Just a bit gay

Когда Чарльз наконец ответил на свой чертов звонок после двух недель отсутствия, Макс был не в духе. — Где тебя черти носили? — прошипел он, не на шутку разозлившись и почувствовав боль. Честно говоря, они никогда не были неразлучны и могли не видеться больше двух недель. Но на этот раз все было… по-другому. Кроме того, Чарльз всегда отвечал на звонки Макса. Всегда. Даже когда они не общались месяцами, они обычно переписывались или разговаривали по телефону. На этот раз Чарльз явно избегал его. — Извини, я просто был занят кое-чем, — сказал Чарльз. — Кое-чем, — сухо повторил Макс, явно не впечатленный. Что же было настолько важным, что Чарльз неделями полностью игнорировал его? — Кем-то, — ответил Чарльз. — Я познакомился с парнем. Его зовут Карлос. Он тоже студент юридического факультета. Макс невидящим взглядом уставился на противоположную стену, ошеломленный новостью. — Карлос? — наконец произнес он. — Он звучит как черствый. Карлос Черствый. Карлос, типа, входит в Топ-5 самых придурковатых имен в мире. — Ты такой ребенок, Макси. — Чарльзу показалось, что он улыбается. — Он милый. У нас уже было несколько свиданий. Он мне действительно нравится. Он как раз в моем вкусе. Макс решил, что ему не нравится этот Карлос. На мгновение он засомневался, почему так сильно переживает из-за парня, которого даже не видел. Потом он кое-что понял: если бы Чарльз с кем-то встречался, это означало бы, что он перестал бы... Бойфренды обычно не одобряют, когда их вторая половинка спит с кем-то другим. Макс поджал губы. — А как же я? На линии повисла тишина. — Ты? — наконец спросил Чарльз. Макс нахмурился. Разве не очевидно, что он имел в виду? Неужели Чарльз заставит его произнести это вслух? — Этот Карлос, скорее всего, не позволил бы тебе трахнуть меня на стороне, — сказал Макс. — Возможно, ты прав, — очень сухо ответил Чарльз. — Чарльз. — Макс хотел, чтобы его голос звучал укоризненно, но получилось совсем по-детски — хныкающе и обиженно. Что же такого было в Чарльзе, что превращало его в ребенка? Это было по-настоящему странно. Чарльз рассмеялся. — Не надо, Макси. Просто не надо. Неужели ты думаешь, что я откажусь от личной жизни, пока ты не избавишься от своей одержимости членом? Макс снова нахмурился. — Но ты мой лучший друг, — сказал он, но голос его звучал неуверенно. После последних нескольких недель он уже не был так уверен в этом, как раньше. — Я почти уверен, что трахать тебя не входит в мои обязанности как лучшего друга, — сказал Чарльз. В его голосе больше не было веселья. Макс не понимал, что за чувства звучат в голосе Чарльза, но что бы это ни было, ему это не нравилось. — Конечно, это не твой долг, — быстро сказал он. — Я просто... — Его лицо вспыхнуло. Макс откашлялся. — Неважно. Ты прав. Ты можешь встречаться с кем угодно. Я... я что-нибудь придумаю. Он повесил трубку, чувствуя себя до смешного расстроенным без всякой причины. Это было жалко. Он не какой-то там... озабоченный. Он вполне мог бы дружить с Чарльзом, не желая его. Даже если бы он был нимфоманом, то не обязательно ради члена Чарльза. Любой член подошел бы. Теоретически. У Макса зазвонил телефон. Это был Чарльз. — Что значит, ты что-нибудь придумаешь? — спросил Чарльз, когда Макс ответил. Макс поджал губы. Какое дело до этого Чарльзу? Чарльз мог спокойно встречаться со своим маленьким придурком; он ясно дал понять, что Макс ему безразличен. Сначала он неделями игнорировал Макса, а теперь вот это. — Всегда есть секс-игрушки. Макс надеялся, что его голос звучит не так безрадостно, как ему самому казалось. Фаллоимитатор — это не то. Каким бы реалистичным он ни выглядел, он и близко не похож на настоящий член. Не говоря уже о том, что трахать себя секс-игрушкой — занятие не из легких, после него болит запястье, — и у него это получается не так хорошо, как у Чарльза, в чем Макс не стеснялся признаться. Чарльз был геем, и логично было предположить, что он лучше справляется с трахом, чем натурал вроде Макса. — И ты не единственный мужчина с членом, верно? — добавил Макс с натянутым юмором, пытаясь не обращать внимания на свою тревогу. Он не мог представить, что доверится какому-то незнакомцу, какому-то гею, которого он не знает и который может составить о нем неверное представление, чтобы тот трахнул его вместо Чарльза. — Верно, — сказал Чарльз, и по его тону было сложно понять, что он имеет в виду, после чего он замолчал. Молчание затягивалось, становясь неловким. Макс прикусил губу, сбитый с толку странным напряжением. Их с Чарльзом дружба всегда была простой. В ней не было места странным паузам. Наконец Чарльз сухо произнес: — Тогда удачи. И повесил трубку. Вот так просто. Макс уставился на свой телефон, чувствуя, как в животе нарастает отвратительное разочарование. После нескольких недель отсутствия Чарльза он представлял себе совсем другое воссоединение. Он думал… Он чувствовал, что у Чарльза должна быть веская причина для того, чтобы его игнорировать. Но, черт возьми, «Карлос» — это не веская причина. Они вообще еще друзья? Неужели Чарльза от него тошнит? Ненавидя себя за неуверенность и огорчение, Макс оборвал эту мысль. Сжав зубы, он скачал приложение Grindr на свой телефон. Ему, черт возьми, не нужен Чарльз. Он вполне может обойтись без него. И он собирался это доказать.