Шесть лет на размышления

Сердце никогда ещё так сильно не билось о грудную клетку, когда я узнала, что меня отправляют на задание и ставят в пару с моим любимым британцем. Хотя по виду, мне кажется, он не так рад, но это уже не мои проблемы. В действительности, это задание было скорее проверкой, прежде чем отправить меня одну. При людях мы старались держать дистанцию, но из головы не выходили фрагменты той ночи. Как же он был близко... Действительно, шкаф 2на2. Задание — простецкое, нужно было выкрасть особо ценные данные, так что спустя около четырех часов после объявления миссии мы выдвинулись. Двоих было более чем достаточно. "Веди себя как можно тише и аккуратнее," проговорил Гоуст, сидя напротив меня и сверля меня серьёзным взглядом. Я кивнула, всматриваясь в пейзаж за окном. Лес и небо сливались в одно сплошное чёрное пятно, ни птицы, ни ветерок не пели свои песни. Слишком спокойно. С окна я перевела взгляд на мужчину; тот сосредоточенно всматривался в мрак ночи. Я обводила его напряженную позу, форму, маску с накладкой в виде черепа. Почему именно череп? Заметив, что я на него пялюсь, Гоуст повернулся ко мне с вопросительным взглядом, возможно он ещё выгнул бровь, но кто знает, у него маска, которую у меня уже тянутся руки снять... Потом прильнуть к его губам. Вздрогнув, я помотала головой, откидывая эти мысли в дальнюю часть своего сознания. Нужно сосредоточиться — мы почти на месте. Взгляд луны подсвечивал ветви деревьев серебром. Ветер подвывал свои грустные песни, подхватывал чьи-то слова и уносил вдаль. Сухая листва хрустела под ногами как бы я не ступала — это раздражало, вся тишина рушится с этим мерзким хрустом. Сжав челюсть, я следовала за Гоустом, ближе к зданию — нужно найти вход. Порыв ветра в спину заставил покрыться мурашками и продрогнуть. Место, куда нам нужно пробраться — заброшка, оккупированная группировкой, у которой и нужно выкрасть данные. Остановившись у дыры в бетонном заборе, до моего слуха доходили разговоры на непонятном языке. Покрепче сжав пистолет в руках, я прикусила щеку изнутри, слушая команды Гоуста. Подавив волнение, я вышла. Первый выстрел — промах, второй — удача. Только со второй попытки я попала в охранника. Адреналин ударил по вискам и у меня слегка закружилась голова, но я сделала несколько шагов, прислушиваясь тому, что происходит внутри. Только после проверки на растяжки мы вошли. В темноте видны стеллажи, на них коробки— это, возможно, склад. По плану здания нам нужно пройти вглубь, на втором этаже в дальней правой комнате — серверная. На второй этаж есть две лестницы и пожарная, но она ужасно хрупкая, держится "на соплях". По плану мы должны пробраться к второй лестнице — она задумывалась как ход для персонала, так что довольно узкая и находится в неудобных пролётах, как для одной, так и для другой стороны. "Прямо по коридору и направо," скомандовал Гоуст, идущий позади меня. Я шагала быстро и обдуманно — звука почти не было, от напряжения у меня пропадало дыхание и даже сердце не реагировало на присутствие того, ради кого оно бьётся. Сталь, сверкнув в потёмках, с мерзким звуком разрыва плоти вошла глотку, не давая крику вырваться. "Ты..." хрипел он, кровь брызнула на стену, на мою руку и стекала по его одежде и телу. Опустив его, я пошла дальше, лестница уже виднелась и мы начали подъем. Где-то в коридоре, приближались голоса — они хотят спуститься. Прижавшись в тени, нас почти не было видно, одно неловкое движение и они коснутся нас. Выдохнув воздух из легких, я затаилась, рядом со мной — Гоуст. Сейчас они пройдут и... "Что это?" один из патрулей направил взгляд прямо на меня, замечая отблеск и без того тусклого света на мне. "Сейчас!" мужчина напал на того, что был рядом с тем что смотрел на меня, а я — на ближайшего. Спустя пару минут в мраке притаились два трупа. "Нам следует попроситься," проговорил он, поднимаясь на второй этаж, мы совсем близко к серверной. В некоторых коридорах жужжа мигал свет, заставляя больше моргать. Дверь в серверную, конечно, заперта, но для такого случая нас обучили тихому взлому с помощью отмычек. Я быстро отворила дверь, пока напарник стоял "на шухере". В помещении душно и оно полнено густой темнотой. Почти наощупь я нашла компьютер, подключив его к специальному аппарату, не оставляющий следов входа, начала скачивание данных. "Скачиваю," проговорила я наблюдая за пакетами данных, пролетающих как один сплошной огромный список. Тишина давила на уши, в любой момент сюда могут войти, тут негде прятаться; сердце колотилось прямиком в ушах. Ну же. Вскоре всё нужно скачалось, отсоединенив аппарат, я закинула его себе в сумку, флешку с данными спрятала отдельно, а фейковую вставила в аппарат. Воздух вышел из меня стремительно. Нам предстоит дорога обратно. Спустя около двух часов, мы были вновь на базе. Мои нервы на пределе и я просто хочу спать. Так что, моё первое дело по прибытию — был сон. Кошмаров не было — я настолько сильно устала, что попросту не обратила на них внимания.

***

Я проснулась ночью, сумерки отходили. Стало прохладнее, так что, накинув ветровку, я спустилась вниз, вспомнив про бар на базе. Слава Богу, он ещё два часа работал и в десять закрывался. Так же как и я, про бар вспомнил ещё один человек. Заказав нечто случайное и менее крепкое, я тут же получила свой напиток. В помещении тихо, бармен время от времени зависал в телефоне, а я лишь смотрела в одну точку, по мелким глоткам выпивая то, что мне дали — это был коньяк. Вскоре ко мне подсел ещё один человек, заказывая какой-то крепкий виски. Я долго не решалась заговорить с ним, тишина повисла между нами как кирпичная стена. "Как ты?" набралась силы я, чтобы пробить эту стену. "Всё хорошо," хриплым голосом отвечал он, за несколько глотков выпивая алкоголь и тут же заказывая новое, в то время как я один снифтер растягивала до последнего. Мне в горло вообще ничего не шло. Хех, но может кое-что другое... Я наблюдала за тем как быстро напивается Гоуст, всё это время я даже не пополняла свой коньяк — было тошно даже смотреть на этот янтарный цвет золота, будто осенняя пора, он напоминал мне детство, когда я бегала под дождём и мокрая опавшая листва, пахнущая свежестью и некоторым оттенком гнили, была примерно такого цвета. Папа гонялся за мной, а мама наблюдала за нами со вздохами. И она могла бы это продолжать делать, вместо тебя был бы мой младший брат, однако они мертвы, все. Их расстреляли прямо у меня на глазах. "Вив, пойдем, нужно поговорить," спустя где-то полчаса после своего прихода, проговорил Гоуст. Я была уверена, что он пьян, но пошла за ним. Мы пришли в самую отдалённую часть базы — на тренировочную площадку, а точнее за неё, там никто не ходит, только если не самые отбитые, как мы. "Послушай, Вивьен," его голос серьёзный, так что я напрягла слух, не желая ничего пропустить. "Думаю, ты знаешь, что я слышал ту твою фразу и знаешь почему," Гоуст замялся, будто пытаясь подобрать слова. "И видя то, как ты на меня смотришь... Я просто хотел попросить тебя забыть это," он смотрел мне прямо в глаза, а я не могла оторвать взгляда от него. Сердце упало в самый низ, я даже не слышала его сердцебиения — я ещё не успела признаться, как меня уже отвергают. "Почему?" выдавила из себя я, к горлу подкатил ком, казалось всё внутри трещит по швам. "Тебе не нужен такой человек, как я: сломленный, бесчувственный, на моих руках куча крови, как преступников, так и невинных, я — машина для убийств простым словом," его голос наполнен тяжестью. "Да, я повёл себя по-идиотски ответив тебе..." слёзы закрывали обзор, но не скатывались; я лишь прерывисто дышала. По голосу мне казалось он не хочет этого делать... Он смотрел на меня словно с желанием, чтобы я начала протестовать. "А если мне всё равно?" голос не слушался и выдал то, что я сейчас расплачусь. "Почему ты вдруг решил, что ты можешь выбирать кого я могу любить, а кого — нет," продолжала я, выражая свои мысли прямо. Во мне закипал гнев, недовольство и чувство предательства — прямо как тогда, когда на моих глазах их убили. И это ещё больше сыпет соль на рану, на зияющую дыру внутри, которую я сама выскребла — под моими ногтями моя кровь. "Я хочу любить тебя и буду продолжать это делать," нахмурившись я переместила вес с одной ноги на другую, скрестив руки на груди. "A right little madam," усмехнулся он, приподняв маску и притягивая меня к себе, чтобы завладеть моими губами... От слишком быстро меняющегося настроения у меня закружилась голова, или это от поцелуя? Сердце вернулось на своё место, медленно отбивая влюбленный ритм, разгоняя тепло и трепет по всему телу. Запустив руку в мои волосы, он слегка наклонил мою голову, чтобы иметь лучший доступ в мой рот и я поддалась. Внизу живота проснулось тягучее ощущение, вновь затягивающее свои узлы. Крепко прижимая меня к себе, спустя несколько мгновений Саймон отстранился. Губы немного покалывало и они припухли от того, с какой жадностью он впивался в них. Снизу вверх я всматривалась в его лицо, маска до сих пор немного задрана, открывая мужественный подбородок с небольшой щетиной, тонкие аккуратные губы. "Боже, Вив, не смотри на меня так," отвернувшись, но не выпустив меня, проговорил Гоуст, на что я хихикнула. "Но запомни, ты сама это выбрала, не пожалей об этом," наклонившись ко мне, он произнес это прямо у меня над ухом, вызывая мурашки и обжигая горячим дыханием шею. "Запомню и ни за что не пожалею," с усмешкой добавила. Поцеловав меня в макушку, он, надев маску полностью, проводил меня до общежития, где мы разошлись по комнатам.

***

Я уже хотела прыгать от счастья, но вспомнила, что за стеной спит Гоуст, так что придержала этот порыв детской радости в себе, просто завизжав в подушку... Моей радости не было предела, я никогда не думала, что буду так себя вести после обычного поцелуя; однако в этом было что-то необычное, что-то, что я до этого никогда не чувствовала. Это не похоже на трепет и волнение, когда по пальцам стекает теплая кровь, не похоже на радость от того, что выжил на очередном задании, не похоже на триумф после убийства себе подобного...