Не задалась неделька

— Не подумайте, я отрабатывал свое новое тело. Начал я плохо: сделал ставку на сенаторов, а те, ревнивые мудаки, убрали от меня с глаз долой своих жен и дочерей. Дамочками из кордебалета я просто брезговал: после выступлений они уединялись с солдатней за деньги, еду и чулки, и я наловчился по запаху узнавать, скольких удалось подцепить той или иной в очередной раз. Я не читал, но скажите, в мемуарах они писали, что все, как одна, были неверны своим женихам? Опять же, девчонки выживали, как могли, благодаря кордебалету, у них была работа и паек каждый день. Картер и Старк не заставили себя долго ждать и вернули меня к себе. — Ты с ними спал? — тяжело глядя на него, спросил Джек. — С Говардом, конечно. Пегги Картер была всего лишь женщиной, в армии, как впрочем, и повсеместно, царил… как там его, сексизм? Кроме того, у богатого Старка была отдельная большая палатка, деликатесы. Наконец, Пегги могла разве что сиськи мне показать, а Говард улучшал и создавал оружие для меня и моего быстро собравшегося отряда. Мэй вонзила вилку в свой пирог, яростно его кроша. — Я глупо флиртовал с Пегги, делая вид, что в свои годы девственник и не дам до свадьбы. Пегги делала то же, хотя я знал, что руководство армии хотело бы наладить производство суперсолдат окольным путем, раз уж Эрскин умер, а его записи оказались неполными. Так мы прикрывали друг друга. А потом… Стив замолчал. — Дальше, — велел Брок и был обожжен холодным взглядом льдистых глаз. — Дальше вы и сами знаете. Я упал, замерз, впал в анабиоз на семьдесят лет, был найден, разморожен, передан в руки современных солдат, чтобы те подтянули меня до своего уровня, за целых три недели. Промочив горло холодным элем, Стив взялся за кролика, одним нажатием на тушку разломив ту надвое. — Я ведь не сразу к вам попал. ЩИТ выделил мне меблированную квартиру в Бруклине, снабдив телефоном и стопкой инструкций к технике. Я их все прочел и запомнил, но сделал вид, что ничего не понял. Мне уже устраивали тест на сообразительность, сразу после пробуждения, и я этот урок запомнил. Эх, надо было продолжать бежать и скрыться в метро, но столько запахов, звуков, красок, ряби… я был сенсорно оглушен, растерялся. Сейчас я перестроился, но тогда… я просто не узнал улицу, по которой мчался, да и тело плохо слушалось. А машины стали на порядок быстрее. Пришлось обождать, пока Стив обглодает задние лапы, и до того он с аппетитом снимал губами мясо с косточек, что Брок вспомнил о своей картошке, давно и безнадежно остывшей. Мэй превратила свой крамбл в кашу из теста и малины и без интереса смотрела в тарелку. Один только Джек оставил от своего заказа только рыбьи хвосты. — Я присмотрелся к вам, прикинул, что вам нравится, а что нет. Проверил, сколько у меня будет времени, прежде чем вы отправитесь в погоню за мной. Результат мне не понравился, и я решил пойти другим путем. Мне повезло в том, что двое самых опасных бойцов оказались способны оценить красивого мужчину, а женщина не состояла в браке. На пальце не было ни кольца, ни даже следа от него. Мэй вспомнила, как Роджерс поцеловал ей руку при первом знакомстве, и вскочила. Джек схватил ее сзади за ремень и силой усадил на лавку. — Сперва я намеревался сойтись с кем-то одним, но в первые же часы первого дня проживания получил сигналы от всех троих. И не только сигналы, — Стив весело ухмыльнулся, порозовев, и Брок заподозрил, что тот способен вызвать прилив крови к щекам, когда сам того хотел. Шаолиньские монахи, по слухам, сушили едва выжатые вещи прямо на себе, поднимая температуру тела, почему бы подобным контролем над своим телом не мог обладать модифицированный человек? — Признаюсь, вы меня удивили. Не вы, конкретно, а нравы нового мира. Вы знали обо мне только имя и возраст, но смотрели на лицо и тело, и их стало достаточно. Никогда на меня не набрасывались так поспешно и с таким откровенным бесстыдством. Не скрою, я наслаждался, большинство техник мне были незнакомы, да и я привык получать и делать впопыхах. Горячая вода, душ в шаговой доступности помогали мне крутить с вами тремя, не вызывая подозрений потным телом или чужим запахом. — Представляю, как ты потешался за наш счет. — Скорее, я был разочарован. Вы называли себя элитными наемниками и шутили, что через год я подтянусь до вашего уровня, но не смогли понять, что я перехожу с члена на член чаще, чем открываю учебник по тактике. Мэй схватила бутылку и выплеснула эль на то место, где сидел Стив. Сидел, потому что за один удар сердца он оказался на противоположной стороне лавки и весь дождь из эля пролился мимо него. — Эй, Мэйдия, ты вовсе не была ею, когда запрыгнула на меня! И ты всегда была мною довольна. Мэй вылетела из зала. Стив наклонил голову. — Убежала в уборную: я слышу, как стукнула дверь в той части паба, которая отведена под кабинки задумчивости. — Кэп… Но нахрена? Мы не Старки и ничего не могли тебе дать. — Ошибаетесь. Вы дали мне более дружелюбное отношение. Тот с кем спишь, не так раздражает. Ты не ссоришься с человеком, который делает тебе хорошо, ожидая, что он сделает хорошо снова и не сделает этого, если будет обижен. Джек вывозил меня в пригород, где я улучил момент и украл сим-карту и простой телефон. — Украл?! — Я был практически нищим, Брок. ЩИТ меня не баловал выплатами. Это сейчас я знаю о фонде Стивена Г. Роджерса и о наградах и заработной плате, которую мне продолжали перечислять, как солдату, пропавшему без вести, а не умершему. К слову, зачем тогда у меня есть могила? Спрошу у генерала Росса как-нибудь потом. Итак, у вас были знания, быстрые машины, связь с внешним миром. Все это я мог получить только в качестве подарка за стабильные интимные встречи и легкость в общении к любовникам между встречами. Депрессивный и равнодушный Капитан Америка никому не был нужен — это я понял еще при разговоре с Фьюри и Коулсоном. Стив снова занялся кроликом, теперь уписав и вторую половину тушки. К тому моменту, как он сгрузил на край тарелки последние кости, вернулась Мэй: с бледным, печальным лицом без грамма косметики. — Я научился у вас пользоваться ноутбуком, сетью Интернет и с инструкцией завел почтовый ящик. Написал письмо Энтони Старку, а ответила мне его личная помощница и некто Джарвис. Тот подтвердил мою личность, лишь ему одному известно, как. Через помощницу мне была назначена встреча с молодым Старком. Он даже прислал мне пластиковую карту с некой суммой, «на такси», как гласил прикрепленный к ней стикер. И могу сказать, что теперь мне не нужно ждать, когда кто-то соблаговолит вывезти меня на прогулку. Встреча, вы хотите спросить о ней?.. Не здесь и не сегодня, бойцы, а большего вам знать и не нужно. Мэй недовольно засопела, ведь именно через ее ноутбук Роджерс смог связаться с внешним миром. Брал его, пока она спала, затраханная, а будь на устройстве следилка от ЩИТа или Гидры, вопросы по запрашиваемому контенту адресовали бы ей! И, припомнив свой недавний вопрос, она ясно поняла: Таузигу бы он тоже давал — за доступ к его смартбуку. Брок поперхнулся своим согревшимся элем. Тони Старк был величиной, с которой считался даже ЩИТ и Фьюри с ним. Миллиардер, техногений и филантроп, он мог увлечься Капитаном Америка (во всех, сука, смыслах) и дать ему все, чем Фьюри только манил. Документы, связи, бабло, наконец. Если Старк и Роджерс встретятся и договорятся, а то, как Стив умеет «договариваться», Брок за три недели разнообразно оценил, то Фьюри останется только соснуть. Пирсу, в общем-то, тоже. Старк мог, если не составить конкуренцию, то создать проблемы даже министру. — И ты вот так просто встанешь и уйдешь к Старку? — спросила Мэй прямо, словно и не присутствовала при словах Стива о том, что отвращает его от ЩИТа. Упершись локтями в столешницу, Стив дернул губами, стараясь не улыбнуться. — Всего-то немного заботы и внимания… как мало вам, современным людям, оказалось, надо, чтобы… — Не заканчивай, — резко оборвал его Брок, каким-то неучтенным чувством улавливая, как напрягся рядом с ним Джек. Да и Мэй закусила губу, она-то, сирота при живых родителях, даже о свадьбе с Роджерсом задумывалась, хотя до прошлого дня шутила, что она — убежденная холостячка. — Мне было хорошо с вами, — сказал Стив банальнейшую из всех утешительных фраз. — Но вы и сами понимаете, почему между нами не сложилось ничего серьезного. Каждый знал, что будет со мной всего три недели, и не сделал ничего, чтобы это изменить. Я, в свою очередь, потратил время с пользой, но его хватило лишь на то, чтобы, как в случае с дисциплинами, которые вы мне преподавали… узнать вас троих только по верхам, без углубления в предмет. Звучало искренне, даже с оттенком печали о неслучившемся «серьезном», но Брок запретил себе верить. Один раз Кэп уже обвел их вокруг пальца, не напрягаясь. Стив окликнул официантку: — Шона! И заговорил с ней на диалекте, который не понял никто, даже Мэй. Впрочем, той было простительно, коренной шотландкой была ее прабабушка, а внучку-американку второму языку никто не учил. Рыжая Шона кивнула и куда-то пропала из зала. Вернулась она, сияя, с узкой папкой, в которую вкладывали чеки для оплаты. Несчастная папка не закрывалась полностью, во столько раз был сложен длинный чек, чтобы в нее уместиться. Мэй пересела к Стиву, затрудняя выход из-за стола. Брок и Джек переглянулись: если они сейчас дадут Роджерсу уйти, они получат втык и от Фьюри и от Пирса. Те еще не знают, но Кэп поставил на другую лошадь и не будет работать ни под одним из них. Стив поблагодарил официантку улыбкой, одним пальцем придвинул папку, открыл, глянул на конечную сумму. — Подведем итоги, джентльмены и дама. Я больше не буду воевать за эту страну. В ней, в пятидесяти штатах, нет никого, ни единого человека, кого я рвался бы защищать. Опять воевать? Для этого есть регулярная армия, в крайнем случае, наемники, в том числе иностранные. Обученные, не то что я. Что я умею? Рисовать, но я не закончил художественную школу, да и иллюстрации, как говорят, скоро будет рисовать искусственный интеллект. Для борьбы со стихийными бедствиями существуют специально обученные люди, вот их работа мне интересна. — Кэп, ты что несешь? Капитан Америка и вдруг гражданский? Фьюри и Пирс в тебя вцепятся, как волки в оленя. — А может, я тогда сразу уеду из страны, что меня здесь держит? Джек толкнул Брока коленом под столом. Тот лишь пихнул его в ответ: не учи ученого, сам все понял и знаю, что надо сделать. Итак, Роджерса никто не держал в стране, проглотим, все три любовника мимо — проглотим. Но раз Кэп равнодушен к тем, кого соблазняет, значит, всего-то нужен другой аргумент. И у Брока он был. Точнее, был у Пирса, а если еще точнее, то у Гидры. Весомый, живой вес под центнер, еще и с железной рукой. Джеймс Барнс, лучший друг Стива Роджерса и на данный момент спящий в криокамере суперсолдат Гидры. Если он не склонит чашу весов, то мир обречен. — Мэйдия, выпусти меня в туалет. — Я с тобой, — подорвался Джек. — Ох, что с вами делать, — Стив вынул из кармана брюк тощую стопку банкнот и вложил их в папку. — Все, я оплатил ужин и никому ничего не должен. — Да я не за тем, чтобы … — растерялся Джек. Мэй нехотя встала. Дождалась того, чтобы Стив и Джек вышли из зала, и порысила следом — следить, чтобы не сбежал через унитаз. Деловитая Шона выгребла из папки стопку денежных знаков, пересчитала и с довольным хмыком убрала одну банкноту в декольте. Брок даже обалдел. — Принесите и наш счет, — совладав с голосом, велел он. — Мы уйдем компанией. — Счет? — удивилась рыжая и показала длинный чек в заломах. — Но Грант уже все оплатил: и выпивку и еду. — За всех нас? — недоверчиво переспросил Брок. — Да, красавчик. Брок развернул длинный чек. Так и есть, номер телефона и кокетливое «Позвони мне». Вот только выведены они были угловатым почерком Стива. fin