american boy

В пизду. Какая нахуй адаптация?! Всё это — отвлекающий манёвр перед жёстким столкновением с реальностью. Почему вообще Влад осмелился подумать, что закорешился с кем-то на ёбанном празднике осенней тоски и предстоящих заваленных контрольных и тестов? Он просыпается в семь утра, утыкаясь носом в подушку так, чтобы перекрыть себе доступ к кислороду. Вот сейчас он удушится и всё закончится, а его позорную смерть спишут на несчастный случай, записывая его в жертвы отсутствующих нейронных связей. Конечно, хуй там плавал. В дверь комнаты стучится Ева, дёргая за ручку и отчаянно пытаясь попасть внутрь. Влад скалится, укутываясь в одеяло с головой. Извините, мама, Вам вход воспрещён. — Владик! Это что такое? Вставай немедленно! Опоздаешь! — женщина ужасно тяжело вздыхает, прекращая долбиться в бедную картонную дверь. Она просто стоит в коридоре, не спеша уходить, словно пытаясь выманить малолетнего поганца фальшивым чувством безопасности. Но вдруг её голос и правда звучит более мягко, почти нежно. — Я приготовила гренки, слышишь? Вставай и иди умываться. Я буду ждать тебя на кухне. Влад поднимает голову с подушки, слушая, как тапочки тихо скользят по ковролину. Нихуя не надо, чтобы она ждала на кухне! Он со страдальческим стоном переворачивается на спину, созерцая трещинки на потолке. Весёлая такая паутинка. Главное, чтобы реальных пауков тут, блять, не было. Иначе Влад готов закатить детскую истерику и остаться спать на лавочке у подъезда. Он еле как поднимает ватное тело, принимая сидячее положение. Его жопа буквально утопает в продавленном матрасе. Влад трёт глаза, фокусируя взгляд на ручке двери, в которую перед сном он предусмотрительно запихал швабру. Сработало заебенно! И плевать, что от криков это не спасло. Ева хотя бы не смогла дотянуться своими наманикюренными пальчиками до него. Влад невольно вздрагивает и проводит ладонью по голой коже плеча, сжимая мышцы. Возвращаясь к теме обездоленного сиротки.. В приюте, конечно, было тепло и кормили вкусно. Но к чему все эти блага, когда вокруг такие же, как и ты сам, злые и агрессивные дети? Воспитателям всегда было как-то насранно на бесконечные драки, новые синяки, ссадины и травмы. Они закрывали на это глаза, ограничиваясь бесполезными разговорами о морали. Вот и вся защита. Поэтому Владу пришлось учиться защищаться самому. Он усвоил три вещи: первое — паранойя не враг, а сильнейший союзник; второе — не выказывать страха и гавкать на обидчиков до последнего, чтобы отбить всякое чувство превосходства и победы; третье — если драка не избежна, то нужно бить первым. Три константы, на которых Влад и держался. После такого нельзя выйти сухим из воды. Чужие руки только били, хватали за волосы, толкали и давали пощёчины. Он рос диким отщепенцем, который вгрызается в глотку, когда к нему тянутся. Чувствовать на себе прикосновения стало до противного неприятно. Особенно, если это была его личная феечка крёстная. Ева постоянно его касалась, что привело их обоих к этому моменту. К моменту, когда Влад нервно водит ладонью по своему предплечью, продолжая благодарить себя за сообразительность и запертую дверь. Нет, эти ощущения нельзя назвать фобией. Это не вызывает у Влада тошноту и панику, особенно, если он по какой-то причине сам инициирует контакт. Но остальным трогать его без разрешения, блять, нельзя. Точка. Он встряхивает головой и откидывает одеяло, опуская стопы на холодный пол. Вверх по голени и к бедру пробегают мурашки. Влад игнорирует это, шатаясь к двери и резко вынимая швабру из ручки. Интересно, Ева догадывается, как ему удалось забаррикадироваться? Надо бы спрятать эту пластиковую палку, пока она не увидела. Влад быстро крадётся до ванной, потягивая носом запах жареного хлеба с яйцом. Желудок недовольно урчит, требуя сейчас же закинуть в себя еду. Потерпит. Влад принципиально не будет есть, пока на кухне сидит Ева Андреевна. Удивительно, но женщина не тупая и достаточно быстро поймёт, что завтракать с ней никто не хочет. Владу надо лишь показательно побродить призраком по квартире, прячась по комнатам — тактика уже отработанная. Но в этот день всё ломается. Когда он заглядывает на кухню, то сразу напряжённо сжимается. Блядство! Ну какого же хуя она преспокойно сидит там и пьёт чай, закинув ногу на ногу? Аристократка этакая! Он вытягивается и делает шаг назад. — Стоять! — Ева ставит чашку на стол, впиливаясь взглядом прямо меж бровей Влада. — Или что? — он скрещивает руки на груди и вскидывает подбородок, как какой-то пятилетка, собирающийся нашкодничать. Докатился.. Ева Андреевна не отпускает его. Она просто смотрит с нечитаемым выражением лица, будто пытается вскрыть черепушку Влада и хорошенько вдарить ему прямо по мозгам. Но тут её плечи опускаются, а глаза становятся слишком печальными. Бля.. Давить на жалость будет? Влад мысленно затягивает на своей шее верёвку. — Скажи.. Что мне сделать, чтобы ты хоть немного мне доверился? Слова падают в тишину кухни, разбиваясь о стены. Влад чувствует, как над губой дёргается нерв. Он должен сделать шаг вперёд. Должен принять этот разговор спустя шесть лет, когда стал частью этой сомнительной ячейки общества. Возможно, должен извиниться. Но в груди закипает злость. Блять! Ни черта ему не нужно! Всё, чего он хочет — выйти из этой квартиры и не заходить сюда больше никогда. А потом уехать из города, удалить номер Евы и стереть эту попытку в семью из памяти. — Не надо ничего делать, — сипит Влад, сжимая пальцами деревянный косяк. Он дёргает себя за внутренний поводок, чтобы не начать орать. — Обеспечивай мою задницу, пока учебный год не кончится, и перестань, сука, делать вид, что я твой сын. Это не так. Ресницы женщины вздрагивают. Дальше Влад стоять тут не может. Он разворачивается на пятках и в два шага доходит до комнаты, хлопая дверью. Похуй на гренки. Пожрёт харчей в столовке. Да, утро вышло милым. Школа встретила его примерно так же. Диана и Вика к нему не подошли. И, нет, они не были обязаны. Просто Влад конченный идиот, который всё же надеялся, что не будет один в неизвестности и суете первых учебных дней. Давно пора снять с ебала разбитые розовые очки. Влад решает забить хер и слепо следовать за толпой из своего класса. Коридоры петляют туда-сюда, что не очень помогает процессу запоминания локации. Кто строил эту бетонную коробку? Тут же карту на выходе должны выдавать, чтобы человечек не потерялся между первым и вторым этажами! Столовка тоже находится в жопе какой-то — дай Бог дорогу запомнить. Таким нехитрым образом Влад изматывается уже к обеду. Как можно выдерживать нудные, абсолютно неинформативные уроки — начало года же — и беготню по безумному лабиринту? Желудок уже готов есть сам себя, ругаясь на хозяина за полное отсутствие завтрака. Поэтому Влад буквально валится на скамейку в столовой, хватаясь за вилку и налетая на еду так, будто голодал месяцами. Плевать вообще, что котлета на вкус, как тапок. Зато хлеб вкусный. И чаёк с лимоном заходит на ура. Его вообще не заботит, кто сидит рядом, и не заботят чужие взгляды. Но он на секунду поднимает голову и оглядывается, врезаясь в карие глаза. Влад сглатывает, почему-то надеясь на то, что его морда не измазана в пюре. Питер не выглядит так, будто его поймали за бесстыдным разглядыванием. Он просто снова утыкается в свою порцию, заканчивая обедать. Шестерёнки в голове Влада начинают скрипеть, приходя в движение. Точно же.. Питера весь день было не видно. Словно его и вовсе нет. Диана и Вика всё время сидели вместе за партой и никуда не отходили. Влад за это ручается, потому что занял место в конце класса ради хорошего обзора. И всё-таки.. Где всё это время находился Питер? Слился с окружающей средой? Закосплеил хамелеона что ли? Бред. Влад по-тихому встаёт и быстро относит посуду дежурным, выходя из столовой. Бля, куда теперь идти-то? Он удручённо вздыхает, прикусывая нижнюю губу. Пацан смылся, даже не стараясь! Ниндзя, по-другому не скажешь. Но сдаваться попросту не в природе Влада. Он надеется на свою память и сворачивает по коридору налево. Господи, лишь бы снова не профакапить. Он хмурится, проходя мимо фотографий учителей и картин с мотивирующими фразами, — кто только придумал вешать всякую абстрактную херню с психологическими цитатами в школе — выглядывая двери у дальней стены. Бинго. Шансы, что Питер там невелики, но попытаться стоит. Влад проскальзывает в мужской туалет, морщась от неприятного запаха. Мерзость, блять. Глаза обшаривают пространство и останавливаются на фигуре у окна. Каштановые кудряшки растрёпаны.. длинные пальцы роются в рюкзаке.. спина напряжена. Влад подходит ближе, склоняя голову. — Привет. Питер не реагирует. Но в пустом туалете слышится тихий выдох через нос. — Зачем за мной пошёл? Вопрос заставляет Влада затупить. Он встряхивается и приваливается рядом с парнем, упираясь бёдрами в низкий подоконник. С этого ракурса он может рассмотреть профиль Питера, выхватывая ровный, чуть вздёрнутый нос и россыпь веснушек на скуле. — С чего ты взял, что я за тобой шёл? — упрямо заявляет Вересов, скрещивая руки на груди. — Я исследую школу. — Не заметил большого рвения. Ты весь день неупокоенным духом за всеми ходишь, — Питер достаёт чистую тетрадь, вертя её в руках. Влад невольно залипает на тонкие запястья, когда они снова ныряют в портфель. — Эм.. — он откашливается, собирая мысли в кучу. Найти ответ к словам Паркера проще простого. Не ему про духов болтать. — Чья бы корова мычала. Сам-то тише воды, ниже травы. Я, представляешь, забыл, что ты существуешь. И, кажется, это стало лишним. Питер замирает и даже дышать перестаёт, потому что резко становится слишком, мать его, тихо. Тихо настолько, что бьёт по ушам. Влад хмурится и пытается придумать что-то, чтобы снять странное невидимое напряжение, но поздно. Питер уже хватает лямку рюкзака и шустро выпрыгивает из туалете. Гонщик формулы один, блять! Вересов остаётся у окна, вцепляясь в край подоконника, заставляя ноги прилипнуть к полу, потому что сорваться за Паркером очень хочется. Странно пиздец, конечно. И поведение Питера, и собственное иррационально желание, и всё остальное — странно. Влад гипнотизирует взглядом мусорку в углу, думая, что такого он ляпнул, чтобы вызвать подобную реакцию. Ничё он толком и не сказал, ну реально! Это же правда была, что Питера совсем не видно! А на правду, вообще-то, не обижаются. И ещё на обиженных воду возят.. и прочее. В коридоре звенит звонок. Влад весь подбирается, отлипая от подоконника. Вся вот эта поебень, творящаяся у Паркера в голове, волновать его не должна. Как пела самая прекрасная принцесса Дисней — отпусти и забудь! Сейчас в приоритете другая задача. Найти чёртов кабинет биологии. *** Кабинет Влад нашёл с большим трудом, когда от урока прошло уже 15 минут. Биологичка — дама с выразительными зелёными глазами — простила его на первый раз. Новенький всё-таки. Но кое-что поменялось. Теперь Влад сидит и чётко видит невидимку за первой партой первого ряда, у окна. Место такое, что прям перед носом у учителя, но на самом деле в слепой зоне. Всё становится ясно. Ну, то есть, половина вопросов находит ответы. Другая половина — продолжает ебать мозги. Влад не слушает, что говорит биологичка, не записывает тему. Он смотрит в кудрявый затылок, пытаясь уговорить себя отстать от Питера. Какого чёрта это продолжается, если он уже в собственной голове отстроил ледяной дворец и, как говорится, отпустил и забыл? Хлипенький самообман получился. Даже дня не продержался. И сейчас Владу жизненно необходимо зацепиться за любую мысль и найти хоть что-то, пусть немного рациональное, чтобы понять, что его так волнует. Объяснение появляется само собой — Владу просто по-человечески скучно, а рядом маячит интересная загадка. Точно же. Хочется разгадать Паркера. Забраться под кожу. Чисто с научной точки зрения. Что страшного может скрываться за оленьими глазами? Влад смакует новую идею, не стесняясь прожигать спину Питера взглядом, отпечатывая его образ в памяти. Внешность парня он уже разобрал неплохо. Про характер остаётся догадываться, вспоминая колкие, но беззлобные фразы, от которых губы сами заворачивались в улыбку. Да, за словом в карман Питер не полезет.. Кстати, что насчёт его национальности? Британец? Американец? Что забыл в России? А судя по всему, в России Питер живёт давно, потому что речь у него грамотная и вообще без акцента. Влад бы ни за что не подумал, что такой человек не коренной житель хвалёного Евой Петербурга. На ум приходят слова Дианы. Влад сводит брови к переносице. Тогда за что Питера “не очень любят”? Неужели есть в нём какая-то червоточина? Хотя нет. В таком случае девочки бы за него не переживали. Да и староста этот.. По словам Дианы с Викой именно Ульянов зло, кошмарящее бедного иностранца. Влад проводит ладонью по лицу, набирая воздух в лёгкие до отказа. Блять. Вот совсем нихуя не понятно. Деталей пазла слишком много, и они все будто из разных наборов. Такую штуку в цельную картинку не соберёшь, сколько бы детальки ни передвигал, что бы ни пробовал. Значит остаётся одно — бесконечно доёбывать девчонок и самого Питера. А что? Это будет причудливый социальный эксперимент. *** На следующий день Влад реально торопится в школу. У него миссия! И эта миссия помогает не оставаться надолго с Евой. Настоящее спасение! Но его ждёт утреннее испытание на стойкость. На улице оказывается ужасно слякотно. Вересов несколько раз поскальзывается на грязи и чуть не падает, разбрызгивая коричневую воду из луж. Всю ночь дождь ебашил. По итогу Влад лишился своих белых кроссовок. Ещё солнце из-за туч не видно. Ни лучика. Так что приходится кутаться в тонкую кофту и быстрее перебегать через дорогу, чтобы наконец добраться до тёплого места. И плевать, что отопления до января скорее всего не будет. В помещении хоть ветер за шиворот не забирается. — Ёбанная.. Отстойная.. Питерская.. Погода! — с паузами цедит Влад, перепрыгивая с одной стороны тротуара на другую. А потому что всё залито! Тут море! Можно надевать плавки и вперёд. У ворот школы Влад чуть не налетает на сонную Вику. Девушка ойкает и упирается руками в бёдра. — Ты что творишь? — Я звезда пляжа! — он отвечает невпопад, не задерживаясь и поднимаясь по ступенькам. — А ты бы по сторонам лучше смотрела! — Чего?! — она спешит за ним, пыхтя от недовольства. Вика равняется с Владом, заглядывая ему в лицо и хмуря прелестные бровки. Она в юбке, а из верхней одежды на ней какое-то плюшевое розовое безразмерное нечто. Как девчонке не холодно? Влад дёргает на себя входную дверь, ёжась и покрываясь мурашками, когда его окутывает тёплый воздух. — Ты знаешь что? — девушка следует за ним, быстро прикладывая кью-ар код к турникету. — Что? — Вересов оборачивается, не сбавляя шаг. Но тут же он вздыхает и взмахивает ладонью, прокручиваясь на пятках. — Ладно, знаю. Извини, что врезался. На улице минус сто. Он ворчит, чувствуя, как онемевшие от ледяного ветра пальцы снова обретают способность двигаться. Аллилуя. — Ты поэтому скакал, как горный козёл? — Вика уже улыбается, пристраиваясь под левым боком Влада и хихикая. — Звезда пляжа он. — Видела, как дороги затопило? Теперь до школы только вплавь, — он разводит руки в стороны, имитируя брас. В награду за тупую шутку слышится звонкий смех. Теплота окутывает сердце, и губы ломаются в кривой улыбке. — Теперь понятно. Я успела подумать, что у тебя спрогрессировала шизофазия, — она крутит пальцами у висков, показывая язык. Влад усмехается, находя девушку перед собой невероятно обаятельной. Стоит ли рискнуть и попытать удачу? Хотя куда там. Ему-то принцесса достанется, а ей — сломанный андроид. Нечестный обмен будет. Лучше сейчас просто заиметь союзника, с которым можно поговорить, к которому можно обратиться в случае чего. И Вика — идеальный вариант. Она не только милая и смешная. Она приближённая Питера, а это здорово упростит задачу в сборке интригующей головоломки. Сначала Влад получит доверие друзей оленьих глазок, а потом и сами оленьи глазки. Джекпот. — Ого, разбираешься в диагнозах? — Вересов стопает у входа в кабинет, к которому его привела Вика и сама не заметила. Удобно однако. Потому что Влад тут как слепой и ему нужен поводырь. — Папа психиатр-нарколог. Немножко шарю, — она пожимает плечами. — А шаришь в фигне, когда человек резко убегает от тебя посреди обычного диалога? — он щурит глаза, стараясь сильно не напирать и донести смысл окольными путями. Вика затихает, внимательнее приглядываясь к глазам Влада. — Что ты имеешь в виду? — Блять, не знаю.. — он приваливается к стене, сглатывая раздражение. Так, главное не вскипеть, а то повод, конечно, такой себе. Девчонка вчера в мужском туалете не зависала, ситуацию вряд ли знает. Только если Паркер не нытик.. А если нытик, то.. — Я вчера не очень удачно поговорил с твоим дружком. Ничего плохого не хотел, честно, но он как драпанул.. Вика поджимает губы, отступая в сторону. — Ты лучше его не доставай, слышишь? И без тебя проблем хватает. Приехали. Всё, как Дианка говорила. Вылитая мама курица, защищающая маленького цыплёнка. Аж сердце замирает от этой картины! — О каких проблемах идёт речь? Ни в жизни не поверю, что его за имя стебут до такой степени, что он по углам шастает, лишь бы с мебелью слиться! — Влад переходит на громкий шёпот, делая шаг к девушке, вновь сокращая дистанцию. Вот уж дудки. — Чё за тайны? Вы дети шпионов что ли? — Да нет же! — она сокрушённо вздыхает, уводя взгляд в сторону кабинета, где наверняка уже сидят Питер и Диана. — Воспринимай это как хочешь, но я ничего рассказывать тебе не буду. Он мой друг. С этими словами Вика переступает деревянный порог, подлетая к своей парте. В коридоре звенит первый звонок. До урока ещё пять минут. А Влад стоит, как гаргулья на Нотр-Даме, сгорбившись и пытаясь осмыслить свой филигранный проёб. Блять, в любом плане нужно действовать осторожно и постепенно! Обзавёлся он союзником, да. Великий стратег и главный ум планеты.. Извините, Ксения Вячеславовна, но в пизду Ваш дружный коллектив.