Между строк судьбы

Ночь опустилась на Хогвартс, тихо ступая вокруг большого замка. Ученики уже давно были в своих кроватях - время отбоя наступило три часа назад. Снейп шёл в учительскую, чтобы забрать оттуда свои свитки. Учителя уже наверняка спали, а вот у него была бессонница, которой он решил воспользоваться. Он открыл дверь учительской. В холодное время камины в Хогвартсе не тушили. Поэтому он сразу увидел, что в кресле человек. Женщина. И не просто женщина, а Кассандра Рейн. Он узнал её по серебристому браслету с рунами на её руке, свисающей с подлокотника. Но что-то было не так. Перо лежала на полу, ровно под её рукой. Он подошел к ней. На полу у её ног были рассыпаны листы пергамента. Голова Кассандры была склонена в бок. А вторая рука покоилась на талии. — Профессор Рейн, - позвал Северус, но она не отреагировала. « Может, ей плохо?» - подумал он. Он протянул руку и коснулся её плеча. — Кассандра. Она дёрнулась и мгновенно проснулась. В её руке неуловимо быстро появилась палочка, которую она тут же направила на Снейпа. Но тут она, видимо, его узнала. — А, профессор Снейп, это вы…, - она убрала палочку в рукав мантии. — Это я, - согласился он. - Вы уснули. — Я уже догадалась. А сколько время? — Почти два ночи. Что вы тут забыли так поздно? — Проверяла работы учеников… — Идите спать, потом проверите. У вас завтра первым уроком лекция у третьего курса. — Спасибо, что напомнили, - мрачно сказала она. - А вы-то сами тут почему так поздно? — Пошёл за своими свитками. — А почему вы ещё не спите? — Пожалуй, к вашему послужному списку нужно добавить ещё и любопытность. — Ну да. А ещё ум, красоту и сообразительность. — Угу, и скромность не забыть. — Да-да. Так вы ответите на вопрос? — У меня бессонница. Я удовлетворил Ваше любопытство? — Вполне. Попейте ромашку и мяту. А ещё лучше хмель. Тогда сможете заснуть. Снейп хмыкнул. — Спасибо за совет. Обязательно попробую. Она уже направилась к выходу. Он раздумывал, говорить ей или нет, но потом всё же решился. — Кассандра. — Да? — Попробуйте пораньше ложиться и раньше вставать. Чтобы проверять работы на свежую голову. — Хорошо, я попробую. Спасибо. Спокойной ночи, Северус. — Спокойной ночи, Кассандра. Дверь за ней тихо захлопнулась, оставив в груди Снейпа какое-то странное чувство. Он забрал свитки и вернулся в свой кабинет. Положив бумагу на стол, он поставил воду на огонь, решив всё-такти последовать совету Рейн. Вскоре чай был готов. Снейп выпил его, а уже через десять минут его начало клонить в сон. Сегодня ей не снились кошмары. Был самый обычный сон. Но тот,события которого она запомнила на всю жизнь. Это был промозглый дождливый день. В Лондоне было туманно и сыро. А вот в Косом переулке, на удивление, светило солнце. Она вместе с отцом покупала товары к учёбе в Хогвартсе. Осталось только приобрести палочку. Она шла рядом со Снейпом, стараясь не прижиматься к нему слишком близко, но и не отставать. Он был здесь не как отец, который радуется, а как человек, который знает: сегодня случится что-то важное, и он обязан не дать этому чему-то пойти не так. «Лавка Олливандера» выглядела так, будто время внутри неё течёт иначе: полки до потолка, тысячи коробочек, тишина, в которой слышно, как оседает пыль. Сам мистер Олливандер смотрел на неё так, будто видел не девочку в поношенной мантии, а целый вихрь несбывшихся заклинаний. — Интересно, — тихо произнёс он, склонив голову. — Очень интересно. В вас есть и тишина, и упрямство. Редкое сочетание. Снейп чуть нахмурился, будто хотел что-то сказать, но сдержался. Олливандер достал первую палочку:
— Вяз и перо феникса. Для тех, кто умеет возрождаться после падений. Она взяла её, сжала пальцы, взмахнула — и ничего. Палочка лежала в руке как красивая ветка: холодная, чужая. — Не ваша, — спокойно сказал Олливандер и тут же протянул другую. Так было ещё пять раз. Шесть. Семь. С каждым разом она всё сильнее сжимала губы, чтобы не показать, как ей страшно, что магия её не выберет. Что она окажется той самой девочкой, у которой ничего не получается. На восьмой попытке Олливандер замер, будто услышал что-то, чего не слышали остальные.
— А вот это… — прошептал он, доставая узкую коробочку, почти незаметную среди остальных. — Кипарис. И волос фестрала. Он протянул её, и она взяла — не резко, а осторожно, будто боялась спугнуть момент. И палочка отозвалась. Рина поняла: она не чужая. Олливандер чуть улыбнулся:
 — Волос фестрала не для силы. Он для тех, кто видит то, что другие стараются не замечать. Для тех, кто не боится стоять рядом с тенью, потому что знает: тень не значит зло. Это просто отсутствие света. Ваша палочка будет чувствовать ваш страх — но не чтобы пугать вас им, а чтобы помочь вам его удержать. Как щит. Она посмотрела на палочку, потом на Снейпа. Он не улыбался, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Это правильно, — тихо сказал он, будто не ей, а себе. — Пусть она будет не про разрушение. Пусть будет про контроль. Олливандер закрыл пустые коробочки, аккуратно сложил их в стопку:
— Помните, юная леди: палочка не выбирает слабых. Она выбирает тех, кому есть что защищать. Позже, ей снился вечер с новой палочкой дома.В комнате в пансионе было тихо. Тётя уже легла, дом дышал ровно, как будто старался не мешать ей привыкать к новому месту. Она сидела на кровати, палочка лежала у неё на коленях, и она не пыталась ничего колдовать. Просто смотрела на неё, водила пальцем по гладкой древесине, чувствуя, как тепло от кипариса медленно перетекает в её пальцы. Она вспомнила мамины слова: «Магия — это граница. Это когда ты говоришь миру: сюда не надо». И вдруг поняла, что палочка будто создана для этого. Не чтобы кричать, не чтобы ломать, а чтобы ставить черту. Тихо, почти шёпотом, она произнесла первое заклинание — самое простое: — Люмос. Огонёк вспыхнул не ярко, а ровно, спокойно, как свет свечи, которую зажгли не для праздника, а чтобы не бояться темноты. Она улыбнулась — впервые за долгое время улыбка получилась не натянутой, а настоящей. А потом, глядя на этот маленький свет, она тихо сказала, будто мама могла её услышать: — Я учусь держать границу. Я стараюсь. И ей показалось, что где-то далеко, в тишине, мама тихо ответила: — Этого достаточно. Палочка чуть потеплела, будто согласилась. Тут Снейп и Кассандра Рейн, кажется стали нормально друг с другом себя вести. Он ( О Мерлин! ) даже беспокоился за неё. Проскакивают тёплые нотки) дальше будет интересней, ребят