Часть 4. Глава 32. Тёмная Кайя
27 июня 2026 г., 16:07
Через несколько дней мышцы перестали меня предавать, и я уже могла дойти до библиотеки сама — под конвоем дининой паранойи, но сама.
Тогда-то и позвонила Джоди.
Тёмная Кайя — та, с копьём, из Плохого Места — вернулась. Сначала зарезала овцу и пастуха где-то под Су-Фоллс, ровно чтобы Джоди приехала разбираться, а потом забрала Джоди в заложники. Требование было простое: пусть Дин отдаст копьё. То самое, что он забрал у неё ещё тогда.
Пока братья собирались, я сидела в библиотеке и наблюдала картину, от которой у меня щемило в груди.
Кастииль и Джек играли в «четыре в ряд».
Со стороны — отец и сын. Кас, нахмурившись, обдумывал каждый ход так, будто решал судьбу мироздания. Джек кидал фишки почти небрежно — и выигрывал. Снова. И снова.
— Ты опять выиграл, — сказал Кас с тихим, искренним недоумением.
— Да, — согласился Джек без всякой радости.
В этом и был ужас. Он выигрывал, потому что ему было всё равно. Без души он играл идеально и не чувствовал ничего — ни азарта, ни досады, ни удовольствия. Прямо как отец и сын, — подумала я. И тут же: нет. Пока ещё нет. Но будет.
— Кас, — сказала я. — Не расстраивайся. Ты проигрываешь сыну. Это не считается.
— Я не расстраиваюсь, — сказал Кас.
— Расстраиваешься. У тебя бровь дёргается.
Бровь дёрнулась.
Тёмная Кайя рассказала остальное сама, когда её притащили в бункер. Плохое Место уничтожает Чак — то самое «расхламление», лишние миры под нож. Она пришла не за местью. Она пришла домой, а дома больше не будет.
Сэм, Дин, Джек и Тёмная Кайя ушли через разлом спасать настоящую Кайю — ту, что всё это время выживала там, среди тварей и пепла. Меня, разумеется, не взяли. Дин сказал что-то про «ты ещё на ногах не стоишь», что было неправдой процентов на семьдесят, но спорить я не стала.
Они вытащили оригинальную Кайю. Тёмная предпочла остаться и умереть дома — и я не стала бы её осуждать. Дом есть дом, даже когда он горит.
Кайю забрала Джоди — в Су-Фоллс, к Клэр. И, насколько я знаю, Клэр потом очень долго не выпускала её из поля зрения. Но это уже другая история, и слава богу, что хорошая.
