Анатомия греха

Оглушительный, яростный рокот магии Мальбонте всё еще вибрировал в воздухе, но сама битва затихла так же внезапно, как и началась. Вспышка серой энергии, сокрушившая Сатану и Кроули, была не просто ударом — это было показательное предупреждение. Орды субантр, подчиняясь безмолвному приказу своего создателя, начали медленно отступать, растворяясь в наползающем со всех сторон грязном тумане Небытия. Мальбонте уходил, оставляя за собой разруху, но все понимали: это не победа. Это была лишь передышка. Чудовище дало своим врагам время осознать всю глубину их беспомощности. Объединенной армии бессмертных, а точнее тому, что от нее осталось, пришлось отступить. Командование на себя перевела Серафим Ребекка, чье лицо превратилось в каменную маску, лишенную каких-либо эмоций. Ангелы и демоны, волоча за собой раненых, поспешно отступали вглубь уцелевших корпусов школы. Гордость, расовая ненависть, вековые предрассудки — всё это было растоптано и смешано с грязью. Высшие касты были вынуждены зализывать раны, прекрасно понимая, что следующий визит метиса станет для них последним. Центральный двор академии Кроули, некогда бывший символом нерушимого Равновесия, превратился в монументальное кладбище под открытым небом. Повсюду, насколько хватало глаз, громоздились трупы. Белоснежные перья ангелов были перепачканы черной, густой кровью субантр и их собственной, багряной. Кое-где из-под завалов торчали сломанные демонические рога и разорванные в клочья кожаные крылья. Сама земля казалась пропитанной смертью; из глубоких трещин в каменных плитах всё еще лениво поднимался сизый, удушливый дым. Внутри Цитадели картина была не менее ужасающей. Величественные коридоры, украшенные древними фресками и статуями, превратились в филиал морга. Трупы лежали вдоль стен: молодые Непризнанные, которые так и не успели сделать свой выбор, опытные архангелы, элитные воины Ада. Выжившие передвигались бесшумно, словно призраки, боясь нарушить эту зловещую, могильную тишину. Воздух пах озоном, горелой плотью и леденящим душу отчаянием. Нас с Мими временно переселили в уцелевшее крыло общежития, выделив новую комнату на нижних этажах. Здесь не было прежнего уюта — лишь голые каменные стены, две узкие кровати и узкое окно, выходящее на полуразрушенную стену замка. Я сидела на краю матраса, тупо уставившись на свои ладони. На коже всё еще оставались следы засохшей грязи и чужой крови. Внутри меня бушевал хаос. Взгляд Мальбонте... тот странный, узнающий взгляд, который он бросил на меня перед уходом, до сих пор выжигал разум изнутри. Что он увидел во мне? Обычной Непризнанной, которая только-только начала осознавать свою темную сторону? Мими нервно ходила из угла в угол, то и дело порываясь заговорить, но слова застревали у нее в горле. Ее крылья были плотно прижаты к спине, а багровый огонь в глазах сменился глухой, изнуряющей тревогой за отца. Внезапно руны на двери нашей новой комнаты вспыхнули ярким, тревожным алым светом. Тяжелая дубовая створка распахнулась без единого звука, и в проеме показался он. Сатана. Повелитель Ада выглядел устрашающе. Его безупречный черный костюм был в нескольких местах прожжен серой магией Мальбонте, на скуле темнела глубокая ссадина, а рога слегка подрагивали, источая едва заметные искры пламени. Но его аура... она по-прежнему давила на сознание сокрушительным, многотонным прессом. От одного его присутствия комната мгновенно наполнилась сухим, удушливым жаром. Его алые глаза хищно скользнули по помещению и остановились на моей подруге. — Вон, — коротко, как удар бича, выплюнул Владыка. Мими вздрогнула. Она преданно посмотрела на отца за дверью, попыталась было что-то возразить, но Сатана лишь слегка повел бровью, и демонесса, бледнея, покорно отступила к выходу. Проходя мимо меня, она крепко сжала мое плечо, безмолвно умоляя быть осторожной, и скрылась в коридоре. Дверь за ее спиной захлопнулась, отрезая нас от остального мира. Я медленно поднялась с кровати, заставляя себя стоять прямо и смотреть прямо в лицо существу, которое совсем недавно сломало мне шею. Мой подбородок был вздернут, а в глазах застыл тот самый холодный вызов. Сатана сделал медленный, расчетливый шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Каждое его движение дышало опасностью, но на этот раз в его действиях не было слепой ярости — только глубокий, проницательный расчет. Он остановился в паре шагов от меня, смерив меня долгим, тяжелым взглядом сверху вниз. — Он что-то хотел от тебя, — заговорил Повелитель Ада, и его глубокий, рокочущий голос заставил задрожать стекла в окне. — Мальбонте. Я видел, как он смотрел на тебя там, на площади. Монстр, который пришел уничтожить весь этот мир, замер перед девчонкой-Непризнанной, словно увидел старого друга. Сатана сделал еще один шаг, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала жар, исходящий от его кожи, и горький запах паленой серы. Его пальцы, длинные и сильные, медленно потянулись к моему лицу, но на этот раз они не сжали горло. Его указательный палец аккуратно, почти невесомо приподнял мой подбородок, заставляя меня смотреть прямо в его полыхающие алые глаза. — Расскажи мне, Вики Уокер... — вкрадчиво, с опасной, бархатной полуулыбкой прошептал дьявол. — Что связывает тебя, дочь великого Серафима, с главным кошмаром Небес и Преисподней? И почему мой будущий демон вызывает такой интерес у того, кто пришел нас убить? — Я не знаю... — голос предательски дрогнул на первом слоге, но я тут же прикусила изнутри губу, возвращая себе контроль. Я резко вытянула гордо головку, расправляя плечи и до хруста сжимая кулаки за спиной, отчаянно пытаясь не показать тот липкий, первобытный страх, что ледяной волной прошел по позвоночнику. Кожа на моем подбородке, соприкасаясь с его раскаленным пальцем, горела так, словно ко мне приложили клеймо. Но я не отвела взгляд. Мои серые глаза Непризнанной, в которых уже зарождалась темная, демоническая искра, впились в его алые омуты с той же упрямой дерзостью, с какой я кивала ему на лесной поляне. Сатана не шелохнулся. Его хищная, зловещая полуулыбка стала лишь шире, обнажая идеальный ряд белых зубов. Он медленно убрал руку от моего лица, но не отступил ни на дюйм, продолжая давить своей тяжелой, удушающей аурой Повелителя Ада. В этой тесной, серой комнате его фигура казалась колоссальной, заполняющей собой всё пространство от пола до полуразрушенного потолка. — «Я не знаю», — тихо, с издевкой повторил он, и этот шепот прозвучал опаснее любого грома. — Ответ, достойный испуганного человечишки, Вики. Но ты ведь больше не человек, верно? И ты не одна из этих святош, что молятся на обломки купола Кроули. Ты — та, кто посмела смотреть на меня без страха после того, как я преподал тебе урок. Дракон, у которого режутся зубы. Не разочаровывай меня ложью. Он повернулся ко мне спиной, заложив руки за пояс, и сделал плавный круг по комнате, лениво перешагивая через трещины в каменных плитах. Его шаги были бесшумными, но я кожей чувствовала, как за каждым его движением следует шлейф невидимого, раскаленного пламени. — Мальбонте не смотрит просто так, — продолжил Сатана, остановившись у узкого окна. На его опаленном плече отразились багровые всполохи далеких пожаров, бушующих на руинах Цитадели. — Он — древнее оружие, созданное из чистой ненависти и нарушенного Равновесия. Тысячи лет Шепфа держал его в заточении, надеясь, что эта ошибка истории сгниет в небытии. И вот он здесь. Он сокрушил меня, сокрушил Кроули, заставил ангелов и демонов жрать одну грязь на поле боя. Но вместо того, чтобы стереть тебя в порошок вместе с остальными Непризнанными, он замер. Он читал тебя, как открытую книгу. А ты... ты ответила ему тем же. Владыка резко развернулся, и его взгляд вспыхнул с новой, пугающей силой. — Твоя кровь, Вики. Кровь Ребекки, которая так удачно выбилась в Серафимы, скрывает слишком много тайн. Твоя мать построила свою карьеру на лжи и чужих головах. Неужели она не оставила тебе наследство, о котором ты сама еще не подозреваешь? Мальбонте ищет союзников. Или... ключ. И если этим ключом окажешься ты, я должен знать, с какой стороны баррикад ты будешь стоять, когда этот замок рухнет окончательно. Я сглотнула вязкую слюну, чувствуя, как под ребрами начинает бешено колотиться сердце. Сатана просчитывал ходы наперед. Даже будучи раненым, даже после тяжелого поражения от метиса, он оставался Королем. Он искал выгоду, искал оружие, и его интерес ко мне рос с каждой секундой. — Я не лгу вам, Владыка, — твердо произнесла я, делая шаг навстречу его обжигающему взгляду. Страх постепенно уступал место той самой ледяной злости, которая вела меня с момента моей «смерти». — Я действительно не знаю, почему он так смотрел. Внутри меня... в тот момент словно что-то оборвалось. Это было похоже на эхо. Чужое, древнее эхо, от которого у меня закипела кровь. Но если вы думаете, что я побегу к нему под крыло, вы ошибаетесь. Я подошла еще ближе, так, что теперь между мной и Сатаной оставалось едва ли полшага. Мой голос звучал хрипло, но в нем звенела сталь. — Ангелы заперли меня здесь, как скотину, готовые принести в жертву. Моя мать смотрела на меня, как на пустое место. Кроули пытался скормить нам свою святую ложь, пока его архангелы ломали крылья моим друзьям. Мне противен Свет. Мне противно их двуличие. Я сделала свой выбор на поляне, и я от него не откажусь. Я хочу стать демоном. Хочу иметь силу, которая позволит мне самой решать, кому ломать шею, а перед кем преклонять колени. И если Мальбонте пришел уничтожить Цитадель, я не стану ему мешать. Но я не буду его марионеткой. Ни его... ни чьей-либо еще. Сатана внимательно слушал мою тираду. Его алые глаза сканировали каждую мимическую морщинку на моем лице, ловили малейшее изменение пульса на моей шее, проверяя слова на прочность. Атмосфера в комнате накалилась до такой степени, что, казалось, протяни руку — и воздух взорвется искрами. Прошла долгая, мучительная минута абсолютной тишины. На улице где-то вдалеке послышался очередной глухой обвал стены и крики санитарных отрядов, разбиравших трупы. Наконец, лицо Повелителя Ада изменилось. Напряжение, сковывавшее его плечи, слегка спало, а на губах снова заиграла та самая — хищная, но теперь уже искренне довольная усмешка, которую я увидела в лесу. Он утробно, низко рассмеялся, и этот звук отозвался вибрацией в моих костях. — Дерзкая тварь, — с явным одобрением протянул Сатана, делая шаг назад и оглядывая меня с ног до головы, словно оценивая дорогое, редкое оружие, попавшее к нему в руки. — Ребекка вырастила идеального ангела для Цитадели, но Небеса совершили глупость, позволив тебе умереть. Твоя человеческая душа оказалась слишком черной для их праведных чертогов. Мне нравится твоя злость, Вики Уокер. Из нее выйдет отличный, чистокровный демон. Оно подошел к двери, но перед тем, как взяться за ручку, замер и обернулся через плечо. Его взгляд стал ледяным и пронизывающим. — Мы отступаем в Ад. Цитадель мертва, Кроули сломлен, и это крыло школы — единственное, что пока держится на честном слове. Завтра на рассвете мои воины откроют прямой портал в Преисподнюю. Мы уведем всех, кто присягнул мне на верность. Ты и Мими пойдете в первых рядах. Залижем раны, соберем легионы, и тогда посмотрим, из чего сделан этот метис. Он рванул дверь на себя, и алое сияние рун мгновенно погасло, признавая его абсолютную власть над этой магией. — Готовься, Непризнанная, — бросил Сатана, уже выходя в темный коридор, где его ждал верный советник. — Твоя новая жизнь начнется в огне. И не дай дьяволу тебе оступиться. Дверь с грохотом захлопнулась, оставив меня одну в звенящей пустоте комнаты. Я обессиленно опустилась обратно на кровать, чувствуя, как дрожат колени от перенесенного напряжения. Передышка кончилась. Завтра мы покинем это проклятое место и спустимся туда, где мне и суждено было оказаться с самого начала. В Ад. К моему будущему трону. ​