Быть Клинком

He'll wrap you in his arms, tell you that you've been a good boy

He'll rekindle all the dreams it took you a lifetime to destroy

He'll reach deep into the hole, heal your shrinking soul

Hey buddy, you know you're never coming back

He's a god, he's a man, he's a ghost, he's a guru.

They're whispering his name through this disappearing land

But hidden in his coat is a red right hand

(Red Right Hand оригинал Nick Cave & The Bad Seeds)

Hit up

Steel in hand

Lit up

Like candles

Burning

Like Catherine wheels

Turning

On

Nothing but the knife to live for

One life, all I need

Give me one good reason

Give me more...

(Amphetamine Logic. The Sisters of Mercy)

Не успел Блэйд прибыть в Двумерию, как безымянные и сяньчжоуцы спутали ему все карты. Они увели заказ буквально у Блэйда из-под носа. И казалось бы, самое время вернуться на базу и забыть о Двумерии раз и навсегда. Но не тут-то было. Волчок заявила, что их соперники забрали у этой банды какую-то маску. Блэйд искренне не хотел вникать во все это. Совсем. Но… он все же теперь тоже был одним из Охотников за Стелларонами. И у Волчка, в отличие от него самого, сценарий был. Длинный сценарий. Почему-то Блэйд не смог оставить ее здесь разбираться со всем в одиночку. Он и сам до конца не понимал, почему. Это не было чувством долга. Даже близко. Просто… при всем своем мастерстве, Волчок оставалась лишь хрупкой девчонкой. И сколько бы она не программировала реальность, для Блэйда это оставалось лишь фокусами. Кто-то должен был прикрывать ее, пока она достает виртуальных кроликов из виртуальной шляпы. Кто-то, кто действительно умеет сражаться, а не только играет в игры. К сожалению, никого подходящего, кроме него самого, поблизости не было. А когда Блэйд узнал, что всю группировку Общего желания вырезал какой-то местный маньяк, он и вовсе отбросил всякие сомнения. Хоть его сценарий и был пуст, миссия в Двумерии явно не была рассчитана на одну хрупкую хакершу. Так что Блэйд остался и добросовестно изучил обстановку. Выслушал нудную путанную лекцию об Играх фантаны, вычитанную Волчком в интернете, определил наиболее опасных потенциальных противников. Даже честно попытался понять, чего в конечном итоге от них хотел Элио. Вот только цельная картина так и не сложилась. В сценарии Волчка не было ни слова о том, что она должна завладеть маской или принять участие в игре. Только бесполезные поручения, которые раз за разом втягивали ее в новые неприятности. Сперва внедрение в банду, которую тут же вырезал безумный убийца, потом обращение к частному детективу, который попытался сдать хакершу властям, стоило ей только выйти за дверь… У Блэйда медленно но верно складывалось впечатление, что истинной целью миссии было избавиться от Волчка вовсе. Вот и как тут было оставаться спокойным? — Пей ромашку, Блэйдик, — посоветовала ему Волчок. Блэйд от всей души послал нахальную девчонку в места не столь отдаленные, но ромашку заварил и добросовестно выпил. Не помогло. К счастью, все переговоры в этом задании выпали на долю Волчка. Она каким-то неведомым образом умудрилась договориться с Жемчуг — руководителем этого мира и по совместительству представителем КММ. Так что о преследовании со стороны местных властей и манипуляциях жадного до вознаграждения детектива можно было больше не беспокоиться. Конечно оставалась еще делегация из Сяньчжоу. Они КММ не подчинялись и не оставили бы свою охоту даже если ради этого им пришлось бы вступить с Жемчуг в конфликт. Но всем было ясно как день, что среди Охотников за Стелларонами их интересовал лишь один разыскиваемый преступник. И это была вовсе не маленькая хакерша. А за себя Блэйд не беспокоился. Блэйд особо не вникал в переговоры своей напарницы и интриги Двумерии. Все, что ему нужно было знать, — это с кем вступить в бой, чтобы Волчок не пострадала. Как и полагается клинку, он не строил тактики и стратегии, а лишь ждал своей битвы. И в том, что битва состоится, Блэйд нисколько не сомневался. Все внутри горело и кипело предчувствием. Болезненным азартом. Во рту будто бы ощущался привкус крови, а тело изнывало от жажды действия. И еще… еще он ощущал всей кожей присутствие мерзости. Той самой, что отравила его плоть и кровь. Мерзости Изобилия. Он мерял шагами крошечную комнату в мотеле, где они с Волчком остановились. Во всех остальных местах требовали документы, и приезжих тщательно проверяли. Игры фантаны и впрямь оказались масштабным событием. Народ на них стягивался со всей вселенной, и не только чтобы попытаться получить силу Эона Радости, но и просто чтобы посмотреть, как участники рвут друг друга на части ради своей минуты славы. Пятнадцать лет назад эти игры превратились в кровавую бойню. Неудивительно, что службы безопасности попросту сходили с ума. Так что на люкс рассчитывать не приходилось. Волчок с трудом нашла единственное место, не расположенное на задворках вселенной, где персоналу не было никакого дела до личностей постояльцев. А после заключения сделки с Жемчуг она просто не посчитала нужным что-то менять. В целом, ни она, ни Блэйд в роскоши не нуждались. Блэйду вообще было плевать, где спать. Гораздо сложнее было усидеть на месте. Никакой работы для него не было, а Волчок не уставала напоминать ему, чтобы Блэйд не высовывался. По городу рыскали безымянные и сяньчжоуцы. Он сам обещал не нарываться на неприятности, и вот теперь не знал, куда себя деть. Клинку без дела место в ножнах. Но запертый в четырех стенах, Блэйд вовсе не чувствовал себя на своем месте. Вопреки всякой логике, ему казалось, что здесь он погрязнет в безумии куда быстрее, чем при встрече с противниками. Его лист сценария был пуст. Быть может, Элио намекал на то, что это конец, и Блэйд встретит здесь свою смерть. Сценарий обрывается на этом месте… Череду бредовых мыслей прервала Волчок. Она влетела в номер и без промедления подскочила к тумбочке, в которую побросала свои консоли и еще какие-то приблуды, назначение которых не понимали, наверное, даже эрудроиды. — Пакуй чемоданы, Блейдик, мы съезжаем! — заявила она между делом. — У меня нет чемоданов, — напомнил он. В отличие от Волчка, Блэйд не брал с собой ничего, кроме меча. И меч он всегда носил при себе. — Наши личности все-таки не прошли проверку? Стоило уточнить, ожидать ли проблем от персонала. — Да нет, — отмахнулась девчонка, торопливо распихивая гаджеты по карманам. — Местных правоохранителей можно не бояться. У меня с Жемчужинкой все чики-пуки. А вот чертов Дань Хэн рыскает по городу и ищет тебя. Хрен знает, есть ли у нас вообще время, чтобы смыться… — Так может, пусть он меня найдет, — философски проговорил Блэйд. Волчок прервала свои сборы и одарила Блэйда взглядом, от которого кровь в жилах стыла. — Мне казалось, вы с Кафкой договорились, — медленно и раздельно произнесла она. Блэйд уже открыл было рот, чтобы сказать, что ему плевать. Да и обещал он не искать Дань Хэна сам. Но, взглянув на Волчка, вдруг осекся. Тощая маленькая девчонка. Волчок могла быть непревзойденным мастером технологий, владеть любым оружием, но она все еще оставалась возмутительно хрупкой. Светлячок могла укрыться за железной броней меха. Кафка могла остановить Блэйда одним лишь словом. Но если Волчок окажется рядом с ним, когда Блэйд впадет в безумие, он попросту размажет ее. Что это крошечное существо могло ему противопоставить? И почему так жутко от мысли, что она умрет?.. Блэйд сбился со счета, скольких он успел убить. Он давно должен был привыкнуть. Но отчего-то сознание его отвергало саму мысль о смерти этой девчонки. — Ладно, — вздохнул Блэйд. — Мои транквилизаторы при тебе? — Где-то тут валялись, — отозвалась Волчок. Она уже снова едва ли не с головой забралась в тумбочку, чтобы достать мелочи, которые завалились особенно далеко. Блэйд досадливо скрипнул зубами. Только что Волчок пеняла ему на нарушение слова, данного Кафке, а сама ведет себя так беспечно? Она вообще понимает, в каком положении находится?! Она умрет, если не будет соблюдать осторожность!.. Она умрет, а ты останешься жить. Вечно… Блэйд зарычал сквозь зубы и широким шагом двинулся к девушке. Она должна была понять, осознать опасность, которая ей грозит. Кровь неслась по телу жидким огнем и пульсировала в ушах. В голове трещал белый шум. Мир будто бы замедлился. Вот он хватает Серебряного Волка за плечо и разворачивает к себе. Девушка говорит что-то, но Блэйд не слышит. В ушах бьется горячая кровь, сливаясь со звоном клинков. Что он делает? Точно Волчок… транквилизаторы… она… Она заносит руку и бьет Блэйда по щеке. Звонко. Хлестко. Она кричит. Люди кричат. Сотни людей. Сотни клинков звенят сталью, сталкиваясь друг с другом. В небе ревет дракон. Он рычит. В драконьем рыке слышится смех… Блэйд рычит. Его противник исчезает из рук и вновь возникает у него за спиной. Но лишь едва успевает коснуться. Блэйд не чувствует удара. Не чувствует укола. Его противник такой хилый, что даже смешно. И Блэйд скалит клыки в безумной ухмылке, когда сжимает его шею. Он не замечает, как чужие ногти царапают его ладонь, увязая в плоти. Три… Два… Один… Взор застилает алая пелена. Земля уходит из-под ног. Звон клинков сливается в плотный беспросветный гул, и Блэйд проваливается в темноту. Это не смерть, он знает. Но очень похоже на смерть. Блэйд улыбается этой мнимой смерти. Она несет покой… *** Когда он очнулся, солнце уже клонилось к закату. Блэйд лежал на полу, посреди номера в мотеле. В голове было пусто, затылок гудел. Что произошло? У него опять был приступ безумия?.. Волчок! Мысль обожгла сознание и заставила Блэйда рывком подняться. Где Волчок? Она в порядке? Жива? Никаких тел на полу, кроме его собственного, не было, и Блэйд принялся озираться по сторонам. В ушах снова зашумело. Но Волчок быстро нашлась. Она сидела верхом на своей злополучной тумбочке и выглядела вполне живой. Только на шее красовался здоровенный уродливый темный след от его руки. Блэйд выругался сквозь зубы и отвел глаза. — Что, стыдно? — с вызовом вскинулась Волчок, устремив к нему обиженный взгляд и воинственно скрестив руки на груди. — Вот и правильно, что стыдно! Только посмотри, какой стремный синяк ты мне поставил, уебок! Блэйду не было стыдно. Он злился. На себя разумеется. Как он вообще мог такое допустить? — Держи транквилизаторы под рукой. Всегда, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — И не полагайся на свои дурацкие штучки с программированием реальности. Это медленно. — Чего?! — вот тут уже Волчок разозлилась. — Хочешь сказать, я медленная?! — воскликнула она, соскочив с тумбочки и нависнув над ним, крепко уперевшись ногами в пол. — Да я самый быстрый хакер во вселенной! Блэйд поморщился и закусил губу изнутри. Ее голос был слишком громким. Почти как звон клинков… надо держаться. Нельзя так бестолково потратить все транквилизаторы. — Я не хотел уязвить твою гордость, — попытался объяснить он, изо всех сил стараясь удержаться в реальности. — Просто я быстрее. В следующий раз отрезай голову. Успеешь сбежать, пока восстанавливаюсь. Голос Блэйда звучал ровно и немного хрипло. И на шутку его слова ни разу похожи не были. Волчок невольно вздрогнула, и весь ее запал разом куда-то исчез. — Ты совсем поехавший… — пробормотала она, отведя глаза. Смотреть на Блэйда вдруг отчего-то стало жутко. — Естественно, — все так же ровно ответил он и нетвердо поднялся на ноги. После транквилизатора тело все еще было немного ватным. — Ладно, я… наверное, бить тебя было плохой идеей… — совсем стушевалась Волчок. — Просто ты схватил меня ни с того ни с сего!.. Блэйд поморщился и не стал ничего отвечать. С тех пор, как он примкнул к Охотникам за Стелларонами, у него не сносило башню с одного удара. Он вполне мог держать себя в руках вплоть до трех минут активного боя. Но здесь, в этом мире, пропитанном Изобилием, безумие накатывало волнами безо всяких причин. А еще Кафка была слишком далеко. Уже очень давно Блэйд не чувствовал себя настолько близко к грани. И о чем только думал гребаный Элио, отправляя их с Волчком вдвоем? Ах да, он ни о чем не думал. У него же есть его гребаный сценарий. Зубы во рту так и скрипели от злости. В основном, от злости на себя самого. Сценарий Блэйда был пуст. Это Волчок была здесь, следуя указаниям Элио. Сам он мог просто отказаться и от ее сомнительной подработки, и от поездки в Двумерию в принципе. Но Блэйду даже в голову не пришло принять хоть какое-то решение. Он слишком привык быть лишь клинком в чужих руках. И вот теперь Волчок оказалась заперта в этом мире вместе с чудовищем и пятью никчемными инъекторами с транквилизатором. Уже четырьмя. Проклятье… *** Покидая мотель, Волчок сгрузила все свои приблуды в рюкзак и закинула его на плечи. Рюкзак на ее фоне казался таким большим, что это было почти комично. И зачем только она таскала с собой весь этот хлам? Разве не достаточно одной игрушки? Зачем брать с собой целую гору? — Давай сюда свое барахло, — предложил Блэйд со всей вежливостью, на которую только был способен, и протянул руку. — Не парься, Блэйдик! — бодро отмахнулась Волчок. Она уже успела прийти в себя и, похоже, даже не обижалась. Только уродливый след на шее все еще напоминал о случившемся. — Если устану, просто закину все в инвентарь. — Куда? — не понял Блэйд. — Ин-вен-тарь, — по слогам повторила девчонка и усмехнулась. — Подпространство, в котором хранится все снаряжение. В старых играх оно зачастую не имело веса, так что я позаимствовала эту чудесную особенность. Ты просто создаешь отдельную… Она углубилась в пояснение тонкостей работы инвентаря, и Блэйд перестал слушать. Это произошло будто бы само собой. Сознание отсекло голос Волчка как фоновый шум. Но Волчку, похоже, было без разницы. Она самозабвенно продолжала объяснять что-то, не обращая ни малейшего внимания на своего слушателя. Блэйд молча шагал рядом, внимательно следя за окружением. Он лишь иногда вылавливал отдельные фразы из увлеченного монолога своей спутницы. Все они звучали совершенно бредово. Что-нибудь вроде “в легенде о кирине в инвентаре черт ногу сломит”, “в длинной дистанции надо перейти из окна в окно, оттуда в другое окно и все для того, чтобы попасть в окно” или “а в теологусе можно засовывать в рюкзак с десяток бочек, потом десяток рюкзаков в сундук, и вот этот сундук уже телепортируешь в противника — ультимативное оружие”. Внимание он обратил, когда Волчок заговорила о каком-то призрачном забеге. — Я вынесла всех, меньше, чем за минуту! — говорила Волчок. — Лучший результат по вселенной, между прочим. У меня такой отрыв, что никто даже не верит, что я без читов это сделала! А ты еще говоришь, что я медленная… — У тебя быстрые пальцы и мысли. Но все остальное медленное, как у ребенка. Тебе надо научиться работать ногами и корпусом, — проговорил Блэйд. Волчок, не ожидавшая, что ее монолог прервут, по инерции говорила еще минуты две, прежде чем поняла, что Блэйд что-то сказал. — Чего? — переспросила она, прервав последнюю фразу на середине. — Есть какие-то игры, которые задействуют ноги? — спросил Блэйд вместо ответа. Он просто не смог придумать другого способа заставить эту помешанную геймершу тренироваться. — Ну… — Волчок всерьез задумалась, потирая пальцами подбородок. — Гений танцпола? Мне она не особенно нравится, но в целом это тоже игра… — Покажи, — потребовал Блэйд. — Ты серьезно? — девушка неверяще усмехнулась. Блэйд в ответ только кивнул. Сам он учился иначе. Но его путь не был единственным. Волчок никогда не сражалась силой собственного тела, однако реакция у нее и правда была отличная. А значит, развить собственное тело и в играх можно. — Ну ладно, — хмыкнула Волчок и резко свернула вправо. — Идем тогда. В принципе, там и поспать можно будет, раз уж такое дело. Блэйд не стал уточнять где “там”, а просто молча пошел следом. Ему было не важно, где спать. Она привела его к какому-то подвалу с неоновой вывеской, такой яркой, что глазам делалось больно. Внутри царил полумрак, непрестанно прорезаемый такими же яркими разноцветными лучами. А по всей площади подвала стояли игровые автоматы, атакуемые шумными подростками. Какофония звуков вокруг врезалась в разум железными сверлами. Блэйд изо всех сил старался абстрагироваться, но в шуме все равно слышались предсмертные крики и звон мечей. А яркие цветные вспышки прерывались помехами и выхватывали пятна крови и чудовищные лики мерзостей, поросшие алыми цветами… — Блэйдик, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Волчок, ухватив его за рукав и заглянув в лицо. Блэйд поймал себя на том, что сжимает переносицу пальцами. — Шумно, — коротко пояснил он. — Сейчас, — с серьезным видом сказала девушка и сняла со своей шеи голубые наушники. Волчок встала на носочки и вытянула руки вверх, чтобы водрузить их Блэйду на голову, но ей все равно едва хватило роста. Амбушюры мягко объяли ушные раковины, и какофония стихла. Губы девушки шевельнулись, но Блэйд не услышал ни слова и растерянно нахмурился. Волчек моргнула, засмеялась беззвучно, а потом коснулась наушников пальцами. — Теперь слышишь? — спросила она. — Я настроила их на свой голос. Тут отличные шумодавы, но, соответственно, в них нихера не слышно. — То, что надо, — кивнул Блэйд, с облегчением ощутив, как безумие отступает. — Здесь эта твоя игра? — Ага! — радостно подтвердила Волчок и потащила его за рукав вглубь толпы. — А здесь не слишком людно для тех, кто в розыске? — Ой, брось! — Волчок беспечно отмахнулась, с прискоком шагая вперед. — Здесь всем плевать и на СМИ, и на розыск. Эти ребята приходят сюда, чтобы найти черный ход из реальности. Даже явись сюда безымянные, никто не обратил бы внимания. При упоминании безымянных, Блэйд невольно поморщился. Он огляделся вокруг. Юноши и девушки липли к игровым автоматам, кричали, вскидывали руки. Казалось, они не замечали ничего вокруг, кроме игр, полностью поглотивших их сознание. Если бы Блэйда кто-нибудь спросил, он бы сказал, что все они были безумны. Но его никто не спрашивал. Все они были одеты пестро и небрежно. Все они были юны. Едва ли кто-то из делегации Сяньчжоу смог бы здесь затеряться… как и сам Блэйд, впрочем. — Думаю, я слишком стар, чтобы слиться с толпой, — невесело усмехнулся он. Волчок громко рассмеялась и развернулась на каблуке к нему лицом. — Ой, не переживай, Блэйдик, ты еще очень даже ничего! — заявила она. Почему-то это не было похоже на насмешку. Блэйд поджал губы и покачал головой. Ему казалось, что Волчок слишком уж беспечна. Но что бы он не думал, на них двоих действительно никто не обращал внимания. А сама хакерша и вовсе выглядела так, будто бы всю жизнь сутками торчала в этом месте. Вот уж кто действительно мог здесь затеряться. Она привела Блэйда к странного вида автомату. В целом, он выглядел почти так же, как все остальные: высокий железный ящик с экраном, оклеенный со всех сторон пестрой пленкой, от которой рябило в глазах. Прямо над экранов красовалась светящаяся надпись “гений танцпола”. Но было и различие. Прямо перед автоматом был установлен небольшой подиум, с изображенными на нем стрелками разных цветов. Стрелки эти расходились от центра в разные стороны. Блэйд хмуро уставился на автомат, пытаясь понять, что все это значит. Гений танцпола явно не пользовался популярностью. Если остальные автоматы были буквально облеплены подростками и не оставались надолго без дела, то вокруг этого автомата сформировался некий вакуум. Да и сам он стоял в стороне у самой стены в дальнем углу подвала, будто бы его подготовили на выброс. — Вот он, памятник древних эпох! — проговорила Волчок с какой-то странной интонацией в голосе. Не ностальгия, но что-то очень похожее. Блэйд привык к тому, что памятники древних эпох выглядят несколько иначе. Более… величественно, что ли? Ну или хотя бы больше размером. Но спорить он не стал. В конце концов, у каждой культуры были свои памятники. — Как в это играть? — уточнил он, буравя автомат пристальным взглядом. — Ты что, реально хочешь попробовать? — Волчок ехидно усмехнулась. — Блэйдик, и ты от нас это скрывал? — Проверю, подойдет ли он, — возразил Блэйд, проигнорировав ее насмешку. Пускай смеется. Если эта штука и правда может научить Волчка лучше двигаться, ему было без разницы. — Ну ладно, — протянула девчонка, продолжая посмеиваться, и подошла к автомату. Платить за игру она, разумеется, не собиралась, и потому просто взломала его, чтобы запустить игру. На экране открылось пестрое мерцающее меню с множеством строк. — Все просто, — проговорила Волчок, коварно глянув на Блэйда и выбрав что-то на экране. — Встаешь на середину подиума и жмешь “пуск”. На экране будут появляться стрелочки. Тебе нужно будет успевать вставать на соответствующие панели на подиуме в том же порядке, пока стрелки не пропали. Вообще тут музыка играть будет, и ты, вроде как, танцуешь под нее. Ну типа. Могу настроить наушники, чтобы ты ее слышал. — Лучше без шума, — возразил Блэйд и решительно встал на подиум. — Можно начинать? — Ага, — хмыкнула Волчок с нескрываемым ехидством и отошла в сторону. Он нажал на пуск. На экране и правда появились стрелки. И соответствующие панели на подиуме подсвечивались. Проще простого. В начале Блэйд подумал даже, что это ерунда какая-то, и для тренировок совершенно не годится. Игра была такой медленной, что успевать переставлять ноги можно было даже не просыпаясь. Но секунд через тридцать она стала пободрее. Появились панели, на которые надо было вставать одновременно, прыгать на месте, или даже использовать руки, потому как три панели загорались разом. Это все равно не заставило Блэйда напрячься, но, по крайней мере, он счел, что у игры есть потенциал. — Браво! — воскликнула Волчок, когда игра закончилась, и на экране замельтишили какие-то цифры и салюты из конфетти. Обернувшись, Блэйд увидел, что она хлопает в ладоши, хотя звука по-прежнему не слышал. — А ты хорош, — заявила девчонка с каким-то уважением даже. — Я думала, ты еще на первом припеве в ногах запутаешься. — Медленно, — покачал головой Блэйд. — Эту штуку можно сделать быстрее? Лицо Волчка так и вытянулось, а глаза ее удивленно расширились. — Ты прикалываешься? — вскинула бровь она, уперев руки в бока. — Я тебе самую ебануто-быструю композицию поставила. Ты вообще в курсе, что кроме меня, ее во всей вселенной только шесть человек пройти без ошибок смогли? — Очевидно потому, что воины не играют в автоматы, — фыркнул Блэйд и повторил снова: — Сделай быстрее. — Ну ладно, — Волчок засучила рукава куртки до локтей и двинулась к автомату с таким видом, будто шла в бой. В глазах ее появился азарт, а ухмылка стала опасной. Она бесцеремонно отодрала боковую панель автомата. Блэйд тревожно огляделся по сторонам, но никто даже теперь не обратил на них вниманимания. А Волчок тем временем покопалась внутри, достала какой-то инструмент, будто бы прямо из воздуха, выругалась сквозь зубы, пнула автомат, снова покопалась внутри и с победоносным видом отряхнула ладони друг о друга. На носу ее остался грязный след от пыли, а из волос торчало что-то, отдаленно похожее на отвертку. — Готово! — с вызовом заявила она, азартно глянув на Блэйда. — Я выжала из этой рухляди все, что можно. Еще немного, и она в космос улетит. Посмотрим, как теперь ты справишься! Блэйд только кивнул в ответ и повернулся обратно к экрану. Ему нравился настрой Волчка. Все-таки было в этой девчонке что-то от воина. На этот раз стрелки и правда замелькали быстрее. Блэйду не сложно было поспевать за ними, только глаза немного болели от ярких вспышек на экране. Но когда он понял, что к каждой панели на подиуме подается энергия, когда на нее нужно поставить ногу, Блэйд просто закрыл глаза. Он мог ощутить эту энергию, не пользуясь зрением. В целом он даже готов был согласиться с тем, что и ему подобная тренировка может оказаться полезной. — Пойдет, — заключил он, когда очередная игра закончилась, и повернулся к Волчку. — Это не заменит боевые техники, но ты хотя бы научишься координировать тело и разовьешь ноги. Волчок таращилась на него, раскрыв рот и округлив глаза так, что те грозили вывалиться из орбит. — Ты как это сделал, демонюга?.. — отрывисто проговорила она. — Я твои ноги ваще видеть перестала. Ты когда-нибудь про законы физики слышал?.. Блэйд пренебрежительно фыркнул. — Если не можешь даже этого, тебе не стоит оставаться со мной на одной планете, пока Кафки нет рядом, — хмуро заявил он. — Тренируйся. Волчок гулко сглотнула и неосознанно подняла ладонь к шее, где все еще виднелся здоровенный синяк. А потом лицо ее вдруг переменилось. Брови клином съехались к переносице, глаза опасно сверкнули, а губы растянулись в задорном оскале. — Даже не надейся, что я тебе уступлю! — заявила она. — Игры — это моя территория. Никто не обойдет меня в них! Блэйд только пожал плечами и шагнул с платформы. — Так обойди меня, — сказал он и отошел в сторону. — Кстати, ты собиралась спать прямо здесь? — А, ну да, — отозвалась Волчок, немного растерявшись от внезапной смены темы. — Думала, перехватить пару часов до вечера, пока время есть… Блэйд кивнул и улегся прямо на пол за автоматом у стены, не придумав ничего лучше. — Разбуди, как решишь уйти, — сказал он, скрестив руки на груди, и закрыл глаза. Заняться ему было все равно особо нечем, а мигающий свет и мельтешащая толпа здорого раздражали. Так что он счел за лучшее перестать все это видеть. — Эй! — возмутилась Волчок и ощутимо пнула его по руке. — Ты что, даже не посмотришь, как я тебя обыграю?! — Как обыграешь, так и поговорим, — флегматично отозвался Блэйд, не открывая глаз. — Тренируйся. Волчок рыкнула обиженно, но спорить не стала. А через какое-то время Блэйд услышал ее приглушенную брань. Потом еще и еще… похоже, девчонка и правда прилежно тренировалась. Под отборную ругань Волчка, которой позавидовал бы бывалый заключенный, Блэйд сам не заметил, как действительно задремал. *** Проснулся он от того, что ощутил чужое присутствие рядом, и инстинктивно потянулся к мечу. Но приоткрыв глаза, Блэйд понял, что это всего лишь Волчок. Девчонка умостилась рядом, подтянув к себе колени и кое-как облокотившись спиной на стену. Она натянула на голову капюшон своей нелепой коротенькой курточки так, что тот закрывал лицо до самого носа, и теперь неуклюже пыталась устроиться поудобнее, шипя сквозь зубы всякий раз, как шевелила ногами. — Ты что делаешь? — поинтересовался Блэйд. — Пытаюсь поспать, не видишь что ли? — сердито огрызнулась Волчок и в очередной раз зашипела. Она явно была не в духе. Похоже, тренировка прошла не так успешно, как Волчок хотела. Но Блэйд и не ожидал, что она достигнет вершин сразу. В конце концов, она привыкла работать головой, а не ногами. Блэйд посмотрел немного на ее тщетные попытки сесть удобно, вздохнул и приподнялся на полу. Самому ему было плевать на то, что бетонный пол подвала был холодным, как лед. Но Волчок, если бы легла здесь, наверняка застудила бы себе почки в своей микроскопической курточке и шортах, которые от нижнего белья отличались только названием. Так что Блэйд пожалел девчонку. У нее и так ноги после тренировки болеть будут. Если она не расслабится, то, вполне возможно, вообще встать не сможет. Он стянул с плеч свой плащ, осмотрел его критически, сам себе кивнул и лег обратно. — Ложись, — велел Блэйд, похлопав по собственной груди. — Ч-чего? — Волчок уставилась на него, чуть отшатнувшись назад. Она даже забыла о своей злости. — В… смысле?!.. Блэйд устало закатил глаза. — Так сможешь вытянуть ноги, не застудив задницу, — терпеливо пояснил он. — Дважды предлагать не буду. Волчок нервно усмехнулась и огляделась по сторонам, будто бы боялась, что кто-нибудь увидит это непотребство. Но всем было по-прежнему плевать и на них и на древний танцевальный автомат, которому хакерша даже боковую панель так и не поставила на место. Подростки были полностью поглощены своими играми, шумом и мерцанием света. В их сторону никто даже не смотрел. И все же Волчок не смогла побороть смущение так легко. Хотя ноги и правда горели и отзывались болью при каждом движении. Она вообще не была уверена, что за всю жизнь двигала ими так много, как за последний час. Вытянуть и расслабить их хотелось просто безумно. И она с кайфом растянулась бы на полу прямо как Блэйд. Если бы не почувствовала угрозу цистита, стоило только присесть на бетонный пол. Поэтому теперь она пыталась кое-как умостить жопу на запятниках ботинок, за что перетруженные ноги не сказали ей “спасибо”. Волчок с сомнением глянула на Блэйда, который по-прежнему ждал ее решения, держа в руке собственный плащ. На невъебенно крутого Блэйда, который выглядел как сраная фотомодель из женских журналов и дал бы фору любому бодибилдеру. На ебаного Блэйда, который не мог договориться с собственной головой, не интересовался ничем, кроме смерти и Дань Хэна, а саму Волчка явно считал ребенком. На проклятого Блэйда, который безо всякой задней мысли предлагал ей сейчас поспать у него на груди с таким видом, будто это было в порядке вещей. Даже в лице не переменился, засранец! — Ты в курсе, как это выглядит вообще? — пробормотала она, сильнее натянув капюшон на голову, чтобы скрыть смущение. — Мне плевать, — флегматично ответил Блэйд. — Ты будешь ложиться или нет? Волчок еще раз оглянулась на подростков, которым не было до них двоих никакого дела, потерла ладонями перетруженные икры, умолявшие об отдыхе, и сдалась. — Имей в виду, одно лишнее движение, и я вгоню тебе все оставшиеся транки разом, — проворчала она, кое-как подползая ближе и поскуливая каждый раз, как двигала ногами. — И останешься без защиты до конца задания, — напомнил Блэйд. — Уймись. Я не пристаю к детям. — Да пошел ты! — ответила Волчок и отвела взгляд. В голосе ее звучала самая настоящая обида. Но почему-то она не стала говорить, что она давно уже разменяла третий десяток. Вообще лежать на Блэйде было не особенно удобно. Хоть он и был широк в груди, Блэйд оказался твердым, бугристым и вообще не особенно пригодным для сна. Но зато он реально был теплым. Еще и укрыл Волчка сверху своим плащем, успевшим нагреться от тела. Волчок кое-как пристроила свои многострадальные ноги, подложила руку под голову и вздохнула. Пряжка ремня блэйда неприятно упиралась в живот, но Волчок скорее откусила бы себе язык, чем попросила бы его убрать ее. — Если в интернете появится хоть одна наша фотка, я тебя убью, — ворчливо пообещала она. — Обещаешь? — усмехнулся Блэйд где-то у нее над головой. — Завались, придурок, — пробубнила Волчок Блэйду в грудь. — Спи давай, — отозвался он. — Закат уже скоро. Волчок слабо верила в то, что ей действительно удастся поспать. К шуму-то она привыкла. Когда-то давно вся ее жизнь проходила в подобном месте. Но вот спать лежа верхом на Блэйде… такое с ней определенно было впервые. Но, по крайней мере, хоть ноги отдохнут. Волчок не могла не воспринимать выходку Блэйда как вызов. Уж в чем в чем, а в игровых автоматах ее никогда никто не мог победить. Она бы в лепешку разбилась, чтобы отстоять свое место лидера. Вот только ноги отказали раньше. Волчок целый час воевала с автоматом, но так и не смогла пройти даже до конца первого куплета на той же скорости. Вот дернул же ее черт увеличить скорость в пять раз! Но теперь дороги назад уже не было. Она обязана поставить новый рекорд, чего бы ей это ни стоило. И где-то в глубине души вновь появилось это волнующее чувство. Наконец-то достойный противник. Наконец-то игра стала интересной… Она даже не заметила, как уснула. *** Было еще темно. Инсину не нужно было открывать глаз, чтобы понять это. Да и Дань Фэн еще даже не думал вставать, похоже. Лежал, пригревшись у него на груди, и даже не думал просыпаться. Наверное, до рассвета еще очень далеко. А значит, можно еще немного подремать. Инсин улыбнулся, не раскрывая глаз, и провел ладонью по спине своего дракона. Почему-то сегодня он казался особенно тонким и хрупким. Сам Инсин менялся с годами. Но Дань Фэн оставался все тем же изящным юношей, что и в первую их встречу. Иногда Инсин гадал, сколько времени еще им суждено провести вместе. Нет, он не желал себе судьбы долгоживущих. Инсин никогда не хотел прожить чуть дольше. То, что он все еще жив после стольких сражений, само по себе было чудом. И все же он хотел бы… хотел бы, чтоб Дань Фэн не оставался один… — Какого хера, Блэйд? — хрипло пробормотал Дань Фэн. — Я тебе сейчас этот сраный инъектор в задницу засуну… Инсин нахмурился и невольно замер. Что… происходит?.. О чем говорил Дань Фэн? Ему что-то снится? Да и голос его… нет, это точно не был голос Дань Фэна. Этот голос был… женским?! Инсин в панике распахнул глаза и отдернул руки, которыми только что ласково гладил спину Дань Фэна и перебирал его волосы. Никакого Дань Фэна перед ним не было. На груди у Инсина спала какая-то девчонка, закутавшись в его плащ. Нет-нет-нет-нет! Как такое возможно?! Он что, натворил глупостей по-пьяни? Черт, надо было слушать Цзин Юаня, когда тот бранил его за пьянство. Что теперь делать-то?! Самое скверное, что Инсин нихрена не помнил о прошлой ночи, хотя и не ощущал похмелья. Он даже не знал, где оказался! Вокруг был полумрак, мелькали цветные огни, а под спиной ощущался холодный камень. Девчонка тем временем подняла голову и устремила на Инсина хмурый сердитый взгляд. Она выглядела весьма юной. Светлые волосы, окрашенные голубым на концах, растрепались. На щеке отпечаталось красное пятно там, где она прижималась к его груди. Успокаивало лишь то, что девушка была одетой. Относительно одетой… — Прости, юная госпожа, — осторожно начал Инсин, тщательно выбирая слова и улыбаясь настолько обаятельно, насколько мог, чтоб не усугубить ситуацию, — но я совсем не помню, что было вчера. Похоже, выпил лишнего. Не скажешь, где мы сейчас? — Блэйд, ты охуел? — мрачно спросила девица. — Эм… — Инсин клял себя, на чем свет стоит. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя настолько глупо. И что за “Блэйд” вообще? Он что, так назвался? Вот ведь позорище. А еще вспомнить совершенно ничего не удавалось. Хотя лицо девицы было как будто бы смутно знакомым. Хотя… не удивительно, раз уж они провели ночь вместе… проклятье! Как ему теперь Дань Фэну в глаза смотреть?! Про Инсина, конечно, всякие разговоры ходили. И в юности он действительно был тем еще повесой. Но после встречи с Дань Фэном все изменилось. Инсин никогда даже не помышлял о том, чтобы предать его таким вот вульгарным образом. Да вообще никаким образом! Как же он допустил подобное?.. А девица посверлила немного его растерянное лицо сердитым взглядом и озадаченно приподняла бровь. — Блэйд, ты норм ваще? Что с тобой? Да, похоже, он назвался Блэйдом. Зачем, интересно. Но вряд ли стоит спрашивать девушку об этом. Пожалуй, лучше не болтать лишнего… — Ничего такого, госпожа, — заверил он, стараясь заставить свою улыбку выглядеть натурально. — Всего лишь перебрал немного… — Это нихрена не смешно, блядь! — завопила девица почти испуганно и поднялась, уперевшись руками в его грудь. Инсин осекся и растерянно замер. Похоже, его попытка вести себя непринужденно дала прямо противоположный эффект. Девушка напряглась вся, а в глазах ее проступила паника. — Ты меня узнаешь? — требовательно спросила она, приблизив к нему свое лицо. — Сука, Блэйд, если это какой-то тупой розыгрыш, я тебе горло перегрызу нахуй! Инсин растерянно икнул. Он, конечно, и сам не привык стесняться в выражениях, но такой брани без повода даже от Байхэн не слышал. — Прошу, давай не будем переходить к крайностям, — осторожно проговорил он. — Прости, если оскорбил тебя чем-то, юная госпожа, но… Он вновь осекся, увидев, как глаза напротив расширились, и теперь в них был натуральный ужас. — Блэйд, — непослушными губами проговорила девушка, — пожалуйста, скажи, что помнишь меня. В голос ее пробрались предательские плаксивые нотки, а к глазам подступили слезы. — Не шути так, слышишь? — слабо попросила она. Инсин совершенно перестал понимать, что делать. С чего она вдруг так расстроилась-то?! Он наобещал ей чего-то? Он отчаянно пытался вспомнить, что было вчера, но в голове был лишь белый шум. И смутное ощущение того, что он действительно знает эту девушку, и довольно давно. Но откуда?! Кто она вообще такая?! Нет, он больше в жизни не возьмет в рот ни капли. Ничего, крепче чая! Ничего, кроме родниковой воды, черт возьми! — Прости, юная госпожа… — снова начал было он, в надежде успокоить девицу и узнать у нее хоть что-нибудь, но девушка шарахнулась от него, как от прокаженного. — Прекрати, блядь! — взвизгнула она. — Блэйд, ебаная ты залупа, если ты сейчас же не придешь в себя, я тебя, сука, налысо обрею и запущу стрим, как ты срешь, понял?! Инсин нихрена не понял. Он настолько нихрена не понял, что даже рот больше раскрывать не решался. А девушка тихонько заскулила от отчаяния и схватилась за голову. — Блядь, блядь, блядь, блядь, — причитала она, — Кафка, сука, как ты, нахуй, живешь с этим?! Если еще хоть раз нас Элио вдвоем куда-то отправит, я ему его сценарий в жопу засуну! Инсин нахмурился. Слова этой несдержанной в выражениях девицы звучали как полный бред, но почему-то вызывали ощущение смутного узнавания. Элио? Сценарий? Кафка?.. Реальность мигнула и пошла помехами. Почему эта девушка назвала его Блэйдом?.. Ответ казался очень важным, но Инсин никак не мог понять, почему. В голове шумело… чей-то голос звал его и шептал о вечности… Наверное, эта штука, которая плотно охватывала его уши, создавала такой шум… Инсин стянул с головы непривычный предмет. Что это? Наушники?... В сознание тут же ворвалась дикая какофония звуков. Крики, шум, звуки выстрелов, музыка… Он содрогнулся всем телом, едва не скинув девчонку с себя, и резко обернулся. Чуть в стороне от него бесновалась толпа подростков. От обилия цветных вспышек рябило в глазах. Волчок что-то кричала ему, но слов было не разобрать… Точно. Ее звали Серебряным Волком… Блэйд поспешно натянул наушники обратно на голову, чтобы прервать нестерпимый шум, и голос Волчка тут же врезался в уши. —...это, блядь, ваще нихуя не смешно! Ты, сука, слышишь меня?! Блэйд, мать твою!.. По щекам ее текли слезы, а голос дрожал от паники. Блэйд поморщился и сжал переносицу пальцами. Слишком громко. — Волчок, будь тише, — попросил он, пытаясь закрепить сознание в реальности. Мысли путались от всполохов разноцветного света. — Блэйд? — несмело переспросила она. — Ты узнаешь меня? Помнишь, кто я? — К сожалению, — пробормотал он. — Сукин сын, я тебя убью! — снова заорала она, а потом совершенно нелогично бросилась ему на шею и расплакалась. — Это что, нахуй, было вообще?! Еще раз так сделаешь, я тебе меч твой в задницу засуну и скажу, что так и было! — Прости, — Блэйд снова поморщился. От воплей Волчка у него разболелась голова, но винить ее в этом он не мог. Прежде они редко работали вместе. Столкнуться с безумием на практике совсем не то же самое, что знать о нем. Наверное, стоит объяснить ей. — Это был Инсин, — сказал он, не зная, как вообще донести информацию. — Вот только не надо затирать мне тут про раздвоение личности! — сердито всхлипнула Волчок. — Меня Кафка ни о чем таком не предупреждала! Ты, блядь… — Это не раздвоение, — возразил Блэйд, пока Волчок опять не впала в матерный раш. — Прежде чем умереть и возродиться, я был им. Но моя память иногда путается. Я не собирался тебя пугать. Просто без Кафки… сохранять рассудок тяжело… Последние слова дались Блэйду с трудом. И не потому, что голова все еще раскалывалась. Просто признавать собственную беспомощность было мерзко. Сколько бы он не убеждал себя, что ему все равно, Блэйд ненавидел собственное безумие. И не хотел больше быть Инсином. Инсин давно умер. Блэйд не имел права быть им. — Прости, что тебе пришлось видеть это, — снова извинился он едва слышно. Волчок всхлипнула куда-то ему в шею и шумно подтянула сопли. — Ладно, — вздохнула она, пытаясь взять себя в руки. — Ты же не виноват, что шиз. Она отстранилась от него, наконец, и вытерла мокрое от слез лицо рукавом куртки. — И… мне тоже стремно, — пробормотала она, неловко отведя взгляд в сторону. — Разревелась тут как малявка, пересралась до чертиков, а ты всего-то улыбнулся с просонья. Не говори никому, ладно? — Ты малявка и есть, — насмешливо фыркнул Блэйд. Похоже, все снова было в порядке. — Мне двадцать шесть, вообще-то, — буркнула Волчок негромко и как-то особенно хмуро и поднялась на ноги. На Блэйда она старалась не смотреть. Блэйд, наблюдая за ней, лишь удивленно вскинул бровь. На вид он не дал бы Волчку больше пятнадцати. Но врать о возрасте было бы как-то глупо даже для нее. — Ну? Чего расселся? — грубо окликнула она и все же обернулась. — Поднимай жопу. Раз поспать не выйдет, надо делами заняться. — Двадцать шесть? — переспросил Блэйд, пропустив ее фразу мимо ушей. Волчок закатила глаза и скривилась. — Ну прости уж, что ростом не вышла, и плоская, как маленький аэродром, — язвительно выплюнула она. — Маленькая собака до старости остается щенком. Она сердито поджала губы, а потом вдруг как будто сдулась вся и махнула рукой. — Хотя ты-то несколько сотен лет уже живешь, — добавила она как-то удрученно. — Для тебя мы, наверное, все детишки. Блэйд моргнул и чуть склонил голову на бок. Волчка его слова… задели? Вот уж чего он не ожидал. Вообще, по хорошему, ему должно было быть все равно, но… — Я прежде был представителем маложивущего вида, — сказал он, сам толком не понимая, зачем. — К двадцати шести я уже был мастером-оружейником. И поставил на место долгоживущих ублюдков, которые считали, что мне и трех жизней не хватит, чтобы сравниться с ними. Прости, если оскорбил. Ты непревзойденный мастер своего дела. И не важно, сколько лет ты прожила, и как мало твое тело. Волчок сперва застыла, удивленно вытаращившись, а потом сузила глаза и с подозрением глянула на Блэйда. — Ты опять Инсин? — уточнила она скорее сердито, чем настороженно. — Я осознаю, кто я, и с кем говорю, — возразил Блэйд. Волчок вздохнула, потрясла головой и запустила пальцы в растрепанные волосы. — Хватит с меня на сегодня твоей шизы, — пробормотала она. — Пошли уже, пока я тоже не свихнулась тут. Блэйд поднялся на ноги и надел плащ. На этот раз он счел за лучшее промолчать. Они покинули, наконец, жуткий вопящий мельтешащий подвал, набитый подростками и игровыми автоматами. Никто так и не обратил на них внимание. Не стал свидетелем неприглядной сцены. Даже не заметил взломанный танцевальный автомат. Толпа подростков была полностью поглощена иллюзорным миром игр. Оказавшись на улице, Блэйд снял наушники и вернул их Волчку. Звуки улицы порвались в сознание, но не спутали его. Над городом уже воцарилась ночь. Волчок ковыляла рядом на негнущихся ногах. Ее рюкзак, набитый барахлом, куда-то пропал, но Блэйд не стал уточнять. Едва ли хакерша забыла бы про свои сокровища. Наверняка она просто убрала рюкзак в этот свой инвентарь. Удобно, на самом деле. А вот то, что она едва могла идти, было совершенно некстати. Все же Блэйду следовало проследить за ее тренировкой и остановить вовремя. Волчок явно не знала меры и не умела рассчитывать силы. Как и он сам, впрочем. Блэйд невольно усмехнулся собственным мыслям. — Чего ржешь? — обиженно буркнула Волчок, явно приняв усмешку на свой счет. — Вспомнил, каким придурком был, — честно ответил Блэйд. Волчок глянула на него как-то странно, а потом вдруг улыбнулась искренне. — Ты и сейчас придурок, — доверительно сообщила она. — А я думал, сейчас я шиз, — хмыкнул Блэйд, использовав ее выражение. — Одно другому не мешает! — фыркнула хакерша и как будто даже приободрилась — А вообще знаешь… когда ты был Инсином, это даже было мило. В смысле, ничего такого, не подумай! Просто… не знаю. Наверное, тогда ты был классным парнем. И явно знал толк в развлечениях! Она рассмеялась и покачала головой. Блэйд поморщился невольно. Хорошо, конечно, что Волчок вернула себе хорошее расположение духа, вот только самому ему совсем не нравилось это направление диалога. — Инсин давно мертв, — мрачно напомнил он. — Да, да, господин суицидник, — нарочито скучным тоном протянула Волчок и усмехнулась. — О чем бы ты там не фантазировал, ты сейчас определенно жив, уж прости. И тот парень, который лапал меня спросонья и перебирал мне волосы, тоже был вполне себе жив. И знаешь, что я тебе скажу? Я хочу, чтобы ты и дальше был жив. И думай об этом что хочешь, понял? Никому ты не должен быть мертвым. — Ты не понимаешь, — устало вздохнул Блэйд. — Да и насрать! — весело заявила Волчок. — Имей в виду, хрена с два ты сдохнешь, пока я не обставлю тебя в “гения танцпола”. Блэйд в ответ на ее слова лишь покачал головой. Да уж, вряд ли ему так повезет. Хотя чистый лист сценария и внушал надежды, Блэйд опасался, что выдает желаемое за действительное. — Как это вообще работает? — вдруг спросила Волчок. — Что именно? — уточнил Блэйд, чуть нахмурившись. Волчок говорила очень много и чаще всего совсем не по делу. Блэйд обычно относился к ее болтовне как к фоновому шуму. Так было спокойнее. Когда-то давно он знал такую же болтушку, которая трепалась дни и ночи напролет, бранилась, как пьянчуга в трактире, и никогда не оставляла его в покое. Непревзойденная летчица Байхэн… Блэйд знал ее пожалуй слишком хорошо. Он не хотел лишних ассоциаций и воспоминаний. Но если не слушать, то и старая память не тревожит. Вот только нить разговора слишком легко выскальзывала из рук. — Ну шиза твоя, — пояснила Волчок. — Я понимаю, что тебе вряд ли приятно говорить об этом, но знаешь, с учетом обстоятельств, мне лучше бы понимать, с чем я тут застряла. — Справедливо, — спокойно кивнул Блэйд. Вопрос и правда был разумным. Он попытался собраться с мыслями. Как это работает?.. В бою он терял рассудок довольно быстро, если Кафки не было рядом. Но приступы безумия случались с ним не только во время боя. И для Волчка именно такие случаи представляли наибольшую угрозу. Ведь к спонтанным вспышкам она совершенно не была готова. — Не могу сказать, с чего обычно начинается приступ, — проговорил он, старательно пытаясь собрать вместе все, что может оказаться полезным. — Чаще всего я не помню, что было перед приступом и во время. Когда Кафка возвращает меня, я как будто вырываюсь из воспоминания. Далекого и кровавого. Но для меня оно кажется реальнее, чем то, что происходит на самом деле. Я вижу другие места. Других людей… Там у меня нет союзников, только противники, поэтому любой, кто окажется рядом… — Это я поняла, — поспешно перебила его Волчок. Блэйд кивнул и с облегчением умолк. Ему не нравилось говорить о своих галлюцинациях. Казалось, стоит лишь вспомнить о них, и они вновь захватят разум. В ушах уже стоял отдаленный шум помех… — А там, в зале? — продолжила свой допрос Волчок. — Ты не впал в буйство в этот раз. — Иногда воспоминания просто путаются, — ответил Блэйд. — Я и сам не знаю, насколько часто. Если воспоминания не слишком далекие, то это не мешает. И к помехам я в целом привык. — К помехам? — хакерша недоуменно наморщила лоб. — В смысле, к препятствиям? — Нет. Помехи, — Блэйд нахмурился, пытаясь подобрать правильное слов. — Как белый шум. В них появляются голоса. И изображение как будто сбоит. Как на сломанной приборной панели. Волчок окинула его долгим внимательным взглядом и проговорила задумчиво: — Помехи, значит… Ну это уже звучит знакомо, — она тряхнула головой и бодро улыбнулась. — Может, я когда-нибудь смогу починить эту твою приборную панель. Взламывать разум я еще ни разу не пробовала, но звучит не как что-то невозможное. Блэйд плотнее сжал губы и едва сдержался, чтобы не вздрогнуть. Когда-нибудь… он слишком хорошо понимал, что значит это “когда-нибудь”. На 999 уровне Волчок могла перекраивать реальность как компьютерный код. Вот только саму ее уже нельзя было назвать человеком. Элио не просто так отнял у нее тот картридж. Однажды Волчок тоже могла обратиться чудовищем. — Оставь это, — сказал он, и голос его прозвучал резко. — Достаточно того, что я могу обернуться чудовищем. — Да чего ты сразу? — обиделась хакерша. — Я же сказала, когда-нибудь… Блэйд сделал глубокий вдох и долго выдохнул, заставляя себя успокоиться. — Не нужно, — попросил он, изо всех сил стараясь заставить свой голос звучать мягче, хотя получалось у него из рук вон плохо. — Нам надо всего лишь перетерпеть эту миссию. Дальше Кафка со мной справится. Не трогай картридж. — Да сказала же, не буду! — надулась Волчок и отвернулась, капризно поджав губы. Они шли в молчании некоторое время, и Блэйд уже поверил, что неприятный разговор окончен. Но он ошибся. — А часто ты бываешь Инсином? — снова заговорила Волчок. Она явно не собиралась слезать с этой темы. — Время от времени, — смиренно отозвался Блэйд, приняв свою участь. Обычно из состояния Инсина он быстро переходил в агрессивную фазу. Но если Кафка была рядом, она могла поддерживать “Инсина” вплоть до суток. Блэйд в этом состоянии навещал Цзин Юаня порой. Вернувшись к обычному состоянию, он всегда сожалел о содеянном и злился на Кафку. Но та твердила, что ему следует пополнять запас позитивных воспоминаний. И сколько бы Блэйд не просил ее не делать так больше, застав его Инсином, она обязательно подбивала его вновь совершать глупости. В какой-то момент Блэйд смирился и перестал препятствовать. В конце концов со словом Кафки бороться все равно было бесполезно. Кафке даже удалось достичь эффекта, при котором он осознавал себя и как Блэйд, и как Инсин одновременно. Похоже, ей просто нравилось играться с его разумом. Но это все равно было лучше, чем погрязнуть в безумии. Так что Блэйд терпел. — Похоже, Инсин был не дурак выпить, — хмыкнула Волчок, рассмеялась и принялась пародировать Блэйда: — Прости, юная госпожа!... Хах! Ну ты выдал! Юная госпожа! — Мы можем поговорить о чем-то другом? — процедил Блэйд, сжав пальцами переносицу. — Прости, прости, — торопливо извинилась хакерша, явно не чувствуя ни капли раскаяния. — Куда мы идем? — он решил, что безопаснее будет самому сменить тему, пока Волчок не захотела спросить о чем-нибудь еще. — А, да к тому детективишке, — тут же переключилась Волчок. — Маску он нам, конечно, не найдет, с этим и так все ясно. Но у меня и не было в сценарии ни слова про маску. Только про этого детектива и Общее желание. И он наверняка успел что-нибудь про них раскопать. Насколько мне известно, КММ наняли его для расследования резни в их штабе. Наверное… мы, типа, должны докопаться до правды? Честно, без понятия, что все это значит. В этот раз миссия какая-то странная. — Хм, — многозначительно отозвался Блэйд. На самом деле ему было плевать и на детектива и на местную банду. Но все лучше, чем обсуждать его безумие. — А в твоем сценарии что, правда совсем ничего не написано? — спросила тем временем Волчок. — Ни слова, — подтвердил Блэйд. — Повезло, — вздохнула она. — Считай, в отпуск съездил. Блэйд недобро хмыкнул. Радоваться подобному “отпуску” ему совершенно не хотелось. — Но вообще, — продолжила трещать хакерша, — я все равно рада, что меня отправили сюда. Знаешь, тут почти как дома. В смысле… ну ты понял. Блэйд не понял, но счел за лучшее не уточнять. Пускай себе болтает. — Знаешь, я когда-то жила в месте, похожем на тот зал автоматов. Там наверху была паршивая забегаловка, и я работала в ней… всем подряд работала, короче. А по ночам резалась в игровые автоматы в подвале… Она мечтательно улыбнулась и подняла взгляд к ночному небу. Пять шагов они прошли в молчании. Блэйду не было никакого дела до того, как Волчок жила раньше. Ему вообще не должно было быть до нее никакого дела. — Тебе понравилось в этом зале? — он не знал, зачем спросил об этом. Волчок рассмеялась тихо и склонила голову, пряча лицо. — Наверное, — проговорила она. — Придем туда снова, — твердо сказал Блэйд. Волчок вскинулась и удивленно посмотрела на него, но Блэйд смотрел только вперед. — Идет, — тихо согласилась хакерша, вновь отведя глаза, и улыбнулась. Они двинулись дальше к офису детектива. Но дойти до него так и не успели. Выйдя из проулка, Блэйд остановился, и Волчок, немного отставшая от него из-за негнущихся перетруженных ног, едва не налетела на своего товарища. — Какого… — начала было она, но осеклась, так и не закончив фразу. Из-за поворота прямо на них вышел Дань Хэн собственной персоной. Чертов дракон все-таки нашел их.