Искренне твой суперлучший друг, Кайл

В груди у обоих начал зарождаться взаимный страх. Они оба испугались происходящего и прервали поцелуй, но их тела всё ещё были тесно прижаты друг к другу. Их взгляды встретились, зрачки расширились от смеси наркотического опьянения и желания. Стэн уцепился за одно-единственное слово — наркотики. Это всё из-за наркотиков, а не из-за каких-то странных, глубоко подавленных чувств друг к другу. Ни за что. Они оба были просто под кайфом. Очень сильным кайфом. Однако, как бы отчаянно Стэн ни убеждал себя в этом, смущение всё равно залило его лицо румянцем, и он никак не мог решить, что делать дальше. Инстинкт твердил ему уткнуться лицом в плечо Кайла и спрятаться от всего мира, а здравый смысл — развернуться и бежать. Быстро. Очень быстро. И как можно дальше. В итоге Стэн не сделал ни того, ни другого. Внезапно до него дошло. В следующий миг всё превратилось в беспорядочную возню из перепутавшихся рук, ног и одежды: оба поспешно пытались отодвинуться друг от друга, рассевшись по разным концам дивана. Они неловко задевали друг друга руками, сталкивались плечами и коленями, но в конце концов всё же сумели разъехаться. Стэн вжался левым боком в подлокотник. Через мгновение он закинул правую ногу на левую и скрестил руки на груди, словно пытаясь отгородиться от посторонних взглядов. Кайл тоже инстинктивно закрылся: отвернулся к спинке дивана, упёрся пальцами ног в противоположный подлокотник и подтянул колени к груди так тесно, как только мог. Бля, — подумал Стэн. — Этот диван слишком маленький. Кайл прочистил горло. — Итак, эм… — Это всё из-за наркотиков, — выпалил Стэн. — Мы сделали это… это произошло только потому, что мы под кайфом. — Да… — голос Кайла предательски сорвался. Он снова прочистил горло и попытался начать заново. — Да. Это… так ощущалось, потому что мы под кайфом. Трава обостряет чувства и… и… делает их сильнее, чем они есть на самом деле. Эм… да. — Да, — эхом повторил Стэн. За большим окном щебетали птицы. Цифровая фоторамка переключилась на снимок, где Кайл и Стэн праздновали Хэллоуин, застыв в середине «дай пять». В тот год они решили снова надеть свои самые первые хэллоуинские костюмы. Правда, уже увеличенные версии — всё-таки подростки куда крупнее младенцев. На костюме-тыкве Кайла до сих пор красовалось пятно от искусственной крови, которой Стэн решил дополнить свой костюм вампира. Стэн вспомнил, как Кайл тогда пошутил: — Стэн знатно ре-вампнул свой первый костюм. В тринадцать лет Кайл и Стэн считали себя слишком взрослыми для такого дурацкого праздника. Это был тот неловкий возраст, когда отчаянно хочется поскорее вырасти и совершенно не ценишь то, что имеешь сейчас. Стэн отдал бы что угодно, лишь бы вернуться в те времена, когда всё было гораздо проще. Да и вообще — лишь бы не находиться здесь. Воздух становился невыносимо тяжёлым. Казалось, он вот-вот начнёт задыхаться. Это было уже слишком. Сейчас они были старшеклассниками. Больше всего их должно было волновать, поступят ли они в колледж, а не — Не это. Что бы это ни было. И вообще… можно ли это вообще так назвать? Кайл издал где-то в глубине горла грубый, сухой звук, похожий на хрюканье, и резко поднялся с дивана. У Стэна аж заныли мышцы — настолько живо он представил, как сейчас досталось мышцам самого Кайла. — Так! — воскликнул Кайл, хлопнув в ладоши. — Так. Отлично. Я хочу есть. Ты хочешь есть? Я хочу есть. У тебя есть шоколад? Хотя нет… Я не могу… Будто машинально его рука потянулась к поясу джинсов. Стэн склонил голову, пытаясь понять, что делает друг, но оказалось — ничего. Ладонь просто зависла над левым карманом. — Не можешь… что? — спросил Стэн. — Ничего, — Кайл опустил руку. — Еда. Есть хочу. Господи Иисусе, я сейчас умру. Шаги Кайла постепенно стихли, пока он шел на кухню: чем дальше он уходил, тем тише становился стук его ног по полу. Самому Стэну сейчас больше всего хотелось свернуться калачиком и надолго отключиться от реальности. И какое-то время он именно этим и занимался. Он не знал, сколько длилось это «какое-то время», но понимал, что вряд ли долго. Потом будто что-то щелкнуло у него в подсознании, и он поднялся с дивана, чтобы пойти следом. Стэн остановился в дверях кухни, положив ладонь на косяк. Картина, открывшаяся перед ним, была из тех, которые он никогда не ожидал увидеть. Кайл никогда не был человеком, который открыто приходил в восторг от еды. Конечно, иногда с ним такое случалось — всё-таки он был обычным парнем их возраста, — но Стэн мог с уверенностью сказать, что никогда не видел, чтобы тот с такой одержимостью искал, чем бы перекусить. Можно было списать всё на жор после травки. Можно было списать всё на саму травку. Но даже тогда Стэн привык, что люди под кайфом лениво роются в шкафах и холодильнике, без особой спешки. Может, Кайл и правда был другим? Или это Стэн раньше просто ничего не замечал? Кайл искал еду почти лихорадочно. В какой-то момент Стэн уже перестал понимать, действительно ли тот так сильно проголодался, или же с такой отчаянной энергией пытался отвлечься от неловкости после того, что только что между ними произошло. В тишине комнаты раздался шуршащий хруст — пальцы Кайла сомкнулись на огромной пачке чипсов из тортильи. Он повертел пакет в руках, разглядывая обратную сторону так, словно на ней были записаны все тайны мироздания. Его взгляд скользил по тому, что Стэн мог принять только за таблицу пищевой ценности. Не выдержав, Стэн фыркнул. Кайл поднял глаза. — Что? — раздраженно спросил он. — Я не понимаю. Ты что, проверяешь, кошерные ли эти чипсы, или…? Стэн услышал, как у Кайла перехватило дыхание. Его взгляд замер — он больше не бегал по мелкому тексту на обратной стороне тонкого, смятого пакета. — Что? — повторил Кайл. На этот раз слово прозвучало почти как змеиное шипение. Каждая клеточка подсказывала Стэну, что этой репликой он, скорее всего, только что совершил огромную ошибку — особенно сейчас. И все же он не смог сдержаться: тело само содрогнулось от невольного смешка. Кайл бросил пакет с чипсами на кухонную столешницу. — Не могу поверить, что ты сейчас это сказал, — произнес Кайл. Его голос звучал жестко и уверенно — с какой-то почти нелепой, если подумать, властностью, — но при этом оставался удивительно спокойным и тихим. — Да, да, ты прав… — Стэн снова расхохотался. Он зажал рот ладонью, пытаясь приглушить смех. Когда наконец успокоился, рука бессильно опустилась вдоль тела. — Господи, прости. Я такой мудак. Разрешаю тебе меня ударить. Кайл, казалось, на мгновение задумался. Это читалось даже по его взгляду — он опустил глаза на собственные руки. Вместо ответа он крепче вцепился в край столешницы. Костяшки пальцев побелели от того, с каким усилием он пытался сохранить спокойствие. Веки медленно опустились, голова поникла. Стэн слышал, как Кайл едва слышно считает до десяти. С каждым произнесенным числом его плечи слегка вздрагивали. Наконец Кайл поднял взгляд. — Я сейчас так зол на тебя, — сказал он. Хватка на столешнице постепенно ослабла, и пальцы вместо этого потянулись к пакету чипсов, лежавшему перед ним. Кайл принялся возиться с зажимом, которым был закрыт пакет. Руки у него едва заметно дрожали. Стэн почти не обратил на это внимания, а когда все-таки заметил, решил, что это просто от злости, в которой Кайл только что признался. И все же он наблюдал за Кайлом очень внимательно. Левой рукой Кайл взъерошил копну рыжих кудрей, а правой достал из пакета и аккуратно выложил на гладкую столешницу ровно пятнадцать чипсов. Стэн наклонился, прислонившись щекой к дверному косяку. — Пятнадцать чипсов? — спросил Стэн, когда Кайл снова закрыл пакет. Пятнадцать слегка подсоленных чипсов из тортильи лежали перед ним двумя аккуратными стопками. — Пятнадцать граммов углеводов, — просто ответил Кайл. Стэн вздрогнул, когда с громким стуком захлопнулась дверца шкафчика. Кайл смахнул обе стопки чипсов в подставленную ладонь, затем отнес их к кухонному столу, высыпал уже одной небрежной кучкой и сел. — Пятнадцать граммов углеводов… — повторил Стэн, словно пытаясь осмыслить услышанное. В каком-то смысле так оно и было. Он чувствовал, что упускает что-то важное. Было в этом что-то, чего он никак не мог понять. Но беспокойно подрагивающая нога Кайла ясно давала понять: сейчас не время расспрашивать. Стэн медленно подошел к холодильнику и на мгновение замер перед ним. Он задумался, не взять ли что-нибудь перекусить. Немного поколебавшись, все же решился. Он достал из холодильника пластиковый контейнер с нарезанным манго, вынул из ящика вилку и сел за стол рядом с Кайлом. Реакция Кайла последовала мгновенно. Он резко развернулся на стуле, демонстративно отвернувшись от Стэна, и с хрустом раскусил чипс, который только что успел закинуть в рот. — Господи, — простонал он. — Да съешь ты эту дрянь где-нибудь в другом месте, а? — Что манго тебе сделало? — спросил Стэн, снимая крышку с контейнера. — Ничего я против манго не имею, — пробормотал Кайл. — Да брось. Явно имеешь. Стэн наколол на вилку один из кусочков манго. — Да ладно, — не отставал он, указывая на Кайла вилкой. — Выкладывай. Кайл весь напрягся и принялся покусывать край чипса передними зубами. Он вел себя до странного необычно, и Стэн ничего не мог с собой поделать — ему ужасно хотелось понять, что творится в голове у его лучшего друга. Что вообще должно было случиться, чтобы человек наотрез отказался есть манго? Таинственность, которую напускал Кайл, уже начинала действовать Стэну на нервы. — Да неужели всё настолько плохо? — спросил он, наконец откусив кусочек манго с вилки. С набитым ртом он продолжил: — Нет, серьёзно. Что, черт возьми, такого произошло, что ты зарёкся есть манго до конца жизни? — Тебе не приходило в голову, что, может быть, я просто не люблю манго? Не у всего обязательно должна быть причина, — складки на куртке Кайла сместились, когда он бросил чипс, который держал в руке, на стол. — Может, причины — это глупость. Может, смысл — это глупость. Может… может… может… Стэн наблюдал, как Кайл вяло размахивает руками, бормоча себе под нос ещё несколько «может». Сам он, опершись локтями о стол, спокойно жевал манго. По сравнению с Кайлом он держался почти пугающе невозмутимо — особенно когда нога Кайла снова начала нервно и беспорядочно подрагивать. Наконец Кайл скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. Стэн решил, что сейчас подходящий момент заговорить. — Ну да, не у всего должна быть причина, — сказал он, подцепляя вилкой очередной кусочек манго. — Но почти у всего она всё равно есть. Ну… блин. Не знаю. Да ладно, чувак, ты заставляешь меня думать во время еды, а мне этого вообще не хочется. — А почему это так, Стэн? — спросил Кайл. Он практически с силой хлопнул ладонями по поверхности стола, уставившись на лицо Стэна, словно пытался найти там ответ. — Чувак, осторожнее, твои чипсы— — Да плевать на чипсы! — перебил его Кайл. — Скажи мне, почему ты не хочешь думать, пока ешь. Стэн закатил глаза. — Потому что больше думать — значит меньше есть. — А почему? — О, ради всего святого… — Стэн опустил голову и поднял левую руку, сжимая переносицу. Он крепко зажмурился. Сделав глубокий вдох, он отпустил нос и снова посмотрел на Кайла. — Господи. Хочешь поиграть в «почему» как маленький ребенок? Ладно, будем заниматься этим сраным «почему». Больше думать — значит меньше есть, потому что я не умею делать несколько вещей одновременно. Я не умею делать несколько вещей одновременно, потому что начну отвлекаться. Я начну отвлекаться, потому что, скорее всего, всё еще под кайфом. Я всё еще под кайфом, потому что покурил травку. Я покурил травку, потому что тебе этого хотелось, и… Он сделал паузу. — Ну надо же. Похоже, мы пришли к тупику в вопросах восприятия. Почему ты вообще захотел покурить, Кайл? Всё вокруг словно застыло, когда до Кайла наконец дошёл слегка снисходительный тон вопроса Стэна. Неожиданно пустое выражение его лица заставило Стэна задуматься, не зашёл ли он слишком далеко. Стоило ли вообще так злиться из-за этого? Была ли причина, по которой Кайл избегал манго, настолько важной? Или дело было совсем не в этом? Может, он действительно хотел узнать историю про манго. А может, ему просто хотелось понять, что, блять, это манго могло символизировать в данной ситуации. Стэн не мог разобраться. Сожаление подступило к его горлу. Он отвернулся и запихнул в рот ещё один кусочек фрукта. Это было пиздец как вкусно. Охуенно. Наконец Кайл, кажется, немного расслабился. Его нога всё ещё нервно подпрыгивала, что заставляло Стэна напрягаться, но остальные мышцы тела будто наконец приняли успокоительное. Кайл ковырял соль на оставшемся на столе недоеденном чипсе. В конце концов он начал закидывать чипсы в рот гораздо быстрее, чем до этого. Он всё ещё ел медленно, но это было неудивительно, если сравнивать его со Стэном, который всегда имел привычку торопиться во время еды. — Почему тебе не нравится манго? — спросил Стэн. В маленьком контейнере теперь оставался всего один кусочек фрукта, и, если честно, это его немного расстраивало. — Типа, дело во вкусе? В сахаре? Я не понимаю. Кайл разломил чипс пополам и принялся покусывать его края. — В последний раз, когда я ел манго, меня вырвало, — наконец признался он. Слишком простая развязка немного разочаровала Стэна. В то же время он был рад, что причина не оказалась чем-то действительно серьёзным. — Ладно, — сказал Стэн. — Это имеет смысл. Потому что это действительно имело смысл. Учитывая все особенности Кайла — все его черты, причуды, всё, что делало его Кайлом, — неудивительно, что он избегал чего-то, от чего ему уже становилось плохо в прошлом (Стэн не был уверен, почему Кайла вообще вырвало именно от манго, но сейчас это было неважно). Однако даже то, насколько логичным был этот ответ, не делало ситуацию менее нелепой. Лицо Стэна так и норовило расплыться в улыбке, а лёгкие были готовы снова содрогнуться от приступа смеха, но его мозг был недостаточно затуманен, чтобы действительно находить это смешным. Вместо этого он просто принялся тыкать последний кусочек манго вилкой, пока не прижал его к краю контейнера. Он разглядывал вмятины по бокам кусочка, оставленные зубцами вилки. Подняв взгляд, он увидел, что Кайл наблюдает за ним, прижав крекер к верхней губе. Стэн отпустил вилку и медленно подвинул контейнер к Кайлу. Теперь внутри оставались только один кусочек манго и вилка. — Хочешь последний кусочек? — спросил Стэн. Кайл скривился. — Фу, чувак. Это же будет непрямой поцелуй. — Ну да, конечно. Мы вообще-то целовались на этом диване меньше двадцати минут назад, так что… — Стэн пожал плечами. — Думаю, мы уже вышли за пределы «непрямых поцелуев». На мгновение единственным звуком, доносившимся от Кайла, был тихий хруст чипса между его зубами. Они оба молчали, пока Кайл не съел ещё пару штук. — Нам стоит… поговорить об этом, да? — наконец сказал Кайл. — Определённо, — ответил Стэн. Снова хруст. Снова дыхание. Снова тишина, в которой они слушали друг друга. — Но нам ведь не обязательно делать это сейчас, да? — вдруг подал голос Стэн. — Определённо нет, — ответил Кайл. Оба мальчика с облегчением выдохнули. Казалось, что слой напряжения, который постепенно накапливался весь последний час, наконец сошёл с них, и они снова смогли почувствовать себя нормально. Ну, настолько нормально, насколько вообще могут чувствовать себя два подростка, медленно отходящие от кайфа после травки. Что, на удивление, было довольно нормально. Внезапно Кайл спросил: — Мы можем как-нибудь повторить это? Сердце Стэна дрогнуло. — Что? — Я… — Кайл запнулся. Когда он продолжил, его голос стал заметно тише. — Травку. Мы можем как-нибудь снова накуриться? Ощущение тут же разбилось. Стэн прочистил горло. — Да. Конечно. Он забарабанил пальцами по стенке контейнера, слушая тихое щёлканье ногтей по пластику. — Так, — начал Стэн. Кончиками пальцев он снова придвинул контейнер к другу. Кайл перестал жевать. — Хочешь последний кусочек? — Нет, — ответил Кайл и, прежде чем Стэн успел спросить почему, добавил: — Я не знаю пищевую ценность одного кусочка манго. — А почему тебя вообще волнует— И тут до Стэна дошло. — А. Он откинулся на стуле, прижавшись спиной к деревянной спинке. В его голосе и позе появилось осознание, настолько очевидное, что это почти выглядело глупо. — Ты диабетик. — Вау. Ты сегодня просто ходячая энциклопедия проницательности, да? Очевидно, это был не самый гордый момент Стэна, но даже так он постарался отнестись к этому нормально. В крайнем случае можно было всё списать на травку. Стэн взялся за край контейнера и подтянул его обратно к себе, другой рукой снова подхватывая вилку. Быстро съев последний кусочек манго, он встал из-за стола и поставил контейнер рядом с раковиной. Решил оставить его там, чтобы помыть позже. Если он забудет сполоснуть его и поставить в посудомойку до понедельника, это сделает мама. Так или иначе, дело будет сделано. Стэн повернулся к Кайлу и прислонился поясницей к краю столешницы. — Тебе не нужно проверить сахар в крови или что-то типа того? — Я проверил его до того, как ты за мной пошёл, — ответил Кайл. — До того, как… Стэн задумался. Его брови нахмурились, пока он пытался вспомнить момент, когда покинул своё удобное место на диване. Он правда завис там дольше, чем ему казалось? Наверное. Если учитывать всё произошедшее. Стэн прижал ладони к глазам. — Господи, — пробормотал он. — Как долго я там зависал на этом диване? Кайл закинул чипс в рот, пожал плечами и ответил: — Достаточно долго.