Бархатная Ваниль

По приходу домой на встречу Акиласу тут же вышла Клавдия, смотревшая на него с недовольством. Грек виновато снял обувь и прошёл в гостиную, где все были заняты своими вещами. Август и Йост играли в приставку, явно пытаясь отвлечься от проишествия с Бенджамином, а Йоханнес сидел рядом и смотрел за их игрой. Гречанка хлопнула в ладоши пару раз, говоря парням что пора отвлечься от игр и поговорить с Акиласом. — Ребят. Путешественник вернулся. Они перевели взгляды на грека, который вот-вот был готов провалиться сквозь землю. Австриец тут же завёл диалог, явно направленный на обсуждение совести Акиласа. — Ты блять вообще? — Что? — Серьёзно? Ты даже не предупредил когда ушёл. Как будто тебе пятнадцать лет и ты свалил на бухич чтобы родители не спалили. — Почему вы так злы на это? Йост тут же решил ответить на его вопрос, откладывая консоль в сторону. — Потому что ты даже на звонки не ответил. С тобой что происходит? Твой телефон всегда был включён. — Я.. — Ради своего же блага бросай затею встречаться с этим Владом. Акилас тут же зажёгся, начиная резко подходить к голландцу поближе. — Что ты сказал? — Сказал чтобы ты перестал ебать себе мозг этим парнем. По комнате пронёсся глухой удар прямо в нос Йоста, который сию же секунду закровоточил. Он зажмурился на секунду, а затем вскочил с дивана чтобы навалять греку в ответ. — Прекратите! Испуганно прокричала Клавдия и попыталась разорвать драку, но эта попытка не увенчалась успехом. — Пошёл ты! Ты вообще не понимаешь какого мне! — Урод! Он тебе не нужен! Эта драка переростала в животное желание разорвать друг друга, пока не вмешался Август и не разъединил парней. У обоих разбиты лица, Клавдия еле удерживает Акиласа, пока тот ещё желал разобраться до конца. Йоханнес испуганно зажался в угол дивана, прикрывая рот рукой и круглыми глазами смотря на происходящее. — Хватит! Акилас.. Грек всё же успокоился, расслабляясь в хватке Клавдии, усаживающей его в кресло. — Вот же блять.. почему за вами всеми так трудно уследить?.. Следующие полчаса прошли за залечиванием их ран, пока и Йост и Акилас думали как начать извиняться друг перед другом. — Ну что? Хоть слово друг другу скажете, а? — Да подожди ты, Клав.. — Вы вроде не маленькие уже блять. И всё же долго молчать не было вариантом, поэтому первый начал Йост. — Прости меня Акилас.. за то что говорил такие вещи. — Прости меня Йост, за то что напал на тебя. Гречанка заулыбалась, добившись справедливости между ними. — Ну вот. Ребят, ещё раз такое повторится и я заказываю одному из вас номер в отеле лишь бы вы не были рядом. Итак Акилас, не желаешь поговорить о твоём парне нормально? — А чего о нём говорить? — Ну бля, мне кажется уже все согласны что он тебе не всрался. Акилас тут же потускнел, опуская голову в ноги. Совсем не знаешь как без злости объяснить людям что человек важен для тебя. — Схуяли вы вообще вините во всём его появление в моей жизни? — Ты меняешься в худшую сторону. Мы уже не можем найти того Акиласа что всегда предлагает тупые идеи, что вечно собирает всех в своей квартире для тусовки.. понимаешь? — Но разве это не значит что я наконец повзрослел? — Это твой характер. Взросление тут не причём. — Я люблю его.. — Не любишь. Это просто симпатия. Люди не влюбляются с первого взгляда. Клавдия вдруг медленно вытянула из кармана косяк и протянула его греку. — Нам нужен старый Акилас. Он тут же зажал косяк между губ, любезно принимая из рук подруги ещё и зажигалку. Для Влада это время проходило просто ужасно. Хоть он решил и не идти на работу, отвратительное чувство обиды преследовало его целый день. — Ну как же так?.. Я вообще кому-то нравлюсь?.. Было такое чувство, будто он просто мешается всем под ногами, и что знакомства с Акиласом и в помине не должно было произойти в его жизни. Поэтому и слёзы лились сами собой, даже не думая останавливаться от волны негативных чувств. Конечно же за все эти дни ему тоже понравился Акилас, и он даже начал думать что они полноценная пара, но вот так вышло что кое-кто всё же выбрал друзей вместо чувств. — Сука.. я себя ненавижу. Ничего уже не оставалось думать кроме как того что он сам виноват. Слишком недоверчивый, слишком тревожный, слишком асоциальный, от чего у друзей грека и появилось чувство что Влад ему не нужен. Просто не подходит. — Пошло оно всё.. просто пошло нахуй.. Сабажук зарылся лицом в подушку, продолжая реветь навзрыд от безысходности. Что же теперь делать? Как будто лицо разбили, а по факту разбили только мнение о себе. Теперь для себя он и паршивец, и всё портит, и никому не нравится. На телефон пришло сообщение, и оно добило парня окончательно. — «Прости, я думаю мы всё же друг другу не подходим. Не расстраивайся там, ладно?» Молдованин даже не ответил. Он просто заблокировал Акиласа как сделал это и в первый раз. И конечно же истерика набрала новую силу от осознания что это точно конец. — Не подходим?! Ну да.. просто твоим дружкам я блять не нравлюсь.. Он пытался представить, что говорит это прямо в лицо греку, но было просто невозможно уже даже и вспоминать о нём. Никогда в жизни у Влада ещё не было таких тяжёлых взаимоотношений с человеком. Казалось бы что любит, но выбирает совсем другую сторону.. — Обещал же что будешь относиться как к богу.. обещал что будешь рядом.. Сабажук встал с кровати, на ватных ногах направляясь к ванной. Хоть он в детстве и обещал себе никогда не курить, иногда брал в зубы сигареты лежащие в ванной комнате. Вроде вишнёвые, да хрен уже знает, нужно как-то успокоиться. Эти раковые палочки всегда так круто помогали от стресса что на работе что в данном случае. Поэтому он присел на край ванной как днём, прикурил сигарету и расслабился, выпуская дым в потолок. — Заблокировал. Сказал Акилас своему кругу друзей, отложил телефон, и смачно затянулся травой в знак полного похуизма к ситуации. Клавдия заулыбалась и сложила руки на груди, рассматривая абсолютно расслабленное и избитое лицо своего друга. — Ну вот видишь? Успокойся, нахрен он тебе сдался. — Да.. наверное это было просто моей глупостью. Хоть он и говорил так, в душе всё ещё было беспокойство за ситуацию. А как же чувствует себя Влад? Неужели реально думает что всё так быстро угасло? Нельзя же так поступать с людьми, а особенно с теми кто тебе нравится.. с кем разделил первые искры в глазах. Лишь за один день произошло так много событий. Как будто должна была пройти неделя, но это лишь двадцать четыре часа. Владу не спалось с наступлением тёмной ночи, поэтому он в полном одиночестве сидел на кухне и листал ленту тик тока, куря уже третью сигарету. На работу естественно не пошёл, наврал начальнику что приболел, и видимо завтра придётся взять больничный. Затяжка за затяжкой, и нервы потихоньку начинали отходить. Надо было лишь не думать об Акиласе лишний раз, что с трудом получалось. — Три ночи блять.. Нога сама по себе тряслась, не удерживаясь на месте, а телефон он даже отложил в сторону, почувствовав внезапную тошноту. На телефон вдруг пришло уведомление, и он конечно же через силу взглянул на него. Перевод 200 евро.. за что? Акилас снова прикалывается? После перевода пришло уведомление с чеком по почте, в котором грек написал дополнительное "Завтра обязательно купи поесть. У тебя голяк в холодильнике. Не обижайся.". Сабажук снова отложил телефон в сторону, даже не желая смотреть на сумму которая ему пришла. А уж тем более на дополнительное сообщение. — Просто тревога.. Повторял он себе кучу раз, хотя это была обыкновенная сильная обида. Сразу как Влад встал со стула, голова закружилась, а перед глазами возникли звёзды, после чего он упал на пол без сознания ударившись головой об стол. Почему? Конечно же от того что за день он поел только один раз. А Акилас тем временем весело общался с друзьями в просторной гостиной, потягивая свежее вино вместе с ними. Грека ещё не отпустило чувство тоски и вины, поэтому он и отправил Владу небольшой подарок, стараясь даже при большой обиде ухаживать за ним. Знал бы он, что произошло за это время.. но долгое воздействие травы не даёт много думать о плохом. — Эй, а сколько дней отдыха у нас осталось? Йоханнес отложил бокал в сторону, считая дни которые прошли. — Мм.. осталось 25 дней августа. Но мы решили что уедем домой через 20 дней, ведь надо подготовиться к учёбе. — Да, мы же переходим на третий курс.. — Уже такие взрослые. Клавдия усмехнулась, чуть ли не давясь вином. — Перестань, Йоха, вы всё ещё ведёте себя как дети. — Самый тяжёлый период в жизни мужика всегда до 30 лет.  Все разом звонко рассмеялись, ощущая ту привычную и приятную дружескую атмосферу. Они позабыли даже о том, что Бенджамин угремел в больницу, позабыли обиду на Акиласа и ту драку между ним и Йостом. Главное что вместе.. В квартире Влада было так тихо, что казалось можно услышать как комар летает. Он всё ещё лежал на блестящем кафельном полу, слава богу не повредив себе сильно голову. По телефону ему звонила мать, наконец соизволившая узнать как у сына дела, но сейчас он точно не мог просто встать и поднять трубку. Возможно, сквозь пустое сознание были слышны отголоски поступающего звонка, но даже пальцем пошевелить он не сумел. Голова словно онемела, и молдованин будто провалился в небольшой коматозный сон. И хрен знает сколько часов, а может даже дней он так пролежит.. пока Акилас не приедет и сам не обнаружит его. Хотя как он откроет дверь? Может придётся пролежать так ещё долгий промежуток времени? Так и оказалось на самом деле. Влад открыл глаза, еле поднимаясь на локтях с пола. Голова словно трещала по швам, а изо рта неконтролируемо текли слюни. Первым делом он потянулся к телефону на столе, взял его и свалился обратно на пол от бессилия. Было так плохо, что и мозг едва соображал что нужно делать. Дата была 9 августа, время 14:33, осталось вспомнить когда он вообще упал в этот обморок. Немного посмотрев в телефон, он заметил ещё уведомление от почты. Вот же козёл этот Акилас. Остался заблокированным в мессенджере, но нашёл выход в виде почты, и теперь пишет там. «Привет. Как ты?», «Ало, почему не отвечаешь?», «Я начинаю переживать, прочитай хотя бы.». Стоп.. первое сообщение было отправлено два дня назад. Влад так долго спал? Он наконец поднялся с пола, и, шатаясь, пошёл в ванную комнату. Взглянув на себя в зеркало он не то что ахуел, а обомлел. Волосы растрёпаны, кожа почти цвета листа бумаги, губы сухие, а глаза красные. Было такое ощущение, что в глаза песка насыпали, вот же мерзость.. — Что.. что со мной произошло блять.. я проспал почти три дня.. Он был совсем в не лучшем состоянии, даже хотелось плакать. И конечно же присутствовало чувство тошноты от того что он не ел и не пил столько времени. И всё от какой-то жалкой обиды.. интересно, как там Акилас?