The neighborhoods

23 апреля 2025 года. 04:19 Банка Монстра совершила красивый пируэт и с металлическим лязгом упала на пол. Ландо вздохнул, наклонился, чтобы поднять её. Поставил обратно на стол, уперся лицом в ладони, потёр глаза. Через пять часов начнётся последний экзамен за год. Ландо знал все билеты наизусть, но вчера ему задали вопрос, на который он не смог полностью ответить. Перфекционизм и тревожность пожали друг другу руки с характерным хлопком, от которого в мозгу Ландо Норриса коротнуло, и теперь он штудировал все билеты заново. Парень сам не особо понимал, как это работает с ним, но всё, что являлось его зоной ответственности, становилось маниакальной зависимостью. Если учёба, значит на отлично. Если работа, значит с полным погружением и максималльной оптимизацией. Если хобби, значит досконально должно быть изученно. Это никогда не касалось вещей, которые Ландо не интересовали. Например, непрофильные предметы по типу истории и информатики по долгу могли оставаться в дальнем ящике. Домашку по ним Норрис мог сделать либо за пять минут до пары, либо в последний день прогнать через нейросеть и лечь спать со спокойной душой. Но вот занятие, попадавшие в его круг интереса... Становились буквальной делом Икс. Преподаватели за это любили, но для Ландо иногда честолюбие превращалось вот в такие мучения. И он ничего не мог с собой поделать. Совесть начинала бить с размаху отбойным молотком, если Норрис пытался закрыться от какого-то пустякового замечания. 23 апреля 2025 года. 10:34 Пепел упал с кончика сигареты. Ветром его снесло на рубашку Ландо. Парень недовольно нахмурился, сцепив губы вокруг фильтра, чтобы кусок бумаги, набитый табаком не шлепнулся ему под ноги, и принялся отряхивать ткань. Курил Норрис редко. Теперь. Когда болела мама, сигарета оказывалась во рту примерно раз в два-три дня. Для парня это было скорее психосоматическим ритуалом, чем реальным способом успокоиться. Он просто верил, что вот сейчас покурит, и станет чуть легче. И становилось же. Мозг человека - поистине удивительная штука. Погода стояла приятная. В этом году вообще везло с ней. И зима была хорошей, и весна радовала большим количеством теплых деньков. Солнце припекало кучерявую макушку. Ландо потрогал ладонью темечко для понимания, стоит ли отойти в тень. Сегодня он курил, улыбаясь. Зак с утра написал короткое сообщение с пожеланием удачи на последнем экзамене и напоминанием о том, что его ждут. Экзамен сдан на отлично. Его ждут. Выкинув окурок, Ландо открыл их с Брауном перписку, решив сообщить о результатах самостоятельно. Норрис прекрасно знал, что уже сегодня вечером до руководителя Макларена дойдут все необходимые сведения, но ему казалось, что так он ускорит процесс перевода на новую работу. В общем-то, так и получилось. Зак поздравил его и спросил, когда парень будет готов к приезду. Ландо радостно сообщил, что хоть завтра. Получив в ответ время встречи с водителем, Норрис снова отправился в вуз: в зачётной книжке нужно было поставить печать деканата, чтобы все результаты зачётов и экзаменов считались подтверждёнными. Оставив зелёную корочку в ящике с номером своей группы, парень пружинистой походкой отправился на остановку, решив доехать до дома, а не дойти пешком, - так быстрее. Зайдя в магазин около дома, Ландо купил себе алкогольный коктейль. Сегодня он - король своей жизни. Вечером Норрис приготовил себе лазанью, включил фильм, давно валявшийся в избранном, открыл коктейль и завалился на кровать. На душе было так светло, что парень от души смеялся над простецким юморком "Ветчины, ветчины". Завтра начиналась новая жизнь, а со старой Ландо решил распрощаться вот на такой доброй ноте. После просмотра и загрузки посудомоечной, парень от нечего делать решил полистать странички инстаграмма пилотов Формулы. Начал с Феррари, закончил... закончил Оскаром Пиастри. Его фотографии Ландо рассматривал с принципиальной придирчивостью - он пытался по глазам, позе, жестам и мимике понять, с каким человеком ему предстоит работать. В том, что Пиастри - социопат, Норрис убеждался всё больше. Практически на всех видео, где пилот с кем-то разговаривает, его лицо просто копирует лицо собеседника. А вот на одиночных записях у Оскара почти всегда отстранённое выражение. Да и даже если он демонстрирует какую-то "эмоцию", по глазам отчётливо видно, что это лишь движение мышц, а не отражение чувства, которое у обычного человека самостоятельно возникает в разуме. Ещё больше факт социопатии подтверждает наличие у Пиастри эмпатии. Он даже говорит об этом прямо пару раз, мол, я прекрасно понимаю, что вы чувствуете. Но не чувствую того же самого, - додумывает Ландо, - потому что не умею. Норриса правда забавляла такая деформированная зеркальность с будущим подопечным. К концу просмотра страницы пилота, парень складывает о нём следующее мнение: целеустремлённый перфекционист с пассивной агрессией, которую хорошо слышно во время инцидентов в гонке и ответов на каверзные вопросы, имеет собственный строгий моральный кодекс, держится особняком, но при этом к нему хорошо расположены абсолютно все остальные пилоты и даже многие руководители команд. Интересный экспонат. Для Ландо он тут же вошёл в список: разгадать и докопаться до нутра. Учитывая то, что по перспективам Зака, Норрис будет в команде несколько лет точно, ему просто профессионально необходимо войти в зону доверия своего подопечного - это сильно увеличит эффективность работы. 30 апреля 2025 года. 09:07 Рябь на воде шла от центра пруда прямо к бортику у ног. Отражение размывалось на несколько секунд, а потом снова становилось чётким. И так из раза в раз. - Природу любишь? - знакомый голос прервал поток белого шума в голове. - Здравствуйте, Зак. Очень. У вас очень красивая локация для штаба. - Ландо повернул голову, улыбнувшись подошедшему Брауну. - Да, и от глаз лишних подальше, и сотрудников успокаивает периодически. - усмехнулся тот. - Пойдём, покажу твою вотчину. На двери кабинета уже висела табличка: "Физиотерапевт Оскара Д. П. Ландо А. Н." Помещение находилось на верхнем этаже штаба. Во всю противоположную входу стену красовалось панорамное окно. Посередине стояла кушетка с нижней полочкой, на которой лежали одноразовые простыни, перчатки и прочие расходники. Спиной к окну стояло кресло и рабочий стол с органайзером и подставками, лампой и принтером. Остальные две стены занимали стеллажи и полки. Они были заставлены папками с, видимо, прошлыми данными по пилоту. - Нравится? - спросил Зак, облокотившись о дверной проём. - Очень. - коротко ответил Ландо, пройдясь рукой по кожаной поверхности кушетки. - Пойдём договор подписывать. - Браун махнул рукой, указывая следовать за ним. Они спустились обратно на первый этаж, прошли через зал, в котором стояли болиды прошлых поколений и стеллажи с наградами. Ландо засматривался, помечал у себя в голове количество. Просто на всякий случай... Договор Норрис читал долго и вкрадчиво. Зак не торопил. Чтобы провести пять лет на одном рабочем месте с подписью о неразглашении и бешеным графиком требовалось очень уверенное решение. Обязанности захватывали куда больше направлений, чем у обычного физиотерапевта, но об этом Браун предупреждал Ландо в самом начале, поэтому тот за год проштудировал диетологию и спортивную психологию. В последнем сильно помогал танцевальный опыт, потому что многие аспекты Норрис прознал на своей шкуре. В его работу входили физическая подготовка к каждому гоночному уикенду и реабилитация после них, составление программ тренировок в зависимости от условий каждого города, а они порой очень сильно различались, массаж, контроль питания и гидратации, психологическая поддержка и даже организация быта. Из всего написанного Ландо вынес, что личный физиотерапевт - это буквально тень пилота. В одном из пунктов было написано, что врач имеет право ограничивать круг общения и брать на себя все отвлекающие факторы. Это было, конечно, в новинку. Однако, размашистая подпись говорила о том, что парень в это дело ввязывается добровольно и с очень большим энтузиазмом. Ландо с Заком обговорили, что первому понадобится своя мини-лаборатория для свободной возможности создавать ингибиторы. Браун пообещал выделить под неё отдельный кабинет. После этого мужчина провёл новому сотруднику экскурсию по штабу, показав столовую, тренажёрный зал, общий медкабинет для остальной команды, познакомил с физиотерапевтом второго пилота - Сайнза и рассказал, где можно найти кофемашину и холодильники с энергетиками. Оказалось, Монстр Энерджи был одним из спонсоров Макларена, потому стеллаж с чёрно-зелёными банками стоял прямо в столовой. Пообедав, Ландо закрылся в своём новом кабинете и принялся изучать данные по своему новому подопечному. Он выписывал средний пульс, давление, водно-солевой баланс, содержание плазмы крови, реабсорбную возможность почек и пределы колебания всего этого, высчитывал нужную дозу ингибитора, просматривал историю полученных травм и микротравм, нарисовал себе структурно тело Оскара и отметил повреждённые участки на нём, повесил схему на стену. Вечером, перед отъездом, снова зашёл Зак. Он посмотрел на объём сделанной работы, присвистнул по-доброму. - Я прямо горжусь своей способностью выбирать правильных людей. - поделился он. Ландо потянулся и довольно улыбнулся. - В пятницу вылетаем в Майами. - продолжил Браун. - Работа начинается. Норрис заторможенно кивнул. Дома парень долго стоял под горячим душем. Он хотел сделать и тело новым. Смыть всё-всё старое, чтобы его груз не помешал ему в наконец-то достигнутом будущем. Не сумев уснуть из-за колотящегося сердца, Ландо стал собирать чемодан. Взял всё необходимое и чуть больше. Много одежды брать смысла не было - всем сотрудникам выдают командную форму. Да и сомневался Норрис в том, что у него будет много свободного времени, чтобы выгуливать гардероб. Сидя на краю кровати, парень втыкал в стену. В голове, на удивление, было пусто. Мозг как будто бы тоже перезагружался, перестраивался. Утром на электронную почту пришли билеты на самолёт. В этот момент последняя шестерня в голове докрутилась и встала на нужное место, включив светящуюся табличку: "Начали".