Твой голос

Предрассветный Сеул тонул в сером, холодном тумане. В закрытом подземном боксе на окраине Каннама пахло сыростью, паленым пластиком и запекшейся кровью. Время неумолимо близилось к пяти утра, и Чон Чонгук медленно терял рассудок от собственной беспомощности. Он сидел на перевернутом деревянном ящике, низко опустив голову. В его зататуированных пальцах был зажат сотовый телефон убитого Чимина, на который больше не приходило ни одного сообщения. Чонгук не спал всю ночь. Его футболка была пропитана потом и копотью, черные волосы слиплись, а в глазах горел дикий, воспаленный огонь. За последние четыре часа его штурмовые группы перевернули три легальных офиса Мин Юнги, Чонгук лично ломал кости его мелким шестеркам в этом гараже, требуя адрес цифрового сектора. Но рядовые бойцы Юнги ничего не знали. Они лишь испуганно выли, захлебываясь слезами, уверяя, что хакеры Юнги сидят в каком-то засекреченном подземном бункере, локацию которого знает только высшее руководство. — Чонгук, притормози, — Намджун подошел ближе, устало массируя переносицу. — Если ты забьешь до смерти последнего диспетчера, мы вообще ничего не узнаем. Нужно ждать. — Ждать чего, Намджун?! — Чонгук резко вскочил, швырнув чужой телефон в бетонную стену так, что пластик разлетелся на мелкие куски. Его голос сорвался на опасный, утробный рык, а металл пирсинга на губе хищно блеснул в полумраке. — Ты слышал, как он ударил её? Слышал, как эта девушка вскрикнула? Юнги убьет её до рассвета, если мы не зайдем туда! В этот момент в кармане Чонгука глухо завибрировал блок крипто-рации. Чонгук замер, перестав дышать. Мгновенно выхватив наушник, он с силой вдавил его в ушной канал. В эфире не было голоса — Чеен не могла говорить, боясь охраны за дверью. Но вместо слов в систему Чонгука пополз тяжелый, зашифрованный пакет цифровых данных. Намджун тут же рванул к своему портативному военному планшету, перехватывая сигнал. — Есть! — выдохнул Намджун, и его пальцы застучали по экрану с бешеной скоростью. — Она запустила скрытый автономный скрипт. Чонгук, это координаты. Элитный ночной клуб Юнги «Infernus» в самом центре Каннама. Бункер находится на три уровня ниже подземной парковки клуба. И... черт, эта девчонка просто невероятна. Она прикрепила к файлу полную цифровую карту вентиляционных шахт, коды от технических дверей и схему слепых зон камер безопасности, которую успела вырезать из системы до того, как её заблокировали. Чонгук тяжело, шумно выдохнул, чувствуя, как внутри всё стягивается в тугую, стальную пружину. Паника исчезла. На её место пришел холодный, расчетливый калибр смерти. — Намджун, хватай парней. Берем только штурмовую группу «Альфа» — шесть человек. Никакого громкого штурма с главного входа. Если Юнги поймет, что мы атакуем, он нажмет на курок быстрее, чем мы дойдем до лифта. Заходим через подземные коллекторы, по её слепым зонам. Оружие с глушителями. Наша задача — зачистить бункер тихо и забрать её. Выдвигаемся. Подземный сектор клуба «Infernus» встретил их монотонным, низким гулом вентиляционных систем и тусклым, неоново-красным освещением технических коридоров. Чонгук двигался первым. На нём были плотные черные штурмовые брюки, тяжелые армейские ботинки и тактическая черная футболка, полностью обнажающая его мощные, покрытые плотной вязью татуировок руки. В его правой ладони, обтянутой кожаной перчаткой без пальцев, был зажат кастомный пистолет с длинным глушителем. Они шли строго по карте Чеен, огибая датчики движения и объективы камер, которые застыли в мертвых точках, аккуратно зацикленные её вирусом. Логично. Быстро. Жестоко. На первом повороте к лифту показались двое охранников Юнги. Чонгук даже не остановился. Словно хищный черный барсик, он вырос из темноты коридора. Два коротких, глухих хлопка — пули калибра 9 мм прошили черепа мужчин прежде, чем они успели потянуться к рациям. Тела глухо осели на бетон. Чонгук брезгливо перешагнул через лужу крови, увлекая группу за собой, глубже в подземелье. Но на третьем уровне, прямо перед массивной гермодверью цифрового сектора, всё пошло к черту. Один из патрульных Юнги, выходящий из туалета, заметил штурмовую группу и успел нажать на тревожную кнопку на стене, прежде чем Намджун снес ему полголовы точным выстрелом. Коридоры мгновенно залил пульсирующий синий свет, и завыла оглушительная сирена. Из дальних дверей повалили боевики Юнги, открывая шквальный огонь. — Напролом! — рявкнул Чонгук, его голос перекрыл грохот выстрелов. Начался грязный, яростный бой. Пули рикошетили от металлических стен, выбивая снопы искр. Чонгук двигался на чистом адреналине, в его глазах горела черная ярость. Он в упор расстрелял троих нападавших, с размаху впечатал четвертого лицом в распределительный щиток, ломая кости черепа. Но врагов было слишком много. В какой-то момент, когда Чонгук перезаряжал пушку, из-за угла выскочил раненый боевик Юнги с автоматом. Он нажал на курок вслепую. Чонгук успел уйти с линии огня, но одна из пуль — тяжелая, сокрушительная — прошла навылет сквозь его левый бок, чуть выше бедра. — Чонгук! — крикнул Намджун, срезая автоматчика длинной очередью. Чонгук глухо, хрипло вскрикнул, его пошатнуло. Он прижался спиной к стене, его левая рука инстинктивно прижалась к боку. Сквозь пальцы перчатки моментально толчками хлынула горячая, густая кровь, окрашивая черную ткань брюк в зловещий, липкий цвет. Боль была адской, она жгла внутренности раскаленным железом, в глазах на секунду поплыли черные круги. — Назад, Чонгук, ты истекаешь кровью! — Намджун попытался перехватить его под руку. — Пошел... нахрен, Намджун! — прорычал Чонгук, его лицо в один миг побелело, покрываясь крупными каплями холодного пота. Он с силой оттолкнул правую руку, превозмогая дикую боль. Кольцо в его губе окрасилось кровью, которую он закусил до мяса. — Охраняй коридор! Дверь в её лабораторию там, в конце. Я иду сам! Стиснув зубы так, что затрещали челюсти, Чонгук, сильно прихрамывая и оставляя на полу за собой жирный кровавый след, рванул по длинному коридору к заветной металлической двери. Внутри цифровой лаборатории Пак Чеен забилась в самый дальний угол между массивным сервером и стеной. Звуки сирены и приглушенный грохот выстрелов за дверью заставляли её сердце биться на грани остановки. Её длинные мятные волосы были растрепаны, а левая щека сильно отекла, на бледной коже горел багровый след от вчерашнего удара Юнги, а разбитая губа запеклась темной коркой. Вдруг электронный замок двери пискнул, и тяжелая панель отъехала в сторону. В комнату вбежал Ким Тэхён — главный, самый жестокий ликвидатор Юнги. Его лицо было холодным, в руке был зажат пистолет с глушителем. Юнги отдал четкий приказ: если бункер зажмут — зачистить свидетелей. Тэхён мгновенно обвел взглядом комнату и заметил мятное пятно волос в углу. Он безжалостно двинулся к ней, поднимая пушку и направляя дуло прямо в лицо Чеен. Чеен зажмурилась, вжавшись спиной в холодное железо сервера. Она прижала колени к груди, понимая, что это конец. Пять секунд. Вся её жизнь, вся её глупая, порочная одержимость Чон Чонгуком, её спасителем из наушника, которого она так и не увидела... всё заканчивалось здесь, в этой грязной клетке. — Прости, сучка, — сухо произнес Тэхён, кладя палец на спусковой крючок. Пауза. Секунда. Металлическая дверь за спиной Тэхёна не просто открылась — она содрогнулась от мощнейшего удара извне. В ту же секунду комнату разорвал оглушительный выстрел. Пуля пробила затылок Тэхёна, вылетев сквозь лоб вместе с брызгами крови и мозгов прямо на стоящий рядом монитор. Ликвидатор Юнги рухнул на кафельный пол как подкошенный, замертво. Чеен резко открыла глаза, судорожно глотая воздух. Дым от выстрела медленно рассеивался в неоновом полумраке комнаты. На пороге, держась рукой за косяк, стоял Чон Чонгук. У Чеен перехватило дыхание, а внутри всё просто взорвалось от дикого, шокирующего осознания. Это был он. Тот самый мужчина с её экранов. Только в тысячу раз страшнее, массивнее и горячее. Его лицо было бледным как смерть, растрепанные черные волосы промокли от пота, а на щеках темнели капли чужой крови. Тактическая футболка плотно обтягивала мощную грудь, которая тяжело, рвано вздымалась. Кольцо в его нижней губе блестело в неоновом свете, а тяжелый, дикий, животный взгляд черных глаз был прикован только к ней. Чонгук медленно, через силу опустил ствол пистолета. Он впервые в своей жизни видел её вживую. Эту хрупкую, гранжовую девчонку на полу. Её тонкие плечи в черной майке, разбитую, опухшую губу, которую ему безумно захотелось зализать дочиста, и эти невероятные, длинные мятно-попелястые волосы, которые рассыпались по её плечам и полу. Они смотрели друг на друга. Секунда, которая казалась вечностью. Ментальная связь из наушника обрела плоть и кровь. — Нашел... — хрипло, едва слышно выдохнул Чонгук, и на его губах появилась слабая, хищная улыбка. И в ту же секунду его ноги просто подкосились. Адреналин, который удерживал его тело на плаву, мгновенно испарился. Левая рука Чонгука соскользнула с бока, обнажая огромную, страшную рваную рану, из которой фонтаном хлестала темная кровь, полностью заливая его джинсы и пол. Его глаза закатились, сознание затянуло густой черной пеленой. Тяжелое, мощное тело Чонгука плашмя рухнуло вперед, с глухим, страшным грохотом упав прямо на колени ошарашенной Чеен. Его голова упала на её бедра, а пистолет с металлическим звонком отлетел в сторону. Он полностью потерял сознание, затихая в луже собственной крови. — Чонгук! — дикий, сорванный крик Чеен разорвал тишину лаборатории, когда её пальцы впервые коснулись его мокрых черных волос.