Кошки-Мышки

Это был обычный теплый августовский вечер. Вечер, который пах ускользающей свободой, спиртным и дешевым парфюмом — тем самым, что смешивается с запахом табака и становится чем-то знакомым до тошноты. Он шумел в ушах живой музыкой и повседневными разговорами, больше напоминающими гул, который проходил сквозь меня нарастающими волнами и почти заглушал голос вокалистки. Бар был залит теплым, приглушенным светом, исходящим от низких ламп на столах и гирляндой над барной стойкой. Люди отдыхали — попивали пиво и поглядывали на сцену, где сейчас выступала небольшая группа джазовых музыкантов. Я сидела с подругами, смотрела как Маша чрезмерно жестикулирует, размахивая длинными ногтями прямо у меня перед носом, как будто пытается похвастаться новым маникюром, и рассказывает какую-то очередную нелепую историю, от которой вся наша троица заливалась хохотом. Я тоже посмеялась, но глухо, почти отсутствующе, ведь все мои мысли были заняты тем, что на завтра у меня уже заведен ранний будильник, что завтра я снова стану студенткой, теперь уже третьекурсницей, что с завтрашнего дня я снова возьму на себя роль старосты и большую ответственность за своих идиотов-одногруппников. Но пока я была здесь и позволяла себе расслабиться. — Вот мы уже и третьекурсницы! — поздравила я подруг, поднимая перед собой бокал белого вина. Свет отразился в стекле, разбрызгиваясь на скатерть крошечными бликами. — Формально ты еще нет, — хихикнула Вика, но все же чокнулась со мной. Ее бокал тонко и весело звякнул о мой. — Ты ведь так и не закрыла физиологию? Я отмахнулась: — Ерунда, дело десяти минут, — и отпила из своего бокала, — Я уже выучила пять билетов. Планирую подарить Тихоновой коробку конфет и договориться, чтобы она подсунула мне один из них. Девчонки засмеялись. — Я вообще ничего не учила, — Маша красивым, как будто отрепетированным жестом скинула рыжие волосы со своего плеча, демонстрируя острые ключицы, на которых блеснула золотая цепочка, — Что-то проблеяла, она мне пятерку поставила. — Ей настолько пофиг, — согласилась я, кивая, — Ее больше интересует личная жизнь, чем студенты. — Вот бы все преподы были такими же. — И куда тогда покатится наша медицина? — Вика вальяжно закинула ногу на ногу, и край ее юбки немного оголил бедро, после чего она встретилась взглядом с парнем, сидящим напротив, и кокетливо улыбнулась ему. Она сидела чуть поодаль, откинувшись на спинку стула, и на ее губах блуждала та самая усмешка, которая означала: «я знаю, что вы обе сейчас скажете, и я уже готова съязвить». — Ой, какая ты зануда. — Да все будет в порядке с нашей медициной, — поморщилась я и окинула зал взглядом, будто пыталась выискать кого-то, — Сейчас будет жесть. С этого семестра у нас начинается топографическая анатомия. Помните препода, которым пугают все старшекурсники? — Апокалипсис, — Маша недовольно поджала губы и кивнула, — Вот и мы до него доросли. — Будет гонять нас как овец по загону. Я снова отпила из своего бокала, и вино разлилось внутри теплом. Но нарастающая тревога от нового учебного года все равно свернулась клубком где-то в груди. — Как думаете, — я откашлялась, — Может, он ведется на красивые ноги? — Лера! — Маша весело толкнула меня, и я захихикала. — Ну что? Он же молодой. Он молодой? С чего я вообще взяла, что он молодой? — Потому что все говорят, что он молодой. Но я не знаю. Он как бог — про него все говорят, но я никогда не видела его. Вика медленно перевела взгляд со сцены на нас: — Я видела. Не больше 35. — Ну! — я снова начала гнуть свою линию, — Значит, ноги должны сработать! — Я думаю, старшекурсницы уже всякие методы испробовали. — Почему бы вам просто не начать учиться? — Потому что на войне все средства хороши, Вика. Маша взяла бутылку вина за горлышко и покрутила над столом: — Вино закончилось. Я резво поднялась со стула и поправила на себе платье. Свет лампы на мгновение скользнул по моим бедрам, и я поймала взгляды парней, сидящих за соседним столиком. — Давайте, бабы, выбирайте напитки, тяжелая ко-Валерия вступает в бой! — «Артиллерия», дура. — Пофиг, — я весело отмахнулась и немного взбила прическу на затылке, — Я добуду нам лучшее, а не как Машка на прошлой неделе, что мы довольствовались дешевым пивом. — Чего?! — Халтура! «Чего». Маша тоже поднялась со стула и с вызовом взглянула мне в лицо, но в этом взгляде не было ненависти, только игра. Парни рядом с интересом наблюдали за тем, как две кошечки собирались начать драку. — Ты что это, намекаешь, что я уступаю тебе в навыках тарелочницы? — она подошла ко мне вплотную, — Может, ты еще хочешь сказать, что ты красивее меня? Я усмехнулась и оттолкнула от себя подругу: — Я даже говорить ничего не буду, все и так понятно. — Просто ты всегда разводишь самых придурков, кто слюни пускает на вообще на все, — Маша кивнула головой в сторону тех самых парней, которые услышали ее и, как по приказу, отвернулись в сторону сцены. — В тебе нет азарта. А ты попробуй взять неприступную крепость! — Во мне нет азарта?! — я провела рукой по воздуху так, будто погладила весь зал, — Выбирай любого — и я разведу его на бутылку шампанского! — Любого? — Любого! — и немного помялась, — Только без девушки, а то ж я хочу домой с волосами вернуться. — Хорошо! Маша пощурилась, устремляя свой взгляд вглубь зала. Ее зрачки принялись суетливо скакать от лица к лицу, считывать ситуацию и сложность «игры». Затем она улыбнулась, облизнула губы и указала пальцем вдаль. На взрослого мужчину в темной футболке в дверях. Высокого, с широкими плечами, но, скорее, подтянутого, чем массивного. Он двигался с той спокойной уверенностью, которая бывает у людей, привыкших к тому, что их слушают. Не нагло, нет — просто он знал, что ему не нужно доказывать свое место в этом мире. Он остановился у стойки, заказал что-то негромко, и я заметила его руки. Длинные пальцы, спокойные, уверенные. Они немного потарабанили по столешнице, и мне удалось разглядеть отсутствие кольца, что сильно упрощало мою задачу. А потом он повернулся в мою сторону. Темные волосы, чуть растрепанные, будто он проводил по ним рукой перед выходом. Слегка вытянутое лицо, четкая линия челюсти, которую подчеркивала аккуратная бородка. Она делала его старше, серьезнее, добавляла в его образ суровость. Возможно, даже без кольца он пошлет меня куда подальше. Такие не знакомятся в барах… Я взглянула на насмешливое лицо Маши и хмыкнула. Она вскинула бровь, беззвучно спрашивая: «Сдрейфила?» Нет, я не могу проиграть. — Вызов принят, — сказала уверенно я, в очередной раз прихорашиваясь. Сделала вдох, который должен был успокоить, но только разогнал кровь быстрее. А затем сделала шаг вперед. Медленно подойдя к нему, я взобралась на барный стул рядом, как будто вокруг больше не было свободных мест, и эффектно закинула ногу на ногу. Ткань платья чуть натянулась на бедре, и я знала, что это выглядит хорошо. Он же, однако, не обращал на меня никакого внимания, рассматривая что-то в своем телефоне. Экран освещал его лицо снизу, делая черты резче, и я на секунду задержала дыхание. Я прочистила горло, стараясь заставить его повернуться, но, кажется, из-за громкой музыки он совершенно меня не слышал. Или не понимал, что этот звук адресовывался ему. Или и слышал, и понимал, просто предпочел игнорировать. Я повернулась в сторону девчонок, которые с идиотскими улыбками наблюдали за мной. Маша подбадривающе помахала рукой, как бы говоря: «Давай, давай, тарелочница, действуй». Я должна взять себя в руки и пустить в ход все свое очарование, как делала всегда, когда выпрашивала напитки у парней. В конце концов, он тоже парень. Они все падки на красивые фигуры, ухоженные волосы и качественный макияж, а я, как раз, обладательница и первого, и второго, и третьего. Сжав кулак и почувствовав, как собственные ногти больно вонзились в ладони, я наклонилось к мужчине: — Привет, — сказала я, и мой голос непривычно дрогнул. Он медленно перевел взгляд с телефона на меня. Я не сразу поняла, какого цвета у него глаза — в полумраке бара они казались темными, почти черными. Но когда он чуть наклонил голову, свет упал на них, и я увидела серые проблески. Они выглядели холодными, но с теплым отливом, так, словно он мог смотреть на меня мягко, если бы захотел. Сейчас же, скорее он выглядел уставшим и удивленным. — Мы тут скучаем с девочками, — я указала рукой в сторону нашего столика, — Не хочешь присоединиться? Его брови дрогнули, как будто он искренне не понимал, почему я вообще заговорила с ним, а затем он взглянул туда, куда я указала. Но не изучающе — машинально, только потому, что я обратила его внимание на тот стол. — Скучать? — переспросил он, и на его лице отобразилась насмешка, — Не, не особо. Я весь день скучал на работе, знаешь ли… — Я имела в виду… — я нервно перебила саму себя, чувствуя жар на лице, — Тогда почему сидишь здесь один? — Люблю интересные беседы с интересным собеседником, — он указал на себя рукой. Я поймала себя на мысли, что выглядел он очень привлекательно, определенно в моем вкусе, и мне впервые стало страшно показаться глупой. Но я принялась пускать в ход все свое обаяние, как делала всегда: — Я тебя умоляю, — улыбнулась я, — Кто может быть интереснее молодых студенток филфака? Я вливала в его уши давно придуманную и действующую байку. Мы с девчонками давно установили правило: не представляться настоящими именами, не давать реальных номеров, не рассказывать о себе ничего. Поэтому сейчас я не была Валерией Зацепиной, студенткой медицинского ВУЗа. Я была дружелюбной и сексуальной Алисой с филфака. — Филфака? — мужчина одобрительно кивнул, — Тогда беседы, действительно, интересные. — И они бывают еще более интересными, если мы выпьем. — Так, я понял, к чему все идет, — он снова усмехнулся и пальцами подтолкнул мне меню, — Выбирайте и продолжайте философствовать, ибо «только философия отличает нас от дикарей и варваров». Я удивленно похлопала глазами. Мужчина скучающе подпер щеку рукой, не сводя с меня взгляд. Он не улыбался, но в его глазах танцевали искорки, словно он смотрел на спектакль, который его забавлял. — И ты что, просто купишь нам то, что мы попросим? — Ты же за этим пришла. — Но ты даже не попросил присоединиться… или… номер хотя бы, как обычно делают остальные. Уголки его губ поднялись. Я соблазняла его, но почему-то он упрямо отказывался замечать мою сексуальность. Скорее, я выглядела для него смешно. — Прости, я не очень опытен. Если без этого никак, то, конечно, можешь дать свой номер. — Судя по лицу, тебе это не особо нужно. — Почему? Я же сказал «люблю интересные беседы с интересными собеседниками». Он сказал это так, будто это просто был единственный способ отвязаться от меня, но я все равно притянула к себе салфетку и достала ручку из сумочки. Немного поглазев на нее, я подняла взгляд на мужчину. Он терпеливо наблюдал, все так же упираясь щекой в ладонь. Я привычно нацарапала на салфетке номер телефона нашего декана, который знала уже наизусть, ведь часто оставляла именно его, и подписала «Алиса». Хотя пальцы мои непривычно дрогнули, когда я придвинула салфетку незнакомцу. Меня терзало чувство, что я обманываю не его, а саму себя. Он прочитал вымышленное имя и протянул мне руку для пожатия: — Приятно познакомиться, Алиса. Денис. Его длинные пальцы уверенно сжали мою ладонь. Пожатие было теплым, но коротким, без попытки задержаться. Я определенно не была ему интересна, но настойчиво продолжала заманивать его, хотя уже и добилась того, что ожидала. — Если что, ты всегда можешь присоединиться к нам, Денис. — Спасибо за предложение, но я кое-кого жду, — сказал он внезапно. — Девушку? — зачем-то спросила я и закусила губы, как будто тем самым могла остановить то, что уже вылетело из моего рта. Денис приподнял брови. Он действительно не понимал, чем мог заинтересовать девушку вроде меня. Весь мой вид говорил о том, что я использую мужчин только ради своей выгоды. Стать жертвой такой легко, а вот вызвать интерес… И он прекрасно осознавал, что ему удалось, пусть и не знал (ровно, как и я), чем именно, ведь не делал абсолютно ничего. Мысленно я ударила себя по голове: Лера, прекрати западать на незнакомого тебе мужчину. Он такой же как и все, даже если не смотрит на тебя, как животное. Не дождавшись его ответа, я спрыгнула со стула, натянула платье чуть ниже и взглянула на Дениса из-за плеча, но он снова устремил свой взгляд в телефон. Бармен протянул мне шампанское, и я пошла в сторону нашего столика, чувствуя его спиной. Он не смотрел мне вслед. И это было чертовски обидно. Меня будто обдали грязью с ног до головы. Девчонки ликовали, хлопали и визжали, когда я шумно поставила шампанское на стол так, что сидящие вокруг люди обернулись. Я чувствовала, как внутри все еще пульсирует то самое странное напряжение. Я села на стул и взяла бокал, который уже успел опустеть, хотя я точно не помнила, когда допила его. Я обернулась на Дениса, который ожидаемо был занят чем-то своим. Как так-то?! Я была восхитительна! Почему он даже не проводил меня взглядом?! Мои зубы скрипнули от ярости. — Ладно! — Маша хлопнула меня по плечу и громко открыла шампанское под звонкий крик Вики. Пробка с глухим хлопком ударилась о потолок, и кто-то из соседнего столика одобрительно свистнул. — Признаю победу. Но я не ощущала это победой. — Маш, — произнесла я, — Как я выгляжу? — Шикарно, как всегда. — Со мной что-то не так? Может, стрелки размазались? Помада стерлась? Может, у меня изо рта пахнет?! Девчонки засмеялись. Маша разлила шампанское по бокалам, и пенящаяся жидкость наполнила воздух сладковатым запахом. — Почему ему было так пофиг на меня? — мой голос прозвучал почти обиженно. — Забей, может, он просто гей. — Не похож. — Латентный гей. — Или, что еще более реалистично, у него есть девушка, — Да плевать мне! — взвизгнула я, чувствуя, как внутри поднимается злость. Она обжигала горло и не давала дышать. — Они все животные! Он должен был пустить на меня слюни! Даже если он гей! Маша засмеялась: — Это не так работает. Я заметила, как к Денису подошел мужчина, и они пожали друг другу руки — уверенно, по-мужски, как лучшие друзья, которые не виделись вечность. Значит, он точно не ждал девушку. И почему-то, от осознания этого в груди стало немного легче. Друг хлопнул Дениса по плечу, и я отметила, что тот улыбнулся ему в ответ. Искренне, не той раздражающе холодной усмешкой, которой наградил меня. Как клоуна. — Да забей ты на него! — Маша развернула меня к себе и протянула напиток, — Гуляем! Мы звякнули бокалами, и вечер пошел в привычной обстановке. Мы болтали, смеялись, но теперь я делала это машинально. Я смотрела на Дениса снова и снова. Сначала мельком, потом дольше. Я пыталась делать вид, что слушаю подруг, но взгляд сам возвращался к его столику. Он говорил с другом, иногда усмехался чему-то, иногда делал глоток пива. Я чувствовала себя глупо — как девчонка, которая ждет, что красивый мальчик в классе заметит ее. Но в душе у меня поднимался азарт. Острый, как осколок стекла, он бередил мою душу, не давая покоя. Как он посмел не обратить на меня внимания?! Я увидела, как его друг наклонился к нему, что-то сказал и кивнул в мою сторону. Денис медленно повернулся, и наши взгляды встретились. На секунду мне показалось, что он посмотрел на меня с любопытством. Но он тут же перевел взгляд обратно, небрежно бросая короткую фразу, которая не предназначалась мне. Я гневно сжала край платья. — Лер, да оставь ты его, — Маша толкнула меня в плечо, вырывая из транса, — Он уже купил нам шампанского. Радуйся, что он не полез к тебе под юбку, как все эти идиоты. Она снова указала на сидящих рядом парней, которые снова это услышали и почти возмутились, хотя не делали ничего, только иногда жадно поглядывали на нас. — Нет, — я прорычала, — Я затащу его в койку. Вика подавилась шампанским: — Ты что, с ума сошла? Ты же его не знаешь. — Я не дам ему уйти так просто. Я поднялась со стула, чувствуя, как шампанское разливается по венам, придавая смелости. Девчонки пытались меня остановить: Вика крикнула «Лера, стой!», а Маша засмеялась от неожиданности. Но я уже не слушала. Мне было плевать, что он скажет. Мне было плевать, что подумают подруги. Сейчас было важным заставить его посмотреть на меня так, как я хотела. Я решительно направилась к Денису. Это уже не была охота за шампанским, не был спор с подругой. Это был мой личный вызов. Я должна была доказать себе, что он не может быть ко мне равнодушным. Я уверенно облокотилась на барную стойку, и двое мужчин разом взглянули на меня. Я громко сглотнула, устремляя свой взгляд прямо в глаза Денису. — Что, шампанское уже закончилось? — снова усмехнулся он. Я злобно сжала губы, но постаралась улыбнуться: — Скорее подруги. В смысле, разъехались по домам. А по мне, так еще детское время. Денис вскинул бровь и взглянул мне за спину — прямо туда, где сидели девчонки. Я наклонилась так, чтобы загородить их собой, и он насмешливо перевел взгляд мне на лицо. Хватит смеяться надо мной! — Вы не против, если я присоединюсь? — не дожидаясь ответа, я уселась рядом и придвинулась ближе к Денису, который машинально отстранился, сохраняя между нами дистанцию. — Не против! — восторженно крикнул его друг, — Если что, у него нет девушки! — Спасибо, Егор. — Денис фыркнул и повернулся ко мне, — Алиса, это Егор. Егор, это Алиса. Я включила самую очаровательную улыбку, которая только была в моем арсенале: — Нет девушки? На вид вроде ничего. Значит, где-то есть другие изъяны. — Женат на своей научной деятельности, — пояснил Егор. — Я бы не сказала, что это минус. — А я бы вообще ничего не сказал, потому что пришел сюда отдохнуть. Денис снова повернулся ко мне, и я заметила, как его взгляд задержался на моем лице дольше, чем нужно. Внутри меня вспорхнула бабочка. Или это было чувство ликования: он заметил меня! — Мы могли где-то встречаться ранее? — спросил он. Идиот. Моя улыбка снова сползла с лица. И почему-то именно в этот момент я поняла, что его лицо мне тоже выглядело знакомым, но, хоть убей, я не могла вспомнить, где видела его. — Где, ты говоришь, учишься? — продолжил Денис, — На филфаке? Я нервно закусила губу, но не ответила. — Нет, ноль вариантов, — поморщился он. Он не смотрел на меня, как на интересующую его девушку. Смотрел куда-то внутрь. И этот взгляд пугал, как будто он мог спросить меня о чем-то философском и раскусить всю мою ложь. Я не хотела этого. Я и так уже достаточно глупо выглядела перед ним. — Возможно, здесь, — я придвинулась еще ближе, чувствуя запах его одеколона, — Ты часто здесь бываешь? — Не особо. — Вероятно, пару раз я ловила тебя взглядом. — Вряд ли, — он откашлялся и снова постарался отодвинуться, и только тогда я заметила, что его друг толкает его в обратную сторону. Ко мне. Егор улыбнулся мне, как будто говоря, что он на моей стороне. Я одобряюще кивнула ему. Хорошо, когда в твоих союзниках «сваха». Теперь у Дениса точно нет шансов. — Ладно, не важно, — он протянул мне меню, — Позволь тебя угостить. Еще пару раз. — Позволяю, — сказала я, чувствуя, как внутри что-то екает. Похоже, я начинала медленно двигаться к победе.