Часть 7
5 июля 2026 г., 21:26
Утро началось с тихого щелчка входной двери.
Эрен услышал его сквозь сон — лёгкий, почти бесшумный, но профессиональная паранойя, привитая Зиком, сработала мгновенно. Он открыл глаза. Чужой потолок. Чужая спальня. За окном ещё серо, на часах 6:15.
Он не раздевался на ночь — спал в бежевом свитере и лёгких брюках, лишь сняв лодочки. Сейчас он сел на кровати, прислушался.
Шаги в прихожей. Короткие, быстрые. Затем звук спортивной обуви, брошенной в шкаф, и приглушённое: «Хорошо, что никто не спит».
Леви вернулся с пробежки. Теперь у Эрена было время — неизвестно сколько, но явно не меньше сорока минут: душ, завтрак, переодевание.
Он встал. Тихо, как мышь. Выскользнул в коридор — босиком, не скрипнув половицей. В гостиной, где вчера пахло жасмином, сейчас было пусто. Журнальный столик стоял закрытым. Сейф.
Эрен не знал, сколько времени у него есть. Знал только, что Зик убьёт его, если он упустит этот шанс.
Он опустился на корточки перед столиком. Пальцы — женские, с аккуратными ногтями — набрали код: 0-4-0-9.
Щёлк.
Столешница бесшумно отъехала. Внутри, помимо вчерашней пластинки, лежали: тонкий ноутбук без опознавательных знаков, стопка бумаг и небольшой USB-накопитель в металлическом корпусе.
Эрен выдохнул. Достал телефон — сфотографировал каждую страницу документов. Схватил ноутбук, зажал кнопку включения. Экран засветился — пароль. Он попробовал 0409. Нет. Попробовал дату рождения Леви — 25 декабря. Нет. Попробовал 0-4-0-9-2-5. Не тот формат.
Чёрт.
Он уже хотел убрать ноутбук обратно, когда краем глаза заметил наклейку на дне — крошечную, в цвет корпуса. Присмотрелся. Там была выцарапана иглой цифра: 17.
Эрен набрал 1-7-0-4-0-9. Экран мигнул — рабочий стол. Двадцать три иконки, большинство — папки с названиями городов и кодовыми именами.
«Фрида», «Ксавье», «Гюнтер».
Он открыл папку «Контакт». Список людей, рычагов влияния, сумм и обещаний. Телефоны судей, прокуроров, редакторов газет. И — в самом низу — «З.Й.».
Зик Йегер.
Напротив стояло: «Слив информации через 3D-манекен. Инфильтрация в окружение вероятна. Усилить контроль. Ликвидировать при попытке контакта».
У Эрена похолодело внутри. Он знал. Леви знал, что Зик кого-то заслал. Не знал — кого. Но знал, что это произойдёт.
«Ликвидировать при попытке контакта».
Он сделал три снимка экрана, закрыл ноутбук, положил на место. Проверил — всё ли так, как было. Пластинка под тем же углом. Бумаги не сдвинуты. Закрыл сейф.
Сердце колотилось где-то в горле.
Шаги в душе стихли. Леви заканчивал.
Эрен метнулся в гостевую спальню, рухнул на кровать, закрыл глаза и постарался дышать ровно — как человек, который мирно спал всё это время.
*******
Через пятнадцать минут Леви вышел в гостиную — влажные волосы зачёсаны назад, свежая рубашка, запах мыла и чистой кожи. Увидел Эрику, сидящую на диване с кружкой зелёного чая, и замер на секунду. — Доброе утро, — сказала она сонным, хрипловатым голосом. — Чайник вскипел, надеюсь, вы не против. Леви посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. В его глазах мелькнуло что-то — возможно, проверка, возможно, что-то другое. — Я не пью зелёный по утрам, — сказал он, проходя на кухню и наливая себе чёрный. — Но чайник трогать можно. Он сел напротив, сделал глоток. Пауза затянулась. — Вы хорошо спали? — спросил он. — Удивительно хорошо, — Эрика улыбнулась. — Ваша гостевая спальня удобнее, чем моя квартира. Леви кивнул. Помолчал. Затем, не глядя на неё, спросил: — Вы что-нибудь искали ночью? Кровь отхлынула от лица Эрики, но она заставила себя не моргать. — Искала? В вашем доме? — она наклонила голову, изображая удивление. — Нет. Я не привыкла лазить по чужим вещам. Леви допил чай одним глотком, поставил кружку. — Я тоже не привык, чтобы кто-то оставался у меня, — сказал он. — Но вы остались. Значит, я решил вам доверять. Не заставляйте меня жалеть об этом. Он встал, взял телефон с журнального столика — пальцы прошлись по экрану, ничего не проверяя. Сейф был закрыт. Всё на месте. — Я вызову вам такси, — сказал Леви. — У меня встреча в девять.******
Такси ждало у подъезда. Леви вышел проводить — без пиджака, в одной рубашке, несмотря на утренний холод. Поправил воротник — жест автоматический, как будто хотел что-то сказать, но передумал. — Приходите сегодня в кофейню, — сказала Эрика, открывая дверь машины. — Я сделаю вам капучино. С тремя миллиметрами пены. — Приду, — ответил Леви. И, помедлив, добавил: — Эрика. Будьте осторожны. Мир не так безопасен, как кажется. Она кивнула и захлопнула дверь. Такси отъехало. В зеркале заднего вида Леви стоял всё так же неподвижно, провожая её взглядом.******
Домой Эрен вернулся только к вечеру. Сначала было такси, потом душ, потом долгий, ожесточённый смыв грима — как будто можно было смыть всё, что произошло. Он снял парик, выбросил контактные линзы (карие, «на полтона темнее натуральных»), надел свои старые джинсы и растянутую толстовку. Посмотрел в зеркало. Эрен. Просто Эрен. Но внутри всё ещё была Эрика. Он не позволял себе думать. Просто собрал телефон, флешку с фотографиями и поехал в офис Зика.*****
Зик ждал в кресле, крутя в пальцах ту самую ручку-пульт, которую дал Эрену в первый день. На столе перед ним стояла бутылка виски и два стакана — один пустой, другой наполовину полный. — Докладывай, — сказал он, даже не поздоровавшись. Эрен вытащил флешку и бросил её на стол. Флешка ударилась о дерево, проехалась пару сантиметров и замерла у края. — Всё там, — сказал Эрен сухо. — Список контактов. Городской совет. Судьи. Пресса. План влияния на выборы. Твоя фамилия — в списке на ликвидацию при попытке контакта. Зик замер. Медленно поставил бокал, взял флешку, повертел в пальцах. — Ликвидацию? — переспросил он спокойно — слишком спокойно. — Серьёзно? — Читай сам, — Эрен развернулся к двери. — Стой, — голос Зика стал жёстче. — Ты не рассказал главного. Эрен обернулся. — Чего? — Как он отреагировал? Что говорил? Ты провел у него всю ночь. Он к тебе прикасался? Вы разговаривали? Эрен посмотрел брату в глаза. Вспомнил: холодную руку на своей, «Лунную сонату», «Я никому не доверяю, Эрика», «Не заставляйте меня жалеть об этом». — Мы пили чай, — сказал он. — И слушали пластинки. — Пластинки? — Зик прищурился. — Ты хочешь сказать, что он включил тебе «Лунную сонату»? — Откуда ты… — начал Эрен и осекся. — Потому что его мать слушала «Лунную сонату», — Зик откинулся в кресле. — Я знаю. Я знаю всё, кроме одного: почему ты вернулся с этой флешкой, но выглядишь так, будто потерял что-то более важное. Эрен молчал. — Ты влюбился? — спросил Зик прямо. — Оставь это, — глухо ответил Эрен. — Ты получил, что хотел. Больше я в это не играю. Он развернулся и вышел, хлопнув дверью. В коридоре он остановился, прислонился лбом к холодной стене. Перед глазами всё ещё стояло: серые глаза, утренняя рубашка без пиджака, хриплое «Будьте осторожны». Эрен достал телефон. Открыл чат с Зиком. Написал одно слово: «Всё кончено». И вышел из офиса, даже не попрощавшись.
