Яблоко

— Дай! Дай мне откусить! Данте ползет к брату на четвереньках, весь в пыли и демонической крови. Ему все равно, как он выглядит, ему все равно, кто на него смотрит. В Аду нет больше никого, кроме них двоих, а все эти демонические твари не стоят даже внимания. — Ну дай! Данте цепляется за плащ Верджила и встает на колени. Он тянет шею, канючит, как в детстве, протягивает руку и ожидаемо получает отпор. Заветная цель ускользает от него в тот момент, когда кончики пальцев почти дотрагиваются до алого, лоснящегося бока. Верджил отдергивает руку и ухмыляется — беззлобно, но ему нравится дразнить брата такой бесхитростной уловкой: — Дать тебе? А ты попробуй отбери. Плод в руке Верджила истекает пьянящим соком, липким и таким терпким. Его аромат будоражит, заставляет ноздри трепетать. Алое яблоко. Большое и тяжелое. Такими Ева угощала их в детстве. Такие запекала в пирог. Данте абсолютно уверен, что и это — такое же вкусное и сладкое. Верджил на мгновение опускает руку, и сок капает Данте на губы. Он жмурится и рычит от удовольствия, жадно слизывая капли, и просит еще. Данте мало, ему всегда будет мало. Поэтому Данте почти скулит, когда видит, как Верджил подносит плод к своим губам и надкусывает. Он тянет близнеца за полы плаща, пытается дотянуться и даже встать на ноги, но Верджил с силой удерживает его за плечо. Демон в глубине скребётся, вынуждая забрать желанное силой, как он делал это в детстве, но Данте изо всех сил держит его в узде. Ему нравится эта игра. Он знает, что его нечеловеческое терпение, которое уже трещит по швам и сверкает огненными искрами, будет вознаграждено. — Это место словно сад, ты можешь взять себе любое, — улыбается Верджил, чуть сжимая надкушенный плод рукой. Алый сок сочится по его пальцам. Капает в пыль под ногами. Пачкает щёку близнеца. Верджил едва борется с желанием наклониться и слизать эти капли. — Но я хочу твоё, — шепчет Данте двусмысленно, и в глазах его полыхает адская бездна. Верджил целует плод, пачкая губы, и наконец опускает руку. Данте берет его за запястье, прикрыв глаза в сладостном предвкушении, — надкушенное близнецом оно будет еще вкуснее. Так было всегда, с самого детства. Он жадно слизывает с пальцев Верджила пьянящую кровь и с довольным урчанием впивается острыми зубами в еще теплое, податливое сердце.