Взгляд

Шелби первой влетела в квартиру. Пробежала через прихожую, оставляя за собой следы от грязных лап. На секунду остановилась возле ванной. Посмотрела на Леру. Потом резко развернулась и убежала в гостиную. Я тихо рассмеялась. — Кажется, она всё поняла. Лера закрыла дверь и покачала головой. — Нет. Она всё ещё надеется, что, если достаточно быстро убежать, мы забудем про душ. Будто услышав своё имя, Шелби выглянула из-за угла. Посмотрела сначала на меня. Потом на Леру. И снова скрылась. — План побега уже готов? — Безусловно. Только он никогда не срабатывает. Я сняла кроссовки. Аккуратно поставила их возле двери. Пока Лера искала полотенце, я невольно осмотрелась. В квартире было тихо. Светло. Без ощущения, что здесь кто-то пытается произвести впечатление. Белые стены. Деревянный пол. На вешалке висела спортивная куртка. На комоде стояла фотография Шелби. Рядом лежали ключи и очки. Ничего лишнего. Я и сама не заметила, как улыбнулась. — Саш... Я обернулась. Лера уже стояла возле ванной. — Поможешь? Я кивнула. — Конечно. Через несколько минут мы вдвоём пытались уговорить Шелби зайти в ванную. — Она всегда так? — Всегда. Шелби демонстративно отвернула голову. — Видишь? Лера развела руками. — Делает вид, что не понимает человеческого языка. — Мне кажется... Я присела возле собаки. — Она прекрасно всё понимает. Просто ведёт переговоры. Шелби подошла ко мне. Довольная, виляя хвостом. Я почесала её за ухом. — Ну что? Пойдём мыться? Она лизнула меня в щёку. И в следующую секунду резко сорвалась с места. — Шелби! Мы одновременно бросились за ней. Через несколько секунд Лера всё-таки поймала её возле дивана. — Попалась. Она посмотрела на меня. — Держишь? Я кивнула и осторожно обняла Шелби. Лера включила воду. — Кажется, сейчас нас обеих ждёт испытание. Я улыбнулась. — Не думаю, что она сдастся без боя. — Даже не надейся. Через пять минут я была мокрой почти так же, как и сама Шелби. Она резко встряхнулась. Капли воды полетели во все стороны. Я машинально зажмурилась. Лера громко рассмеялась. Наверное, впервые за всё время нашего знакомства. Так открыто. Без привычной сдержанности. Я посмотрела на неё. И почему-то сама начала смеяться ещё сильнее. — Кажется... Я убрала мокрую прядь волос с лица. — Она победила. — Безоговорочно. Лера покачала головой. — И ведь каждый раз одно и то же. Шелби ещё раз встряхнулась. Мы с Лерой одновременно сделали шаг назад. — Поздно, — усмехнулась она. — Уже всё. Я опустила взгляд на толстовку. Несколько мокрых пятен расползлись по рукаву. Потом посмотрела на Леру. Её спортивный костюм выглядел ничуть не лучше. Не выдержала и рассмеялась. — Кажется... Она вопросительно посмотрела на меня. — Теперь мы тоже немного помылись. Лера опустила взгляд на себя. Тоже улыбнулась. — Есть такое. Шелби, довольная собой, выбежала из ванной. Пробежала по коридору. Запрыгнула на лежанку. Сделала вокруг себя три круга. И с тяжёлым вздохом улеглась. Будто весь этот хаос устроила вовсе не она. Я проводила её взглядом. — Как быстро она сняла с себя ответственность. — Она профессионал. Я тихо усмехнулась. — Это заметно. Лера повесила полотенце на сушилку. Потом посмотрела на меня. — Подожди. Я вопросительно подняла брови. Лера вышла из ванной. Через минуту вернулась. В руках она держала тёмно-серую толстовку. — Держи. Я удивлённо посмотрела сначала на неё, потом на толстовку. — Это моя. — Это я уже поняла. Она улыбнулась. — Переоденься. А то через полчаса скажешь, что заболела из-за моей собаки. Я покачала головой. — Не скажу. — Всё равно переоденься. Я взяла толстовку. Она была тёплая. Ещё совсем немного пахла её парфюмом. И чем-то домашним. Таким, чему невозможно подобрать название. Наверное... Так пахнет квартира, в которой тебе спокойно. Я и сама не заметила, как задержала дыхание. — Ванная свободна, — улыбнулась Лера. Я кивнула. — Спасибо. Через несколько минут я вышла обратно. Толстовка оказалась мне впору, но длинные рукава полностью закрывали ладони. Я машинально закатала один. Потом второй. Лера подняла голову от телефона. И на несколько секунд просто замолчала. Я смущённо посмотрела на себя. — Что? Она медленно улыбнулась. — Ничего. Я прищурилась. — Это был взгляд человека, который сейчас соврёт. Она тихо рассмеялась. — Просто... Впервые вижу кого-то в своей одежде. Я почему-то тоже замолчала. Сердце снова забилось чуть быстрее. Не из-за поцелуя. Из-за этих слов. Они вдруг прозвучали удивительно... По-домашнему. Я опустила взгляд на длинные рукава. И улыбнулась. — Надеюсь... Мне идёт. Лера несколько секунд молча смотрела на меня. Потом кивнула. — Очень. Я почувствовала, как начинают гореть щёки. И поспешила отвернуться. Лера быстро сменила тему. — Садись. А я пока схожу на кухню. Я кивнула. Но осталась стоять посреди гостиной. В квартире было удивительно тихо. Только на кухне негромко шумел чайник. Да где-то за окном изредка проезжали машины. Я медленно осмотрелась. Небольшая гостиная. Светлый диван. Деревянный журнальный столик. Напротив — книжный шкаф. На полках вперемешку стояли книги по психологии, художественная литература и несколько толстых папок с конспектами. Рядом — большая лежанка Шелби. Вокруг неё были разбросаны игрушки. Кольцо, которое я подарила. Мячик. Канат. И какой-то потрёпанный плюшевый заяц. Я нагнулась, взяла его в руки и тихо сказала: — Значит, любимый... — Уже успела познакомиться с ним? Я резко обернулась. Лера стояла в дверном проёме. В руках она держала две кружки. Проследила за моим взглядом. — Это её первая игрушка. До сих пор не даёт её выбросить. Я улыбнулась. — Видимо, очень дорожит. — Иногда мне кажется, что больше, чем мной. Я тихо рассмеялась. Она подошла ближе. Поставила кружки на журнальный столик. Я снова невольно перевела взгляд на книжный шкаф. Только сейчас заметила небольшую рамку с фотографией. На снимке была Лера. Совсем молодая. Улыбалась. Рядом стояла девушка. Я сразу поняла. Это была она. Та самая. О которой Лера рассказывала сегодня в парке. Я задержала взгляд всего на секунду. Потом спокойно отвернулась. Будто ничего не заметила. — Что-то не так? Я подняла голову. Лера внимательно смотрела на меня. Я покачала головой. — Нет. Она проследила за направлением моего взгляда. И тоже увидела фотографию. Несколько секунд молчала. Потом тихо сказала. — Всё забываю убрать её. Я удивлённо посмотрела на неё. — Почему убрать? Она пожала плечами. — Не знаю. Наверное... Чтобы никого не ставить в неловкое положение. Я подошла чуть ближе. Посмотрела сначала на фотографию. Потом на неё. — Не убирайте. Она вопросительно подняла брови. — Почему? Я ненадолго задумалась. — Потому что это тоже часть вашей жизни. Если бы не она... Вы были бы немного другой. Лера долго молчала. Потом неожиданно улыбнулась. Не широко. Совсем чуть-чуть, но как-то особенно тепло. — Спасибо. Я смутилась. — За что? — Обычно люди либо начинают расспрашивать... Либо делают вид, что ничего не заметили. — А я? — А ты... Она несколько секунд смотрела мне в глаза. — Просто приняла это. Я пожала плечами. — Разве должно быть иначе? Лера ничего не ответила. Только отвела взгляд. И в этот момент я вдруг поняла... Кажется, не только я сегодня рассказала о себе больше обычного. — Сейчас приду. Только переоденусь. Я кивнула. — Хорошо. Она скрылась за дверью спальни. Я осталась одна. Шелби лениво подошла ко мне. Ткнулась носом в колено. Я машинально начала чесать её за ухом. Она довольно прикрыла глаза. — Предательница... Тихо сказала я. — Прошло всего три часа, а ты уже любишь меня больше хозяйки. Шелби лениво вильнула хвостом. В этот момент дверь спальни открылась. Я подняла голову. И... Замерла. Лера вышла в домашних серых спортивных штанах. В свободной белой футболке. Босиком. Без часов. Без украшений. Без очков. Без привычного строгого пучка. Волосы были распущены. Слегка влажные после того, как мы помыли Шелби. Она вопросительно посмотрела на меня. — Что? Я слишком долго молчала. Она это заметила. Я тихо усмехнулась. — Кажется, я сегодня уже второй раз вижу совершенно другого человека. Она посмотрела на себя. Потом снова на меня. И улыбнулась. — Настолько непривычно? Я медленно кивнула. — Очень. Она подошла ближе. — И какой вариант тебе нравится больше? Я даже не задумалась над ответом. Улыбнулась. — Все. Она удивлённо посмотрела на меня. — Все? Я кивнула. — Мне кажется... Вы везде настоящая. Просто... С разными людьми показываете разные стороны себя. В университете вы преподаватель. Со Шелби — заботливая хозяйка. А сейчас... Я невольно улыбнулась. — Сейчас я вижу женщину, которая просто пришла домой после длинного дня. Несколько секунд Лера молчала. В её взгляде появилось что-то очень тёплое. — И тебе не страшно видеть меня такой? Я тихо рассмеялась. — Почему мне должно быть страшно? Она пожала плечами. — Не знаю... Наверное, потому что не каждый человек видит меня такой. Я сделала ещё полшага навстречу. Расстояние между нами снова почти исчезло. — Тогда... Она внимательно смотрела мне в глаза. — Спасибо за доверие. Лера ничего не ответила. Только очень внимательно смотрела на меня. Будто пыталась запомнить каждую эмоцию на моём лице. Я чувствовала её взгляд. Но впервые не хотелось отводить глаза. Наоборот. Хотелось стоять именно так. Рядом. Совсем близко. Мне вдруг стало неловко, и я уже хотела что-то сказать. Но она медленно подняла руку. Кончиками пальцев коснулась моей щеки. Я прикрыла глаза всего на мгновение. Потом снова посмотрела на неё. Лера едва заметно улыбнулась. — Можно? Я ничего не ответила. Едва заметно кивнула. Она первой сократила последние сантиметры между нами. Её губы мягко коснулись моих. Так же осторожно. Так же спокойно. Но на этот раз... Я больше не боялась. Медленно подняла руки. Несколько секунд не решалась. Потом осторожно положила ладони ей на талию. Я почувствовала, как она на мгновение задержала дыхание. Этого она не ожидала. Но уже через секунду её ладони легли мне на спину. Совсем легко. Поцелуй стал чуть глубже. Неторопливым. Спокойным. Будто мы обе наконец перестали бояться этой близости. Я сама не заметила, как сделала маленький шаг вперёд. Лера машинально отступила. Потом ещё один. И ещё. Пока спиной не коснулась стены... Лера заметно удивилась. Наверное, она совсем не ожидала, что я сама начну сокращать расстояние между нами. Я тоже не ожидала. Но останавливаться почему-то не хотелось. Совсем. Поцелуй становился глубже. Не торопливее. А доверительнее. Я чувствовала, как под моими ладонями едва заметно поднимается и опускается её грудная клетка в такт дыханию. Никогда раньше не думала, что такая простая вещь может заставить сердце биться быстрее. Лера осторожно провела ладонью по моей спине. Совсем медленно. Будто всё ещё спрашивая, уверена ли я. Вместо ответа я лишь чуть сильнее прижалась к ней. Пальцы сами собой крепче сомкнулись на её талии. Я почувствовала, как она едва заметно улыбнулась прямо в поцелуй. От этой улыбки внутри стало ещё спокойнее. Я впервые перестала думать. Совсем. Не было ни вопросов. Ни сомнений. Только ощущение, что именно здесь и сейчас всё правильно. Не знаю, в какой момент я коснулась её нижней губы зубами. Скорее играючи, чем намеренно. Лера тихо шикнула. — Ай... Я сразу же отстранилась. Испуганно посмотрела на неё. — Простите... Я поймала её взгляд. Убедилась, что она совсем не сердится. И только потом на губах сама собой появилась хитрая улыбка. — Вы сами сказали, что сегодня мне можно всё. Несколько секунд Лера просто смотрела мне в глаза. Потом тихо рассмеялась. Покачала головой. — Кажется... Она улыбнулась ещё шире. — Я сама загнала себя в ловушку этой фразой. Я тихо засмеялась. — Есть немного. Лера подняла руку. Большим пальцем очень нежно провела по моей щеке. — И знаешь... Я внимательно посмотрела на неё. — Я совсем об этом не жалею. Она медленно притянула меня к себе. Теперь уже сама. Наши лбы едва соприкоснулись. — Совсем. Я улыбнулась. — Почему? Она тихо рассмеялась. — Потому что я уже начала переживать, что меня сейчас отправят на пересдачу. Лера удивлённо приподняла брови. Потом не выдержала и рассмеялась. — Нет. Она покачала головой. — Но предупреждение всё-таки будет. — Какое? Она посмотрела мне прямо в глаза. — Если продолжишь так смотреть... Она сделала небольшую паузу. — То домой ты сегодня действительно не уйдёшь. Я почувствовала, как щёки моментально стали горячими. Не нашла, что ответить. Только тихо рассмеялась и уткнулась лбом ей в плечо. Лера мягко обняла меня. И несколько секунд мы просто стояли молча. Ничего не говоря. Потому что сейчас слова были совершенно не нужны. Шелби сонно перевернулась на лежанке. Приоткрыла один глаз. Посмотрела сначала на меня. Потом на Леру. Тяжело вздохнула, фыркнула и снова улеглась спать. Я невольно улыбнулась. — Даже она уже поняла, что мы слишком долго стоим на одном месте. Лера тихо рассмеялась. Я машинально перевела взгляд на часы. И только сейчас поняла, сколько времени прошло. — Ой... Лера сразу посмотрела на меня. — Что? — Уже почти двенадцать. Она тоже взглянула на часы. Несколько секунд молчала. Потом спокойно кивнула. — Да. Пора. Я невольно поморщилась. — Не хочется. Она улыбнулась. — Мне тоже. Эти два слова почему-то согрели сильнее любого поцелуя. Я улыбнулась. — Всё-таки пора домой. Лера едва заметно нахмурилась. — Уже? В её голосе прозвучало такое искреннее сожаление, что я невольно улыбнулась. — К сожалению. — Причина уважительная? Я кивнула. — Более чем. Она вопросительно приподняла бровь. Я выдержала небольшую паузу. — Завтра первая пара. Психология. Кажется, она уже догадалась, к чему я веду. Но я всё равно закончила: — А преподаватель там... Я снова сделала небольшую паузу. — Очень требовательный. Несколько секунд Лера молча смотрела на меня. А потом тихо рассмеялась. — Думаю, если одна студентка завтра уснёт на первой паре, преподаватель этого не оценит. Я тоже рассмеялась. — Вот именно. Поэтому мне лучше всё-таки поехать домой. — Пойдём. Я удивлённо посмотрела на неё. — Куда? Она посмотрела на меня так, будто ответ был совершенно очевиден. — Домой. Я отвезу тебя. Я покачала головой. — Если вы сейчас повезёте меня домой, то сами не выспитесь. Она спокойно пожала плечами. — Значит, завтра выпью на одну кружку кофе больше. — Правда, не стоит. Я вызову такси. Она медленно покачала головой. — Нет. — Валерия Александровна... — Александра. Я замолчала. Будто током ударило. Всего одно слово. И всего на секунду передо мной снова оказалась та самая преподавательница, из-за которой ещё несколько месяцев назад Артём выходил с первой пары бледнее стены. Я даже машинально выпрямилась. Лера смотрела на меня спокойно. Строго. И именно тем самым взглядом, который не принимал возражений. — Уже почти двенадцать часов ночи. Я совершенно точно не отпущу тебя одну на такси. Повисла тишина. Я ещё несколько секунд смотрела на неё. А потом уголки моих губ сами собой дрогнули. — Вот сейчас... Она вопросительно приподняла брови. — Я снова почувствовала себя вашей студенткой. Лера сначала непонимающе посмотрела на меня. А потом вдруг поняла. Тихо выдохнула. На её лице появилась виноватая улыбка. — Прости... Кажется, я иногда забываю выключать преподавателя. Я сделала шаг к ней. Осторожно взяла её за руку. — Не извиняйтесь. Она внимательно посмотрела мне в глаза. Я улыбнулась. — Мне кажется... Я впервые увидела, что строгая преподавательница тоже умеет переживать. Лера ничего не ответила. Только продолжала смотреть на меня. Я вдруг смутилась. Опустила взгляд. Неловко улыбнулась. — И... Я тихо усмехнулась. — Если честно... Подняла на неё глаза. — Мне понравилось. Лера удивлённо приподняла брови. — Что именно? Я почувствовала, как щёки начинают предательски гореть. — То, как вы сказали... Я невольно улыбнулась. — «Александра.» Несколько секунд Лера молча смотрела на меня. А потом тихо рассмеялась. — Правда? Я смущённо пожала плечами. — Не знаю почему. Я ненадолго замолчала. Потом тихо добавила. — Наверное... Это прозвучало так... Я искала нужное слово. — Надёжно. Не строго. Не страшно. Будто... Я улыбнулась. — Будто вы просто очень переживали за меня. Лера ничего не ответила. Только несколько секунд молча смотрела на меня. Потом едва заметно улыбнулась. Я почему-то снова смутилась. И решила сменить тему. — Всё-таки завтра первая психология. Надо же хоть немного подготовиться. Лера не выдержала и рассмеялась. — Всё. Поехали, Александра. Иначе завтра этот строгий преподаватель действительно увидит, как одна студентка спит у него на первой паре. — Обещаю честно смотреть вам в глаза. Она прищурилась. — И внимательно слушать. — И внимательно слушать. Хотя... Я хитро улыбнулась. — После сегодняшнего вечера это будет гораздо сложнее. Лера тихо покачала головой. — Тогда завтра постарайся хотя бы не смотреть на меня так, как смотрела несколько минут назад. Я сразу улыбнулась. — Не обещаю. Лера обречённо вздохнула. — Вот теперь точно в машину. Будильник прозвенел ровно в семь утра. Я недовольно застонала. Накрыла голову подушкой. На несколько секунд в комнате снова стало тихо. Но уже через мгновение телефон зазвонил повторно. Я тяжело выдохнула. — Всё... Встаю. С трудом села на кровати. Потёрла глаза. Первое, что увидела, — аккуратно сложенную на стуле тёмно-серую толстовку. Я невольно замерла. Вчерашний вечер мгновенно всплыл в памяти. Я подошла к стулу. Провела ладонью по ткани и тихо усмехнулась. — Ну и как мне теперь её вернуть? Ответа, конечно, не последовало. Я всё-таки надела толстовку. Рукава привычно закрыли ладони. Я несколько секунд смотрела на себя в зеркало. Потом улыбнулась. — Ладно. Всего на один день. После пар обязательно верну. Собрав волосы в хвост, я вышла из комнаты. Быстро сварила себе кофе. Сделала несколько глотков, почти не чувствуя вкуса. Сегодня почему-то никуда не хотелось торопиться. Аудитория постепенно заполнялась студентами. Артём плюхнулся рядом со мной. — Доброе утро. — Доброе. Он внимательно посмотрел на меня. — Сегодня ты подозрительно спокойная. Я усмехнулась. — Это плохо? — Наоборот. Просто обычно ты утром выглядишь так, будто готова убить любого, кто заговорит раньше первой кружки кофе. Я тихо рассмеялась. — Сегодня кофе был. — Тогда вопросов нет. В этот момент дверь аудитории открылась. Разговоры сразу стали тише. Валерия Александровна спокойно вошла в кабинет. Белая рубашка. Чёрные брюки. Волосы, как всегда, собраны. Очки. Папка с конспектами. Всё выглядело настолько привычно, что вчерашний вечер на мгновение показался мне сном. Она спокойно прошла к столу. Положила папку. Включила презентацию. Лишь на долю секунды её взгляд скользнул по аудитории. Совершенно обычный взгляд преподавателя. Без единой задержки. Без намёка на что-либо. Я невольно улыбнулась. Вот и всё. Университет. — Доброе утро. Студенты почти хором поздоровались. Валерия Александровна открыла первый слайд. На экране появилась тема: «Психологические манипуляции. Виды манипулятивного поведения и способы защиты». Она взяла пульт. — Начнём с простого вопроса. Как вы думаете... Почему люди вообще манипулируют друг другом? В аудитории сразу поднялось несколько рук. — Потому что хотят добиться своего. — Чтобы контролировать других. — Чтобы получить выгоду. Валерия Александровна спокойно кивала. Иногда что-то дописывала на доске. Потом обернулась к аудитории. — Всё, что вы сейчас перечислили, действительно может быть причиной. Но есть одна распространённая ошибка. Она сделала небольшую паузу. — Большинство людей считают, что манипуляция всегда выглядит агрессивно. Давление. Угрозы. Шантаж. На самом деле... Она перевела взгляд на презентацию. — Самые эффективные манипуляции почти всегда начинаются очень мягко. С заботы. С понимания. С желания помочь. В аудитории стало совсем тихо. — Именно поэтому их бывает так сложно распознать. Потому что сначала человек чувствует себя в безопасности. И только потом постепенно начинает терять способность самостоятельно принимать решения. Я автоматически начала записывать. Валерия Александровна продолжала. — Например... Очень распространённая фраза: "Если бы ты действительно меня любил..." Она посмотрела на аудиторию. — Что это? Несколько студентов начали переглядываться. Кто-то пожал плечами. — Просто просьба? Она покачала головой. — Нет. Спокойно продолжила. — Это попытка связать ваши чувства с определённым поведением. Если вы отказываетесь... Значит, автоматически становитесь плохим человеком. Именно поэтому чувство вины считается одним из самых сильных инструментов психологического давления. Я продолжала писать. Но неожиданно поймала себя на мысли... Что перестала воспринимать это как просто лекцию. Перед глазами одна за другой начали всплывать ситуации из прошлых отношений. Фразы. Обиды. Молчание. Я медленно опустила взгляд в тетрадь. "А ведь..." Я провела ручкой по полям. "...это правда было." Не потому, что человек был плохим. Не потому, что всё было ложью. Просто... Тогда я этого не понимала. — Ещё один распространённый пример. Голос Валерии Александровны вернул меня обратно в аудиторию. — Газлайтинг. Когда человеку раз за разом внушают, что он всё неправильно понял. Неправильно запомнил. Слишком остро реагирует. Постепенно человек начинает сомневаться уже не в словах другого. А в самом себе. Я замерла. Ручка остановилась над тетрадью. Именно это... Кажется... Со мной тоже было. Я медленно выдохнула. И впервые за долгое время подумала не о том, как всё закончилось. А о том... Что, возможно, это никогда и не было здоровыми отношениями. В этот момент прозвенел звонок. Валерия Александровна закрыла ноутбук. — На следующей паре мы продолжим разбирать способы противодействия манипуляциям и рассмотрим несколько жизненных ситуаций. Спасибо за работу. Хорошего дня. Аудитория сразу оживилась. Я молча закрыла тетрадь. Поймала себя на мысли... Что сегодня ухожу с пары не с новыми знаниями. А с новыми вопросами к собственному прошлому. — Александра. Я обернулась. В дверях аудитории стояла Валерия Александровна. — Да? — Зайдите, пожалуйста, на минуту. Я удивлённо кивнула. — Хорошо. Перевела взгляд на Артёма. — Иди. Я сейчас догоню. Он пожал плечами. — Ладно. Буду ждать тебя у следующей аудитории. — Хорошо. Я дождалась, пока он отойдёт подальше по коридору, и вернулась в кабинет. Когда дверь за мной закрылась, Валерия Александровна уже складывала конспекты в папку. Я посмотрела на неё. — Вы что-то хотели? Она подняла голову. Несколько секунд молча смотрела на меня. Потом её взгляд медленно скользнул вниз. На тёмно-серую толстовку. На её губах появилась едва заметная улыбка. — Всё-таки оставила. Я невольно улыбнулась. Опустила взгляд на длинные рукава. — Всего на один день. Она тихо усмехнулась. — Не торопись. Она выдержала небольшую паузу. И только потом спокойно добавила. — Тебе очень идёт. Я почувствовала, как щёки снова начинают гореть. — Спасибо... Несколько секунд мы просто молча смотрели друг на друга. Потом Лера первой отвела взгляд. Закрыла папку. — Всё. Можешь идти. — И это всё? Она едва заметно улыбнулась. — А этого мало? Я покачала головой. — Хорошего дня, Валерия Александровна. — И тебе, Александра.