Право на счастье

Удары рассекали плотный, пропитанный запахом пота воздух зала, а в тишине, нарушаемой лишь глухими хлопками по коже снаряда, отчетливо слышалось тяжелое дыхание. Наруто снова и снова обрушивал кулаки на макивару, словно надеясь выбить из собственного тела тревогу, мучившую его уже не первый день. Светлые пряди волос взметнулись в такт резким движениям, а сам парень был похож на сжатую пружину. Его ожидала старшая школа — новые горизонты, от которых веяло не столько предвкушением, сколько страхом неизвестности и беспокойством за брата. Они были вместе с того самого дня, как Дейдара попал в их дом после гибели родителей. Маленький, напуганный мальчик, возраста немногим старше самого Наруто. В то время он почти не говорил: лишь прижимал к груди плюшевого кота, вздрагивая от каждого громкого звука, и любые попытки Минато и Кушины растормошить ребенка заканчивались неудачей. Тяжесть утраты легла на всю семью и даже Наруто, который в силу возраста не осознавал масштаб трагедии, чувствовал — произошло что-то страшное, и Дейдаре очень плохо. В памяти всплывали обрывки: всеобщая паника, приглушенный шепот взрослых в коридоре, тревожные взгляды и горькие улыбки родителей, которые называли выживание Дейдары «чудом», но сами едва сдерживали слезы. Вернувшись в исходную стойку, парень совершил удар ногой и вновь перешел к отработке выпадов. Да, это было тяжелое время. Забота семьи и долгие часы с психологом медленно, по крупицам, возвращали брата к жизни, но такие душевные раны не затягиваются без шрамов. Именно тогда они стали по-настоящему близки. Наруто, несмотря на то, что был младше, стал не просто двоюродным братом, а верным союзником и самым близким человеком на свете. Вместе они играли, искали неприятности, вместе плакали и делили пополам любые невзгоды. Даже в школу пошли одновременно: тяжелая реабилитация сдвинула сроки обучения Дейдары на два года. Шумно выдохнув, блондин замер и вытер пот рукавом формы, ломано усмехнувшись своим мыслям. Отец, конечно, подстраховался: договаривался с администрацией школ, чтобы их зачисляли в один класс. Минато хотел, чтобы Дейдара чувствовал рядом родное плечо, и Наруто справлялся, всегда чувствуя, когда брат начинал отстраняться от окружающего мира. Дейдаре было достаточно просто взглянуть на соседнюю парту, где Наруто, делая вид, что полностью поглощен учебником, кидал в него клочок бумаги с нарисованной дурацкой рожицей, и это работало. Но теперь они поступили в старшую школу. Разное расписание, параллельные классы… Впервые за долгие годы их разделяла не узкая полоска между партами, а глухая стена, длинный коридор и сотни незнакомых лиц. И хотя они по-прежнему были в одной школе, а Дейдара давно превратился из ранимого ребенка в сильного юношу, способного постоять за себя, привычка оберегать брата вросла в Наруто с корнями. В конце концов, именно ради его защиты он когда-то и пришел в секцию каратэ. Намикадзе тяжело дышал, пытаясь успокоить бушующие эмоции. Тревога за брата была лишь верхушкой айсберга. Глубже свербел страх — эгоистичный и глупый — что он больше не нужен, что его роль защитника изжила себя. Эта мысль въедалась в сознание, мучая сильнее, чем самая изнурительная тренировка. Выдохнув, он закрыл глаза и спрятал лицо в ладонях. — Ты пыхтишь так громко, что у меня стены дрожат, парень. Если зал рухнет, я пришлю счет на ремонт твоему отцу. — Ничего я не пыхчу, даттебайо, — глухо отозвался Наруто, не отнимая рук от лица. Оборачиваться не хотелось. — Пыхтишь-пыхтишь, точь-в-точь как еж, — проворчал Джирайя, хитро прищурившись на сердитый взгляд ученика. Джирайя, владелец школы боевых искусств, был старым другом Минато. Хотя он давно перестал тренировать новичков лично, для Наруто было сделано исключение: мастер разглядел в мальчишке редкий потенциал. — Подойди-ка сюда, нужно поговорить, — отойдя немного, мужчина сел прямо на пол, прислонившись спиной к стене, и в ожидании посмотрел на парня. Наруто фыркнул и остался стоять на месте, но после повторного оклика все же сдался. Он подошел к учителю и, рухнув на татами, скрестил руки на груди, принявшись сосредоточенно изучать потолок. Тренировка закончилась, в зале они остались одни, так что официоз кабинета на втором этаже был ни к чему. — Что с тобой творится? — Да все нормально… — начал было блондин, но наткнулся на слишком проницательный взгляд наставника, от которого, казалось, невозможно скрыть ни одну мысль, осекся, шумно выдохнул и в конце концов выплеснул все свои опасения: про коридоры, про разное расписание, про страх, что кто-то снова заставит Дейдару замкнуться в себе. Тот нахмурился, обдумывая услышанное, а затем, подсев ближе, внезапно и болезненно пнул ученика по ноге. — Ай! Старик-извращенец, ты совсем с катушек съехал?! Блондин вскочил как ошпаренный и, размахивая руками, принялся возмущенно кричать, за что немедленно получил от поднявшегося Джирайи увесистый подзатыльник. — Получил по заслугам! И как тебя только в «Гакусюин» приняли с твоими куриными мозгами? «Дейдара не справится», «кто-то его обидит»… Ты хоть раз видел, чтобы он пасовал перед трудностями? И прекрати меня так называть! Выпустив пар, они снова уселись на пол. Наруто, все еще потирая пострадавшую ногу, буркнул: — И вовсе не куриные! Родители нас так загоняли по репетиторам, что я думал — черепушка лопнет. Мы солнца не видели, всё зубрили и зубрили… — О будущем надо думать, идиот, — отрезал мужчина. — Перестань квохтать над ним, как наседка, он не оценит твою опеку. Вы в одной школе, а не в разных странах. Твой брат умеет за себя постоять, и, поверь мне, порой он поострее тебя будет. Наруто отвёл взгляд. Чужие слова ударили в цель, отрезвляя лучше ледяной воды. — Но если его попытаются зажать… — Ваша академия славится безопасностью, а если кто-то и решит сунуться, Дейдара размажет его словами так, что тот до выпуска извиняться будет, — усмехнулся Джирайя. — Прекращай истерику, это на тебя не похоже. Задержав дыхание, Наруто снова повалился на спину и, наконец, улыбнулся. — Какой же мне достался мудрый извращенный сенсей.… Посмотришь на тебя — и не скажешь, что ты умеешь так быстро вправлять мозги, ха-ха-ха! Мужчина фыркнул, направляясь к выходу из зала. — А по тебе не скажешь, что ты омега, но я же молчу об этом. И прекрати меня так называть, щенок!

***

Домой Наруто шел с легким сердцем. Тело приятно ныло после нагрузки, а в голове воцарилось долгожданное спокойствие. Разговор с учителем подействовал отрезвляюще: когтистая лапа напряжения, наконец, отпустила его, позволив вдохнуть полной грудью. Он невольно фыркнул, представив, как бы отреагировал брат на эти душевные терзания. Тот бы наверняка закатил глаза так, что они едва не выкатились из орбит, а потом бы вспыхнул, как бенгальский огонь. Дейдара, несмотря на свое изящное, почти хрупкое телосложение, обладал таким взрывным темпераментом, что мало не покажется. На город опускались сумерки, то и дело мигали просыпающиеся уличные фонари. Тепло весеннего дня стремительно угасало, оставляя землю остывать в последних лучах закатного солнца. Воздух в конце марта еще сохранял прохладу, но предчувствие скорого цветения сакуры уже витало вокруг. Подставляя лицо уходящему свету, Наруто улыбался, представляя, как они всей семьей выберутся в парк на ханами. Когда он переступил порог дома, его настроение впервые за долгое время было по-настоящему хорошим. Это не укрылось от взгляда Кушины, сидевшей на просторной кухне за чашкой чая. — Вижу, тренировка пошла тебе на пользу? — Ага, только проголодался ужасно. Скоро ужин? — Наруто вымыл руки и пристроился за столом, ловко стянув с тарелки матери печенье. — Налей себе хотя бы чаю, не ешь всухомятку. Садиться будем минут через сорок, как раз Минато должен вернуться. Наруто согласно промычал, сосредоточенно уничтожая «добычу». В этот момент в коридоре послышались легкие шаги, и на кухню, потягиваясь, зашел Дейдара. — О, наш атлет соизволил явиться, — проходя мимо, он легко растрепал золотистые волосы младшего брата и направился к чайнику. — Тебе какой, черный или зеленый? — Давай черный. — Боги, в этом доме полно разных сортов чая, а вы двое глушите эту бурду. Как она вообще у нас оказывается? — подала голос Кушина. — Хороший долго заваривать, а мне лень, — пожал плечами Дейдара, разливая кипяток по кружкам. Он передал одну Наруто, и тот, благодарно кивнув, сразу сделал большой глоток, тут же ойкнув и высунув обожженный язык. — Не торопись, — закатила глаза женщина. — И не налегайте на сладкое, перебьете аппетит. — Но мам, я же умираю с голоду, — Наруто попытался включить режим «несчастного ребенка», незаметно пиная брата под столом. Дейдара, считав сигнал мгновенно, состроил самую невинную мину и принялся часто хлопать ресницами. Кушина посмотрела на них — два голубоглазых блондина, синхронно строящих глазки — и не выдержала, прыснув со смеху, но не поддалась и всё равно убрала печенье в шкаф. Ужин прошел весело, хотя Минато и задержался в пробке. За опоздание он был обруган и символически «побит» полотенцем, но гнев супруги быстро сменился на милость, и мужчина был накормлен и окружен заботой. Уже позже, сидя в комнате брата и играя в приставку, Дейдара задумчиво смотрел в экран. — Мелкий? — Ну чего еще? Не отвлекай, в этот раз я точно тебя сделаю! — парень, нахмурившись, вцепился в джойстик, пытаясь вписаться в крутой поворот. — Как думаешь, какая эта школа? — Не знаю, но там учатся детишки богатеньких родителей, так что зазнайки точно будут. Но надеюсь, их будет не так много, — со вздохом отозвался Наруто. Несмотря на статус их семьи, они всегда росли бок о бок с обычными ребятами, с которыми гоняли по дворам и лазали по деревьям. Задумавшись об этом, он пропустил нужный момент: его гоночный болид на полном ходу врезался в ограждение, и он выбыл из игры. — Черт! Со стоном отбросив контроллер, он повалился головой на бедра брата. — Мы тоже «детишки богатеньких родителей», если ты вдруг забыл. И убери голову, у меня ноги затекут! У тебя там что, свинец вместо мозгов? Почему она такая тяжелая? Под ворчание сверху, Наруто немного подтянулся и уместил на ногах Дейдары еще и плечи, наслаждаясь злым шипением. — Ну, мы-то другие. С мамой не забалуешь. Оба невольно вздрогнули, вспомнив свои самые яркие детские проделки и последовавшее за ними возмездие. — Надеюсь, нам повезет с одноклассниками. — Дейдара завершил заезд, не добрав до рекорда всего пару секунд. Отложив джойстик, он принялся задумчиво перебирать короткие золотистые пряди Наруто. Как бы он ни ворчал, это привычное действие всегда его успокаивало. — Я тоже надеюсь на это. Но в любом случае, мы прорвемся. Заведем друзей, а если кто-то начнет нарываться — сначала я начищу им физиономии, а ты зальешь их сумки какой-нибудь дрянью, чтоб от них несло тухлыми яйцами. — А что, отличный план! — Дейдара весело поиграл бровями и со смехом столкнулся кулаком с кулаком брата. Настроение было прекрасным. Впереди оставалась еще целая неделя свободы — время встреч с друзьями и приятных хлопот. Волнение не угасло, но теперь оно сменилось предвкушением. Пока они есть друг у друга — всё будет хорошо. Они со всем справятся.

***

Солнце уже взошло, но его лучи едва пробивались сквозь плотно задернутые шторы. Наруто, уткнувшись лицом в подушку, спал крепким сном, полностью игнорируя будильник, который он рефлекторно отключил уже во второй раз этим утром. В комнате раздавалось лишь тихое сопение и едва слышный шелест сползающего на пол одеяла, но эта умиротворенная идиллия была нарушена внезапно распахнувшейся дверью, которая с грохотом ударилась о стену, а на пороге застыл Дейдара. Увидев, что брат так и не проснулся, он закатил глаза и решительно направился к кровати. То, что Наруто с трудом вставал по утрам, не было для него новостью, но Дейдара лелеял наивную надежду, что с возрастом этот лоботряс начнет относиться к режиму серьезнее и перестанет засиживаться по ночам. Эти мечты, однако, с каждым днем стремительно разбивались о суровую реальность. Сам Дейдара был типичным «жаворонком» и не испытывал затруднений с ранним подъемом, поэтому привычно ставил будильник раньше положенного, чтобы успеть вытащить брата из царства сна. Подойдя к постели, он, недолго думая, с ухмылкой уселся парню на спину, наблюдая, как тот начинает недовольно ворочаться под внезапно навалившимся грузом. — Вставай. И так дольше нужного провалялся, — непринуждённо проговорил Дейдара, устроив локоть на лохматой голове, еще глубже утыкая его лицо в подушку, практически полностью перекрывая доступ к кислороду. Немного полежав в таком положении, Наруто резко перевернулся на кровати, скидывая возмущенно вскрикнувшего парня на пол. Оба уставились друг на друга, сверкая злыми глазами. — Ты меня удушить решил? — прохрипел Наруто. — Если тебе предпочтительнее тазик холодной воды, только скажи, я с удовольствием вернусь к этой практике, — Дейдара поднялся на ноги и многозначительно посмотрел в сторону ванной комнаты. — Я же не виноват, что тебя нереально разбудить. Ложился бы раньше — не страдал бы сейчас. — Я тебе сто раз говорил: не могу я уснуть рано! Кручусь, в потолок пялюсь, пока не вырублюсь от усталости. — Ага, уткнувшись в монитор компьютера ты «крутишься». Все, вставай, я пока пойду тебе кофе сделаю. И не тормози, а то будить тебя пойдет уже мама, и тогда пощады не жди. Оставив брата приходить в себя, Дейдара удалился на кухню, поправляя сбившийся хвост. В конце концов, кофе и правда сам себя не сварит. А Наруто, сонно моргая глазами, продолжал лежать на кровати. Комната погрузилась в тишину с уходом Дейдары, но ее тут же нарушили протяжный зевок и тихий, измученный стон. Вчера он и вправду заигрался допоздна и сегодня чувствовал себя совершенно разбитым. Даже короткая потасовка не смогла долго продержать его бодрым: веки против воли снова наливались свинцом. Попытка сесть не увенчалась успехом — гравитация, казалось, усилилась в десять раз, но, сделав над собой усилие, Наруто все же свесил ноги с кровати. — Нужно вставать… — бормотание под нос звучало, словно мантра в полумраке комнаты. — Нужно встать… Ударив себя по щекам, он резким движением поднялся, проигнорировав легкое головокружение, и распахнул шторы, впуская в комнату солнечный свет. Немного подумав, парень открыл окно нараспашку, и комната быстро наполнилась свежим, прохладным воздухом, который помог немного прояснить сознание, но этого было явно недостаточно. Что ж, надежда осталась только на ледяной душ. Пока Наруто пытался прийти в чувство, Дейдара уже успел приготовить простенький завтрак для себя и крепкий кофе для брата. Заставить младшего поесть с утра было задачей невыполнимой — его часто подташнивало после пробуждения. Кушина вечно ворчала на эту вредную привычку пить кофе на пустой желудок, но поделать ничего не могла: без него мозг Наруто отказывался включаться. Дейдара шутил, что мозг у него в принципе большую часть времени находится в автономном режиме и ранний подъем здесь ни при чем. Парень уже закончил с тостом и допивал чай, когда в кухню зашел сонно зевающий Наруто. Старший брат внимательно просканировал его внешний вид и остался удовлетворен: школьная форма, выглаженная накануне матерью, сидела идеально. Правда, строгий костюм забавно контрастировал с копной растрепанных волос, по которым явно «плакала» расческа, и расфокусированным взглядом, но с этим Дейдара успел смириться за столько лет, так что в расчет состояние брата не брал. Сев за кухонный стол, Наруто, зажмурившись словно кот, принялся потягиваться, громко хрустнув позвонками. Сдержав смешок, Дейдара протянул брату кружку крепкого кофе с карамельным сиропом. — Твой утренний эликсир. Пей, пока горячий. Нахмурившись от легкой головной боли и потерев глаза, Наруто осторожно прихлебнул кофе. С каждым глотком его брови расслаблялись, и недовольное выражение лица постепенно сменялось умиротворенным. — Спасибо. Что ты туда добавил? Вкус другой, более… насыщенный, что ли? — Видел ролик, что в кофе нужно добавлять соль для баланса. Решил проверить на подопытном. Поперхнувшись напитком, парень вытаращил глаза на довольно усмехающегося Дейдару. — Ты мне реально соль добавил?! — Всего щепотку. И не возмущайся — пришел на всё готовое, так что пей, что дают. — Да мне нравится, не психуй, — быстро примирился Наруто. — Где мама? — Машину прогревает. Отец уехал раньше, у них там какой-то аврал. Допивай скорее, не хочу опаздывать в первый же день. Тихо бурча под нос про «скучных заучек» и «правильных мальчиков», Наруто уставился в свою кружку, будто надеясь увидеть в ней ответы на все свои вопросы. Тишина в доме нарушалась лишь негромкой музыкой, доносящейся из работающего телевизора, и общая умиротворенность утра расслабила Наруто, который совершенно потерял бдительность. Поэтому нога, ударившая его под столом, стала полной неожиданностью, и, вскрикнув, блондин едва не свалился со стула, чудом не расплескав остатки кофе. — Ты что творишь?! — заорал он, хватаясь за ушибленное место. С глазомером у его вредного братца всегда был полный порядок, поэтому удар пришелся именно туда, куда его до этого треснул Джирайя. Черт. — Как видишь, я не такой уж и правильный мальчик. Допивай и пошли, пока эта кружка не оказалась на твоей голове. — Значит, по поводу «заучки» ты не против? — уточнил блондин, и, допив кофе одним большим глотком, вскочил и вовремя отпрянул: ладонь Дейдары пронеслась в том месте, где секунду назад была его голова. Хохотнув, Наруто закинул кружку в посудомоечную машину и двинулся в сторону коридора, где Дейдара с разбегу запрыгнул ему на спину, хлестнув длинным хвостом по лицу. Рефлекторно подхватив стройные бедра, обвившие его талию, Наруто пошатнулся и начал отплевываться от волос, попавших в рот. — Ну и что это за фокусы, даттебайо? — Я сделал тебе одолжение — сварил кофе. Теперь твоя очередь — вези меня к выходу! Но-о-о, мой верный скакун! Закатив глаза, Наруто под заливистый смех брата рысцой побежал к пуфику в прихожей, куда и сгрузил его тело. Обувшись и схватив подготовленные с вечера сумки, парни вышли из дома, направляясь к гаражу, где их уже ждала мама. Быстро окинув их взглядом и удовлетворенно кивнув, она села в машину, после чего ее примеру последовали блондины, запрыгнув на заднее сидение. — Ну что, готовы к новому дню? Вы же ничего не забыли? — Кушина сдула с глаз прядку волос и с улыбкой посмотрела на сыновей в зеркало заднего вида. Услышав в ответ согласное мычание Дейдары и смачный зевок Наруто, она рассмеялась и вырулила на трассу. Ехать было недолго, и дорога прошла достаточно умиротворенно. Узнав, что отца вызвали на работу раньше положенного из-за стихийного митинга: рабочие обанкротившегося завода столкнулись с полицией, оба тяжело вздохнули. Минато занимал должность министра финансов и был обязан явиться на внеурочное собрание. Ситуация в стране была неспокойной: из-за увеличившихся пошлин на ввоз иностранной продукции цены внутри страны начинали стремительно расти. И если крупные корпорации держались уверенно, то малый бизнес рушился, порождая безработицу и недовольство. Заметив, что ребята притихли, погрузившись в невеселые думы, Кушина включила радио, настроив на канал с бодрой музыкой, и умело перевела тему. Поговорив по поводу планов на вечер и обсудив, что можно приготовить на ужин, они как раз доехали до пункта назначения. Притормозив и припарковав машину, женщина обернулась к парням и, потрепав их по голове, улыбнулась на ворчание Дейдары, который принялся поправлять сбившуюся прическу. Наруто же, наоборот, прильнув к ее руке, закрыл глаза и засопел. — Ты чего? Волнуешься? Немного помолчав, Наруто поднял голову и отзеркалил улыбку женщины. — А вот и нет, даттебайо! Не волнуйся за нас, всё будет хорошо! — Он по-хозяйски закинул руку на плечи брата, тут же получив локтем под ребра. Началась шуточная возня, пока Кушина не выставила их из машины. Все еще посмеиваясь, оба блондина, плечом к плечу, пошли к школе, уже не видя нежного взгляда матери, направленного на своих детей, которые подозрительно быстро выросли. Вздохнув, она заглушила машину и пошла вслед за парнями, которые уже ушли далеко вперед и, обернувшись, кричали, чтобы та их догоняла. Скоро должна была начаться вступительная церемония. Академия Гакусюин впечатляла. Вместо безликих бетонных коробок взору предстало монументальное здание из темного камня и красного кирпича, утопающее в зеленом кампусе. Тенистые аллеи, видевшие когда-то детей императорской семьи, сохранили атмосферу строгости и покоя. Зайдя в здание школы, семья Намикадзе оказалась под высокими сводами, окруженная деревянными панелями и полированным до блеска паркетом, который тихонько скрипел под шагами. Здесь не было суеты, но царило достаточно оживленное движение. Новички со своими семьями, сверив информацию в списках поступивших, направлялись в сторону спортивного зала, где должна была начаться церемония. Вертя головами и разглядывая внутреннее убранство школы, молодые омеги со своей матерью двинулись туда же, после чего начали занимать места. Солнечный свет раннего апреля пробивался сквозь высокие окна актового зала. Воздух был пропитан ароматом цветущей сакуры, смешанным с запахом новой полировки и легким волнением. В зале, украшенном флагами школы и цветочными композициями, царила почти полная тишина. Новые ученики сидели ровными рядами, стараясь не шевелиться. Начало церемонии было объявлено тихим и приветливым голосом заместителя директора: Като Шизуне — темноволосой женщины с приятными чертами лица. После объявления на сцену вышла директор академии: Сенджу Тсунаде — красивая женщина в строгом костюме бежевого цвета, который подчеркивал её стройную фигуру и плотно облегал пышную грудь, вызывая невольное восхищение качеством пошива, не позволяющего ткани расползаться под напором таких форм. Она подошла к микрофону и окинула притихших учеников цепким взглядом ореховых глаз. — Дорогие ученики, уважаемые родители! В этот прекрасный день, мы с гордостью приветствуем вас в стенах нашей академии. Вы преодолели долгий путь, выдержали испытания и теперь стоите на пороге нового мира. Учитесь не только для оценок. Учитесь сомневаться, задавать вопросы и находить свой собственный ответ. Академия Гакусюин научит вас не только точным наукам, но и искусству жизни: уважению к традициям, дисциплине и, самое главное, умению служить обществу. Каждый из вас — будущее этой нации. Я жду, что вы будете работать усердно, с честью носить герб нашей школы и всегда помнить, что самое ценное знание — это знание о себе самом. Под аплодисменты зала директор поклонилась и вернулась на свое место. К микрофону вновь вернулась Шизуне. Прокашлявшись, она заговорила: — Для произнесения клятвы первокурсника приглашается лучший по результатам вступительных экзаменов — Хьюга Нейджи. Красивый молодой человек с длинными каштановыми волосами и практически прозрачными глазами, с идеально ровной спиной поднялся на сцену. Он поклонился учителям и, глубоко вдохнув, начал говорить: — Дорогие учителя, старшие ученики и родители! Для меня огромная честь стоять здесь сегодня и говорить от имени всех первокурсников. Мы, новое поколение Академии Гакусюин, осознаем, какая ответственность ложится на наши плечи. Мы пришли сюда не только за дипломами, но и за формированием нашего духа и характера. Мы готовы к трудностям. Мы готовы к новым открытиям. Мы клянемся, что сделаем эти три года в школе незабываемым и плодотворным временем. Спасибо Вам всем за внимание! Церемония была завершена, и под руководством учителей первоклассники колоннами покинули зал и направились в свои классы, где их ждали первые инструкции от классных руководителей. Наруто и Дейдара шли рядом и осматривали потенциальных одноклассников, направляясь в центральный корпус. Добравшись до развилки коридоров, оба замерли, не обращая внимания на обходящих их людей. С лица Наруто медленно сползла улыбка, Дейдара слегка побледнел. Они переглянулись. В этом молчаливом взгляде было все: растерянность, интерес и легкое волнение. Наруто неловко протянул руку и Дейдара, не раздумывая, вцепился в неё в ответ так крепко, будто от этого зависела его жизнь. — Ну… удачи тебе, даттебайо. — Тебе тоже. Постарайся не быть дубиной чаще, чем обычно. — А ты не будь язвой. Увидимся после классного часа? Дейдара кивнул, и, постояв еще мгновение, они разжали руки, развернувшись друг к другу спиной, двигаясь в сторону своих аудиторий. На лице Наруто вновь появилась улыбка, с Дейдары сошла бледность, и появился хитрый блеск в глазах. Пришло время знакомиться с одноклассниками.