. Но это невозможно игнорировать. И каждый из трёх суммарных разов совершенно непримечательные студенты заставляют профессора сверлить их взглядом. Что в тех восьмерых учениках такого, что привлекает внимание? Эти лица и даже имена ему знакомы – он видит их и произносит несколько раз в неделю, почти каждый день. Но почему именно сейчас они заставляют внутри всё метаться, выворачивая предчувствие наизнанку? Неужели те несколько человек, что вызвали в нём такую яростную бурю, помогут? Спросишь: в чём или чем помогут? А я отвечу: всё просто. Поскольку та интуиция в профессоре действует в основном только на необычный мир, студенты как-то связаны с проблемой, которую Мин Согэ заметил ещё очень, очень давно, но которая достигла предела своей безопасности только сейчас. Они смогут "вылечить" границу миров. Как? Дело десятое. Но проблемой остаётся: каким образом собрать кучку незнакомых студентов и, главное, как объяснить им то, что происходит? Тогда Мин Согэ не знал, что собрать нужно вовсе не обычных студентов…

***

Та идея пришла в голову совершенно случайно. Мин Согэ устроился профессором не в обычный университет, а в самый что ни на есть престижный. Каждое "престижное" заведение называется таковым не за красивое старинное здание и имя основателя. Каждое "престижное" заведение заслуживает свой престиж тяжёлым трудом не только профессоров, но и студентов. Вот и в этот год, как и во все предыдущие, в рабочий чат прислали дли-и-инное сообщение, смысл которого можно было бы передать и в паре предложений без писанины на пару страниц. "Уважаемые преподаватели… в конце учебного года проверка… просим дать обучающимся специальное задание на ваше усмотрение..." Профессор Мин недолго думал, все воспоминания о странностях всплыли в памяти, как и то, что несколько человек показались ему непростыми. Неполное уравнение сложилось в голове: смешение миров плюс восемь студентов равно ключ к решению проблемы. Уравнение это было наспех составленное – в нём учитывались только самые важные переменные – и вообще лишь теоретическим, ведь если учеников не получится объединить, то никакого ключика и не будет. Однако действовать в любом случае нужно, выбора нет. В итоге решено: на следующий же день дать студентам задание, связывающее не только группы, но даже курсы. Осталось только всё придумать и продумать. Делов-то.

***

Утро следующего дня выдалось, на удивление, самым обыкновенным. Утренний кофе, дорога до универа, последние пять минут до пары. Как только та началась, профессор Мин объявил: — Студенты, прошу внимания, — громко разнеслось по аудитории, и все притихли, вслушиваясь. — Как вы знаете, в конце года всем вам предстоит зачёт, — в тишине раздались тихие разочарованные шепотки и вздохи. — Но в связи с проверкой, выпадающей примерно на то же время, я хочу облегчить вам задачу. Вам будет дано задание – проект, – выполнив которое, вы продемонстрируете знания, которые получили за год. Шёпот сменился на откровенный шум, в котором можно было услышать и радостные возгласы, и совершенно противоположный грустный бубнёж. Одним студентам лишь бы чего интересного и креативного дать, другим же – в постель и крепко поспать. Последних судить сложно: поздней осенью действительно трудно подниматься из кровати, а тащить своё невыспавшееся тело по холоду – ещё сложнее. Немного подождав, пока гул спадёт, преподаватель продолжил: — Вы объединитесь с учениками других курсов и направлений. Вашей задачей станет подготовить небольшое выступление. Поскольку вы учитесь в университете искусств, само собой, выступление должно быть также про искусство, — в аудитории снова поднялся гомон, поэтому профессору пришлось повысить голос. — Мне неважно, каким образом вы это преподнесёте: танцы, песни, театральные сценки – комиссии просто должно понравиться. — Он осмотрел студентов, выжидая внимания. — Вам всё понятно? Как только отзвучала его речь, студенты закивали головами, что было расценено как «да». — Чтобы вы не мучились и вам было легче, — снова заговорил профессор Мин, — я уже распределил вас по группам. Пожалуйста, запишите списки и отправьте в учебный чат. И хотя в какой-то момент профессор Мин действительно думал об учениках, которым сложно заводить дружеские отношения, истинным умыслом было объединить нужных ему людей. Так, чтобы уж наверняка. Он начал объявлять имена, направления и курсы, чтобы студенты не искали своих "коллег", бегая по университету и выпрашивая каждую фамилию. Почти в самом конце пары прозвучало: — Ли Минхо, Хан Джисон, Ли Феликс, Хван Хёнджин, вы будете состоять в одной группе с Ким Сынмином и Ян Чонином, первый курс вокала, а также Бан Чаном и Со Чанбином с третьего продюсерского, — он ненадолго замолчал, давая время записать или уточнить. — Надеюсь, всем всё понятно. Можете быть свободны. Те же имена он объявил и остальным группам и курсам. Теперь осталось только надеяться, что восьмёрка действительно сможет остановить нарастающую проблему. Смешение миров не должно произойти. Если граница размылась, то нужно очертить её заново. Проект "Восемь" обязан справиться.