Услада Верити

      Он словно пребывает в лихорадке, ощущает сильный жар и лёгкую щекотку на коже. Чужие руки нагло проскальзывают по всему периметру туловища, позволяя исследовать желанное и беспомощное тело. Пальцы медленно изучают рельеф кожи, очерчивают произвольные замысловатые узоры. Он ничего не видит, тихо всхлипывает и прогибается в надежде отстраниться. Но вторая рука успевает переместиться на затылок, будто желая перекрыть любые способы отступления. Дыхание становится прерывистым. Он пытается вскрикнуть, но из уст вырывается глухой неестественный писк. Он замирает в чужих руках, когда ощущает жадные прикосновения в районе шеи. Сначала мягкие, а после резкие и грубые, словно кто-то пытается насытиться им.       — Совсем скоро ты будешь принадлежать мне... — хриплый голос врезается в уши и остаётся тягостным осадком в подсознании. Несколько минут молчания — и грубые движения сменяются мягкой пеленой, точно одеяло, а перед глазами мелькают смутные искры.

      "Это всего лишь сон."

      Где-то поблизости раздался характерный скрип половицы. Комната преобразилась яркими красками солнца, обрывая последние надежды на крепкий сон. Моб распахнул зелёные глаза, невольно всматриваясь в потолок. В голове проносились моменты странного сновидения. Он пытался вспомнить слова, но мысли тут же растворялись в продрогнувшем сознании, не позволяя восстановить цепочку событий сна. Моб был готов вечно валяться в постели, потирать покрасневшие от работы пальцы, но живот стал издавать жалобное урчание. Он тяжело выдохнул и приподнялся с постели. Взгляд устремляется на несколько печек, откуда за ним внимательно наблюдал верный компаньон. Его лицо неизменно улыбалось, как и всегда.       — Доброе утро, Верити. — Моб сползает с постели, пытаясь припомнить, когда успел перетащить шар вниз, но голова была забита дурными мыслями после сна.       — Доброе утро, — обыденный воодушевлённый голос ожидает продолжение диалога, но Моб стал активно метаться между сундуками.       — Сегодня нужно добыть ресурсов для будущих построек и расширить территорию дома. Но тебе придётся побыть одному в моё отсутствие. — Верити кривится в недовольной гримасе. Привычная широкая улыбка сползает с лица шара, выражая искреннее недоумение. Моб не заметил особых изменений, так как был занят поиском снаряжения.       — Я смогу помочь тебе!... Стоит только обрати... — Верити не успевает договорить.       — Я справлюсь. Тебе не стоит беспокоиться. Ко мне присоединится Твиксэл, так что в этот раз я точно буду в безопасности. — Моб обернулся в сторону круглого трофея, одаривая беззаботной улыбкой. Сумка с вещами успела пополниться мечом, киркой, небольшим количеством провизии на несколько дней — ведь неизвестно, сколько придётся провести времени в пещере или в лесу.       Моб не дожидался гневных упрёков Верити, так как был непреклонен в своих словах. Шар переместился на кровать Моба, заботливо окутанный помятым одеялом после сна.       — Не скучай. — он поспешно направляется к двери и оказывается за пределами дома, даже не оборачиваясь в сторону Верити, чей взгляд прожигал чужую спину. Несколько минут одиночества — и шар с треском падает на пол.       — Мой... мой... — нечто похожее на человеческую натуру расползается по деревянной поверхности. Свет разливается на геометрию теней, обнажая шейные позвонки античной крупной фигуры. Улыбка искажает лицо, делая его по-настоящему безобразным. Тело становится почти естественным, похожим на человека, невзирая на широкие плечи с худощавыми запястьями и крайне высоким ростом. Он чувствует сильную слабость во всех конечностях, тянущую боль в позвоночнике и лёгкий хруст костей. Верити невольно скребёт ногтями, пытаясь сдержаться от сильных преображений собственного тела и перехода в менее контролируемую форму.       — Всё ради тебя, Моб... — тихий хруст в суставах, Верити приподнимается во весь рост и молча направляется к выходу...