о золотом аккорде

огромный зал заливают лучи золотого света, отблески хрустальных бокалов, звонкая какофония из смеха гостей. сегодняшний бал особенный — он украшен не просто роскошью, а присутствием определенных людей. и когда свет в зале плавно угасает, обращая внимание людей на сцену, что драгоценным кольцом сверкает в густой темноте, темная фигура плавно ступает на центр. с улыбкой, что кажется обворожительнее любых дорогих бриллиантов, что надеты сейчас на руках гостей, кладет смычок на одну единственную струну своей скрипки. мелодия начинается тихо и вязко, почти колыбелью шепча где-то очень близко к ушам, но резко и неожиданно нота поднимается, торжественным всплеском отбиваясь от мраморных колонн и стен. свет на сцене зажигается и проливается на музыканта, чей черный костюм сегодня был расшит тончайшими золотыми нитями и цепочками. он играет торжественно, громко, страстью наполняя чувства каждого слушателя в зале и почти кружится по сцене со своей мелодией. он играет с сердцем, с радостью и удовольствием, какого не получает ни от чего другого… исключая ту фарфоровую статуэтку, которую сейчас в шесть рук прихорашивают за кулисами. наконец, последний аккорд прозвучал и мягким эхом растворился в секундной тишине зала, прежде чем Антонио со всех сторон заливали громкие аплодисменты. со своей привычной улыбкой он опускает инструмент и кладет руку на грудь, одаряя зал своим чарующим голосом, от которого гул яркого восторга плавно стихает. —Дорогие гости! я рад приветствовать на сегодняшнем балу каждого, кого привела сюда моя музыка. я искренне благодарен всем, кто находит мою скрипку достойной вашего внимания и драгоценного времени. в качестве благодарности за все годы поддержки и любви к искусству, рожденному под моими руками, мне хотелось бы представить вам нечто более драгоценное для меня, чем любые рубины и бриллианты… с гордостью и почти хвастовством Антонио вытягивает руку, указывая на выходящую из-за кулис фигуру. невысокий, худенький, бледный Эндрю, робко, но все же с грацией, ступающий к центру сцены под гул еще более ярких аплодисментов. в отличие от Антонио, одетого в темное, Эндрю практически сверкал белизной своего наряда и кожи, а эффект усиливали еще и многочисленные серебряные украшения, ослепительно отблёскивающие яркими звёздочками. его за талию притянул к себе музыкант, с улыбкой демонстрируя на весь зал. —моя муза, что вдохновил меня практически на половину из всех моих любимых произведений. и совсем скоро… мы планируем сыграть свадьбу. зал разгорелся восторженными криками и шумом, от которого объект всеобщего восхищения сильнее прижался к музыканту и весь съёжился. нежно прикрывая ему уши, Антонио увёл своего Эндрю со сцены, позволяя другим музыкантам взойти.