Доктор твоего тела

Поездка прошла в напряжённой тишине. Коннор на автомате вёл машину, почти не задумываясь. Дорога была на удивление практически пустая. Снова начал накрапывать мелкий дождь, барабаня по крыше авто. Андроид смотрел строго перед собой, но все равно боковым зрением следил за учёной на соседнем месте. За все 20 минут она не поменяла своей позы. Все так же напряжённо сидела, уставившись в одну точку. Единственное движение, которое заметил Коннор, было медленное прокручивание кольца на указательном пальце. Андроид не раз ловил её за этим, быстро поняв, что это был способ урегулировать мысли и успокоиться. Только сейчас он не понимал, что стало причиной стресса и этой безмолвной апатии. Судя по Хэнку, их посиделка была вполне нормальной и дружеской. Но почему-то напарник ушел довольным, а Руна последние полчаса буравит взглядом лобовое стекло. Коннор поджал губы, в отражении зеркал замечая, как собственный диод закрутился жёлтым. — Руна, — тихо позвал он через несколько минут, когда они завернули к подъездной дороге, ведущей на нужную улицу. Женщина лениво моргнула, поворачивая голову в его сторону. — Мы подъезжаем. Тебе нужно собраться с силами, зайти домой, переодеться и лечь нормально спать. — Продолжил, стараясь сделать интонацию максимально мягкой, хотя и знал, что это был прямой приказ с его стороны. Если она не ляжет спать, он готов заставить любым способом. Учёная вяло наклонила голову в бок, рассматривая его выражение лица. — Ты не зайдешь? — Вопрос, попавший прямо в цель. Коннор на момент застыл, но вспомнил, что сидит за рулём, и быстро припарковался в тишине. Он повернулся, приподнимая бровь. — Руна, тебя родители не учили, что нельзя пускать чужих к себе домой? — Он не нашел, что ответить, пытаясь отшутиться. Почему-то, мысль зайти в её личное пространство, была до ужаса смущающей. Хотя и безумно привлекательной. Он хотел посмотреть, как живёт блестящий ум департамента. Проанализировать каждый сантиметр пространства, чтобы узнать про неё что-то новое. — Учили. Но родители останутся в неведении в своей Англии. Ты не чужой, а это был не вопрос. Ты зайдешь. — Вот теперь Коннор наконец выдохнул, услышав знакомые резкие нотки в голосе. Она просто как всегда ставила точку, не спрашивая. Андроид снисходительно улыбнулся на упрямое желание раздавать приказы даже в такой мелочи. — Как пожелает моя госпожа. — Он наклонил голову вбок, от движения губ в уголках глаз снова появились эти небольшие морщинки. Руна ощутила нерациональное желание провести по ним кончиками пальцев. Лишь затем обработала его слова, сразу же хмурясь. Она не успела возмутиться, когда Коннор вышел из машины, обходя её и открывая пассажирскую дверь. Он протянул руку, помогая отстегнуться и встать в ровном положении. Несмотря на то, что её до сих пор слегка покачивало от опьянения. — Как ты, черт тебя побери, меня только что назвал? — Тихо пробурчала она, осторожно ступая по выложенной камнем дороге. Андроид не прекращал ехидно улыбаться, держа её за руку. — Вам не нравится, Госпожа? Простите раба своего никудышного. — Добавил и гулко рассмеялся, замечая вопросительный взгляд исподлобья. — Смеёшься над старой женщиной? Несносный маленький андроид. — Руна фыркнула, останавливаясь, чтобы достать ключи из сумки. Руки слегка подрагивали, несмотря на её с виду спокойное состояние. Коннор осторожно отодвинул чужие ладони в сторону, доставая ключ и открывая дверь. — Какая ж ты старая женщина? Тебе только 35 через неделю, и женщиной называют ту, кто вышла замуж. У тебя я кольца на безымянном не видел. — Настроение андроида сразу поднялось, когда он заметил привычные сердцу звуки сарказма и препирательств. С их ухода с бара, он чувствовал нешуточное напряжение от того, как тихо она сидела. Даже ни разу не съязвила за время дороги. Разве что временами пялилась на то, как он держал руль, ловко скользя руками по коже. Но это все равно было молчанием. Виттенс фыркнула, когда он закрыл дверь, хлопком в ладоши включая свет. Словно знал, что она одной из первых отказалась от обычных переключателей. — Кольца на пальце нет. И не будет. — В её словах прозвучала какая-то брезгливость, на которую Коннор приподнял бровь, пока Руна расшнуровывала свои ботинки. Он на секунду завис, замечая это действие, не привыкший, чтобы кто-то разувался дома. Но он последовал примеру, осторожно отставляя туфли в сторону, сантиметр к сантиметру. Учёная же одним движением откинула ботинки к стене, и те упали с глухим стуком. Коннор все ещё проворачивал последнюю фразу в голове, пытаясь понять закладываемый смысл и причину пренебрежения. Руна что-то тихо шипела под нос, пытаясь снять плащ, но запуталась в рукавах. Она ругнулась, просто сдёргивая его и вешая на крючок. Виттенс не обернулась на шуршания андроида, просто пройдя по коридору в сторону зала. — Почему не будет? — Коннор застал её на кресле, подогнувшей ноги под себя. Небольшой огонёк зажигалки, в попытках поджечь сигарету во рту. Руна не повернула на него головы, выдыхая едкий дым, от которого парень мгновенно нахмурился. — Ты про что? — Словно не понимая, спросила, опираясь щекой о руку. Вторая свисала с подлокотника кресла, опасно маячив красной точкой горящего табака. Андроид смотрел осуждающе, быстро определяя марку сигарет. Они показались слишком крепкими для такого, по его мнению, хрупкого человека, как Руна Виттенс. — Кольцо на пальце. Почему не будет? — Он снова повторил, в пару шагов оказываясь рядом. Он хотел забрать из её рук эту хрень, но решил не портить уставшему человеку настроение. Андроид медленно опустился в соседнее кресло, разворачиваясь к Руне. Бледное лицо освещалось тусклым светом с кухни. Коннор уже успел изучить местоположение комнат в доме, подметив большую совмещённую с гостиной кухню. Ему было стыдно признаться, что он позволил себе вторгнуться в чужое личное пространство, когда осторожно заглянул в приоткрытые двери ванной комнаты и спальни. Он подметил ещё одну закрытую, по размеру предположив, что это кладовая или вход в гараж. Для Коннора до сих пор было загадкой, где находится личная лаборатория доктора, но он решил, что обязательно узнает об этом попозже, пока переключив свое внимание на кухню. Даже мельком бросив взгляд, он все равно видел полное отсутствие любой видимой посуды. Только открытую посудомоечную машину, где были исключительно кружки и пару бокалов. Больше ничего. На столе поблёскивали упаковки от каких-то злаковых батончиков, которые лежали в большой коробке рядом с чайником. Излишне много сладкого. Андроида смущало это количество шоколада и каких-то перекусов, и не одной упаковки хотя бы от доставки еды. Чем Руна вообще питается? Он ни разу не видел её с чем-то кроме чая или кофе. Он решил, что слишком долго размышляет об этом, но на деле прошло не больше трёх секунд, пока Руна не поднесла сигарету к губам, слишком медленно затягиваясь. — Не будет кольца, потому что я жената на работе. Нет ни одного существа на этой планете, которое смогло бы выдержать то, что я люблю свое дело больше всего в этой жизни, и все равно оставаться рядом со мной. — Тяжёлая хрипотца, сопровождающаяся выдохом дыма чуть ли не в лицо Коннору. Его это мало смущало, разве что заставило снова ощутить процент алкоголя и никотина в её организме. Коннор замолчал, осмысливая слова. Он был в корне не согласен, в голове сразу проскользнуло «Как это, ни одного? Есть же я.» Андроид сам не заметил, как произнес это вслух. Понял лишь, когда женщина подняла на него тёмный взгляд с прищуром. — Знаешь, я забираю назад свои слова о том, что ты — самый умный из тех, кого я знаю. Такой бред я не слышала даже от Сэм. Думай, что говоришь, маленький глупый андроид. — Она зажмурилась, снова выпуская облако дыма. Потёрла переносицу, с еле слышным вздохом откидываясь в кресле. Пальцы что-то настукивали на фильтре сигареты, проворачивая её по костяшкам. Диод Коннора замигал жёлтым, и парень сжал подлокотник кресла, всем корпусом разворачиваясь к ней. —Почему бред? Я абсолютно полностью серьёзен. — Андроид наклонил голову вбок, снова делая этот щенячий взгляд. Женщина поджала губы, бегая глазами по его лицу. Опять эти морщинки. И огромное количество родинок, которые хотелось соединить линиями прикосновений. Только она не знала, прикосновений рук или губ. Отвела взгляд, вдыхая никотин. — Коннор, если это признание в чувствах, то из тебя хреновый романтик. — Руна затушила сигарету, бросая окурок в пепельницу на кофейном столике. Андроид выжидающе смотрел несколько секунд, бесцельно хлопая глазами. Его диод истерично завертелся, переходя от жёлтого к красному, и обратно. — В чувствах?.. Я не… У меня нет романтики как модели поведения изначально, и я не учился этому нацеленно… — Парень заморгал, поднимая растерянный взгляд. Его щеки слегка покраснели, и Коннор проклял возможность имитации дурацкого румянца при смущении, но отсутствие романтичной стороны, которая определенно была полезнее красного лица. Руна смотрела на него несколько секунд, и затем тихо рассмеялась. Андроид недоуменно приподнял брови, запечатлевая в голове её мимику. Движение губ было удивительно невинным, даже не похожим на усмешку или ухмылку, которую обычно использовала Виттенс. Просто искренняя улыбка и приятный мурчащий смех. — Прости, Коннор, я не над тобой смеюсь… Ладно, может отчасти. Не переживай насчёт модуля, я знаю, что у тебя его нет. У меня тоже. — Она снова улыбнулась, скорее своим мыслям. Коннор не знал, что Руна быстро провела параллели в голове, поняв, что действительно не вкладывала в модели разговоров такую вещь как «романтика», ибо сочла это чем-то не очень важным для детектива. Тем более, учёная давала ему практически то же самое, что знала сама. Ей дали задачу создать его максимально точным в анализе, что она и сделала, считая, что Киберлайф вообще должны ей ноги целовать, потому как Руна выполнила и остальную работу, научив машину вообще всему, что сама умела. Через пару секунд она прекратила смеяться, лениво потягиваясь в кресле. Она потянулась за оставленной на столе пачкой, когда мужская рука её опередила, спрятав сигареты в карман брюк. Руна возмущенно вскинула голову, поворачиваясь на андроида. Он сидел намеренно прямо, слегка расправив плечи и приподняв подбородок, взирая на женщину сверху-вниз. — Ну и какого черта? Отдай. — Тон стал наигранно серьезным и властным, резко отрезая все возможные несогласия. *Пометка: Руна действительно очень любит командовать. Насколько долго я смогу испытывать грани ее терпения, и когда она сдастся? Надо проверить. — Нет. Тебе нельзя так много курить. Ты до сих пор пьяна, и, вероятно, сегодня ничего не ела и не принимала свои таблетки. Я зарегистрировал у тебя высокий уровень кортизола. Курение не сделает ситуацию лучше. — Коннор сложил руки на груди, отчитывая взрослую женщину словно капризного подростка. Меж бровей пролегла хмурая складка, и андроид интонацией выделял то, что не желает впредь обсуждать этот вопрос. Руна возмущенно открывала и закрывала рот, после чего отвернулась. Парень заметил небольшой румянец на бледной коже. — Я не хочу знать, каким образом ты узнал мой уровень кортизола в организме, — пробормотала она, сохраняя небольшое молчание в несколько секунд. Коннор продолжал сидеть прямо, строго смотря ей в затылок. Ему было интересно, как долго она будет препираться с его решительностью, — Коннор, я взрослый человек, я сама могу решить, что лучше. Мне надо успокоиться. Отдай. — Руна наконец повернулась на него обратно, лёгкий румянец пропал, и доктор поднялась со своего места, встав перед парнем. Коннор вскинул бровь, наклоняя голову вбок. В тусклом свете карие глаза казались темнее, и Руна не могла долго поддерживать зрительный контакт, ощущая непривычное смущение и робость. Дурацкий андроид. Он и во время разработки был достаточно упёртым и самоуверенным, особенно когда что-то касалось его правоты в вопросах здоровья Руны. Но после девиации Коннор стал таким… Таким, что учёная не могла подобрать приличного слова. Опасно привлекательным. — Если хочешь, чтобы я отдал, тогда забери сама. Если сможешь. — Коннор приподнял уголок губ, пристально наблюдая. Он заметил мимолётную растерянность на лице учёной, мысленно ликуя, что женщина, привыкшая всех вводить в замешательство, сейчас сама попалась на его уловки. Андроид ощущал почти садистское удовольствие, видя это возмущённое выражение лица, на котором вопреки всему снова появился румянец. Прелесть. В это время в голове Руны происходил внутренний спор. Она прекрасно помнит его характеристики наизусть. И прекрасно знает, что сможет его как-либо одолеть и забрать своё, только если наглый андроид решит поддаться. А он определенно не решит. Ей надо либо брать хитростью, либо идти в магазин за новой пачкой. Самолюбие не хотело оставлять Коннора победителем, поэтому второй вариант отметался. Значит, надо быть умнее. Она сделала осторожный шаг, ощущая на себе пристально-хищный взгляд машины. Руна до сих пор чувствовала лёгкий туман в мыслях от выпитого виски, но в голове уже созрел план действий. Правда, был очень провокационный и рискованный. Но что вообще в её жизни было не провокационным и рискованным? — Коннор, я уверена, мы сможем с тобой договориться. — Аккуратными медленными шагами подошла к нему, присаживаясь на подлокотник кресла. Андроид приподнял брови, сразу понимая тактику. Серьёзно? Хорошо, он подыграет. — Договориться? Я слушаю, Доктор Виттенс. — Коннор откинулся в кресле, заинтересованно улыбаясь. В шоколадных глазах плясали чёртики, и Руна задумалась, в какой момент пропустила появление этой стороны её милого прототипа-детектива. Девиация явно оказывала какое-то влияние. Надо бы ему запретить доступ в интернет, потому что Виттенс понятия не имела, откуда он мог такого набраться, не считая общения с Хэнком. Коннор пустил тихий смешок, когда она протянула свои ноги ему на колени, рукой упираясь в мужскую грудь, а вторую перекидывая за его плечо. Он долго не думал, пальцами пробегаясь по щиколотке, по-хозяйски поднимаясь круговыми движениями и касаясь девушку под коленями. Она прикусила губу, ногтями скользя по твердой грудной клетке под обтягивающей водолазкой. О, он определенно знал, что делал, когда покупал одежду. Под рукой бился тириумный насос. Слишком быстро, чтобы соответствовать внешне спокойному парню. Руна знала, что он блефует, ведь точно помнит высокую чувствительность его рук, которая была настроена для осмотров мест преступлений. И сейчас он этими руками проводил иной осмотр, определенно получая огромное количество информации о температуре, текстуре и ощущениях. Виттенс нравилась эта странноватая черта, что вероятно была даже фетишем. Это можно использовать в своих целях. — Детектив, почему Вы так переживаете обо мне? — Тихий шепот ему на ухо, опаляя синтетическую кожу горячим дыханием. Диод Коннора последние две минуты семафорил жёлтым, но сейчас крутанул красным. Парень хрипло выдохнул, перемещая руки на женскую талию. Через секунду он приподнял женщину, усаживая к себе на колени. Руна поняла, что выбрала правильную тактику, когда ощутила с какой лёгкостью тот за две секунды поменял её положение. Теперь она оказалась с ним лицом к лицу, и учёная даже не знала, она пытается подобраться к его карману со своим никотином, или хочет его поцеловать и сделать собственной другой вредной привычкой. Особенно когда Коннор смотрел на нее такими глазами, словно хотел пойти на главный грех. — Я думал, я уже ясно выразил свои намерения, доктор Виттенс, видимо, придется выразиться прямо, как Вы предпочитаете. Я люблю Вас. И забота о Вас – моя главная миссия сейчас. А я всегда выполняю свою миссию. — Проговорил хрипло, вполголоса, продолжая буравить ее тяжёлым темным взглядом. Эта низкая интонация только подливала масла в огонь, и Руна спустилась ладонью вниз, сжимая твердую кожу ремня. Коннор сощурился, тихо прошипев на это движение. Его пальцы впились в изгибы её талии, парень едва ли сдерживал силу, почти оставляя синяки. Рваное дыхание учёной только подбивало на глупые поступки, когда жадное удовольствие мчалось по всей системе, сопровождаясь глубокими программными сбоями и перегревом. Но он игнорировал эти оповещения, одной рукой огладив женскую спину и зарывшись в седые густые волосы на затылке. Андроид потянул за пряди, заставляя женщину наклониться ещё ближе. Расширившиеся зрачки почти не давали рассмотреть серую радужку любимых глаз. Коннор бегал взглядом по ее выражению лица, жадно впитывая каждое микродвижения ее активной мимики, замечая тихие рваные вздохи, как сбивалось ее дыхание, стоило девианту вновь провести рукой вверх по ее талии, задирая невесомую ткань черной рубашки, вырисовывая импульсивные узоры на чувствительной коже. Женщина прикрывала глаза, прикусывая губу и тихими мычаниями отвечая на прикосновения. Детектив осторожно притянул её ещё ближе, позволяя ощутить ту функцию его тела, которой изначально быть не должно. Учёная приоткрыла глаза, мелко вздрагивая. Руна видела, как непроницаемо он смотрит на нее, впитывая ее эмоции и мимику. Чувствовала, как по-собственнически он касается, словно оставляя следы прикосновений там, где раньше никого не было. Взгляд карих глаз бегал по всему лицу Руны, наконец останавливаясь на её губах. Дыхание перехватило, и Коннор отчётливо ощутил желание перейти все границы и просто взять то, что ему казалось, они оба хотят. — Наглый маленький андроид не знает, на что подписывается, когда говорит слова любви сумасшедшей учёной, которая его создала. — Руна покачала головой, наклоняясь вперёд и опаляя дыханием его губы. Коннор застыл, тяжело прорабатывая информацию, которая значительно так его встряхнула и выбила из колеи, резко отрезвляя, пока диод перешёл в яростно-красный оттенок. Взгляд сфокусировался на женщине, которая в этот момент ловко скользнула рукой ему в карман, пользуясь смятением на лице андроида. — Что? — Голос охрип ещё сильнее, дурманящее ощущение почти спало, и Коннор снова завис, не заметив момента, как Виттенс уже встала с колен, стоило ему ослабить хватку, и отошла к стене кухни. Её руки подрагивали, и Коннор отчётливо видел, что она еле стоит на ногах. Висок андроида продолжал освещаться красным, ошибки сыпались одна за другой. Он смотрел перед собой, не до конца понимая значение слов. Щёлкнула зажигалка, послышался рваный вдох и густой дым снова заполнил пространство. — Что? — Снова повторил он, вставая вслед за ней. За два больших шага оказался рядом, сжимая запястье твердой хваткой. Коннор нахмурился, слегка наклоняясь, чтобы отчётливо видеть её глаза, — скажи, что ты шутишь... Меня создала ты? Как… Как это возможно? Руна, я хочу знать ответы. — Он уже не обращал внимание на тлеющую в её другой руке сигарету, которую женщина чаще зажимала в зубах, слишком долго затягиваясь. Не обращал внимания и на прошлое желание, которое почти сразу же спряталось на закромках сознания, оставляя в голове крутиться лишь единственный вопрос «Какого чёрта?» Она молчала, вдруг подумав, что возможно выбрала неправильный момент для такого признания. Но заметив, как отчаянно андроид нуждался в её прикосновениях, и как без раздумий шёл на любой контакт с ней, Руна поняла, что он должен знать. Сейчас он поживает немного с осознанием, что она знает его дольше, чем кто-либо, а потом узнает и про код, и про всю заварушку с командами, которых изначально быть не должно. Она боялась, что это станет слишком переломным пониманием для андроида, и тот предпочтет дальше избегать её. Эта мысль больно скреблась у нее на душе, но Руна не могла больше молчать, особенно после разговора с Хэнком. Возможно ничего и не было страшного в этом? Ей хотелось в это верить. Андроид смотрел на нее выжидающе, тяжело осознавая все странные моменты и фразы, намекающие на такую простую истину. Как ему казалось, что она его полностью понимает, как они общались словно давние друзья. Как она слегка улыбалась на любые его выходки, как исподтишка наблюдала за ним, думая, что он не видит, как еле слышно шутила про его определенные характеристики и то, что его создателю стоит отдать должное за отличную работу. И как сразу явилась на работу в департамент, услышав рассказы подруги про «Чудо андроида-детектива» Тяжёлое понимание окатило его ушатом воды. — Ты... Сразу узнала меня, как увидела, да? Ты поэтому так вчитывалась в мой модельный номер? — Молчание стало ему ответом, и Коннор опустил голову ей на плечо, сгибаясь в три погибели. Они стояли у стены какое-то время, пока диод андроида не вернулся в привычный голубой. Руна поглаживала его по голове, вспоминая, что это всегда ему нравилось, когда его накрывали ошибки в тестированиях. — Прости, стоило сказать раньше. Это знает только лейтенант Андерсон и моя подруга, потому что я подписывала договор о неразглашении. Я работала над тобой с мая 2037 года, вплоть до 16 августа. — От эмоций, учёная почти мгновенно протрезвела, ощущая только небольшое головокружение от табака. Ей было тяжело смотреть, как быстро детектив потерял всю спесь, снова становясь ранимым и потерянным. Вероятно, это было большое впечатление для импульсивного андроида, который только научился принимать себя живым. А сейчас встретился со своим прямым создателем после Элайджи Камски. — 16 августа? Я думал, дата моего выпуска– это 15 августа. — Это были его единственные слова после нескольких минут тишины. Коннор поднял голову, выпрямляясь. Взгляд демонстративно спокойный, но сведённые к переносице брови все равно выдавали в нем какую-то грусть и растерянность. — Да, просто после твоего первого задания тебя вернули ко мне для финального тестирования и оценивания результатов твоей работы. Ты не помнишь это, ты был в отключке. Как и не помнишь того, что мыслил и до этого, из-за удалённых фрагментов памяти. Я впервые запустила тебя в сентябре, после трёх месяцев чистого задротства, пока Киберлайф разбирались со всеми фундаментальными моментами. Тогда мне установили все необходимое оборудование, а твое тело и базовые программы наконец-то были готовы для моей дальнейшей работы и калибровки. Правда, не рекомендуется сразу включать андроидов, но я наплевала на эти правила ещё лет десять назад. — Руна осторожно наблюдала за его эмоциями, решаясь на рассказ о совместной работе. Она опускала моменты про последние дни, решив пока не вдаваться в подробности об этом гнусном, по ее мнению, поступке. Расскажет после сна, если он вообще будет. Коннор внимательно слушал, иногда задавая вопросы. Они вскоре переместились на диван, где Руна снова словила приступ ностальгии, особенно видя андроида рядом. Снова предрассветное небо, снова мягкий голос Коннора под боком. И теплые воспоминания о работе над самым передовым прототипом Киберлайф. Коннор иногда задумчиво хмурился, слыша рассказы о том, как он ничерта не поменялся. Что-то в нем тепло отзывалось, всякий раз, как он понимал, что учёная знает всё его существо наизусть. Кажется, что-то в его жизни бесповоротно и неотвратимо поменялось. В какой-то момент повисло небольшое молчание, когда нескончаемый поток мыслей Руны иссяк, а остальные вопросы Коннор предпочел оставить не озвученными. По крайней мере сейчас. — Я пойму, если ты теперь не захочешь со мной разговаривать, по какой-либо причине. Это может быть тяжело, вот так общаться со своим создателем.— Тихий шёпот был последним, что она произнесла, перед тем как начать проваливаться в сон, впервые за множественные бессонные ночи. Коннор хотел ей ещё что-то сказать, но медленно моргнул, заметив её спящей. Сегодня был абсолютно сумасшедший вечер, количество эмоций переполняло его настолько, что казалось, впечатлений хватит на недели вперёд. Коннор молча накрыл женщину небольшим найденным в комнате одеялом, и опустился на пол перед диваном, вспоминая слова о том, что он часто так делал в прошлом. Обычной ночью он бы вошёл в спящий режим, проводя привычную диагностику, но сейчас он хотел прокрутить всё, что случилось за три месяца.