Искусство падения

Чем старше человек, тем дороже ему обходятся его шалости. Но тем слаще они кажутся на вкус.

      Ночь медленно опустилась на университетский городок. В общежитии стояла непривычная тишина. Большинство студентов разошлись по вечеринкам, кто-то готовился к экзаменам в библиотеке, а кто-то уже давно спал. Комната Эллен освещалась лишь тёплым светом настольной лампы. За окном неспешно падал мелкий дождь. Капли лениво стекали по стеклу, размывая огни старых фонарей во дворе. Эллен сидела на широком подоконнике, поджав ноги под себя и укутавшись в мягкий клетчатый плед. На коленях лежала раскрытая книга. Она читала уже почти час. Вернее... Пыталась читать.       Одну и ту же страницу она перечитывала, наверное, в пятый раз. Каждый раз доходила до середины абзаца, понимала, что совершенно не запомнила прочитанного, и возвращалась к началу. Мысли снова упрямо ускользали совсем в другую сторону. К белым волосам. К чёрным крыльям. К голосу, который звучал так спокойно, будто его невозможно было вывести из равновесия. Эллен недовольно закрыла книгу. — Да что со мной такое... Тихо пробормотала она. Она обещала себе не ходить в библиотеку. И сегодня действительно не пошла. После занятий сразу вернулась в общежитие, по дороге купила горячий шоколад, собираясь провести вечер за чтением. Получалось плохо. Она поймала себя на мысли, что постоянно смотрит на часы. Будто... Ждёт чего-то. Или кого-то. Эллен раздражённо покачала головой. — Это уже ненормально. Она потянулась к кружке. Шоколад давно остыл. На прикроватной тумбочке тихо светился экран телефона. 00:32 София Миллер всё ещё не вернулась. Ещё днём она с восторгом рассказывала, что старшекурсники устраивают какую-то большую вечеринку за городом и обещала прийти "максимум к полуночи". Эллен лишь улыбнулась тогда. Она слишком хорошо знала подругу. Если София говорила "к полуночи", значит, раньше трёх часов ночи ждать её точно не стоило. Комната казалась непривычно пустой. Даже слишком. За окном дождь усилился. Ветки старого клёна тихо покачивались под порывами ветра. Эллен снова открыла книгу. Не успела она прочитать и двух строк... Тук. Она замерла. Звук был тихим. Почти незаметным. Будто маленькая ветка случайно коснулась стекла. Эллен подняла голову. За окном никого. Лишь дождь. Она снова опустила взгляд в книгу. Тук. На этот раз чуть громче. Эллен нахмурилась. — Наверное, дерево...       Она поднялась с подоконника и подошла ближе к окну. Во дворе было пусто. Фонари освещали мокрые дорожки. Дождь серебристыми нитями падал с тёмного неба. Никого. Она уже собиралась отойти, как вдруг... Тук... тук...       Совсем рядом. С другой стороны стекла. Словно кто-то специально постучал костяшками пальцев. У Эллен по спине пробежал холодок. Медленно. Очень медленно. Она подняла взгляд. И едва не перестала дышать. По ту сторону окна, на узком каменном карнизе четвёртого этажа, будто это было самым обычным местом на свете, сидела девушка. Белые волосы мягко колыхались на ветру. Чёрные крылья были сложены за спиной, защищая её от дождя, словно огромный живой плащ. Она слегка наклонила голову набок и с нескрываемым интересом наблюдала за растерянным выражением лица Эллен. Заметив, что их взгляды встретились, девушка медленно подняла руку. И, улыбнувшись одними уголками губ, ещё раз легко постучала согнутым пальцем по холодному стеклу. — Добрый вечер, глупышка.       Голос прозвучал приглушённо, сквозь толстое стекло, но Эллен всё равно узнала его сразу. Она застыла, не веря собственным глазам. Комната находилась на четвёртом этаже. За окном не было ни балкона, ни пожарной лестницы, ни даже широкого карниза, по которому можно было бы пройти. Лишь узкая полоска старого камня. Настолько узкая, что обычный человек не смог бы простоять на ней и секунды. А Офелия сидела так непринуждённо, словно расположилась на удобной скамье в парке. Она чуть склонила голову набок, внимательно наблюдая за Эллен. На её белые волосы оседали капли дождя, но, казалось, это совершенно её не беспокоило. Эллен наконец смогла выдавить из себя: — Ты... Она запнулась. — Как... Офелия тихо усмехнулась. — Это был очень длинный вопрос. Эллен подошла почти вплотную к окну. — Как ты здесь оказалась? — Прилетела. Ответ прозвучал так спокойно, будто речь шла о самой обычной прогулке. Эллен машинально перевела взгляд на чёрные крылья, сложенные за её спиной. — Ты... действительно прилетела... — Конечно. Офелия улыбнулась чуть шире. — Разве ты ожидала, что я воспользуюсь лестницей? Несмотря на абсурдность происходящего, Эллен тихо фыркнула. — Ты невозможна. — Мне уже говорили. Офелия вновь легко постучала пальцем по стеклу. — Откроешь? — Нет. — Почему? — Потому что ты сидишь снаружи моего окна на четвёртом этаже! — Да. — И это тебя совсем не смущает? Она на мгновение задумалась. — Нет. — А меня очень даже смущает! Офелия искренне посмотрела на неё. — Люди всегда такие осторожные. — Потому что люди могут упасть! — А я нет. Эллен устало прикрыла глаза. — Иногда мне кажется, что ты специально говоришь вещи, от которых у меня начинает болеть голова. — Иногда. На лице Офелии промелькнуло довольное выражение. — Это забавно. Эллен покачала головой. Она понимала, что сейчас должна прогнать её. Закрыть шторы. Вернуться к книге. Сделать вид, что этой странной ночной встречи никогда не было. Но вместо этого её рука сама потянулась к оконной ручке. — Только не вздумай... Она ещё не успела договорить. Створка тихо открылась. Холодный ночной воздух сразу ворвался в комнату вместе с запахом дождя. Офелия наклонилась чуть ближе. — Спасибо. — Я ещё не сказала, что впускаю тебя. — Но окно уже открыто. Эллен обречённо вздохнула. — Ты ужасно самоуверенная. — Немного. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Дождь продолжал тихо шелестеть за окном. Где-то далеко прогремел приглушённый раскат грома. Эллен вдруг поймала себя на мысли, что впервые видит Офелию так близко не в полумраке библиотеки. Лунный свет ложился на её лицо мягкими серебристыми полосами. Она казалась почти нереальной. Слишком красивой. Офелия первой нарушила молчание. — Ты сегодня не пришла. Эллен удивлённо подняла взгляд. — Ты... ждала меня? Офелия отвела глаза в сторону, словно вопрос застал её врасплох. — Немного. — Поэтому решила прилететь ко мне? Она пожала плечами. — Ты не появилась. Значит... Я появилась сама. От этих слов сердце Эллен пропустило удар. Она не знала, что ответить. Офелия вдруг поднялась с карниза. Одно лёгкое движение. Чёрные крылья медленно раскрылись за её спиной. В лунном свете они казались огромными. Несколько чёрных перьев плавно сорвались вниз и исчезли в темноте. Эллен невольно задержала дыхание. Офелия сделала ещё полшага ближе к открытому окну. Теперь между ними оставалось меньше полуметра. Она внимательно посмотрела Эллен в глаза. И неожиданно произнесла совсем тихо: — Можно... я тебя украду? Эллен моргнула. — Что?.. — Совсем ненадолго. — Ты сейчас серьёзно? — Да. — Офелия... Она едва заметно улыбнулась. — Хочу показать тебе одно место. — Сейчас? — Сейчас. Эллен растерянно посмотрела сначала на неё, потом на часы. 00:36. — Ты предлагаешь мне посреди ночи куда-то улететь с девушкой, которую я знаю всего несколько дней? — Да. — Ты понимаешь, насколько странно это звучит? Офелия задумалась буквально на секунду. — Не особенно. Эллен невольно рассмеялась. Коротко. И тут же прикрыла рот ладонью. — Что смешного? — Ничего... Просто... ты действительно не понимаешь, насколько всё это безумно. Офелия сделала ещё один осторожный шаг. Теперь её голос звучал почти шёпотом. — Тогда доверься безумию... всего на одну ночь, глупышка. Она протянула Эллен руку. Не требовательно. Не настойчиво. Просто ждала. И впервые за всё время их знакомства в её взгляде не было ни насмешки, ни игры. Только тихая, почти детская надежда, что Эллен не откажется. Эллен смотрела на неё несколько долгих секунд. Наверное, любой здравомыслящий человек сейчас закрыл бы окно. Запер бы его. Задвинул шторы. И сделал вид, что никакой девушки с чёрными крыльями никогда не существовало. Но здравый смысл давно перестал побеждать рядом с Офелией. Она медленно вложила свою ладонь в её. Холод. Совсем лёгкий. Не неприятный. Скорее похожий на прохладу мрамора, который целый день пролежал в тени. Офелия улыбнулась. Совсем немного. Будто получила именно тот ответ, на который надеялась. — Молодец, глупышка. Прежде чем Эллен успела что-либо сказать, Офелия осторожно притянула её ближе. — Подожди... Эллен испуганно посмотрела вниз. — Мы же... — Да. — Я упаду! — Нет. — Откуда такая уверенность? Офелия тихо усмехнулась. — Потому что я тебя держу. Её рука мягко легла на талию Эллен. Настолько осторожно, словно она боялась причинить ей боль. Второй рукой она крепче сжала её ладонь. Чёрные крылья медленно раскрылись. Огромные. Широкие. Несколько перьев сорвались вниз и исчезли в темноте. — Закрой глаза. — Зачем? — Просто доверься мне. Эллен шумно выдохнула. — Это начинает входить у тебя в привычку. — Надеюсь. Она всё же закрыла глаза. Через мгновение почувствовала, как земля исчезла из-под ног. Желудок неприятно сжался. Порыв холодного ветра растрепал волосы. Эллен невольно вцепилась в плечо Офелии. Та негромко рассмеялась. — Не бойся. — Легко тебе говорить! — Конечно. — Я серьёзно! — И я серьёзно. Она говорила удивительно спокойно. Будто ночной полёт был чем-то совершенно естественным. — Можешь открыть глаза. Эллен осторожно подчинилась. И замерла. Под ними медленно проплывали крыши университетских корпусов. Окна общежитий светились тёплыми жёлтыми огоньками. Фонари выстраивались в длинные золотистые линии. Дождь почти закончился. Лишь редкие капли мерцали в лунном свете. Весь университет казался крошечным. Игрушечным. Таким тихим. — Красиво... — едва слышно прошептала Эллен. Офелия посмотрела не вниз. На неё. — Да. Эллен не заметила этого. Она продолжала заворожённо смотреть на город. А Офелия поймала себя на странной мысли. За долгие годы она впервые любовалась не ночным небом. Она любовалась человеком. Через несколько минут они мягко опустились на землю. Перед ними раскинулся старый университетский сад. Высокие яблони шелестели листьями под лёгким ветром. Кусты белых роз тянулись вдоль узких каменных дорожек. В центре тихо журчал старый фонтан, давно переставший быть частью студенческих маршрутов. Здесь было пусто. Словно весь мир остался где-то далеко. Эллен медленно повернулась вокруг себя. — Я никогда здесь не была. — Потому что никто сюда почти не приходит. — Почему? Офелия пожала плечами. — Люди любят шум. Она посмотрела на тихий сад. — А мне всегда нравилась тишина. Они неспешно пошли по извилистой дорожке. Разговаривали о мелочах. О любимых книгах. О старых легендах. О том, почему совы не спят ночью. Иногда Офелия говорила удивительно серьёзно. Иногда отвечала так странно, что Эллен невольно смеялась. — Ты невозможная. — Это уже было. — Всё равно невозможная. — Зато ты предсказуемая. — Это почему? — Потому что улыбаешься каждый раз, когда пытаешься спорить со мной. Эллен хотела возразить. Но неожиданно поняла, что Офелия права. Она действительно улыбалась. — Не улыбаюсь. — Улыбаешься. — Нет. — Сейчас особенно. Эллен тихо рассмеялась. — Ты ужасно вредная. — Спасибо. — Это не комплимент. — А мне нравится. Они свернули на старую каменную дорожку, местами поросшую мхом. Эллен засмотрелась на фонарь, оплетённый диким плющом. И не заметила, как носок её ботинка зацепился за выступающий корень. — Ай... Она потеряла равновесие. Всё произошло за одно мгновение. Прежде чем Эллен успела коснуться земли, чья-то холодная ладонь крепко, но бережно обхватила её запястье. Офелия одним лёгким движением притянула её обратно к себе. Теперь между ними почти не осталось расстояния. Эллен чувствовала её дыхание. Слышала, как ветер перебирает белые пряди её волос. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Офелия первой нарушила молчание. — Глупышка. В её голосе не было привычной насмешки. Только удивительная мягкость. — Даже по ровной дорожке не можешь пройти. Эллен подняла взгляд. — Это ты виновата. — Правда? — Ты меня отвлекла. Офелия тихо рассмеялась. — Какое серьёзное обвинение. — И абсолютно справедливое. Она не отпускала её запястье. Совсем недолго. Но достаточно, чтобы Эллен почувствовала, как почему-то совсем перестала бояться этого ледяного прикосновения. Когда Офелия наконец отпустила её, на мгновение ей показалось, что стало... пусто. Она тут же мысленно одёрнула себя. «О чём ты вообще думаешь, Эллен?..» Они остановились у старого пруда. Вода была неподвижной, словно зеркало. Луна отражалась в ней так чётко, что казалось — стоит протянуть руку, и можно коснуться серебристого диска. Эллен подняла голову. — Спасибо. Офелия удивлённо посмотрела на неё. — За что? — За то, что... украла меня? Несколько секунд Офелия молчала. Потом очень тихо улыбнулась. — Это было лучшее преступление в моей жизни. Эллен тихо рассмеялась. Её смех оказался удивительно тёплым. Совсем не похожим на тот, который Офелия привыкла слышать от людей. Без насмешки. Без страха. И именно в этот момент... Ветер изменился. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно. До неё донёсся запах. Едва уловимый. Тёплый. Живой. Кровь. Офелия замерла. Улыбка медленно исчезла. Она сделала неглубокий вдох. Потом ещё один. Нет. Не нужно. Только не сейчас. Её взгляд невольно скользнул к тонкому запястью Эллен. Туда, где под светлой кожей спокойно бился пульс. Слишком отчётливо. Слишком близко. Она резко отвернулась. Пальцы сами собой сжались в кулак. Крылья едва заметно дрогнули. — Офелия? Эллен удивлённо посмотрела на неё. — Что случилось? — Ничего. Голос прозвучал слишком тихо. И слишком напряжённо. Она снова вдохнула. Запах стал сильнее. Почему... Почему именно сейчас? Ей казалось, что голод, который она так долго держала под контролем, медленно поднимается из глубины, словно чёрная волна. Он шептал. Совсем тихо. "Один укус." "Она доверяет тебе." "Она даже не успеет испугаться." Офелия крепко зажмурилась. Нет. Замолчи. Эллен сделала осторожный шаг к ней. — Ты точно в порядке? — Не подходи. Это прозвучало резко. Настолько резко, что Эллен остановилась. Она растерянно моргнула. — Я... прости... Офелия глубоко вдохнула. Её плечи едва заметно дрожали. — Нет... Она покачала головой. — Это ты меня прости. Несколько долгих секунд она стояла спиной к Эллен. Пытаясь успокоить дыхание. Пытаясь вернуть контроль. Наконец напряжение немного отпустило. Офелия медленно обернулась. На её лице снова появилась привычная спокойная улыбка. Но глаза... Глаза оставались уставшими. — Уже поздно. Она протянула Эллен руку. — Я отнесу тебя домой. Обратный путь прошёл почти в полном молчании. Эллен несколько раз пыталась начать разговор. Офелия отвечала коротко. Будто её мысли были где-то очень далеко. Через несколько минут они снова оказались у окна общежития. Офелия помогла Эллен перебраться на подоконник. Та уже собиралась забраться в комнату, но вдруг остановилась. — Офелия? — М? — Мы ещё увидимся? Впервые за весь вечер Офелия улыбнулась по-настоящему. — Если ты снова позволишь себя украсть. Эллен тихо засмеялась. — Тогда... до встречи. Она скрылась в комнате. Створка окна медленно закрылась. Офелия ещё долго не улетала. Она смотрела на тёплый свет, горевший в окне Эллен. Пока не убедилась, что девушка действительно в безопасности. Только после этого она расправила крылья. Но вместо того, чтобы сразу взлететь, едва слышно прошептала в пустоту: — Это становится опасно... Она опустила взгляд на свою дрожащую ладонь. Пальцы всё ещё помнили тепло руки Эллен. А голод... Голод никуда не исчез. Он лишь на время отступил. И Офелия впервые за очень долгие годы испугалась не того, что однажды умрёт. Она испугалась того, что однажды не сможет остановиться.