Между мирами

      Я лежала на песке и смотрела в небо. Оно было ярким, голубым, с редкими белыми облаками. Птицы пели где-то в кронах деревьев, и ветер доносил запах влажной земли и цветов.       Это было красиво. Чёрт возьми, это было так красиво, что хотелось плакать. Потому что всего час назад я была в крепости, полной кристаллов и каменных воинов, а теперь лежала на песке, мокрая, грязная, но живая.       Живая.       Это слово ударило меня сильнее, чем я ожидала. Я могла умереть. Мы могли разбиться. Если бы я ударилась о камни…       Нет, стоп, я была с Ллойдом. Со мной не могло ничего случиться. Главный герой всегда выживает... Да?       Я закрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание и избавить себя от тревожных мыслей о моей возможной смерти. Но на смену одним пришли другие.       Марк.       Сердце замерло.       Он добровольно остался, чтобы мы могли сбежать. А что, если он не выживет? Что, если его поймают и превратят в одну из тех статуй?       Я зажмурилась сильнее, прогоняя эту мысль.       Он обещал! Он выживет. Сама ты ему помочь не сможешь. Ниндзя... Да, я помогу Ллойду и другим героям, а они помогут мне найти Марка.       Наконец, я немного собрала свои мысли в кучу, и в голове появился план. Вернее, некое подобие плана. Но всё равно это лучше, чем ничего. Я повернула голову. Рядом со мной, тяжело дыша, на спине лежал Ллойд. Глаза были закрыты, и на его лице было выражение, которое я не могла прочитать. Усталость? Облегчение? Может быть, всё вместе.       В храме, когда я видела его впервые, он был другим. Напряжённым, сжатым, как пружина. А сейчас… сейчас он выглядел свободнее. Он дышал. В нём появилось что-то, чего не было в храме. Какая-то лёгкость, будто цепи, которые сковывали его, упали не только с рук, но и с души.       Я не знала, что именно это было. Возможно, надежда. Или просто осознание, что он снова свободен? Но я видела разницу, и она была огромной. — Ты как? — спросила я, чувствуя, как голос хрипит. — Жив, — ответил он. — Это главное.       Я усмехнулась и снова уставилась в небо. — Знаешь, я всегда думала, что падение с высоты — это больно. А оказалось — просто страшно. И мокро.       Ллойд фыркнул, но на его лице появилось что-то похожее на улыбку. — Неужели это был твой первый прыжок с летающей крепости? — Первый и последний, надеюсь.       Мы лежали в тишине. Где-то рядом плескалась вода, и я слышала, как кто-то тяжело дышит.       Стоп.       Я приподнялась на локте и увидела её.       Харуми.       Она стояла на четвереньках в воде, пытаясь откашляться. Её плащ промок и тяжело висел на плечах. Маска слетела, а красный грим на лице расплылся, и на долю секунды я испуганно подумала, что это кровь — Она… — я сглотнула. — Она жива.       Ллойд сел, и его лицо стало жёстким. В ту же секунду я увидела, как он снова меняется. Напряжение вернулось в плечи, взгляд стал острым, как лезвие. Будто он снова надел маску, которую снял на мгновение.       Харуми подняла голову. Её глаза горели яростью, но она была слишком слаба, чтобы нападать. Она просто смотрела на нас, тяжело дыша. — Ты… ты идиот, — прохрипела она. — Мы могли разбиться. — Мы не разбились, — сказал Ллойд холодно. — И ты жива. К сожалению.       Снова этот холод, — подумала я.       Я смотрела на них и чувствовала, как напряжение между ними висит в воздухе, как заряд перед грозой. — Что ж, — сказала я, поднимаясь на ноги и отряхивая песок. — Мы можем стоять здесь и пялиться друг на друга, или можем найти дорогу. Я за второй вариант.       Харуми усмехнулась. — Ты думаешь, я помогу вам? — Нет, — сказал Ллойд, и в голосе его было железо. — Но ты пойдёшь с нами. Если не как союзница, то как заложница. Мне всё равно, что ты выберешь. — А если я откажусь? — Тогда я оставлю тебя здесь, один на один с многообразным животным миром этих лесов, — сказал Ллойд, и я не сомневалась, что он говорит серьёзно. Харуми посмотрела на него с ненавистью, но промолчала.       Джунгли оказались такими, какими я их себе и представляла: влажные, душные, полные звуков, которых я не могла идентифицировать. Где-то вдалеке кричали птицы, стрекотали насекомые, и всё это смешивалось в единый гул, который давил на уши.       Ллойд шёл впереди, прорубая катаной путь сквозь плотные заросли лиан и широких пальмовых листьев. Оружие сверкало на солнце, рассекая зелень с лёгкостью, которой я могла только позавидовать. Его движения были точными и экономными — ни одного лишнего жеста. Он явно умел обращаться с мечом.       Харуми шла позади нас, и я чувствовала её взгляд на своей спине. Он был долгим, цепким, как будто она прикидывала, с какой стороны лучше напасть. Я старалась не оборачиваться, но каждый раз, когда я слышала её шаги, по спине пробегал холод.       Я успокаивала себя мыслями, что Ллойд в случае чего успеет мне помочь. В попытках отвлечься, я решила привести себя в порядок. Точнее, попыталась. После купания в реке моя одежда высохла почти полностью, но волосы… волосы были катастрофой. То, что ещё несколько часов назад было прямым после утюжка, теперь превратилось в непослушные кудри, которые лезли в глаза и путались на ветру. Я хотела собрать их в хвост, но резинка куда-то исчезла, и теперь я, смирившись со своим положением, просто шла, чувствуя себя неопрятной и раздражённой. — У тебя волосы как гнездо, — заметила Харуми, усмехаясь. Её голос был ленивым, почти сладким, но в нём чувствовалась явная насмешка. — Спасибо, я в курсе, — огрызнулась я, не оборачиваясь. — Ты бы видела себя после купания, выдра. Стрелки поплыли, тушь вслед за ними, про красное пятно на лице я вообще молчу.       Харуми оскалилась, но я не видела её лица. Слышала только тихий, почти беззвучный смех, который пробежал по её губам. — Острый язычок, — сказала она. — Это может быть опасно.       Я промолчала, но внутри всё сжалось. Она явно проверяла меня, искала слабое место. Я перевела взгляд на парня перед нами. Ллойд, как назло, выглядел идеально. Даже после падения, даже после часа ходьбы в джунглях, его волосы лежали так, будто он только что вышел из салона. Никаких кудрей, никаких спутанных прядей. Я смотрела на него и чувствовала жгучую зависть. — Как у тебя это получается? — спросила я раздражённо. — Что? — Выглядеть как модель с обложки журнала Vogue, когда ты только что вылез из реки и прошёл через джунгли.       Ллойд обернулся и улыбнулся — впервые за всё время. Это была та самая лёгкость, которую я заметила на берегу, когда он смотрел в небо. — Гены, — сказал он. — И немного магии. — Магии? — я подняла бровь. — Шучу, — пожал плечами он. — Просто мне повезло. А тебе, видимо, нет.       Я закатила глаза, но не стала спорить. Из-за спины донёсся голос Харуми: — Мило. Очень мило. Вы уже обмениваетесь шутками, как старые друзья.       Ллойд не обернулся, но я заметила, как его плечи снова напряглись. — Заткнись, Харуми. — Как скажешь, — усмехнулась она.

***

      Джунгли становились гуще. Лианы цеплялись за одежду, листья хлестали по лицу, и идти становилось всё труднее. Ллойд продолжал прорубать путь, но было видно, что он устал. Его движения стали менее точными, плечи опустились, и я видела, как он сжимает рукоять катаны сильнее, чем нужно.       Харуми, наблюдавшая за ним, вдруг заговорила. Её голос был вкрадчивым, почти сочувствующим, но я чувствовала в нём фальшь, как чувствуют запах гнили за красивым фасадом. — Может, отдашь мне катану? Я расчищу дорогу. Тебе нужно отдохнуть.       Ллойд остановился и обернулся, прищурившись. Я видела, как его челюсть сжалась, в попытке сдержать раздражение. — Ты серьёзно? — А почему нет? — Харуми улыбнулась, но улыбка была хищной, как у змеи, которая заманивает добычу. — Ты же устал, Ллойд. Зелёный ниндзя, герой Ниндзяго, а выглядишь как загнанная лошадь. Отдохни. Дай мне поработать. — Я что, по-твоему, дурак? — спросил Ллойд холодно. — Ты пыталась убить меня буквально несколько часов назад. Ты думаешь, я доверю тебе оружие?       Харуми рассмеялась. — Ах, Ллойд, ты всё такой же. А помнишь те времена, когда мы путешествовали по этим джунглям? Ты, я, и эти бесконечные леса. — Это была ловушка, — сказал Ллойд, и в голосе его послышалась усталая злость. — Ты использовала меня, чтобы добраться до маски ненависти. — Ну, да, ловушка, — согласилась Харуми. — Но разве не было весело? — Нет, — отрезал Ллойд. — А мне казалось… — Харуми мечтательно вздохнула, и я видела, как она играет с ним. Как она тянет ниточки, проверяя, где болит. — Ты, я… Лодка… Помнишь? — Хватит занимать мои мысли, я пытаюсь думать! — голос Ллойда стал опасным.       Харуми остановилась. На её лице заиграла коварная улыбка. Она медленно перевела взгляд с Ллойда на меня, и я почувствовала, как её глаза проходят по мне, оценивая, изучая, ища что-то, что можно использовать. — Я занимаю твои мысли? — спросила она. — Ты думаешь обо мне? Как это мило.       Я видела, как Ллойд сжал кулаки. Его дыхание стало глубже, и я поняла, что он на грани. — Хватит, — сказал он раздражённо. — Просто… иди. — Как скажешь, — усмехнулась Харуми.       Она отодвинула в сторону большой лист, который висел прямо перед ней, и резко отпустила его. Лист, тугой и упругий, со всей силы ударил Ллойда по лицу. Он пошатнулся, потерял равновесие и упал на колени, закрывая глаза руками. — Ллойд! — крикнула я.       Но Харуми уже сорвалась с места. Я видела, как её глаза блеснули пурпурным светом. Она схватила катану, которая упала из руки Ллойда, и через мгновение скрылась в зелени. — Чёрт! — выругалась я. — Она сбежала!       Я рванула за ней, не думая об осторожности. За спиной я слышала шаги Ллойда, который наконец отошёл от удара и бежал следом. — Саша, стой! — крикнул он.       Но я не остановилась. Я видела Харуми впереди — чёрный силуэт мелькал между деревьев. Я бежала, не разбирая дороги, чувствуя, как ветки хлещут по лицу.       Харуми неожиданно остановилась. Я чуть не врезалась в неё, но вовремя затормозила. Она стояла на краю оврага, пытаясь обойти его по узкому выступу. — Ага, попалась! — крикнула я.       В этот момент Ллойд, бежавший сзади, не заметил, что я остановилась. Он врезался в меня со всей силы, и мы все полетели вниз. — А-а-а! — заорала я.       Мы покатились по склону оврага, переворачиваясь, натыкаясь на камни и корни. Я чувствовала, как земля и грязь заполняют рот, как ветки царапают кожу. Я пыталась за что-то ухватиться, но ничего не получалось.       Наконец мы рухнули на дно оврага. Я приземлилась на что-то вязкое. — Что за… — я попыталась встать, но ноги проваливались глубже.       Рядом со мной Ллойд тоже пытался выбраться, но чем больше он двигался, тем быстрее уходил вниз. — Не двигайся, идиот, — прошипела Харуми. — Хочу и буду двигаться, — огрызнулся Ллойд. — Ты мне не указ. Я не хочу торчать в этой грязи с тобой.       Я перевела взгляд вниз и заметила, как вязкая масса затягивает нас глубже. — Это не грязь, — озвучила я свою догадку. Холодок пробежал по моей спине. — Твоя подружка права, — сказала Харуми, и в её голосе впервые прозвучали нотки настоящей паники. — Это зыбучие пески. Мы тонем.       Взгляд Ллойда метнулся к краю оврага — там свисала длинная лиана, но дотянуться до неё было невозможно. — Дай мне катану, — сказал он Харуми твёрдо. — Ещё чего. — Нам нужно выбраться отсюда, — голос Ллойда стал резким, командным. — Дай мне катану. Я перерублю ту лиану, и она упадёт к нам.       Харуми колебалась. — Дура, не тупи! — рявкнула я, чувствуя, как меня сильнее затягивает. — Отдай ему катану, иначе мы все тут помрём!       Харуми выругалась, но в этом звуке уже не было прежней насмешки — только отчаяние. Она швырнула катану Ллойду. Тот поймал её с ловкостью, которая удивила меня, и, не теряя ни секунды, метнул в ствол дерева, где держалась лиана. Катана вонзилась в древесину, перерубив лиану, и та упала вниз, прямо рядом с ним. Парень схватился за неё и смог подняться наверх, на ветку большого дерева над нашими головами.       Трясина продолжала засасывать нас. Я чувствовала, как грязь поднимается выше талии, и паника начала затапливать сознание. — Ллойд... — с тревогой позвала я, чувствуя, как голос срывается.       Парень быстро отрезал ещё одну прочную лозу, спрыгнул с ветки на землю и кинул импровизированную верёвку нам с Харуми. — Хватайтесь!       Блондинка ухватилась за лиану, я — следом за ней. Ллойд резко дёрнул верёвку на себя. Рывок был настолько сильным, что мы практически вылетели из трясины и рухнули на безопасную поверхность.       Я тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Несколько секунд я просто лежала, глядя в небо, чувствуя, как дрожит каждая клетка тела. Потом я поднялась с земли, начала отряхиваться от грязи и, развернувшись к ребятам, увидела крайне неоднозначную картину.       Харуми лежала поверх Ллойда, пока они оба валялись на земле.       Мне стало неловко. Я уже было хотела отвести взгляд и, возможно, прокашляться, но Ллойд с силой отшвырнул Харуми от себя, пробормотав сквозь зубы: — Ты уже достала.       Это действие и то, с какой злобой и раздражением он это сделал, заставили меня вспомнить, что канон мультфильма тут нарушен. Здесь не было ни намёка на жалость, ни тени сомнения. Только холодное отвращение.       Ллойд поднялся с земли и перевёл взгляд на меня. — Ты в порядке? Ничего не болит? — спросил он, и в его голосе послышалась искренняя тревога.       Я пришла в себя и кивнула. — Всё хорошо.       Он кивнул в ответ, затем поднял с земли катану, подошёл к дереву, срубил ещё одну лозу и повернулся к Харуми. — Руки, — сказал он.       Харуми смотрела на него с усмешкой. Она медленно поднялась с земли и посмотрела на Ллойда с вызовом. — Ты мне не доверяешь? Я спасла вас. — И чуть не угробила утром, — вставила я, подходя ближе. — Так, просто напоминаю.       Харуми перевела взгляд на меня. На мгновение я увидела в её глазах раздражение. — Ты всегда такая дерзкая? — спросила она. — Только когда меня пытаются убить, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.       Харуми фыркнула и демонстративно протянула руки, делая вид, что готова подчиниться. Ллойд шагнул к ней, чтобы связать, но блондинка оказалась хитрее. В один миг она схватила парня за запястье, резко потянула на себя, и пока Ллойд падал вниз, ловко выхватила катану из его ослабшей руки. Её движения были быстрыми и плавными.       Я не успела понять, что произошло. Собиралась уже помочь Ллойду или как-то задержать Харуми, но злодейка метнулась ко мне, встала за моей спиной, схватила за плечо и приставила лезвие к моей шее.       Я замерла. Лезвие было холодным, и я чувствовала, как оно касается кожи — едва ощутимо, но достаточно, чтобы я поняла: одно неверное движение — и я умру. Сердце колотилось где-то в горле, и я слышала своё дыхание, которое стало слишком громким. — Ллойд, ты слишком наивен, — усмехнулась Харуми, и её голос стал почти сладким. — Это тебя и погубит.       Я чувствовала её дыхание. Это было странно. И страшно. — Отпусти её! — в глазах Ллойда плескались гнев и паника. Он поднялся с земли, но не двигался, боясь спровоцировать Харуми.       Я стояла неподвижно, судорожно пытаясь понять, что делать. Сердце колотилось в груди так громко, что я слышала его в ушах. Харуми считала меня обычной мышкой, не способной сражаться. Этим я и решила воспользоваться. — Владыка всё равно победит, Ллойд, — продолжала Харуми, и её голос стал ещё слаще. — Вы все обречены. Сопротивление бесполезно, ты должен это понять…       Я ждала момента. Пока она продолжала свои речи о величии Оверлорда и о том, что ниндзя суждено проиграть, я согнула руку в локте и со всей силы ударила Харуми в живот.       От неожиданности девушка согнулась пополам, схватившись за больное место. Хватка на моём плече ослабла. Я рванула в сторону и отбежала к Ллойду. — Ллойд! — крикнула я.       Парень не стал медлить. Он использовал свою силу стихий — зелёная энергия вспыхнула вокруг его рук, и он мощным ударом отбросил Харуми в сторону. Катана вылетела из её руки и упала на землю. Ллойд подхватил её и приставил к горлу блондинки. — Не двигайся.       Я подбежала к нему, подхватила лежавшую на земле лиану и подала её Ллойду. Парень передал мне катану и, забрав лозу, быстро обвязал её вокруг рук Харуми. Я перевела дыхание и посмотрела на Ллойда. Он стоял рядом и в его глазах было выражение, которое я не могла прочитать. Усталость. Решимость. И что-то ещё — тёплое, благодарное. — Ты как? — спросил он тихо. — Жива, — сказала я, чувствуя, как уголки губ поднимаются в улыбке. — И, кажется, умею давать сдачи.       Он усмехнулся. Харуми смотрела на нас с ненавистью. Её глаза горели яростью, и я видела, как в них мелькает пурпурный свет. — Вы не знаете, с чем связались, — прошипела она. — Оверлорд раздавит вас. Раздавит ваш город. Раздавит всех, кто посмел стать на его пути. — Для человека с прозвищем «Молчаливый» ты слишком много болтаешь, — сказала я, чувствуя, как адреналин всё ещё бурлит в крови.       Харуми покраснела от злости. Её глаза блеснули ярче, и на мгновение я испугалась, что она сейчас вырвется. Но ответить она не успела.       Над верхушками деревьев прокатился низкий, вибрирующий рёв. Мы подняли головы.       Хрустальные драконы. Пять огромных существ из черного камня, сверкающего, как лёд на солнце. Их кристальные крылья рассекали воздух с оглушительным свистом, а когти оставляли глубокие борозды на стволах деревьев. На их спинах летели члены хрустального совета. — Погоня, — выдохнул Ллойд. — Они нашли нас.       Мы метнулись к ближайшему укрытию — под широкие листья огромного дерева. Тень скрывала нас от взглядов сверху. Я схватила Харуми и прижала её стволу дерева, а затем закрыла ей рот рукой, чтобы та не выдала нас криком.       Один из драконов пролетел так низко, что я почувствовала порыв ветра от его крыльев. Харуми вдруг резко дёрнулась и впилась зубами мне в ладонь. Я вскрикнула от боли и отпрянула. — Сюда! — завопила Харуми, её голос разнёсся над джунглями. — Они здесь! Здесь, под деревом!       Драконы резко развернулись. Мы рванули прочь, петляя между деревьями, уклоняясь от когтей и вспышек энергии, которыми драконы били по нам. — Быстрее — крикнул Ллойд, хватая меня за руку.              Мы неслись сквозь джунгли, а над нами кружили драконы, их рёв перекрывал все остальные звуки. Лианы хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, но мы не сбавляли темп.       Постепенно деревья стали реже, и перед нами появилась открытая местность. Но это был не выход — это был обрыв. Впереди расстилалась пустота, а позади уже слышался тяжёлый грохот крыльев.       Мы резко затормозили на самом краю. Я обернулась и увидела Харуми. Она бежала за нами, сжимая в руках катану, которую успела выхватить во время суматохи, когда драконы напали на нас. Её лицо было искажено яростью, а глаза горели злобой. — Вот видишь, — крикнула она Ллойду, перекрывая рёв ветра и грохот крыльев. Она остановилась в паре метров от нас, сжимая катану так, что побелели костяшки пальцев. — Все твои благородные идеалы и глупые надежды — к чему тебя привели? Где твои друзья, когда они тебе так нужны?       Ллойд не ответил. Он стоял между мной и Харуми, его тело было напряжено, готовое к бою.       Я чувствовала, как ветер обдувает лицо, услышала, как ревут драконы, готовые в любой момент напасть. У нас не было выбора. Только обрыв, Харуми и драконы, с каждой секундой приближающиеся всё ближе. — Ллойд, — прошептала я, чувствуя, как страх сковывает горло.       Он не обернулся, но я увидела, как его плечи напряглись. — Доверься мне, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только я.       В этот момент сзади раздался звук. Гул двигателей, свист рассекаемого воздуха. Мы обернулись и увидели, как, словно вырастая из земли, появляется огромный летающий корабль. «Дар судьбы». Он поднимался быстро, и в свете палящего солнца я увидела на палубе два силуэта.       Пожилой мужчина стоял у штурвала, его седая борода развевалась на ветру, а глаза были полны спокойной решимости. На самом краю палубы, стояла девушка с черными волосами, собранными в высокий хвост, уже скидывая вниз верёвочную лестницу. — Прыгайте! — крикнула брюнетка, её голос донёсся до нас даже сквозь рёв ветра. — Мы вас подхватим!       Харуми замерла, осознавая, что ситуация выходит из-под её контроля. Её глаза метнулись от нас к кораблю, от корабля к нам. Лицо исказила ярость. — Ты не сбежишь, Ллойд! — крикнула она, сжимая катану в руке. — Я найду тебя! Я найду вас обоих!       Ллойд не ответил. Он схватил меня за руку и бросился к лестнице. — Держись! — крикнул он, и мы прыгнули.       Я схватилась за перекладину, чувствуя, как пальцы едва держат скользкие узлы. Девушка перегнулась через борт и ухватила меня за руку, помогая подняться. — Давай! — крикнула она, и я почувствовала, как её руки тянут меня вверх.       Корабль начал резко подниматься, уводя нас от драконов. Я перевалилась через борт и рухнула на палубу, тяжело дыша. Рядом со мной упал Ллойд. Брюнетка сразу же подскочила к нему. — Ты как? — спросила она, её голос был взволнован. — Нормально, — ответил он, тяжело дыша. — Кажется.       Я лежала на тёплой палубе. Где-то рядом гудели двигатели, кто-то говорил, но звуки доносились будто сквозь вату. Чувствовала, как корабль вибрирует от работы двигателей, как каждая клетка моего тела отзывается на эту вибрацию.       Я медленно поднесла руку к лицу и посмотрела на неё. Пальцы всё ещё дрожали. На ладони остался след от зубов Харуми — маленькая ранка, из которой сочилась кровь. Настоящая. Красная. Тёплая.       Она укусила меня. Мне больно. По-настоящему.       Я коснулась пальцами шеи, туда, где ещё недавно было лезвие. Кожа была целой. Но я помнила его холод. Помнила, как оно касалось моей кожи. Помнила, как дыхание Харуми щекотало ухо, и её голос — сладкий и одновременно липкий, как паутина. Я помнила всё. Каждое ощущение. Каждый звук.       Это всё по-настоящему.       Мысль пришла не резко, не как удар. Она просто появилась, как будто всегда была там, просто я не давала ей голоса. И теперь она звучала в моей голове тихо, но отчётливо.       Я здесь. В мире, где можно умереть. Где меня уже несколько раз пытались убить. И это не мультфильм, где все воскресают в следующей серии. Это моя жизнь. И каждый мой шаг может стать последним.       Я закрыла глаза. Услышала, как бьётся моё сердце. Я чувствовала, как дрожат мои руки. Я чувствовала себя живой. Настоящей.       Снова открыв глаза, я села, облокотившись спиной о борт корабля. Девушка присела рядом со мной. — Ты как? — спросила она, оглядывая меня с головы до ног. — Ничего не сломала? — Нет, — сказала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Спасибо вам... За то, что спасли нас.       Пожилой мужчина в шляпе кивнул, и на его губах появилась лёгкая улыбка. — Добро пожаловать на борт. Я рад, что мы успели вовремя.       Я кивнула ему с усталой улыбкой и перевела взгляд за борт, где виднелся Хрустальный остров. Мы улетали от него всё дальше, но я чувствовала, что он всё ещё держит меня. Там, внутри, остался Марк. И я поняла, что не смогу просто жить дальше, зная это. Мысль о том, что я должна вернуться, стала не просто надеждой. Она стала опорой, единственной точкой, за которую я могла держаться в этом новом, слишком реальном мире.