Мария.

      — Мам, — маленькая девочка легонько коснулась руки женщины, сидевшей около её кроватки в мягком кресле.       Взгляд матери, добрый и ласковый, упал на лицо малютки, которая, будто позабыв про вопрос, внимательно смотрела в окно: на улице уже была глубокая ночь, из соседней комнаты был еле слышен треск камина и включенного телевизора, который тихо показывал какой-то фильм. За окном летали маленькие огоньки, подхватываемые потоком ветра: скорее всего, это искры от огня, которые незаметно вылетели наружу, но в голове маленькой девочки это были самые настоящие звёзды, превратившиеся в порхающих светлячков, которых, конечно же, зимой быть не может.       — И чего же ты не спишь так поздно? — женщина одарила дочку ласковым взглядом, — могу почитать тебе на ночь или сделать массаж ручек.       — Нет, — строго отрезала Юна, — мне не хочется. Расскажи лучше сказку.       — Хороший выбор, — она чуть удобнее села, укутавшись пледом, а затем задумчиво задержала свой взгляд на стене, будто вспоминая, про что же рассказать на этот раз, — м! Может про русалочку? Или про девочку, которая тёмной-тёмной ночью не могла уснуть и её забрал… Волк!       Взгляд девочки всё ещё оставался недовольным. Женщина наигранно развела руками и погладила дочку по волосам, на что та нахмурилась ещё больше. Тогда, заметив упорство дочери, она наклонилась к ящику и достала свечу, чтобы переключить внимание Юны. Лёгким движением руки она зажгла её, и тихое пламя осветило комнату.       — Красиво горит, правда ведь? Не знала, что в Корее продаются настолько ароматные свечки. Надо бы спросить у твоей крёстной, где она смогла раздобыть такую ценную вещичку, — Юна не ответила, но женщину это не остановило, и она продолжила, — действительно, что это я о свечках каких-то говорю. Конечно, тебе это неинтересно. Но знаешь, мне кажется, тебе и историй никаких не нужно.       Девочка проследила за взглядом матери: он падал на всю комнату. И правда, если не смотреть на мир слишком пессимистично, можно твёрдо сказать, что Юна идеально бы подошла на роль потерянной принцессы, обречённой жить в других условиях, не лишённых намёков на её происхождение: мягкая кровать с красивым кружевным балдахином, много игрушек, деревянная лошадка-качалка, свой дом и сад, отделённый от остального мира, винтажная посуда, одежда. Большая редкость найти и тем более жить в таких условиях. Не все чеболи могут таким похвастаться       — Всё равно, — резко отрезала девочка, чуть насупившись и сильнее прижав к груди маленькую вязаную феечку с рыжими косичками, изумрудными пуговицами вместо глаз и миленьким полупрозрачным фисташковым платьицем, в придачу к которому шла плетёная соломенная шляпка с бледно красной ленточкой.       Женщина внимательно посмотрела на игрушку: в её голове как будто на секунду промелькнула очень важная мысль. Она призадумалась и с минуту молчала.       — А что… — она отошла от своего облачного состояния и медленно начала, — если, я расскажу тебе совсем новую историю, которую ты ещё точно не слышала? Кто-то говорит, что всё это сказки и ложь, но есть и те, кто свято верит в её подлинность. Конечно, вторых намного меньше, но ведь бывает, что почти все не правы? — она улыбнулась, — в конце концов, далеко не все сумасшедшие — дураки. Рассказ мой пойдёт об одной принцессе, имя которой — Мария. Она жила в мире, полном магии и волшебства, — женщина поглядела на Юну, — ты ведь знаешь, что на свете есть множество миров, и наш с тобой далеко не единственный, правда? — девочка смотрела с недоверием, но интерес одерживал победу, поэтому она лишь сжала губы и внимательно следила за глазами матери, — каждая вселенная различается, но мы с тобой начнём с Энмиралфелла…